Как Эндрю завëл лиса.

***

      Остальную, довольно быструю, дорогу мы проехали молча. Я лишь прижимал ладонь к порезу, потому что кровотечение, по неизвестным нам причинам, не останавливалось. Возможно, надо было сделать жгут, но сейчас было совершенно не до этого.       Я размышлял над словами, только недавно сказанными Эндрю. Неужели это правда, что Кевин заинтересован во мне? Разве это не смешно? Этот человек меня ненавидит, ну, если, конечно, сказать мягко, то терпеть не может.       Да и чем вообще я мог заинтересовать? Если Кевин – это профессиональный спортсмен?       И ведь очень странно, что лучший игрок страны, не считая его сводного брата, оказался здесь. Хотя, припоминаю что вокруг его травмы ведущей руки было много шума. Хотя, я всегда относился презрительно к Рико Морияма – сводному брату Кевина и его прошлому капитану по команде.       Теперь я начал вспоминать. Точно, сначала они исчезли с экрана на несколько месяцев, а потом только было объявлено о том, что "второй номер" получил травму в виде сложного перелома левой руки, катаясь на лыжах.       Почему-то тогда я мало этому поверил. Как он мог быть так неосторожен?       Потом Девид Ваймак – тренер по экси университета Пальметто, то есть Лисов, во всеуслышание сказал о том, что Кевин стал его помощником. Но как все удивились и расстроились, когда Дей стал официальным игроком команды Лисов, подписав с ними контракт.       Эта история стала такой шумной в спорте, что ещё пару недель только об этом и шла речь на всех спортивных каналах.       А ведь экси мне тоже нравилось... Да и не думаю, что я потерял к нему интерес сейчас. Просто когда отец сказал, что спорт это ненужная трата времени, и мама с ним согласилась, я перестал проситься в школьную сборную. Но всë равно продолжал следить за событиями.       Я знаю правила этой игры как свои пять пальцев, каждое и наизусть. Я также мог бы сыграть в роли нападающего... По крайней мере, клюшку я держал и даже старался играть на этой позиции в школе. Мне сказали, что у меня неплохие способности.       Но вопрос остаëтся открытым – что во мне могло привлечь внимание Кевина?       — Значит, ты не собираешься объяснять им, что с тобой случилось?       Меня снова отвлëк от мыслей этот успокаивающий голос. Оперевшись лбом о холодное стекло, я прикрыл глаза.       — Я уже говорил, что имею полное право не отвечать на этот вопрос.       Мне показалось, или я действительно услыхал измученный вздох с его стороны? Видимо, причудилось. Так хочу спать...       — Мне – может быть. Но им ты должен же будешь что-то сказать.       С чего это? Ты мог бы просто кинуть на них один взгляд, и они бы никогда и словечком не обмолвились об этой ситуации. Ну и ладно, видимо, помогать в этот раз ты мне не будешь.       — Не знаю. Просто попрошу их поскорее собрать вещи.       Скорее всего, так и сделаю. Или они всë равно попросят объяснений, что произошло и почему такая внезапная спешка? Зная Ники, так и произойдëт. Но что я могу им рассказать, если даже Эндрю ничего не знает?       Я тяжело выдохнул. Голова кипела от мыслей, но ничего дельного на ум так и не приходило.       Мы подъехали к дому. Я буквально вылез из машины, а близнец пошëл к багажнику, доставать пакеты с продуктами. Я направился сразу в дом. Открыв дверь, я еле смог зайти. Меня встретил Ники.       — Привет! Вы всë купили? — на его лице сияла улыбка, но она тут же исчезла, когда он увидел, что я зажимаю рану на руке. — Нил, что с тобой случилось?       Я сглотнул. Мне действительно нечего было сказать.       — Вам... Вам всем надо уехать отсюда. Срочно. Прямо завтра, с утра. В Южную Каролину, вроде бы. Там у вас же университет? Собирайте вещи.       — Что за спешка? И почему ты говоришь "вы"? Ты ехать с нами не собираешься?       Я даже попытался вытянуть из себя улыбку. Мне даже стало приятно что, в первую очередь, они с Эндрю подумали о том, что я не собираюсь направляться с ними, нежели о причине внезапного уезда.       — Сначала надо обработать рану. Иди сюда.       Аарон появился у дверей в гостиную, и подбородком зазывал меня войти. Это помогло мне пока ничего им не рассказывать, но лишь ненадолго. Прекрасно понимая, что после меня ждал расспрос с особым пристрастием, я неспеша поплëлся к нему.       Обработав и наложив бинты, Аарон посадил меня на диван с тарелкой горячего супа.       Первая мысль была о том, когда они приготовили его, или где вообще взяли, потому что я никогда не видел чтобы из них кто-то ел суп. Я начал медленно пить, и по животу начало распространяться такое необходимое тепло.       — Ну, так что с тобой случилось? Вечно ты находишь какие-то приключения на свою задницу.       Я даже вздрогнул. Теперь я увидел ещё одно отличие близнецов. Вернее сказать, услышал. Уже четвëртое. Почему я вообще начал считать их отличия?       Ну, состояло оно в том, что у них абсолютно разные голоса. Или интонации? Но мне кажется, что именно голоса.       У Эндрю он с хрипотцой, и вечно такой безоговорочный и твëрдый, что один его звук вселяет в меня нереальное спокойствие. Даже если бы Эндрю сказал, что прямо сейчас в эту комнату зайдëт мой отец, я бы даже не вздрогнул.       У Аарона же голос иногда наполнен некой паникой. Хотя, он очень старается не показывать этого. Прямо, как и сейчас.       — Вот именно! Во-первых: что с тобой случилось; Во-вторых: почему мы должны куда-то уезжать; И, конечно же, В-третьих: какого хрена ты собираешься оставаться здесь?!       Кажется, если Ники не услышит ответов прямо сейчас, он сойдëт с ума. По крайней мере, так можно было судить по срывающимся голосу и истеричной интонацией.       Я сглотнул невероятно тяжëлый ком в горле. Неужели я сейчас заплачу? Нет, мне показалось. Разве уже пришёл момент, когда я должен рассказать им правду? Нет. Если они узнают правду, то мы больше никогда не увидимся.       Хотя, на что я вообще надеялся, зная, что рядом со мной никто не выживает? Что одно моë существование принесло много смертей? Этим парням просто нельзя оставаться здесь, и тем более, брать меня с собой.       — Вы должны уехать. Лучше, прямо сейчас.       — Ты должен сказать нам, почему?!       Ники вздрогнул, кажется, почувствовав взгляд позади стоящего Эндрю на своëм затылке. Он сглотнул и отвернулся. Видимо, больше вопросов на эту тему никто задавать не будет.       Я постарался, даже вяло, улыбнуться ему. Лицо Эндрю осталось таким же непроницаемым.       — Нас не будет здесь завтра утром, и тебя тоже.       Этот не ждущий возражений голос, с нотками приказа и высокомерия. Я повернул голову в сторону лестницы. Конечно, я не ошибся. Там стоял Кевин. Выражение его лица не показывало никаких эмоций.       — Кто за то, чтобы Нил поехал с нами?       Ники сразу уверенно поднял руку после своей реплики. Даже не оборачиваясь на друзей, как будто он уже на все сто процентов знал, что все поднимут руки.       Так и случилось. Даже Аарон, всё это время просто сидевший, не принимающий никакого участия в этом споре. Конечно же, за исключением Эндрю. Но всем и так было понятно по одному его взгляду на меня, что даже если бы все проголосовали против, я бы поехал.       Кажется, воздух начал покидать мои лëгкие. Они правда хотят чтобы я был с ними? Я же чëтко дал понять, что со мной опасно.       — Вы что, совсем не понимаете, что со мной опасно? Просто уезжайте! Я выживу как-нибудь сам. Как жил и до встречи с вами.       — Нил, давай я объясню тебе всë: мы встретили тебя, полуживого из-за лихорадки на дороге, при этом чуть не сбив. Привезли сюда, и ты жил здесь, с нами, чëртовы две с лишним недели. Так что, то что ты съëбываешь отсюда с нами, даже не обсуждается, чëрт возьми. И только попробуй, блять, что-нибудь сказать.       Теперь кузен близнецов выглядел сурово. Это давало понять, что всё мои попытки уговорить их оставить меня и просто бежать отсюда сразу будут пресечены.       Я с мольбой посмотрел на Эндрю. Последнее слово в этой компашке всегда было за ним. Давай же, чëрт тебя дери, ты должен быть рациональнее всех присутствующих здесь. Ты же, блять, понимаешь, насколько это опасно, потому что ты хоть чуть-чуть знаешь немного обо мне. Они – не знают ничего.       Он лишь лениво моргнул, выдержав мой взгляд. Какого чëрта?! Неужели он действительно намеревается защищать меня, даже не зная, с кем придëтся столкнуться? И почему, скажите мне на милость, я должен доверить свою жизнь этому безбашенному человеку?!       Или... Он всë-таки сможет обеспечить мне защиту? Встанет между мной и Натаном? Но не покромсает ли его мой отец на мелкие кусочки, добираясь до меня, тем более, не оставив в живых и остальных?       Я тяжело вздохнул. Сейчас думать об этом слишком муторно, да и глаза так и намереваются закрыться прямо здесь.       — Мы поговорим об этом и завтра, но сейчас я иду спать.       Сказав это, я встал и так же медленно пошëл в свою комнату. Этой ночью я должен испариться из этого дома, оставив этих ребят позади, как бы не было трудно.       Кинув последний взгляд на Аарона, не знаю, почему на него. Я просто не смог посмотреть на Эндрю, я вошëл в помещение, которое и здесь даже стали называть "моим". Отвели мне мой уголок, куда я могу возвращаться. Эти парни дали мне ощущение того, что я уже давно не чувствовал, ощущения чего-то родного, ощущение "дома". Конечно, только потому, что это позволил Эндрю.       И этой ночью я должен буду со всем этим попрощаться. Снова привыкать к жизни в бегах, при этом без мамы. Пустота, которую ненадолго смогла закрыть эта компашка своим присутствием стала ещё больше. Потому что теперь я потерял не только мать. Сегодня я потеряю людей, которые действительно начали становиться для меня близкими.       Может, до этого было ещё далеко. Возможно, им надо узнать всего меня, чтобы понять, как опасно со мной. Но даже не зная этого, эти парни были рядом. И я буду хранить это в себе, как что-то бесценное. Но сегодняшней ночью – меня здесь быть уже не должно. Они не смогут сами меня отпустить.       Сейчас кажется, как будто эта кровать – самая лучшая из всех, что когда-либо были в моей жизни. Только дотронувшись головой до подушки, я ускользнул в царство Морфея.

***

      — Вы правда считаете это хорошей идеей?       Аарон оглядел всех находящихся в комнате, немного задержав взгляд на брате. Его глаза так и говорили о том, что он сам сомневается в том, что говорит. Как-никак, он успел прикипеть к этому мальчику. Он был тихим, только вот вечно с какими-то травмами.       От кого, от кого, но от Эндрю он этого точно не ожидал. Так быстро начать верить человеку, или получеловеку? Тем более тому, кто чуть не перегрыз горло Ники, которого Миньярд взял под свою защиту.       Это для него немного... Несвойственно. И все в этом помещении это понимали, поскольку знали близнеца достаточно хорошо. А если так всë-таки, случилось, это значит только одно: Нил чем-то привлëк его внимание.       — Как бы там ни было, я считаю, что мы поступаем правильно. Согласитесь, хотя я не думаю, что хоть кто-то это когда-нибудь признает, но Нил стал частью нашей компании.       — И всë по твоей вине. Я вообще был против этого лиса.       Кевин скрестил руки на груди, конечно же, властно приподняв подбородок. Он спустился с лестницы, и сейчас стоял около косяка в гостиную.       Никто никогда не понимал, как может такой высокомерный человек, быть таким строгим не только к окружающим, но и к самому себе. Даже не так. В первую очередь к самому себе.       — Да ладно тебе, Кевин. Это же ты только что сказал ему, что он обязательно будет с нами, так какого хрена ты сейчас жалуешься. Тем более, зачем он тебе нужен? Только не говори, что заставишь бедного ребëнка играть в экси.       Ники даже скривился от этой мысли.       — Вообще-то, он сам сказал, что на самом деле он старше, чем выглядит. Ему скоро шестнадцать. И, если так посчитать, то в следующем году он уже сможет поступить в университет. А это значит что у меня есть целый год, чтобы подготовить его к тому, чтобы он мог играть в команде.       Хэммик измученно выдохнул, как будто речь Дея приносила ему одни только страдания.       — Кевин, ты издеваешься? Даже сейчас ты видишь в нëм только потенциального игрока команды?       Дэй сделал задумчивое лицо, как будто и не слышал обвинительного тона Ники.       — Он бы стал отличным нападающим. Я видел как он быстро бегает.       — Кевин, ты – настоящий монстр.       Хэммик сразу сжал губы, но никто даже злобного взгляда не кинул в его сторону. Компашку Эндрю постоянно награждали этим прозвищем, каждый уже успел к этому привыкнуть.       — Он поедет.       Эндрю проронил только это, и тут же спрыгнул с подоконника. Он вышел из комнаты, давая этим понять, что возражений просто не примет. Это были его последние слова, и плевать он хотел, что что-то кому-то не нравится.       Сделав вид, что он поднимается наверх, Миньярд незаметно пробрался в комнату Нила.       Странно было наблюдать как лис спит, освещаемый лишь неполной луной. Эндрю закурил очередную сигарету.       — И что, вы думаете что он не исчезнет за ночь?       Дэй уже сидел на диване, рядом с Аароном, с книгой в руках. Конечно, очередным фолиантом по истории. Никто так и не понял зачем Кевин, решил пощекотать себе нервы, выбрав этот предмет в профиль.       — Как ты можешь так говорить? Нил же ясно дал понять, что утром собирается продолжить разговор.       Ники находился на полу, прямо перед журнальным столиком. Он отвлëкся на парня только на несколько секунд, а потом снова продолжил искать нормальный фильм, рыская по всем каналам.       — Он и так никуда не денется. — Миньярд усмехнулся. Эта усмешка даже Хэммику показалась устрашающей. — Всю ночь проспит как миленький.       — Ар, только не говори мне...       Теперь всё внимание кузена было устремлено на двоюродного брата. Ники закрыл рот ладонью. Такого от Аарона он точно не ожидал. Миньярд лишь пожал плечами, как будто это было само собой разумеющееся действие.       — Да, небольшая доза снотворного. А что? Мне надо было спокойно допустить то, чтобы он убежал ночью?       — Погоди Аарон. Что ты сделал?       Равнодушный взгляд Миньярд устремился на Кевина, словно Дэй был немного отставающим в развитии человеком.       — Подсыпал в суп порошка, чтобы полузверь спокойно проспал всю ночь, есть проблемы?       Да, сейчас Миньярд всем своим видом пытался не показать, как тяжело ему далось такое решение. Как долго он пытался насыпать чëртову дозу снотворного в грëбанный суп.       Но Аарон просто по глазам понял, когда он заходил в комнату, что сегодня ночью мальчик постарается исчезнуть, если они добровольно не собираются отпускать его.       Да, возможно, было рано об этом думать, когда он только зашёл и начал лепетать про их отъезд, но Миньярд не ошибся, так что его совесть должна быть чиста.       — Аарон, это пиздец... — Ники покачал головой, вставая с места. — Вы меня, конечно, извините, но я спать. Мне нужно переварить то, что я только что услышал. Бывайте.       И Хэммик поднялся на второй этаж, достаточно громко закрыв свою дверь.       Миньярд уставился на Кевина, как будто в этих зелёный глаза он найден ответ на вопрос: плохо он поступил, или это было необходимой мерой? У него же уже стояли слëзы.       — Я не должен был этого делать, да..?       Его голос предательски дрогнул, выдавая своего хозяина с головой. Аарона съедала вина. Дэй подсел ближе, немного приобняв парня за плечи, в явном успокоительном жесте.       Сердце Миньярда, как назло, застучало быстрее. Воздух в лëгких заканчивался. Кевин не должен был этого делать. Он никогда обычно так не делает, так что же изменилось?       — Ты поступил так, как считаешь нужным. Возможно, это покажется слишком жестоким методом, но если ты не видел другого выхода, его просто не было.       Всë это он говорил смотря прямо в глаза собеседника. И после крепко прижал его к себе, словно это могло свести все переживания близнеца на нет.       И тут Аарон не выдержал. Это было странно, потому что обычно, он спокойно мог скрывать всë, что чувствует. Но сейчас, прижимаясь к Дэю, как к последнему спасательному кругу, он заплакал.       Очень ему несвойственное занятие, но за это время слишком многое накопилось на душе, и, казалось, только через слëзы сейчас всë может выйти.       — Я же... Может...       Миньярд и сам не понимал, что пытается сказать, поэтому снова закрыл рот, чтобы из него не вылетело того, в чëм он точно не собирался признаваться ближайшие тысячу лет.       — Ну же, успокойся.       Кевин взял его лицо в ладони, нежно улыбаясь. Это было только видение, или Кевин Дэй – высокомерный ублюдок и пьяница, каким его считают все Лисы, действительно умеет "нежно улыбаться"?       Конечно, слëзы Аарона эти слова точно не остановили, но то, что произошло после, ввело его в просто цепенящий шок.       Приближаясь к лицу близнеца, он продолжал внимательно смотреть в ореховые глаза. А потом, легко прижался своими губами – к губам Аарона.       Это было что-то, что шло в абсолютный разрез с тем, в чëм близнец так долго пытался уверить самого себя.       Видимо, Аарон не такой уж натурал, каким считал себя до этого, потому что ощутив второй раз губы Кевина на своих, совершенно не принесло никакого отвращения.       Только наслаждение, внутреннее трепетание, и желание на ещё один, хоть и коротенький, поцелуйчик.       Близнец уставился в глаза Дэя, как будто там увидит то, что так давно в себе подавлял. Сердце стучало, как сумасшедшее, так больно ударяясь об грудную клетку, но это приносило лишь радость. В ушах звенело, при этом в комнате стояла оглушительная тишина.       Кевин ждал от своего действия чего угодно. Криков, скандала, презрения, избегания всю оставшуюся жизнь, насмешек, да хоть чего-то, что могло бы образумить его. Подчиняется, хотя бы. Чтобы он прекратил думать об Миньярде всë своë свободное время. Чтобы, наконец, мог вернуться к своей нормальной жизни, хотя бы спать.       Но того, чтобы Аарон тихонечко посмотрел на него, так, как будто ожидает продолжения, а после действительно подвинется ближе, Дей ожидал меньше всего на свете. Естественно, в глубине своей души, где-то в самом далëком и тихом еë уголке, он надеялся на такой исход. Но что это действительно произойдëт, да ещё и наяву, а не во сне. Кажется, даже того, что за ним сейчас прейдëт Рико, он больше ждал, чем ответной симпатии от Миньярда.       — Аарон... Я... — Кевин продолжал сидеть рядом, буквально обжигая кожу Аарона. — Ты...       Миньярд сжал губы. Все те чувства и эмоции, которые он скрывал внутри себя, сразу после того, как Дей появился здесь, сейчас, казалось, огромными потоком вырывались наружу. Слишком много всего, что он хочет сказать Кевину.       Не найдя нужных, не то что слов, даже звуков, парень лишь обхватил лицо нападающего ладонями, полностью забирая всë внимание на своë лицо.       И когда зелена глаз прекратила судорожно бегать по комнате, Миньярд улыбнулся. И после... Снова нежно прикоснулся своими губами, к губам Кевина.       Он никогда до этого не думал, что прикосновения такого высокомерного человека, как Кевин Дей, такого вечно холодного, могут быть такими мягкими. Он трогал и целовал его так, как будто Аарон был хрупкой хрустальной статуей, которая лишь от одного неверного движения может осыпаться в мельчайшие осколки.       И это было... Мило. Наверное, за всю жизнь, которую Миньярд прожил, никто и никогда не относился к нему так трепетно и аккуратно, в первую очередь думая о его чувствах и желаниях.       Даже Кейтлин иногда могла против его воли поцеловать его прилюдно, хотя прекрасно знала и принимала то, что он не любит всех этих нежностей на публику. И вечно лишь одна отговорка: "Ну, я же хочу тобой похвастаться. Ведь ты немного популярен среди девчонок, знаешь? Я бы хотела чтобы они знали, что Аарон Миньярд – мой."       И близнецу это никогда не нравилось. Потому что он не вещь, и не может кому-либо принадлежать. Не может и не хочет.       Но Кевин... Он другой. Он как будто понимает всë то, что Аарон пережил, и уважает это, пытаясь не навредить его и так давно поломанной психике ещё больше.       Их поцелуй окончился, и Миньярд снова заглянул в глаза, которые тоже удивлëнно на него уставились. Близнец сначала громко вдохнул, а потом тяжело выдохнул воздух из лëгких, подготавливаяся сказать самую длинную и правдивую речь за несколько лет.       — Кевин, понимаешь, я не знаю, что я к тебе чувствую... Просто не знаю, как это описать. Каждый раз, когда вижу тебя, с тех пор как ты появился здесь, моë сердце начинает быстрее биться. Я всегда всë списывал на то, что я также, как и все, ненавижу твоë высокомерие... Но это не так. Я начал видеть в тебе только хорошие стороны. Там, где Лисы видят насмешки, я нахожу только отличный юмор. То, что вся команда считает за чëртовый идеализм, я вижу лишь кучу требований в первую очередь к самому себе. И за всë это, чувство внутри становилось всë больше... И я был уверен, что просто слишком ненавижу тебя. Просто терпеть в одном обществе не могу. Я постоянно думал о тебе. Нет. Я постоянно думаю о тебе. Даже когда встречался с Кейтлин всю мою голову занимал лишь ты. И я всë равно считал это моим праведным гневом. А потом... А потом этот поцелуй в Колумбии. Это по-настоящему смогло открыть мне глаза. Это нарастающее трепетание, когда ты попадаешься мне на глаза. Это неровное дыхание и сильные удары сердца... Я правда был уверен в том, что я натурал, но как только здесь появился ты, Кевин-мать-его-Дэй, я уже ни в чëм не уверен. Ни в своей безоговорочной натуральности. Ни в том, что я действительно когда-то любил Кейт. Короче. Кевин, ты мне нравишься.       Длинная тирада сбила нападающего с толку, и на его лице было написано явное недоумение и непонимание. Но последняя фраза как будто дала парню крылья. Его лицо расплылось в довольной улыбке, как будто от этого ответа зависела вся его жизнь.       — Аарон... Ты просто не представляешь, как долго я ждал того, что ты это скажешь.       Миньярд засмеялся, и этот звонкий и слишком громкий для такой большой комнаты смех, показался Дею самым очаровательным, какой он когда-либо слышал на этом свете.       — Будь честнее, Кевин. Я же знаю что ты потерял надежду, когда я закричал, чтобы ты не появлялся в моей комнате. Не поверишь, но это было прекрасно видно по твоему выражению лица.       Дэй состроил гримасу, чем вызвал новую волну смеха Аарона. Нападающий закатил глаза, как будто с нежеланием признаëтся в этом.       — Ну, хорошо, ты даже и не представишь в самых ужасных кошмарах, как я мучился, просто надеясь на то, что ты хоть когда-то, даже по приколу скажешь эти слова. Честно, я ночи напролëт не спал, просто пялясь в потолок и обдумывая разные картины в голове, как я скажу тебе о том, что ты мне тоже нравишься. Более того, Аарон Майкл Миньярд... — Кевин сделал небольшую паузу, сразу понятно, что специально, чтобы заинтриговать парня. — Я.. Кажется, я люблю тебя.       Близнец не мог поверить в то, что сейчас услышал. Просто кинувшись на шею Дэю, он крепко стиснул нападающего в объятиях.       — О, Кевин... Чëрт, не могу поверить, что действительно счастлив от признания мужика.       Дэй крепко обнял его в ответ, нежно обвивая талию Миньярда большими ладонями, заставив парня чуть смутиться.       — Ар... Ты будешь моим парнем?       Аарон оторвался от шеи, и посмотрел Кевину прямо в глаза. Целую минуту они просто пялились друг на друга. Это даже заставило Дэя попотеть. Что, если всë-таки откажет...       — А какого, блять, хуя, я должен говорить тебе "нет"? Конечно, да, высокомерный ты придурок!       И они снова крепко сжали тела друг друга.       Радости в тот вечер в двух сердцах было слишком много, а ночь была слишком коротка для них двоих...