Город Крипипасты. Лит-сериал

             Мрак. Это было первое, что я увидела. Потом тьма начала потихоньку рассеиваться, я услышала чьи-то всхлипы, голоса, даже тихую ругань. Не нецерзурщина конечно, но сразу понятно, что кто-то не в духе. Затем включилось осязание, и я почувствовала, что лежу на чем-то мягком, и что кто-то сжал мою ладонь. Темнота перед глазами рассеивалась очень медленно, а взгляд почти не фокусировался. Яркий свет слепил и раздражал сетчатку. Я почувствовала, что из глаз у меня скатилась пара теплых слезинок.       Чья-то прохладная ладошка вытерла мои слезы.       — Ты очнулась, правда?       Голос девочки казался до боли знакомым, но я не помнила ее владелицу. Я вообще почти ничего не помнила. Только чувство чьего-то присутствия, опустошения и слежки, странную белую пелену, боль в руке, лязганье металла и чей-то безумный смех.              Мрак рассеялся полностью. Тело было таким тяжелым, будто его свинцом залили. Двигаться тоже как-то не хотелось, но осмотреться пришлось. Я находилась в какой-то комнате и лежала на старой потрепанной кровати. Рядом стояла двенадцатилетняя девочка с кудрявыми каштановыми волосами и ярко-зелеными глазами. Она обеспокоенно и в то же время радостно глядела на меня, а ее ладошка с еще большей силой сжала мою руку.       — Джейн, она очнулась! — крикнула она кому-то, кто стоял в коридоре. Он был хорошо виден в проеме двери, около которой стояла моя постель. Черноволосая бледная девушка, едва услышав ее голос, сразу же подошла ко мне и присела на край кровати. Дотронулась до моего лба. Ее ладонь оказалась ледяной — намного холоднее руки ее напарницы.       — Лена, ты как? — тихо спросила она.       Говорить совершенно не хотелось. Голова гудела, тело иногда вздрагивало, изредка плясали черные точки перед глазами. Но говорить все же пришлось.       — Мне… нехорошо… — голос сильно осип, разобрать мои слова было очень сложно. Но у сидящей рядом девушки, видимо, был замечательный слух, потому что она кивнула и сказала:       — Я понимаю. Это нормально. Что-нибудь помнишь?       — А… что я должна… помнить? — поняла, что слегка задыхаюсь, но раз плохое состояние в данный момент — абсолютно нормально, то, думаю, можно расслабиться. Размышлять о том, стоит ли мне доверять незнакомцам, было лень. Все делать было лень. Такое ощущение, словно из меня разом выкачали кучу жизненных сил.       — Ну… состояние свое, чувства чего-то, свои мысли.       — А-а… — протянула я, кивнув. — Не знаю… Я вообще ничего не помню.       Девушка замерла. Глаза у нее округлились.       — Как это — ничего?!       Но услышав мое невнятное объяснение, она занервничала еще сильнее.       — Салли! — позвала она девочку, которая все это время стояла у окна и, судя по всему, ничего не слышала, глубоко задумавшись. Однако когда Джейн ее окликнула, она мигом подлетела к кровати и вопросительно уставилась на черноволосую. — Лена не помнит ничего, кроме того, что с ней сотворил Слендер и что происходило рядом с ней в это время. Как думаешь, что будем делать?       Салли, услышав такие новости, испуганно зажала ладошкой рот и прошептала:       — Какой ужас… Что, совсем ничего? Даже себя? Неужели Слендер так глубоко проник в ее разум?..       — Я знаю, кто я, — пропыхтела я, не понимая, о чем говорит эта парочка. — Лена Ушакова… А… о чем вы вообще? Что со мной… произошло? Чувствую себя, как после… сильной пьянки…       Джейн тяжело вздохнула и потупила взгляд. Салли же так и стояла, но уже многозначительно смотрела на мои руки. «Что с ними не так?», — недоуменно подумала я и, взвесив все "за" и "против", решила взглянуть. Короткое оцепенение и нахлынувшая затем волна холода, ужаса и непонимания заставила меня потрясенно застыть, не веря в увиденное.       От локтя и вплоть до ладоней мои конечности были исполосованы. Красные и немного вздувшиеся линии, покрытые корочкой, казалось, появились в результате нападения. Мне стало не по себе.       — Кто со мной это сделал? — шепотом выдохнула, не отводя взгляда от ужасной картины.       Джейн молчала, но по ее глазам было видно, что ей просто страшно сказать мне правду. Салли после моего вопроса ощутимо вздрогнула и тихо с неуверенностью начала:       — Ну… Понимаешь… Тут такое дело… — и смолкла, не решаясь продолжить. Джейн поддерживающе сжала ее плечо; девочка едва слышно всхлипнула и после недолгой паузы все же произнесла: — Когда часы пробили девять, мы с Джейн заволновались, потому что к этому времени ты уже должна была выйти из библиотеки, но тебя все не было…       Тут же в моей памяти вспыхнуло множество картинок моего похода в книжное хранилище и вообще всего того, что со мной произошло. Я вспомнила сестру с мачехой, Арсения, остальных, в том числе и Нину. Из-за внезапно нахлынувших воспоминаний неожиданно странно возвращенной памяти я не сразу уловила голос девочки-призрака, беспокойно рассказывающего о прошедших событиях.       — …А потом мы услышали твой вопль из подвала, и Джейн сразу поняла, что нужно идти на помощь, — продолжала Салли, нервно сжав плюшевого медвежонка. — Мы велели Наталье с Соней отправится к Дэну, поскольку он мирный житель, а сами пошли в раздел «Загадочных», удостоверившись, что с ними ничего не случится. К сожалению, нас задержали, поэтому мы смогли до тебя добраться, только когда ты вышла на улицу. За тобой бежала Нина, чтобы убить тебя, так как после приступа она поняла и вспомнила, кто ты, и из-за этого Джейн пришлось с ней сразиться — может, именно поэтому ты запомнила лязганье металла, ведь они сражались рядом с тобой. А я в это время пыталась разрушить контроль Слендера, перетягивая его темную энергию на себя, но ничего не получилось. Наоборот, он меня едва не развоплотил… И потом, когда все «препятствия» были обезврежены — Джейн не могла мне помочь вследствие боя с Ниной — ты откуда-то достала нож и попыталась вскрыть себе вены, при этом безумно смеясь, как если бы у тебя крыша поехала, однако, слава богу, ничего не получилось… У другой тебя, не настоящей. А потом ты начала себя душить, и мы с Джейн с трудом сумели отбить твой разум у Тощего… Даже не знаю, как так получилось. Наверное, он просто решил продлить свою игру, поэтому так легко и отпустил тебя…       Салли снова всхлипнула. Ее сбивчивый и по-детски наполненный возможными тавтологиями рассказ не сразу дошел до моего мозга. Джейн осторожно дотронулась до меня, видя, что я в ужасе и шоке. То есть… Я пыталась совершить суицид?! Какого хрена?! Я ведь не психически больной человек, куда мне до подобного?!       — Я понимаю, ты обескуражена, — тихо сказала черноволосая девушка, — но все произошедшее является правдой. Однако то, что с тобой было, устроил только Слендер. Это он заставил тебя наложить на себя руки, правда, безуспешно. Хорошо, что кровотечение после сильных порезов я смогла остановить, потому что владею определенными познаниями в области медицины, а то потеряли бы мы тебя, Ленок.       — И по сути, — тихо закончила Салли, — ты на время стала Чтящей прокси, ибо твой разум был полностью подконтролен Оператору и он мог делать с тобой, что пожелает. Был, потому что ты вернулась. И это самое главное, слышишь?       Лежа на кровати, я пыталась все осмыслить и не спешила отвечать на вопрос. В голове все еще не укладывался тот факт, что я пыталась убить саму себя. Это казалось… настолько диким и неестественным, что мой мозг просто не воспринимал информацию. И все-таки теперь…       Лес. Топор в стволе дерева. Собачья тень в кустах. Пропасть. Огни города. Смерть в челюстях пса. Кошмар завершился.       …многое стало для меня понятным и непонятным одновременно.       — Слышу, — выдохнула и откинулась на мягкую подушку, слегка стукнувшись затылком о стену. Он тут же отозвался болью, в ушах снова возник противный звон, откуда-то послышался сумасшедший смех и шипение вперемешку с рыком. В глазах возникли белые вспышки. Я с недовольством потерла пострадавшее от удара помощников Слендера место.       — Затылок еще дня два болеть будет, имей в виду, — вдруг раздался незнакомый голос от дверного проема. Я оглянулась; там стоял подросток пятнадцати лет. Первым, что я сразу заметила, были его опухшие глаза с покрасневшими веками и след от веревки на шее. Парень то и дело тер пострадавшие места, словно чего-то боялся. Почему-то я практически тут же поняла, кто это.       — Ты Дэн, да? — спросила, с интересом рассматривая хозяина то ли квартиры, то ли дома, в котором я сейчас находилась. Выглядел он не очень хорошо. Хотя, если вспомнить, что с ним вытворил один из персонажей страшных историй по канону...       — Ага, — кивнул тот и хитро улыбнулся. — Слушай, я знаю, откуда ты пришла и знаю, что за тобой все охотятся… Ну, кроме вот этих двух, — поспешно добавил Дэн, поймав недоброжелательные взгляды Салли и Джейн, которые явно были недовольны, что парень решил их «подогнать под общую гребенку». — Эти даже в их время остаются более-менее вменяемыми, чего не скажешь, например, о моем…       — Не надо, — черноволосая девушка покачала головой, видя, что он не хочет вспоминать свое прошлое. — Если не хочешь произносить его имя, не говори. Поверь, так будет лучше для всех.       Дэн согласно кивнул и снова обратился ко мне:       — Так вот, Лена, у меня есть три важные новости. Первая: теперь тебе можно выходить на улицу только в сопровождении своих необычных друзей, — он многозначительно указал взглядом на девочку-призрака и жаждущую мести одному психу «добрую убийцу». — Вторая: тебе лучше не выходить на улицу ночью, по словам Тощего, теперь там настоящее патрулирование начинается. Третья: с твоими родственниками все в порядке, они скоро сюда придут, не переживай.       — А… А Арсений? — робко осведомилась я, боясь жутких слов о непоправимом.       — Ах, да, — спохватился Дэн, быстро вышел из комнаты и вскоре вернулся. Видимо, он все-таки знал о моем друге. — Он просил передать вот это. Еще до истории с библиотекой. В руках у парня была книга Жизни Сени. Но зачем? И когда он успел?..       — Он сам мне ее принес, — опередил мой недоуменный вопрос хозяин дома. — Когда успел — не знаю. Сказал — пусть ты посмотришь и все сама поймешь. Я не стал возражать, даже несмотря на то, что ранее с ним вообще не был знаком.       После своих слов Дэн снова куда-то ушел, а чуть позже прибежали Соня с Натальей и моим лучшим другом. Я очень обрадовалась их приходу, хотя не понимала, куда мои родственники отправились ночью, если это очень опасно. Видимо, у Салли с Джейн были те же мысли, потому что они поспешили уточнить, почему те куда-то отлучились. Сестра же на это ответила, что нужно было искать одного помешанного на крипипасте полицейского, но почему она с мачехой так решили — осталось для меня и двух «нормальных психов» загадкой.       Когда же ко мне наконец подошел Арсений, у меня появилось лишь одно желание — просто обняться. Быть в городе Крипипасты без приятеля мне казалось невыносимым, ведь я почти ничего не знала о страшилках. Парень с русой взлохмаченной шевелюрой, смуглой кожей и серыми глазами, одетый в полицейскую форму, безусловно, считался в Питере одним из самых симпатичных людей моего родного города, к тому же был очень умен. Ну… и какое-то время мы с Соней даже думали, что Сеня совершенство и «боролись» за его внимание. Тогда мне от силы было тринадцать, родители еще не пропали без вести и я жила, как типичный человек, у которого начался переходный возраст с обыкновенными симптомами — излишней влюбленностью, перепадами настроения и так далее. Но потом мы с сестрой поняли, что Арсений для нас все это время был не более, чем лучшим и близким другом, и дружескую привязанность просто-напросто умудрились как-то перепутать с романтическими чувствами. Арсений над нами любил подшутить на эту тему, да и мы с тех пор все часто смеялись по поводу того времени «неопределенности».       — Как себя чувствуешь? — приятель сел на край кровати, обеспокоенно разглядывая бледную меня.       — Немного нехорошо, но в принципе все нормально, — я улыбнулась и осторожно взяла книгу Жизни. — Можно посмотрю?       Арсений внезапно погрустнел и, если мне не показалось, стал темнее, словно в комнате выключили свет и она погрузилась в полумрак.       — Если хочешь, то конечно. Только когда ты ее изучишь и скажешь, что все, то моя «биография в настоящем времени» вернется обратно на волшебный стол, и перо быстро запишет все, что со мной произошло, пока книга не была в библиотеке.       А сам явно был против, чтобы я ее читала…       Стараясь все списать на глюки, открыла книгу и начала листать страницы одну за другой. Я даже в текст не вчитывалась, желая проверить, а точно ли мне показалось, что друг потемнел, чего с людьми вообще не бывает. Однако открыв последнюю исписанную страницу, я в неверии воззрилась на нее.       Текст был написан не обычными чернилами, а серебристо-прозрачными.       В ужасе я посмотрела на Арсения, оторвавшись от созерцания листа бумаги. Он встретился со мной глазами и грустно улыбнулся, прекрасно поняв мои мысли. Очень грустно.       Медленно протянула руку навстречу к нему. Попыталась дотронуться до его плеча, даже не обращая внимания на то, что все остальные, кроме меня и парня, радостно смылись в коридор и, судя по всему, отправились на кухню хрумкать без нас. Арсений же не двигался и печально провожал мою ладонь своим взглядом до того момента, когда все и случилось...       Рука беспрепятственно прошла сквозь его тело.