ветер
6 марта 2023 г., 10:00
Чжун Ли может назвать путешественницу любимицей ветров, причём, по вполне очевидным причинам.
Количество толпящихся возле неё обладателей анемо глаза Бога — просто запредельное. Действующий магистр, странствующий ронин, неугомонный детектив, маленький ниндзя, учёная Сумеру, юный алхимик, нелюдимый Якша, подопечный Нахиды и Барбатос собственной персоной. Количество искалеченных сволочью-судьбой особенно выводит его из равновесия, но больше всего раздражает то, как часто они вызываются сопровождать путешественницу. «Странник» вообще от неё не отлипает, Адепт смотрит как на чудо света, а бард так и норовит обнять. Сама Люмин протестов не выражает — даже наоборот — и это вызывает в нём бурю эмоций, которые сложно назвать положительными. Моракс списывает это на то, что первым городом на пути странницы стал Мондштадт.
Путешественница же чувствует в каждом из детей ветров родство. Она совершенно не знает причины этих чувств — возможно, это её сестринские инстинкты — но каждого из носителей анемо стихии ей нестерпимо хочется обнять и погладить по голове. Может быть, они напоминают ей о брате, может она чувствует схожесть судеб, а, может, она, как семя одуванчика, хочет найти ветряной поток, который укажет ей путь к желанной свободе.
Скара… Аяну. Странница возвращает своё внимание Рексу Ляпису. Мужчина равнодушно рассматривает свои ладони. Он ей, временами, напоминает кота: большого, но всё же ведущего себя как котёнок. Девушка тянет к нему руки и обхватывает поперёк талии, Чжун Ли сперва теряется, но подтягивает её ближе и утыкается куда-то в перекат плеча.
— Удобно? — он невнятно, но явно довольно, мычит.
Как поэтично, милая, — смеётся внутренний голос. — Ты ведь прекрасно знаешь, что каждый из них заперт в собственной клетке, как и ты.
Но рядом с Хейдзо, Венти или Сяо она действительно чувствует себя хорошо, хоть адепт и ворчит. Странник же в её жизни появился вообще случайным образом. Нахида сказала: «Рядом с тобой он быстрее поймёт себя», — Люмин услышала — «Теперь это твоя забота. Удачи». Когда бывший предвестник попросил дать ему новое имя, то девушка действительно была озадаченна. У неё с наименованием, конечно, получше, чем у Паймон, но возлагать на неё новое имя, знаменующее отречение от прошлого — перебор. Но Сказитель, неожиданно, непозволительно глубоко тронул её душу. Что-то в его пропитанном болью и одиночеством взгляде напомнило ей брата, хотя за доброжелательность и улыбки в их семье отвечал именно он. А, возможно, Люмин увидела в страннике себя. Если бы она не встретила Паймон в начале и первым местом её пути стала бы Снежная, то она, несомненно, примкнула бы к Фатуи. Не потому что желает зла и гибели миру, а потому что у Люмин есть цель и чтобы её достичь она использует всё и всех. Когда придёт время она перевернёт Бездну с ног на голову и вправит мозги нерадивого братца, который сейчас совершенно не оправдывает титул «старшего». Но пока она пьёт чай в компании двух Архонтов, хранительницы мира мёртвых, устрашающего Адепта, который не знает куда деть глаза и постоянно смотрит на неё, ища поддержки, и трёх друзей, которые не раз и не два выручали её из беды.***
— Как долго ты собираешься держать его рядом с собой? — неожиданно задаёт вопрос Чжун Ли, подходя к ней со спины с чашкой фирменного чая в руках. — Когда захочет — уйдёт сам, — девушка даже не отвлекается от записей. — Если Нахида возложила заботу о нём на тебя, то это не означает, что должна ежедневно таскать его за собой, — она слышит нечто, похожее на обиду в его голосе. — Это его выбор, я просто не отказываюсь от помощи. Он толковый боец, — теперь Люмин поднимает глаза на бывшего Архонта. — Ты можешь позвать кого угодно, я уверен, что никто из твоих друзей тебе не откажет, — Моракс не сводит пристального взора с возящегося с чем-то странника. — Не имею привычки отвлекать других по пустякам, с которыми могу совладать самостоятельно. Он перевозит взгляд на неё и путешественница видит мелькнувшее на дне янтарных глаз недовольство. Она выдыхает и тянет к мужчине ладонь, которую тот, немного помедлив, принимает. Для Люмин взаимодействие с ним — всегда сплошное минное поле. Чжун Ли лишь выглядит спокойным — этот урок она усвоила давно. Пускай для окружающих консультант просто живое воплощение грации, размеренности и прочих синонимов слова «невозмутимость», но она знает правду, закрытую за семью замками. Кота в мешке не утаишь, хотя в его душе прячется нечто пострашнее пушистого комка с когтями и острым взглядом. Он не скрывает он неё своих демонов и Люмин не знает — хорошо это или плохо. Временами, от взгляда, которым он смотрит на её спину, когда никто не видит, у неё мурашки. Она не боится — сама согласилась — но неприятно ощущать себя почти экспонатом в чьём-то музее драгоценностей. Моракс смотрит на неё со странной смесью обожания и невероятной жаждой чего-то, что она не может идентифицировать ни как желание убить, ни как похоть. Он от неё ничего не требует и это удивляет. Со стороны их отношения вообще выглядят странно, но их обоих это, видимо, устраивает. Люмин не любит прикосновения и терпит их только от тех, кому, как ни странно, покровительствуют ветра. Потому что любое их касание подстать стихии — невесомое и лёгкое, словно перо. У Чжун Ли руки горячие и весь он — словно нагретый на солнце камень, пахнет зноем. Путешественница почти обжигается, когда трогает его, даже сквозь одежду. А Моракс наслаждается любым контактом с ней. Правда, на лице — почти маска из холода и приевшейся вежливой улыбки, когда внутри почти распирает от чувств. Непристало многовековому богу, пускай и бывшему, желать свернуться калачиком под чьим-то боком и мурчать от удовольствия, только почеши — лапкой задрыгает. — Я не умею читать мысли, — он чуть сильнее сжимает её ладонь. — Говори словами. — Мне бы хотелось, — он запинается — много чего хочется, — чтобы ты, — прекратила смотреть в свои чёртовы карты и смотрела на меня! — составила мне компанию за чашкой чая. Странница видит в глазах напротив что-то животное, тут же скрывающееся где-то на дне души. И интерес в её душе очень опасно ходит по лезвию здравомыслия. Она переплетает их пальцы и невесомо поглаживает тыльную сторону чужой ладони. Она смотрит ему в глаза, но мысли уносятся куда-то далеко и в светлом кор ляписе яростно мелькает жидкое золото. Моракс ненавязчиво тянет её на себя, заставляя задумавшуюся девушку упасть в его объятья. Он смыкает ладони на её пояснице и упирается подбородком в пшеничную макушку. — Словами, — тянет странница, удобнее — насколько возможно — устраиваясь в кольце чужих рук. — Выйдет слишком грубо. — Предпочту грубость слов, чем синяки, — он едва дёргается и поспешно размыкает объятья. — Ты как скала и это не комплимент. Чжун Ли удивлённо приподнимает брови и наблюдает за тем как она потирает ушибленный лоб. Девушка снова смотрит ему в глаза и слегка улыбается. — Расслабься, я не имела ввиду, что ты меня бьёшь. Люмин проверяет местоположение остальных членов команды, но Паймон всё ещё пытается что-то доказатьЛюмин давит усмешку, наблюдая за согнувшимся в три погибели Богом контрактов. Моракс принимает своих внутренних демонов и даёт им насладится моментом, прежде чем снова запереть туда, где увидеть их сможет только путешественница из других миров.
