Клан Шиф

Перелёт был утомительным и Нисан осматривал все семейство с присущей ему отчужденностью, а затем вставил в уши беспроводные наушники или как их называла мама «бананы». Ему было очень иронично наблюдать за тем, как все носятся вокруг в поиске своего багажа или багажа детей под классическую музыку, которую слышал только он. Следующее произведение было намного мощнее и громче, это был рок. Нисан сел на скамейку, откинулся на спинку и закрыл глаза. Он вновь представлял как плавно выжимает сцепление, переносит ногу на педаль газа и без резких движений набирает бешеную скорость на своём Спиде, так он называл этого монстра. Идиллию прервал старший брат Александр, он подошёл со спины и положил две мощные руки Нисану на плечи. — Ты что, уже нашёл свой багаж? Парень потянулся и нехотя ответил: — Найду, как только закончится вся эта суета. — Смотри, чтобы Даниэль не утащил все твои вещи. — Пусть только попробует. — Я тебя предупредил. Нисан оторвался от своей музыки и прокричал в след уходящему брату: — Ему бы сначала свои вещи унести, суток не хватит! Вспомнишь лучик, вот и солнышко. Не прошло и трёх минут, как Даниэль совершенно случайно оказался на той же самой скамейке. Он вальяжно закинул одну ногу на другую и скрестил руки на коленях. Его чёрные как уголь глаза с любопытством впились в глаза Нисана. Второй медленно отвернулся, всем своим видом показывая, что вовсе не готов к бесполезной болтовне. — Что слушаешь? Это bring me the horizon? Я угадал? Даниэль всего на два года младше Нисана, но ведёт себя так будто ему десять и родители не уделяют ему достаточно внимания и поэтому он липнет к остальным родственникам. Если я все правильно подсчитал, то Даниэль — двоюродный племянник Нисана и Александра. То есть сын их двоюродной старшей сестры Мирьям. Даниэль потерял всякую надежду на разговор с дядей и перевёл взгляд на остальных. Вся эта тусовка была похожа на большую туристическую компанию и абсолютно любой вменяемый наблюдатель именно так бы и подумал. Вот только все эти люди связаны чем-то более серьезным, чем одинаково купленным туром и даже более серьезным чем дружбой. Парень не мог не улыбнуться при виде такой живой семейной атмосферы. — Тебе обязательно сидеть и мило улыбаться прямо рядом со мной? — произнёс Нисан, оборачиваясь на удивленного парня. — Ты видишь вокруг себя только негатив и пытаешься привить свою картину мира всем вокруг. Ты не умеешь быть счастливым и не хочешь, чтобы люди вокруг тебя были такими, это даже не жадность, Нисан, это скупость. Даниэль услышал в ответ лишь едкий смешок и уже не рассчитывал на какой-то продуктивный диалог, поэтому снова вернулся к наблюдению за семьей. Он видел как служители аэропорта привезли на колясках бабушку Майю и дедушку Берла, у обоих на лицах были самые широкие улыбки и уже начал представлять свою такую же счастливую старость, как вдруг, сидящий рядом Нисан, дернулся, как будто резко проснулся и выпалил: — Даниэль, у меня плохие новости для тебя… — Что…что случилось? — Ты превращаешься в тетушку Рахель. Клянусь, говоришь слово в слово, — парень нахально рассмеялся, — Спорим, у тебя наверняка есть блокнот под названием «великие цитаты тети Рахель». Даниэль обиженно поджал губы, но при этом так и не понял, что плохого в этом блокноте. И вообще, что плохо в том, что тетя стала его наставником. Что тетя Рахель, что ее муж Рафаэль всегда являлись для парня примерами гармонии и баланса во всем. Он уже решил было присоединиться к ним, чтобы не слушать грубые шутки Нисана, в которых нет никакой логики, но тут к ним подлетел Давид на своём чемодане, изображая, что он за рулем. — Что, племяш, наш одинокий волк снова тебя обижает? — А я ведь просто хотел побыть в тишине, — заявил Нисан, натягивая на голову чёрный капюшон. — Увы, не сегодня. Боже мой, Дан! — Давид подскочил от удивления со своего чемодана, — Ты…ты не укладывал волосы? Мы все умрем сегодня. Парень изобразил драматичную смерть, надеясь, на какую-то реакцию, но никто не поддержал его в актерской игре. — Все потому что мы летели почти весь день, балда! Волосы должны дышать в такой обстановке. И вообще почему ты не умер раньше? Я половину отпуска ходил растрёпанный. — Вот как значит ты относишься к своему дяде?! Эти двое завозились в нелепой полу драке. Даниэль своими худощавыми руками пытался то ли расщекотать Давида, то ли оттолкнуть, а второй в свою очередь вжал противника в скамейку намертво. Давид был раза в два крупнее в мышечной массе своего племянника, который вместо того, чтобы заниматься борьбой, как все мужчины в этой семье, выбрал йогу. Вскоре старший запыхался и отпустил Даниэля. — А оказывается, тетя Рахель тебя хорошо подготовила. Что вы там делаете на этой йоге? Парни быстро помирились, когда решили, что лучше вдвоём будет доставать Нисана, пока тот наконец не сорвётся. Но быстрее все таки сорвался их план, потому что к компании присоединился Хигай. — Сынок, а ну давай-ка вперёд помогай загружать папкины вещи, совсем от рук отбился. Давид закатил глаза и лёг на соседнюю скамейку, притворяясь спящим. — Хей, у нас был уговор, ты в моем рабстве целый день. Вот, возьми Даниэля в помощь и вперёд. — А как же Нисан? Неужели он так и будет сидеть один и грустить? Кто скрасит его одиночество как ни лучший друг? — Не переживай, я пока позабочусь о твоём друге, обещаю, со мной он скучать не будет. Кое-как Хигай напряг своего сына и внука непосильной работой, а сам плюхнулся на скамейку. — Теперь нас двое! Нисан скептически взглянул на дядю, не желая ничего отвечать. — Двое главных бездельника в этой семье! — гордо подитожил мужчина. Нисан положил руку на его плечо и сообщил: — Нет, дядь Хигай, вы один. И отправился разыскивать свой багаж. Через полтора часа все уже были в приёмной большого чистого дома, суетились: взрослые помогали таскать багаж, дети шныряли в одежде по этажам. Пахло какой-то обновлённой свежестью, хотя стены, мебель — все те же, но думаю этот особый запах почувствовали все. Кто-то восторженно улыбался, кто-то воодушевленно разговаривал с помощниками, кто-то зевал, например, дядя Хигай. Даниэль снимал всю эту атмосферу на телефон и передавал привет своим подписчикам, Эстер пыталась поймать маленького Натана, который увязался за взрослыми детьми, как говорится, жизнь била ключом. Все вещи уже были принесены, но шум не утихал, тогда Йосеф вышел на середину холла и быстро начал раздавать команды: — У всех ровно полтора часа на то, чтобы разобрать вещи. Повторяю до 6 вечера ровно! Гидон, тебя это тоже касается, убери телефон! Эстер, забери у него этот агрегат! Адам, Александр, после того как разберёте вещи, ко мне в кабинет! Хигай, проверь, что эти бездельники сделали за эти две недели с беседкой, пока нас не было. Нисан, Давид — вы помогаете бабушкам и дедушке и никаких но, Давид. Все постепенно начали расходиться по своим квартирам на отдых, только Рина сразу побежала хлопотать на кухне, раздавать указания по поводу ужина поварихам. Дом словно стал живым, каждую секунду в чьем-то окне зажигался свет, раскрывались шторы и тени перемещались из одного светлого квадрата в другой. *в квартире Йосефа* — В гостях хорошо, но дома все равно лучше, — со вздохом произнёс Йосеф, бросая дорожную сумку на полку. За ним в квартиру вошли Сара и Талия со своим мохнатым псом. Девочка не согласен насладиться долгожданной встречей с другом и никак не хотела выпускать его из объятий. — Талия, оставь пса в покое, иди сначала переоденься, помой руки, разбери сумки, — раздался властный голос мамы с кухни. Талия в последний раз потрепала Дома и унеслась к себе в комнату. Сара вернулась в прихожую и стала развешивать куртку мужа: — Ты был сегодня груб с Давидом утром. Йосеф, не ожидая такого замечания, снял очки и удивленно посмотрел на жену: — Мальчишка неуправляемый, он ни во что меня не ставит, ты сама все видела. И вообще думаю пора заканчивать весь этот детский сад, Сара. — Ты о его беспорядочных связях? — И об этом тоже, — лицо Йосефа ещё больше помрачнело. — Брось, он молодой, активный, может просто не может найти ту самую. — Ту самую? Милая, вряд ли та самая как-то попадёт к нему в клуб. Этого нам ещё не хватало. Прозвучит дико, но мне не хватает Фриды, она умела тут всех по стойке смирно построить. А теперь что? Парень совсем не учиться, все время проводит в клубе, весь в отца. — Дай ему время, он ещё раскроется. Йосеф машинально рукой сделал такой знак, мол времени больше нет. — Если он не возьмётся за голову, начиная с этого семестра, я заберу клуб, пора взрослеть в конце концов. Тут он остановился на полпути, как будто вспомнил ещё что-то: — Кстати, я думаю, что из Хигая так себе наставник, он себя организовать не может, не то, чтобы ещё кого-то. Поэтому, Сара, я понимаю, что много прошу, но думаю, больше никто в доме не справится с этой задачей. — Хочешь, чтобы я стала наставником Давида? — Да, если ты не против, конечно. Тебе он вроде доверяет больше, чем мне, да и у меня ещё Нисан. — Я разумеется помогу тебе с этим балбесом, как никак мы все одна семья, только думаю стоит обсудить это с Хигаем. — Уверен, он будет счастлив. Через час вещи были разобраны и эти двое решили лёжа на диване полюбоваться на фотографии с отпуска. Больше всего фотографий было с участием маленького Натана, например, там где он ломает песочный замок или расстроенный бежит по дорожке, держа в руках своего медведя, или где целует в щеку Талию, а вот самая забавная, на ней Сара с Йсефом остановились подольше. Эстер подняла на руки трехлетнего сына и протянула его к хоботу большого слона. Натан нисколько не испугался, наоборот стал размахивать руками, чтобы потрогать большое животное. На заднем фоне Хигай изображает какую-то гримасу, никто так и не понял, что это было такое. В эти двадцать с лишним минут Йосеф чувствовал себя самый счастливым человеком. Он вспомнил те далекие дни как 30 лет назад принял решение сплотить всю семью, сначала это было только из безопасности, но потом он понял, что такой уклад жизни помогает каждому почувствовать себя частью чего-то большого и цельного и при этом оставаться сами собой. Сейчас в его доме живут 22 человека, и они все семья сплоченная и единая. Каждое утро они все вместе завтракают за большим столом, а перед этим все вместе тренируются в лесу: бегают, стреляют из арбалетов, летом устраивают соревнования по плаванию в озере, играют в мяч или футбол на спортивной площадке. Также каждую пятницу вечером семья собирается у костра или камина и каждый по очереди рассказывает все свои впечатления от прошедшей недели, доверяет свои переживания и получает взамен огромную поддержку и помощь. Размышления Йосефа прервал резкий стук в дверь. *в квартире Адама и Эстер за час до этого* Супруги, подходя к двери опять о чём-то шумно спорили, в основном о том, что Адам не уделяет достаточно внимания учебе десятилетнего сына, переживает только за его спортивные достижения: — Тебе что, нужен семикратный чемпион мира по боксу? Вся его жизнь — это борьба и телефон, он совсем не общается со сверстниками! Адам, ты меня слушаешь?! — Эстер, я воспитываю пацана, а не бабу! Он должен быть готов ко всему, в случае опасности учебники ему не помогут. — Опять ты со своими тайнами! Как вы с отцом меня с этим достали! Он обещал, что мои дети будут жить иначе! — ее взгляд упал на коробку возле двери, — Что это за коробка? — Наверно, очередная твоя доставка. Они продолжили спорить, стоя друг напротив друга, забыв о коробке и о детях. Натан лежал на полу, уставившись в потолок, а Гидон оторвался от своего телефона и сел рядом с коробкой. Он надеялся, что там будет что-то для него, но не рассчитывал на такой крутой подарок. Мальчик восторженно выудил из коробки пистолет и сказал, поворачиваясь к родителям: — Тяжелый, как настоящий, мам. — Гидон, не сейчас…— прошипела Эстер, повернувшись к сыну, и тут же опешила. Она резко сорвалась с места по направлению к мальчику и выхватила у него оружие: — Какого черта?! — пистолет полетел обратно в коробку, — Адам, что это значит?! Оружие! Прямо под нашей дверью!