Восьмое чувство

      Хосты – неоценимый источник информации. Редкий клиент рассматривает их всерьёз, осторожничает в словах и не выкладывает всю свою подноготную. Большая же часть посетителей клуба видят в них лишь красивых кукол, приятных собеседников, чутких слушателей, душевных собутыльников, умелых любовников, - в общем всех, но только не людей с острым умом, цепкой памятью и способностью к манипулированию.       Хосты Портовой мафии честно и на высшем уровне выполняют свои обязанности: угождают клиентам любых мастей, литрами подливают дорогой алкоголь и сладкими речами заставляют вернуться обратно. Насколько Дазай знал – большая часть его знаний была несколько устаревшей, – особо успешных парней и девушек, примеченных всевидящим менеджером, Озаки-сан брала под личный контроль и воспитание. Таких было немного, поэтому конкуренция между хостами, принадлежащими порту, просто бешенная. Те же молодые люди, что работали в клубе не на порт, а на себя, даже не думали о подобном: Портовая мафия – не та организация, что занимается благотворительностью, хотя у Мори имеется несколько счетов в благотворительных фондах. Правда, нужны они были для отмывания денег и поддержания приличного статуса в глазах общественности.       Хосты из-под крыла Озаки в обычное время не выделялись ничем особенным: у них были те же обязанности, что и у остальных, кроме возможности стать полноценными шпионами, что хитрыми манипуляциями вытягивают из нужных клиентов информацию и передают её порту. Весьма узконаправленная, но ценная сила – у информаторов, работающих вне клуба, большая свобода действий и отсутствие ограничений на передвижение, тогда как хостам приходится выкручиваться только на своей территории с ограниченным количеством времени.       Дазай относил себя к людям, уважающих и принимающих людей любой профессии. Работа – это всего лишь работа, какой бы чёрной, пыльной и неуважаемой обществом она ни была. Он не принижал значимость людей, стригущих газоны в парке и устанавливающих дорожные знаки, равно как и не преувеличивал ценность сотрудников IT-компаний, врачей и политиков – каждый из них занимался важным делом, направленным на улучшение качества жизни людей, а жить с комфортом Дазай любил.       Далеко не всегда работа определяет личные качества человека. Например, бывает и так, что человек совершенно не подходит для своей деятельности по многим – если не всем – параметрам, но тем не менее занимается тем, чем занимается. Дазай знает несколько таких личностей: он сам, Одасаку, главный следователь из Окружной прокуратуры Йокогамы, продавщица из комбини около его дома и, возможно, Накахара Чуя.       Осаму хватило двух встреч, чтобы предположить, что работа хоста не для Чуи. Да, он подходит по внешним параметрам – Дазай ещё ни разу не встречал настолько привлекательного парня, интересного собеседника, обладающего острым умом, и – наиболее вероятно – одного из шпионов Кое-сан, сумевшей сделать исключение и взять под опеку человека, не принадлежащего Портовой мафии. Но это не значит, что ему там место.       Чуя говорил, да и Дазай даже не сомневался, что он один из лучших в своём деле, работает с вип-клиентами, а значит, в его красивой рыжей голове находится кладезь полезной информации. Накахара, может, и не понимает всей её ценности, что очень маловероятно, но в нужных руках она может стать настоящим оружием, способным либо спасти, либо уничтожить. Чуя может стать неоценимым союзником в чём-то грядущем – осталось только подступиться к нему.       В случае отсутствия ключа всегда можно подобрать отмычку к душе и разуму любого человека. У некоторых замки настолько лёгкие, что даже как-то стыдно становится, а с некоторыми приходится возиться, перебирать ключи и надеяться, что хозяин в один момент не сменит замки. Чуя относился ко второму типу людей, но, несмотря на это, всё всегда начинается с одного – с общения. Нельзя раскусить человека, не имея с ним личного контакта или переписки – на одних сухих фактах из биографии далеко не уйдёшь.       После их совместного распития кофе и поедания дорогого шоколада, прошло несколько дней, которые Осаму был по уши занят новым сотрудником. Воспитание Ацуши-куна требовало много времени и сил, а во все те моменты, когда Дазай спихивал мальчика на кого-то другого, он занимался бумажной волокитой того же Накаджимы. Требовалось запросить документы из приюта, оформить в агентстве, договориться с управляющим общежития, и написать кучу заявлений в государственные структуры для урегулирования вопроса не передачи мальчика под суд – Осаму было чем заняться. И, тем не менее, несмотря на усталость, он находил время вечером, за ужином, продумать план действий по сближению с Накахарой.       Перерыв от общества друг друга в несколько дней пойдёт только на пользу – нельзя напирать на Чую слишком сильно, запугать и без того пугливого зверька не входило в его планы. Осторожность в действиях превыше всего.       В эти дни затишья Чуя наверняка успел несколько раз прокрутить в голове слова Дазая о дружбе, доверии и общении. Выводы у него могут быть самые разные, вероятнее всего, не в пользу шатена. Но зерно посеяно, остальное – дело времени. Он подготовил почву для дальнейших действий, а вот что это будут за действия, Осаму не знал.       Возможно, друг Чуе нужен больше, чем покровитель или некие туманные перспективы, и тогда Дазай в полной мере сможет реализовать свой личный интерес к этому человеку. Дазай может стать хорошим другом? Вполне, если не потеряет интерес к Чуе. Он думает, что был достаточно хорошим другом для Оды и Анго в своё время, несмотря на то, чем всё закончилось.       Дазай видел несколько вариантов, как наладить общение: через соцсети, что отнимает меньше времени, но исключает личный контакт; дружеские встречи на нейтральной территории, что хорошо, но невозможно ввиду отсутствия близкой связи; стать клиентом Чуи, что весьма затратно, ограниченно по времени, но исключает возможность быть посланным на хер, а это, несомненно, плюс. Стать клиентом – значит получить минимум час времени на живое общение и безграничное внимание со стороны Чуи, что является неплохим стартом.       План был до банального прост. Итак, чтобы максимально сблизиться с загадочным юношей, Дазай предполагал следующие действия: во-первых, узнать про рабочие часы Накахары через сайт клуба. Во-вторых, закончить с работой пораньше и повесить тренировку с Ацуши на Куникиду. В-третьих, как можно раньше прийти в клуб, чтобы Чуя уж точно был свободен, и ему не пришлось уходить с пустыми руками. И, наконец, когда внимание Накахары будет посвящено лишь ему одному, включить на максимум всё, что только можно включить – мозги, обаяние, чувство юмора, чуткость, наблюдательность и бесконечное дружелюбие.       Прийти на встречу с Чуей в поношенной одежде и после долгого рабочего дня Дазаю совесть не позволила – негоже налаживать отношения, в чем попало. Быстрый душ дома, переодеться в заранее заготовленную одежду и в путь, чтобы по прибытии узнать, что Чуя уже занят, но он может выбрать любого другого свободного хоста. Дазаю не нужен любой другой, при всём уважении, ему нужен один конкретный. — И как давно занят Чуя-сан? — Совсем недавно, — девушка-администратор ему мило улыбалась. — Но у нас есть несколько свободных сотрудников, которые, уверяю вас, смогут составить вам приятную компанию на этот вечер. Вам показать список?       Насчёт приятной компании Дазай не сомневался: он успел налюбоваться фотографиями хостов на сайте клуба – беда в том, что ему нужен самый, блять, занятой. И это не голословное заявление: на сайте есть вкладка «забронировать заранее», и Дазай на полном серьёзе собирался ей воспользоваться, только вот осуществить бронь на сегодняшнюю дату нельзя, а он всё подготовил, чтобы прийти именно сегодня. Из любопытства выбрал другие даты, и оказалось, что попасть к Чуе без записи весьма и весьма сложно – невероятно большое количество людей хотело с ним пообщаться. Были даже дни, когда к парню просто так, по счастливой случайности, не попадёшь – забронирован на весь вечер. Сегодня начало рабочего дня у него было свободно, только вот Дазай не успел. — Нет, спасибо, я хотел встретиться именно с Чуей-саном. — У нас есть несколько других обаятельных рыжих мальчиков. Они окажут свои услуги по более доступной цене, — нельзя терять потенциальных клиентов, в особенности тех, кто готов заплатить побольше. — Дело не в цвете волос или цене, — если честно, то цена кусалась – Дазай не зарабатывал столько, чтобы забронировать Чую больше, чем на час и при этом побаловать себя приличным виски.       Девушка кивнула и что-то пробила в компьютере – клиент готов платить исключительно за Чую и не собирается выбирать кого-то другого, ей нужно что-нибудь придумать. Минута ожидания, и она уже нашла выход из положения: — На данный момент Чуя-сан забронирован на час. Вы можете подождать у бара, когда он освободится, — весьма удачный вариант. Вообще-то, такое не совсем соответствует правилам клуба, но, с другой стороны, клиент потратится в баре и оставит деньги в кассе, даже если нынешний клиент Чуи решит продлить время. А шатен тем временем, может быть, кого-то присмотрит на замену. Заведение останется в плюсе в любом случае. — Вы невероятно любезны, — Дазай подарил девушке свою лучшую улыбку, потому что знал: предложенный ею вариант не соответствует правилам клуба, и в случае чего её по головке никто не погладит. Администратор рисковала получить нагоняй, но, тем не менее, Осаму уже развернулся к большим стеклянным дверям, ведущим в главный зал. — Как только Чуя-сан освободится, я позову вас для оплаты. — Благодарю.       Переступая порог, Дазай невольно вспомнил тот единственный раз, когда был здесь. Сейчас многое изменилось: обновили цвет стен, мебель, добавилась зелень, но вот количество и качество алкоголя на витрине бара осталось неизменным.       В прошлый раз, когда ему, кажется, было лет семнадцать, Дазаю понравилась и атмосфера, и хост. Возможно, он бы пришёл ещё раз – отвлечённый разговор ни о чём, когда не нужно думать и напрягать мозг, был приятен, но о таком важном клиенте, как Дазай Осаму, не могли не доложить Коё. Женщина сразу же заподозрила неладное: не может же этот мальчик посетить её заведение просто так, не преследуя каких-либо целей. Тогда у них состоялся весьма напряжённый разговор за чашкой кофе, который отбил у Дазая всякое желание переступать порог этого заведения. Нет, Коё ему не запретила, она не ругала, не поучала, но их разговор настолько сильно был пропитан недоверием и полным отсутствием понимания подростковой нужды в общении, что Осаму решил лишний раз не связываться как с самой Озаки, так и с её детищем. Сейчас же, по прошествии нескольких лет, он не испытывал отталкивающего чувства. Слова были в памяти, но не отдавались неприятным осадком – прошло слишком много времени для такого незначительного разговора.       Для приличия заказав недорогой виски, Дазай цепким взглядом оглядел помещение, выискивая нужную рыжую макушку. Ему повезло: он удачно выбрал место за стойкой и теперь мог видеть Чую, что изящно заправлял рыжий локон за ухо и обворожительно улыбался; его глаза поблёскивали неподдельным интересом к собеседнику, а в руке находился бокал с чем-то красным. Это не вино или какой-либо ещё алкоголь – хостам нельзя пить на работе, но создавать видимость желательно. Как правило, клиенты не хотят выпивать в одиночку, к тому же приятно угостить хоста – вдруг удастся заполучить расположение и каких-нибудь привилегий из-за помутневшего рассудка работника. Глупые люди! Помутневший рассудок – умелая актёрская игра для вашего же наслаждения и выкачивания денег на всё новый и новый алкоголь.       Час прошёл довольно быстро, и Дазаю очень повезло, что предыдущий клиент не продлил Чую ещё на час. Как только Накахара поднялся с диванчика и направился к выходу, к Осаму подбежала молоденькая низкая официантка и попросила подойти к стойке администратора для оплаты услуг Чуи-сана. Оперативная работа, ничего не скажешь – прошлый клиент ещё не успел покинуть заведение, как на оплату уже зовут нового.       Они встретились у стойки администратора, когда девушка называла Дазаю сумму, а тот доставал наличные из кошелька – светить картой в заведении Портовой мафии как-то не хотелось. Весь момент оплаты Чуя молча стоял у двери, ожидая своего нового клиента и выглядел парень невероятно роскошно: чистая и гладкая кожа без малейшего пятнышка, ямочек или веснушек; уложенные волосы блестели в свете ламп, лёгкий макияж подчёркивал все достоинства лица и, конечно же, особый акцент сделан на глаза. Расстёгнутый ворот чёрной рубашки открывал аккуратные косточки ключиц и невероятно контрастировал со светлой кожей; а брюки обтягивали пусть и короткие, зато стройные и сильные ноги. Во всём его виде не было ничего вульгарного, наоборот, открыто минимум участков тела, но это не уменьшало привлекательности и желанности Чуи. Идеально продуманный образ. Внешний вид определённо стоит половину той суммы, которую Дазай только что заплатил. — Правила клуба можете прочесть здесь, или же Вам о них расскажет Чуя-сан. — Спасибо за предложение, но пусть лучше Чуя-сан меня просветит, — отходил от стойки Дазай с улыбкой Чеширского кота.       Чуя – само очарование – открыл перед ним дверь и пропустил вперёд. Они в тишине передвигались по залу, судя по всему, к самому дальнему диванчику. Это показалось Осаму вполне логичным, но детектив ошибся – Чуя лишь обогнул бар и выбрал место, что было в зоне видимости не только бармена, но и сразу трёх камер – перестраховывался как мог.       Жестом приглашая Дазая расположиться, сам парень сел рядом, но ровно на таком расстоянии, чтобы не быть слишком далеко, но и не позволить клиенту слишком быстро приблизиться к его лицу и телу. Каждое движение выверено и доведено до автоматизма. — Не ожидал Вас здесь увидеть, — Чуя первым начал разговор. Ему целый час придётся его всячески поддерживать и добавлять интереса, если вдруг клиент решит побыть неразговорчивым. Это вряд ли: как Накахара понял, Осаму не из тех, кто любит помолчать. Но нельзя допускать, чтобы в разговоре сквозила неловкость. — Я же говорил, что мы ещё увидимся. — Не помню такого, а у меня хорошая память. — Разве? — Дазай упер ладонь в подбородок, наигранно удивляясь. — Мне казалось, я произнёс это вслух. В любом случае, сейчас это неважно, так ведь? — Абсолютно согласен, — Чуя само спокойствие и покорность. Хорошо, что в жизни он не такой. — Вам не душно в помещении? Не хотите выпить чего-нибудь прохладного? На улице, наверное, невероятно жарко.       Да, на улице духота ещё та, но Дазай последний час провёл в прохладном помещении со стаканом виски – ему не на что жаловаться. К тому же, вопрос не столько с заботой о клиенте, сколько в стремлении продать ему выпивку под предлогом заботы. Одинокие люди ведутся на такое только так, ещё и попросят добавки, а одиноких среди клиентов предостаточно. Дазаю этот трюк понятен, но это не значит, что он на него не поведётся. — Да, я бы не отказался от виски, — парень взял винную карту, что лежала на кофейном столике и поверхностно изучил меню бара – он уже знал, какой виски закажет, а какой ему не по карману. — А тебе какой сок заказать? Или просто воды?       Конечно же, он знал, что хосты не пьют алкоголь – Чуя даже в этом не сомневался. Весьма учтиво с его стороны всё же подумать о парне и потратиться на какой-нибудь напиток. — Что ж, виноградный сок был бы весьма кстати. — Закуска? — Мне нельзя. — О, — это то, о чём Осаму не знал – хостам нельзя есть во время работы с клиентом, чтобы не портить свой прекрасный образ такими земными вещами, как пережёвывание пищи. Но что же делать, если у парня весь вечер забит? Чуя вообще не ест? — Даже тайком никак?       Чуя покачал головой, жестом подзывая официантку, чтобы клиент смог сделать заказ. Девушка подбежала невероятно быстро, молча приняла заказ и так же быстро его принесла – Осаму впечатлён уровнем обслуживания. — Итак, — Чуя сделал маленький глоток своего сока. Прошлый клиент не раскошелился, и теперь у него кошки в горле скребут. — Дазай-сан, я обязан объяснить Вам правила данного заведения. Вы можете… — Я знаю, что могу, а что нет, — парень отпил виски. Неплохо, но в три раза дороже, чем он стоит на самом деле. После посещения этого развлекательного заведения ему придётся затянуть пояс до конца месяца – зарплата через две с половиной недели. — Можешь не утруждать себя. И ещё, я могу просить тебя перейти на «ты»? Знаю, вам не положено, но и мы ведь не чужие люди.       Вопрос заставил Чую задуматься. Вообще-то да, не положено. Это клиенты могут к хостам обращаться как угодно: Чуя-сан, Чуя-кун, просто Чуя, некоторые наглые морды позволяют себе «милый», «сладкий» и прочие тошнотворные прозвища. Хосты без возражений принимают это, ещё и с улыбкой. Клиент считает тебя милым – замечательно, сладким – ещё лучше, назовёт котёнком и попросит помурлыкать – хосту в радость, лишь бы все были довольны, и деньги текли в кассу. — Если ты так хочешь.       Чуе стыдно признаться, но он впервые оказался в ситуации, когда не до конца уверен, что же ему делать с клиентом. В большинстве своём снимающие его женщины или мужчины хотят одного – романтики. Клиенты подобных заведений, как правило, одинокие люди, ищущие тепла и заботы. Эти несчастные не имеют пары по разным причинам: кто-то из-за работы, кто-то слишком стеснительный и неуверенный в себе, у кого-то уже есть семья, только вот счастливого брака не вышло, а разводиться дорого и неудобно перед обществом или детьми. Таких людей среди клиентов довольно легко разглядеть: они смотрят на хоста с надеждой и обожанием, а через некоторое время во взгляде, позе и манере разговора можно почувствовать благодарность – эти люди пусть на час и за деньги, но почувствовали себя значимыми и любимыми.       Были клиенты, которым нужна не пара, а душевный понимающий друг. Такие крайне редко стеснялись, были болтливы, щедры на алкоголь – для них поход в клуб был равным вечеру в баре с лучшим другом. У людей разные цели, от клиента к клиенту не приходится – у Чуи были и те, кто пришёл на спор; и те, кто решил позлить вторую половинку. Бывало, приходили от скуки, избытка денег и много чего ещё – в этом плане Накахару трудно удивить, но он всегда знал, какой модели поведения придерживаться. В крайнем случае, его спасала способность, но сейчас её использовать себе дороже. Чуя решил, что если и использует «Восьмое чувство» в присутствии Дазая, то только если от этого будет зависеть его жизнь. Все другие причины незначительны, чтобы рисковать и подставляться лишний раз.       Чуе никогда не было сложно найти общий язык с посетителями, но Осаму ставит под вопрос его профессионализм. Как себя вести конкретно с этим клиентом? Какие у него мотивы? Если вспомнить их прошлые встречи, то Дазаю от него нужно лишь общение – значит, нужно применить модель «клиент-друг». Но если он пришёл не за этим, если у него есть какие-то скрытые мотивы? Осаму, как он сказал, «самую малость» опасный человек, работающий в детективном агентстве. Что если он пришёл сюда по работе? Если у них какое-то расследование против Портовой мафии? Это связано с недавним взрывом в полицейском участке, или порт где-то ещё успел перейти дорогу правительству?       Множество вопросов одновременно крутилось в голове, но внешне Чуя – само спокойствие: сидит в расслабленной позе, уголки губ слегка приподняты вверх, имитируя радость от присутствия Дазая поблизости, взгляд немного игривый и покорный одновременно – хост мастерски держит лицо, при этом беспрерывно анализируя ситуацию, слова Дазая и свои собственные. Если так будет продолжаться целый час, он на завтра выпросит выходной.       Чуя не дурак, чтобы вестись на слова и общий дружелюбный вид детектива, и он нисколько не тешит себя надеждой, что все его мысли – паранойя, а на самом деле Осаму проявляет к нему невиданный интерес из-за, допустим, нежных чувств. — Мне кажется, ты хочешь что-то спросить или сказать, — Дазай отпил виски и поставил стакан на столик. — Мне интересно, в какой момент времени ты решил посетить клуб – до или после неудачного свидания? — Я бы не сказал, что оно было неудачным. Мы неплохо провели время.       Чуя подвис лишь на долю секунды, не более. Дазай что, флиртует с ним? У него такой специфический юмор, и он пытается разрядить и без того мирную атмосферу? Блять, и какую модель теперь использовать Чуе? Конкретно этот клиент всё ещё пришёл за дружеским общением или у него менее невинные планы?       Чуя чувствует себя как в свои восемнадцать, когда он только начинал работать хостом. Тогда он тоже периодически тупил, слишком долго подбирал слова, но это быстро прошло – годы наблюдений за другими хостами не прошли бесследно. Сейчас же у него большой опыт и приличная репутация, нельзя облажаться – не с его положением и статусом. Дазай посылает романтические намёки – значит, Чуя будет работать и с этим тоже. — Если хотел пригласить меня на настоящее свидание, мог бы просто написать. Ты не похож на парня, что боится сделать первый шаг, — Чуя положил руку на спинку дивана, и его пальцы оказались в опасной близости к шее клиента. Взгляд лукавый, с укоризненкой. Дазай здесь не ради свидания, не в первую очередь уж точно. — Ты бы отказался. Или я не прав? — Я не был бы против выпить что-нибудь в приятной компании. — Но не расценивал бы это как свидание, — боже, что они обсуждают. Дазай сам себе поражался. Какое-то блядское потенциальное свидание, на которое один не согласится пойти, а второй вряд ли пригласит. И стоит понимать, что в их ситуации роли можно примерить на обоих парнях в равной степени. — Ты вообще ходишь на свидания? Можешь ответить честно – обещаю, моё сердце вынесет этот удар. — Иногда. Но вряд ли тебе это интересно. — Вообще-то, мне интересно, — сейчас Дазай смотрел на него с таким любопытством, что легко можно было подумать, будто хост тут Осаму, а Чуя его клиент. Весьма забавная смена ролей, только вот недопустимая. — С радостью послушаю эти увлекательные истории. Я профессионал по части свиданий, так что могу поделиться парочкой полезных советов, если что.       Сдержать смех было слишком сложно, так что Чуя даже не стал пытаться. В конце концов, это действительно было забавно и очень неумело. — Что? — Дазай не понимал, что он такого смешного сказал. Ему ведь действительно интересно всё, что касалось этого человека. Особенно теперь, когда каждую крупицу информации можно использовать в лично-рабочих целях. Шантажировать Чую совсем не хотелось, как и выстраивать отношения «услуга за услугу», но если ситуация совсем прижмёт, деваться некуда, и в ход пойдут все козыри. — Я могу сказать честно? — получив утвердительный кивок от парня, Чуя продолжил. — Хост из тебя так себе. Да и сразу видно, что ты впервые в подобном заведении. — И что же я делаю не так? — Ну, во-первых, никогда ничего не обещай, никого не убеждай и ничего не советуй. Ты заведомо не сможешь исполнить обещание, убеждения могут принести вред, а советы оказаться ложными, и возникнут только новые проблемы. Незачем дарить людям надежду на помощь, к тому же есть риск через время получить не самые приятные заявления от «обманутого» клиента. Ни тебе, ни администратору, ни менеджеру это не понравится. А во-вторых, — Чуя сделал недолгую паузу, во время которой поудобнее уселся на диванчике, лишний раз привлекая внимание к своим чертовски красивым ногам и изгибу бёдер. Он знает все достоинства своего тела и умеет ими пользоваться – если клиенту он понравился, то несколько лёгких махинаций позволяли это подтвердить. — Узнаешь при следующей встрече.       Внимание Дазая приковано к его бёдрам – неутешительный результат. Ну, или просто у него давно никого не было, и теперь он вёлся на любое красивое тело, как бы омерзительно это ни звучало. На задворках сознания промелькнула шальная мысль, но Чуя тут же наградил себя щедрым мысленным подзатыльником – спать с Дазаем может быть опасно для жизни, даже если вдруг очень захочется.       Зато теперь меньше вопросов на тему, как себя с ним вести ближайший час. Лёгкий флирт, через время ещё раз эффектно сменить позу, за десять минут до конца подсесть поближе, и готово – клиент вернётся за добавкой, так как далеко не все могут себе позволить продлить время.       Дазай смотрел на бёдра Чуи и, кажется, понял тонкий намёк. Во всяком случае, ему показалось, что он понял, и что это был намёк. С Чуей вообще нельзя быть уверенным на сто процентов: их прошлая встреча, когда всё пошло не по плану – тому яркое подтверждение. — Это намёк посетить столь прекрасное заведение ещё раз или приглашение на настоящее свидание? — его взгляд оторвался от бёдер и встретился с прищуренными голубыми глазами. Удивительно, насколько Чуя очаровательный, когда старается быть хитрым. — Свидание, — юноша очень убедительно задумался. — Скорее нет, чем да. Мы не настолько хорошо знакомы. — Свидания и нужны для того, чтобы познакомиться поближе, или ты не знаешь таких простых вещей, Чуя?       Накахара профессионально пропустил мимо ушей колкое замечание. Он не будет бурно реагировать на все непонравившиеся слова Дазая. — Да ещё твоё сомнительное увлечение в преследовании людей вызывает много вопросов. А ещё привычка вести допрос вместо светской беседы, — Чуя загибает пальцы, вспоминая все грешки Дазая в их прошлую встречу, но при этом делает это скорее игриво, чем утверждает, что преследовать людей нихера не хорошо. — Мне начинает казаться, что в твоих глазах я опасный для общества человек.       Парню нечего ответить. Не скажет же он, что, может быть, для общества в целом Осаму и не представляет угрозы, но лично для Чуи – вполне себе. Вместо этого он взял бокал и пожал плечами. — Чуя-кун, ты ранил меня в самое сердце, — Дазай приложил руку к груди, изображая разбитое, больное сердце, что выглядело весьма комично. Чуя не смог не улыбнуться. — По-твоему я похож на, допустим, маньяка? Или психопата? — По-моему ты похож на кого угодно, и это весьма пугающе. Просто чтобы ты знал. — Ты меня боишься? — Осаму не мог сказать, что если это окажется правдой, он будет сильно удивлён. В конце концов, людям не доверяют не без причины. В прошлом кто-то мог чем-то очень сильно напугать Чую или навредить ему, и теперь он в каждом видит угрозу. Но это лишь гипотеза. О том, какие у него на самом деле причины, Дазаю только предстоит узнать. — Не сказал бы, — на самом деле самую малость, в первую очередь из-за способности, точнее из-за того, что Дазай мог что-то почувствовать или заподозрить. — Но ты определённо выводишь меня из зоны комфорта, если так можно описать то, что я чувствую. — Жить в панцире не так уж интересно, Чуя-кун, — забавно, что это ему говорит Дазай. Проблемы с доверием свойственны не только Чуе: Осаму тоже этим грешит, и своими словами как будто бы пытается убедить в чём-то не только Накахару, но и себя. – Однако мне интересно, что же я уже успел сделать.       Чуя собирался отшутиться, может быть, перевести всё в лёгкий флирт, но Дазай не хотел так быстро заканчивать этот разговор: — Только честно. Пожалуйста.       От одной размытой правды станет ли ему хуже? Пожалеет ли он об этом потом? И вообще, когда это Дазай опять перетянул всё одеяло на себя и начал контролировать ситуацию? Разговор снова о том, что интересно детективу, что ему выгодно знать. Чуя не любитель поиграть в кошки-мышки, однако если жизнь прижимала, у него неплохо получалось. Он всегда выходил победителем, именно поэтому всё ещё жив и не в тюрьме. Однако, играя с Дазаем, его не покидает ощущение, что он не просто проигрывает, а ему ещё и поддаются. Просто отвратительное чувство. Удивительное и омерзительное одновременно. — Я неплохо разбираюсь в людях и привык знать, чего от них ожидать. Это необходимое умение для работы, без него тут сложно выжить, — что было чистейшей правдой. Без умения анализировать на верхушку не пробиться. Да, Чуе было проще – с его-то даром, – но это вовсе не значило, что без него он ничего не может. Успехов он добился собственными силами, всегда полагаясь в первую очередь на себя, а потом уже на способность. — Конечно, наверняка знать невозможно, так что люди не перестают меня удивлять, но вот ты… Всё как в тумане. Очень сложно догадаться.       Тишина, повисшая между ними, была недолгой. — Почему ты пошёл в эту профессию? — прямой вопрос, такой нетипичный для Дазая, удивил Чую. Его раньше не спрашивали о подобном. — Ради денег. — Есть что-то ещё, — уже не вопрос. Он уверен, что дело не только в деньгах. Такой парень, как Чуя, нашёл бы способ заработать: у него мозги и смекалка на месте. — Только это, — о том, что Чуя тем самым выплачивает долг Коё, он, разумеется, Дазаю не скажет.       На самом деле его никто об этом не просил. Коё ни разу не заикнулась, что Чуя ей что-то должен или чем-то обязан. Казалось, Озаки хватает того, что подросток помогает с клубом. Чуя сам решил, что станет хостом, как и решил, что вернёт женщине сумму, которую она за него заплатила. Вернёт не лично, так как он не решался эту тему поднимать, но уверен: Коё поняла его намерения.       Иногда у Чуи закрадывалась мысль, что Озаки специально не говорила с ним об этом, не напоминала, во сколько он ей обошёлся. В этом не было смысла – женщина потратила свои личные деньги, а сумма там была не малая. Может быть, Коё думала, что Чуя слишком совестливый и вернёт долг, или была уверена, что он станет хостом, или же что он вступит в Портовую мафию, когда подрастёт – непонятно, но совесть и чувство благодарности в Чуе всё же были. За отработанные годы он вернул сумму через кассу клуба, теперь его здесь ничего не держит, однако Чуя всё ещё хост и менять место работы пока что не собирался. — Меня здесь никто насильно не держит, я не член Портовой мафии, так что при необходимости могу позволить себе собрать вещи и уйти, но я не делаю этого из-за денег. Это наиболее прибыльная работа из всех, что я могу себе позволить на данный момент.       Было так непривычно говорить в первую очередь о себе. Клиенты приходили узнать не о жизни хоста, а рассказать о своей. Всем им в разной степени нужен слушатель. — Ты очень милый, когда говоришь полуправду. Интересно, я один удостоился чести узнать что-то личное, или ты со всеми клиентами так работаешь? Какие люди к тебе приходят? — От случая к случаю не приходится. Кому-то нужен только слушатель, кому-то собутыльник, друг, любовник, но последних сразу же выводит охрана. Мы не предоставляем подобные услуги, — первый вопрос Чуя решил проигнорировать. Никакой правды Дазай не узнал, а то, что знает, сам легко мог предположить. Но если ему хочется почувствовать себя особенным – Чуя не против, ему лишь это на руку. — Наверное, любовником тебя хотят видеть чаще всего.       В голосе Дазая сквозит осуждение, но не Чуи, а этих безмозглых людей. Глупые люди, со своими скучными жизнями и недалёкими мыслями. Не все из них по-настоящему ценят работу хостов, а это непростой труд. Проституция лечит переполненное гормонами тело, а не хосты. Эти парни и девушки, несомненно, красивы, подобное трудно отрицать, но красота не приравнивается к доступности. Для кого-то услуги хостов являются спасением от одиночества, а некоторые идиоты своими оскорбительными предложениями обесценивают чужой труд.       Да, кто-то из коллег Чуи соглашается на эти предложения, нарушая установленные правила, но это их выбор, и он останется исключительно на совести этих людей. Если согласился один, это вовсе не значит, что продаются все. Сколько раз Чуе и его коллегам предлагали секс за деньги? Сколько раз он отказывал, чувствуя себя облитым грязью? Да, он позволяет себе флиртовать, но это часть работы и не более.       Дазай не праведник и не заступник, за ним числится много грехов и от большей части из них за всю жизнь не отмыться, но как же порой бесит чужое скудоумие, плоские мысли и взгляды. Люди глупы, в этом их особое очарование, но не вся глупость отдаёт чем-то наивным, иногда она пахнет гнилью. — К сожалению, так и есть. — Рад, что лично ты не предоставляешь подобные услуги, — голос моментально смягчился. В его планы не входило напугать Чую или дать ему повод думать, что Дазай о нём низкого мнения. Всё совсем наоборот.       Если бы Чуя каждый раз воспринимал всерьёз слова уродов, что считают его лишь телом, уже бы давно наложил на себя руки. Сомнительные предложения ему начали поступать задолго до официального трудоустройства. Некоторых мудаков не смущал тот факт, что перед ними ещё ребёнок. Когда такое предложение поступило впервые, Чуя был уверен, что убьёт ту женщину – разве она не видит перед собой нескладного подростка с застывшим страхом в глазах? Ему действительно было страшно, потому что он здесь никто, потому что думал, ради прибыли его действительно могут продать подобным образом, но этого не произошло – за него вступилась одна из девушек. Нынешний Чуя научился не воспринимать эти предложения, хотя горечь на языке всё ещё ощущалась каждый раз.       Сидящий напротив него Дазай не воспринимает его как тело, он видит в нём человека – это подкупает. Приятно, когда тебе не приходится придумывать байки насчёт работы или отмалчиваться, когда тебя принимают такого, не ставя на ступень ниже. Таким людям хочется отплатить той же монетой. — Как насчёт тебя, Дазай? — Что тебе интересно узнать? — Обещай, что ответишь честно, — Чуя слегка придвинулся ближе, как бы говоря «ты можешь мне доверять, я никому не расскажу. Всё, что ты скажешь, останется между нами, будет нашим с тобой секретом». И, вообще-то, он имеет право ожидать честного ответа – сам же был честен, да и не спросит он ничего криминального, так, сущий пустяк.       Дазай прищурил глаза, предугадывая вопрос Чуи. Быть честным – не его конёк, но то ли он под впечатлением от маленькой игры хоста, то ли тут в воздухе что-то распылено, то ли он уверен, что ничего важного Чуя не спросит, но кивает головой и сам подсаживается чуть ближе. — Как тебе удалось уйти из мафии и при этом остаться в живых? Я всё думаю об этом и никак не найду ответа, — на самом деле это правда лишь отчасти. Да, он думал об этом, но уж точно не каждый день, да и имел в голове несколько вариантов. — Я могу быть очень полезным, даже не находясь в организации. — То есть ты кто-то вроде двойного агента? — Кто-то пересмотрел фильмов про шпионов, — какое наивное предположение, но Дазаю приятно: под таким углом его ещё не рассматривали. Обычно он предатель, крыса и тварь неблагодарная – статусы зависят от человека. Для Мори-сана он угроза, для Исполнительного комитета – предатель, для служащих невысоких рангов, кто в своё время работал под его началом – тварь и крыса, и только для Хироцу он был потерянным мальчишкой – мужчина всегда был добр к нему и, может быть, поэтому Дазай относился к старику лояльно. — К тому же я довольно живучий. Даже слишком, если честно. — Если ты не работаешь на мафию, то какая от тебя живого может быть польза? — А от мёртвого, значит, может? — Мёртвые хорошо молчат. — Мёртвые могут говорить больше и громче живых. — Не понимаю, — Чуя действительно не понимает, а ещё он почти переходит на шёпот – чем тише говоришь, тем интимнее воспринимается момент. — Если тебя убьют, на свет всплывут какие-то секреты? — Тебе говорили, что ты очень сообразительный?       Делиться информацией подобного рода лично для Дазая не было чем-то важным, а вот судя по выражению лица Чуи, можно предположить, что хост так не считает. Мори-сан наверняка оповестил Исполнителей о ценности живого Дазая Осаму, а те это передали своим подчинённым более высоких рангов, но Накахара-то об этом не знал и даже не догадывался. Вполне возможно, он воспринял эту информацию, как посвящение в один из множества секретов жизни Дазая. Осаму рассчитывал, что теперь, обладая подобной информацией, Чуя станет более открыт и расположен к нему. Дазай методично подготавливал почву для доверительных отношений. — Обычно я не даю повода об этом думать. Каким ты был в мафии? — Лучшим из худших. — Я так и думал, — Чуя почти невесомо прошёлся по его скуле, заправил прядь волос за ухо – хосты могут прикасаться к клиентам, если захотят или будет необходимость для налаживания контакта. Другое дело, что не все и не всегда хотят. — А какой ты сейчас? — Один человек скажет, что я худший из хороших парней. — Кажется, я даже знаю, как зовут этого человека. И, Дазай, — Чуя коснулся его руки – тактильная близость располагает, иногда привязывает клиента к хосту, и раз уж он сейчас и друг, и предмет воздыхания, нужно отыгрывать роль до конца, — твоё время вышло.       Дазай достал телефон и посмотрел на время – действительно, час пролетел так быстро, а ведь они только начали куда-то двигаться. Он не уверен, что всё идёт в нужном направлении, потому что все эти касания, которые он не остановил, переходят какие-то границы, но честный обмен незначительной информацией друг о друге – хороший результат. Всё идёт по плану. Кажется. — Что ж, тогда ещё увидимся. Я напишу? — Мне нельзя вести личные переписки с клиентами, — ну, кроме одного «особенного» клиента. Там всё довольно сложно. — Значит, лучше не быть твоим клиентом. — Уже поздно, ты один из них. — Исключений не бывает? — Нет, я послушный мальчик, — звучит, конечно, убого, но так оно и есть. — Я могу? — Дазай протянул руку к лицу парня. — Тут ресница.       Были клиенты, что нарушали правило «смотреть, но не трогать», и тогда хостам приходилось им лишний раз об этом напоминать или вызывать охрану, если трогали без согласия и в неположенных местах. Дазай же покорно ждал, когда Чуя даст согласие, ну, или откажет. Парень утвердительно кивнул – на эту невинную заботу он закроет глаза, если только Осаму не предпримет ничего лишнего. — Я что-нибудь придумаю, — Дазай не позволил себе лишнего. Он действительно одним быстрым и аккуратным движением убрал ресницу с его щеки, показывая её на пальце, мол, я не просто так прикоснулся. — Мне даже интересно. Снова «случайно» встретимся? — Ну, возможно. А может быть, я нагло нарушу правила и напишу. — Я не отвечу. — Ответишь. Признайся, ты мной очарован. — Какое самомнение, — Чуя беззлобно фыркнул и встал с дивана – пора было выпроваживать засидевшегося клиента, у него ещё полно работы.       Закрыв за Дазаем дверь и имея перерыв в десять минут перед следующим клиентом, Чуя зашёл к менеджеру. Сумико сидела за столом, заваленным бумагами. На подставке стояла кружка с недопитым кофе; в волосах у неё торчал карандаш, что удивительным образом не портил её внешний вид и не придавал ему небрежности. Лишь показывал бесконечный объём работы и занятость женщины. Чуя решил её не отвлекать и сразу же перешёл к делу. — Сумико-сан, я могу на завтра взять выходной?       Женщина обеспокоенно осмотрела Чую – он ответственный парень, без причины выходной не попросит. — Что-то случилось? Клиент? Что он сделал?       После общения с детективом Чуя чувствовал себя как выжатый лимон – нужно было постоянно следить за словами: Дазай умел выводить на нужные темы. Другое дело, что сегодня он этого не делал. Странно? Возможно. Но если он действительно хотел наладить личные взаимоотношения, без всяких манипуляций и махинаций, без каких-то расследований, то всё вполне логично. Сегодня они чуть ближе узнали друг друга, пусть и весьма поверхностно.       Не то чтобы Чуя стремился сблизиться с Дазаем, нет, но чёрт, иногда ему не хватает комфортного общения не с коллегами, когда всё вертится не только вокруг работы или около неё. Не хватает общения с людьми, что не смотрят косо или жадно, не пытаются выстроить блядские рыночные отношения. Ему даже как-то извращённо нравится, что он не имеет никакого понятия, что у Дазая в голове. Это странно, может быть опасно, но это неведение по-своему приятно.       Мотивы Дазая туманны, как и сам он, но он действительно неплохо провёл час, несмотря на то, что смертельно устал. Было непросто, особенно поначалу – трудно работать, когда не знаешь, чего именно от тебя хотят. Но позже Чуя правильно разобрался в ситуации и отработал на отлично – клиент обязательно вернётся. Он обещал. — Нет, никаких проблем, — менеджер прищурила глаза – не верит. — Серьёзно, не лез, лишнего не спрашивал, всё прошло гладко. Я просто немного устал, в последнее время такая нагрузка.       Сумико-сан быстро застучала клавишами, проверяя его расписание на завтрашний день и прикидывая варианты. Пойти навстречу Чуе не проблема, особенно если учесть, что он никогда не наглеет и на шее не виснет. Лучшие кадры всегда должны быть в форме. — На завтра у тебя уже есть бронь, с десяти вечера до полуночи, так что выйти придётся, но до этого времени можешь отдыхать. Поменяю тебя сменами с новенькой – выйдешь на работу в воскресенье, — женщина не спрашивала его мнения, удобно Чуе или нет, хочет он работать в воскресенье или не особо. Просишь отдых на завтра – придётся отработать в другой день. — Хорошо, спасибо.       Пока Чуя встречал нового клиента, он подумал о том, что Дазай вряд ли будет сильно заморачиваться и просто напишет ему. Была у парня какая-то внутренняя уверенность в этом. Возможно, так даже будет проще. Возможно, он ответит. В конце концов, познакомились они до того, как Дазай стал его клиентом, так что формально он ничего не нарушает.