Окутанные болью

      Прекрасный вечер на Кипящих островах только-только вступил в силы, окрасив небо в нежный розово-голубой цвет, вместе с оранжевыми пушистыми облаками, неспешно плывущими вдоль горизонта, прикрывая собой солнце. Лесная гуща укрывала в своей пучине юную ведьму, что практиковалась в магии, выращивая из земли чарующие голубые цветы с выпирающими корнями, что лозой обвивали остальные растения вокруг себя. В тени деревьев мелькнуло три глаза, яркой вспышкой приблизившись к ведьме. Тихие шаги раздались позади Уиллоу и она мигом обернулась, удивленно взглянув на внезапного гостя. - Ты... ты сейчас серьёзно?       Нервная усмешка отразилась на округлом лице ведьмы, когда она услышала слова любви в свой адрес. Казалось, что это должно обрадовать Уиллоу, вознести её на седьмое небо от счастья. Но нет. Это признание звучало от того, кого она ненавидела больше всего в своей жизни. От той, кто на протяжении нескольких лет, медленно, но верно, превращал её учебную жизнь в персональную пародию на ад. Три серо-голубых глаза пристально смотрели на неё, в ожидании ответа, пока дрожащая рука её врага протягивала девушке фиолетовую коробочку.       С приподнятыми от удивлениями бровями, Уиллоу сделала несколько шагов назад, постоянно открывая и закрывая рот, не решаясь сказать что-либо в ответ. Пожимая плечами, она всё никак не могла унять свою полуулыбку, изредка пронзая напряженную тишину смешками. - У тебя три глаза, так почему ты не видишь, насколько сильно я ненавижу тебя?! – чуть ли не смеясь в лицо Боши, громко сказала Уиллоу. Её пухлые руки прислонились к лицу, скрывая резкую перемену эмоций, скрывая бусинки слёз в уголках глаз. Резким движением она убрала волосы назад, перекинув хвостики себе за плечи. Внутри всё закипало и пыталось вырваться наружу, выплеснуть всю боль и разочарование, что она испытывала всё то время, когда эта ведьма издевалась над ней. Но она сдержала этот порыв, давая лишь малой части раздражения овладеть собой. – Прекращай издеваться надо мной! – отчаянно воскликнула она, тыкая в сторону Боши, что продолжала смиренно стоять, но уже с поникшей головой, не решаясь взглянуть хоть одним своим глазом на рассерженную Уиллоу. – ПРОВАЛИВАЙ ИЗ МОЕЙ ЖИЗНИ! – ударив по руке Боши, девушка развернулась и быстрым шагом направилась прочь, слыша в свой след тяжёлое судорожное дыхание.       Маленькая коробка упала на землю, развалившись на две части и отлетев в разные стороны. Бархатная ткань прикрыла собой две тонкие золотистые заколки, чей цвет гармонировал с оправой очков Уиллоу, а тёмно-синие цветки на кончиках, могли подчеркнуть её густые волосы, если бы она надела их. Но она уже ушла, даже не увидев приготовленный подарок.       Всё началось одним знойным днём, когда школа вновь открыла свои двери для юных умов. Именно в тот день Боша встретила её. Очаровательно пухлые щеки, которых едва касались линзы глупых круглых очков, будто вырванных с карикатуры, нервная полуулыбка, озарившая её лицо, когда она приметила новые растения, успевшие вырасти за лето. Именно в тот день сердце Боши участило свой темп, а лоб покрылся холодным потом, словно она только что закончила тренировку. Уиллоу скромно стояла поодаль от всего класса, нервно теребя розовые рукава, боязливо оглядывая окружающих своими зелёными глазами, что блистали в лучах яркого солнца. Как бы глупо это не звучало, но Боша влюбилась. Боша искала её в толпе. Каждый чёртов день, она ходила по коридорам школы, общаясь о чём-то с подругами и машинально бегая верхним глазом по множеству лиц учеников, надеясь, что вот-вот она увидит глупые очки за которыми скрывается глубокий взгляд зелёных глаз, что так дорог ведьме. И пусть они не смотрят на неё, пусть они направлены на тонкие стебли растений, Боше было достаточно того, что она может безнаказанно, украдкой поглядывать на объект воздыхания, мечтая заговорить с этой девушкой. Но дни шли, а она так и не решалась сделать этого.       Боша тихонько посмеивалась, когда видела милую неуклюжесть Уиллоу. Она краснела, когда случайно касалась Уиллоу в кафетерии, стоя вместе с ней в длинной очереди. Самое ужасное время наступало на тренировках. Завороженно, Боша с раскрасневшимся лицом, открыто пялилась на Уиллоу, изучая, удивляясь её неожиданной силе, которую она без стеснений демонстрировала. Глупая неровная улыбка возникала на лице Боши, пока сама девушка теряла бдительность, становясь неуклюжей, задыхаясь от собственных мыслей. В такие моменты она на собственной шкуре ощущала "бабочек в животе".       Она честно пыталась подавить это в себе. Ежедневные тренировки занимали весь день, Боша возвращалась поздно вечером и без сил сваливалась на кровать, но и это не помогало. Мысли о этой чудной девушке преследовали везде, становясь ещё более назойливее ночью. Бессонные ночи сопровождались яркими воспоминаниями и фантазиями, где Боша нежно касается рук Уиллоу, помогая ей сажать цветы, а в благодарность получала быстрые поцелуи в щёку. Представляла, как признаётся ей в чувствах и получает на них взаимность, и после, они вместе сидят в тени высокого дерева, заплетая друг другу волосы, мирно беседуя обо всём на свете. Череда идеально спланированных свиданий, мельком пролетающие моменты вместе, случайные встречи, неловкие касания и объятия – каждую новую ночь, она представляла себе новую маленькую историю, ставя себя в качестве главной героини. Тело ломило и ныло, оно просило о отдыхе, но разум заставлял Бошу тащиться на стадион, тренируясь с мячом из грубой кожи, протирающей её ладони до крови, но назойливые мысли никуда не уходили.       Всё стало хуже, когда её увлеченность заметили окружающие. Слухи быстро распространились по школе, и совсем скоро, множество взглядов преследовало девушку, куда бы она не пошла. Тихий шёпот ступал за ней по пятам, и каждый день, каждый грёбанный день, она находила клочки бумаги с издёвками в своём шкафчике, в капюшоне формы, в спортивной сумке. Неужели тебе нравится эта недоведьма? Повторяется один и тот же вопрос. Ты видела, как она отстает от остального класса? Опять слова осуждения. Как её вообще приняли в школу? Гнусные слова, которые были направлены не только в сторону Уиллоу. Удивительно, что она так и не вылетела.       Это началось морозным днём, когда все с предвкушением дожидались каникул. Кафетерий кишел учащимися, радостно обсуждающих свои дальнейшие планы. Сидя за длинным столом, Боша неохотно глотала обед, чтобы просто заполнить пустоту в желудке. Правильно питание заставляло её поедать безвкусную пищу. Сидящие рядом друзья болтали о всякой ерунде, совершенно не волнуясь о том, что их подруга не слушает их, безучастно водя лодкой по тарелке, размазывая какую-то склизкую субстанцию. С тяжелым выдохом, она потянулась, вытягивая усталые от тренировок ноги. - Ой!       Громкий хлопок и дребезг раздался на весь кафетерий, отчего все вокруг затихли, обернувшись на источник звука. Боша и не заметила, как случайно подставила спокойно идущей Уиллоу подножку. Бедная ведьма сидела на полу, облитая липким соком, с кусочками салата в волосах. Потирая ушибленный локоть, она с присущей ей растерянностью взглянула на Бошу, что уже собиралась ринуться к ней и помочь встать. Но этого не случилось. Гнусный смех остановил Бошу, привлекая её внимание к язвительным улыбкам, что озарили лица её друзей. И тогда Бошу осенило. Эта была точка невозврата.       Изо дня в день, она продолжала говорить мерзости, осыпать девушку не только оскорблениями, но и подручным мусором, глядя, как любимые глаза наполняются слезами, видя дрожащие губы и шмыгающий нос, с которого постепенно съезжала дужка очков. О стала делать это машинально, продолжая с тем же трепетом в сердце искать знакомое лицо в толпе, но уже не для того, чтобы полюбоваться им. Слухи исчезли, словно их и никогда не было, записки и насмешки прекратились. Правда уже было поздно, когда Боша поняла, какую цену она за это заплатила.       Она ушла, оставив после себя несколько цветов, чьи голубые бутоны обмякши лежали на земле. Боша сорвала один из цветков, вдыхая исходящий от него приторный аромат, что так дурманил голову ведьмы все эти года. Это был аромат, что вечно исходил от Уиллоу, даже тогда, когда девушка училась в ковене мерзостей. Такой приятный и знакомый, влекущий к себе. Извилистые лепестки бутона нежно касались кожи Боши, пока она аккуратно, поглаживала цветок, чувствуя лёгкое пощипывание в носу. Слёзы не заставили себя долго ждать, падая на хрупкий цветок. - Ай, – зажмурившись, Боша быстро вытерла глаза ладонью, и всё ещё затуманенным взглядом посмотрела на свою руку. Маленькая алая капля крови выступила на пальце ведьмы, пятном отпечатавшись не только на остром шипе цветка, но и на его тонком стебле. «Твои цветы так прекрасны, но почему они ранят лишь меня?» – закусив нижнюю губу, Боша устало опустилась на колени, пачкая жёлтые штаны школьной формы влажной землей – «Ладно, я понимаю почему. Я такая отвратная...»