Отражения. Часть 1. «Пушиночка»

      «Так вот, что значит выражение «жить между двумя огнями»…» — промелькнула в голове Равенны какая-то пронизанная отчаянием мысль.       Еще не до конца въехав во все происходящее, Софтер слепо уставилась в окно, где сейчас, на высоте третьего этажа, маячил кто-то во всем темном.       — Меня сейчас проглючило, или ты тоже это видишь? — в какой-то мере даже загадочно поинтересовался Тей, взглядом указывая на «чужого» по ту сторону оконной рамы.       Гертруда, продолжавшая истошно орать и ломиться в дверь, заглушила слова кошака, но зато вернула волчицу к действительности. Как известно, из двух зол выбирают меньшее, поэтому, неопределенно пожав плечами, Ра решила открыть дверь, пока вторжение в палату не спровоцировало чужака разбить окно и проникнуть в помещение.       — Закройте глаза! — заверещала Вэлл, влетая за порог из коридора. — Это они! Они пришли сюда!       Енотовидная собака бросилась на Софтер и повалила ту на пол.       — Ни в коем случае не смотрите на этого призрака! Слышите?! Ни в коем случае! Пока он не может сюда попасть, но если он поймает ваши взгляды, то подчинит себе ваши разумы, и вот тогда нас всех уничтожат!       — И это твое «не нарушайте покой больных»?! — огрызнулась волчица, сказав первое, что вообще пришло в голову, а именно тупую шутку в стиле Кэтрин, предположительно из-за которой теперь пора было сдаться.       — Отдай им то, что они хотят, и тогда мы обе останемся живы! — Гертруда выглянула из-за какого-то аппарата, но тут же поспешно скрылась.       — И ты еще об этом?! Да вы все сговорились что ли?! — в ярости заорала Равенна, окончательно выйдя из себя. Она всегда, как оказалось, была спокойна до невозможности, но всеобщее единогласное желание сдать или убить ни в чем не виноватого кошака стало последней каплей. — Пошла вон!       Оскалив клыки и страшно сверкая алыми глазами, в которых переливались все оттенки крови, Равенна схватила Вэлл за шкирку и потащила в коридор. Гертруда ошалело вопила, в соседних палатах одно за другим разбивались вдребезги окна, они шипели и пронзительно выли. Хрипло дыша и с трудом удерживаясь от желания разорвать эту медсестру на куски, волчица отшвырнула ее от себя и развернулась, чтобы вернуться в палату, но внезапно остолбенела от увиденного. Один из них терпеливо ощупывал лапой в перчатке стекло, все покрывшееся трещинами, ища наиболее хрупкое место. Расчерченная паутиной трещин поверхность поскрипывала, слабея с каждой секундой и испытывая все возможности последних нервных клеток Софтер. Стекло со стороны черного призрака было окутано странной дымкой, и в ней особенно жутко рисовались очертания одного из них, похожие на бездонно-черные провалы. Подняв морду в маске, черное существо поймало и зафиксировало взгляд Ра на себе, из-за чего стекло разом затрещало и в следующий миг брызнуло миллионом сияющих осколков в разные стороны. Вот и конец… Для одного из близнецов Айс сочтены последние минуты.       — Нет, заберите лучше меня! — крикнула Равенна и словно бы услышала свой голос со стороны.       Звуки вторжения затихли, как будто бы волчицу с головой опустили в ледяную воду. Отчаяние. Безысходность. Последнее, что осталось у Софтер до того, как черный призрак заберет кота. А потом… Будет ли вообще что-то потом? Или она тоже погибнет сейчас, но от потери крови, когда на нее обрушится водопад острых стекол? Это чувство дежавю. Теперь оно точно так же отвратительно, как и все воспоминания из прошлого ровно до того момента, пока в ее жизни не появилась Летиция, и не настала вместе ней долгожданная светлая полоса… А теперь… Судьба ли решила так жестоко подшутить над ней и в последний миг вернуть все, что она так старалась забыть напрочь и забросить в запыленный «долгий ящик» под надежным вековым замком? Когда-то у нее получилось увидеть простую романтику жизни и существования, чтобы на какое-то время жить с ней, не потерять, едва заметив… Что получится теперь? Реальность… Жизнь… Смерть… Существуют ли они до сих пор? Есть ли теперь? Или все это очередная выдумка, к которой волчица не готова?.. Что случится через минуту?.. Что принесет следующий миг?.. Почему существовать для будущего всегда так больно?..       Стекло разлетелось на миллионы кусочков; было видно, как они переливались всеми возможными цветами в лучах солнца, медленно падая вниз. Уже не пытаясь выпутаться из такого же медленного падения куда-то в пропасть бесконечности, Ра, пересиливая себя, распахнула глаза. За пустой оконной рамой хлестал ливень, озаряемый молниями и заглушаемый раскатами грома. Волчица видела, как летят вниз капли, как подсвечиваются они голубовато-белыми разрядами сбоку в своих глянцевых обтекаемых очертаниях, когда небо прошивали электрической ниткой… Гром не мешал ей; казалось, что кто-то просто отключил звук замедленной сцены из какого-то глупого кино… Какой-то дешевой трагедии, в конце которой все погибнут так неправдоподобно и неоправданно… Исчезнут, как исчезали когда-то… как исчезали в борьбе ни за что… Зачем все это?..       «Может, и я обернусь дождевой каплей, когда умру?» — заторможено подумала волчица, уже ощущая какую-то легкость и отстраненность от реального жестокого мира и его проблем. — «Было бы здорово… Летишь себе, знай, вниз… несет тебя ветер… Ни тоски, ни боли, ни разочарования… Жизнь коротка, но так блистательна и торжественна… Что может быть лучше?..»       Она повернула голову и увидела одного из них. Черный призрак завис в воздухе, готовясь напасть на сиамского кота, потом рванулся вперед, камнем упал вниз и обратился темно-серой дымкой. Равенна хотела закричать, хотела хотя бы как-то помешать одному из них, но кто-то словно бы осторожно взял ее за протянутую вперед кисть и отвел лапу в сторону, не позволяя пошевелиться и вмешаться в исполнение приговора Судьбы. Темное облако взмыло вверх, невесомо подплыло к оконной раме и вылетело наружу… Софтер успела только увидеть проблеск опустевшего взгляда кота. Тей смирился с происходящим… Как она смирялась когда-то… Сильные тоже плачут…       Равенна прошла к подоконнику, на который падал теплый майский дождь, вгоняющий в комнаты душистый травяной ветерок, что промчится мимо, взметнет занавески и исчезнет где-то у потолка, просветлив и напоив всю комнату свежестью и свободой. Многочисленные сгустки темной магии ровными рядами уносились в сторону Мраморного Леса, унося за собой и чьи-то короткие невинные жизни. Они приземлялись и в зданиях, и на улицах, но неизменно утаскивали всех тех фуррят, которые родились с цветной шерстью или обрели ее позже, уже потом… В увиденном было что-то нереальное… Что-то не от мира сего… Картинка как картинка… Ни смысла в звуке, ни промелька света в темноте… Это не могло быть Истиной… Не могло быть правдой! Не могло! Не могло!.. Не происходило бы… Но оно действительно происходило. Это могло значить только одно: они все это время придерживались какого-то плана, а сейчас настало время для осуществления последнего шага и грандиозного свершения задуманного. Равенна вдруг явно увидела, как по улицам бегут цветастые фуррята, как они пытаются противостоять им, но всякий раз становятся черными облаками, что несутся к Мраморному Лесу. Смело маленькие фурряточки сражались с силами Судьбы, совсем бесстрашно встречали удар, и никто не отводил глаз, и никто не сдавался… В жизни вообще ничего не бывает просто так…       — Что же это происходит?.. — тихо спросила Равенна саму себя, ища хоть какое-нибудь объяснение всем этим образам, что закружили своей пестрой чередой, туманя сознание. — Как же так получилось?..       — Известно что, — вдруг раздался рядом голос Гертруды, и жизнь вернулась к привычному быстрому ритму, а уши Равенны вновь наполнились звуками. — Вы разве не знаете?       — О чем не знаю? — голос Софтер прозвучал как-то глухо, а саму волчицу сейчас слишком легко было принять за ожившего по какой-то причине мертвеца, хотя, по сути, так и было.       — Какие-то фуррята из Мраморного Леса сумели сбежать. Говорят, что их трое, и что они содержались до этого в специализированном детском доме, то бишь, были ненатурального окраса. У нас все заголовки пестрели этой новостью, неужто Вы действительно не видели? — Вэлл с интересом покосилась на Равенну, а затем продолжила:       — Конечно, все сразу же поверили в то, что они тоже сумеют изменить свою судьбу, если предпримут хоть какие-нибудь попытки прекратить весь «беспредел» со стороны черных призраков. Вы знаете, как это всегда бывает… Вот и… Впрочем, как остается сказать, ожидаемого эффекта ничего не возымело, и все, кто куда-либо убегал или что-либо творил, просто попали в их лапы точно так же, как другие. Только больше разозлили их. Так что… недолго уже осталось до того момента, когда все города… Да что города!.. Весь нынешний мир будет исключительно во власти «чистокровных»…       Гертруда посмотрела с печальной улыбкой в глазах на Софтер, намекая на то, что теперь-то жизнь идет именно так, как и должна была с самого начала, как бы ни было больно, а затем вышла из комнаты. К несчастью для енотовидной собаки, волчица вовсе не была готова согласиться с этой идеей действительности, а потому безжалостно содрала с себя белый халат и рванула вниз, на улицу.       Прочь отсюда, с этого проклятого места.       Вперед, прямиком к Лесу, где, есть еще шанс… Нет. Шансы больше не помогут. Думать так нельзя, надеяться тоже. Нужно бежать туда, где должен сейчас находиться Тей. Где он обязан был быть. Он— тот самый вдохновляющий пример того, что никогда не поздно начинать бороться, но никогда нельзя прекращать это делать.       Теперь у Равенны был план. Теперь, как и тогда. И это план наконец был завершен и ясен. Только цель, никаких препятствий.