Как Эндрю завëл лиса.

***

      Лола улыбалась, словно хищник, который наконец нашей добычу, и решил ей полакомиться.       — Ну здравствуй, Младший.       Я стиснул зубы, пока она пристëгивала меня наручниками к сидению. От переполняющей меня злости и страха, клыки вылезли сами.       И тут я вспомнил о том, что могу не полностью обращаться, вот только эту мысль тут же прервала звонкая пощëчина от Малькольм, которая после впилась своими ногтями в моë лицо, поворачивая в свою сторону.       — Неужели за два года в бегах ты разучился, нормально разговаривать? — она сделала паузу, хищно улыбнувшись. — Ну ничего, думаю, за эту поездку я смогу заставить тебя вспомнить о вежливости.       Машина до сих пор не ехала, и это только играло мне на руку. Эта сука не успела привязать мои ноги, это и стало их фатальной ошибкой.       — О нет. О вежливости я точно не забыл.       Сказав это, я быстро вывернулся, чтобы было удобнее, и со всей силы зарядил по еë лицу тяжелой подошвой ботинок, что мне купил Ники.       Сейчас я буквально восхвалял его, делая второй удар, пришедшийся ей, кажется, по животу.       — Ах ты ж, маленький сукин сын!       Успел крикнуть Ромеро, пытаясь со своего водительского кресла ухватиться за мои ноги, но их попытки были тщетными.       Я бил и бил еë и его, теперь просто метясь наугад, даже не зная, куда попадаю. Остановить меня смог лишь Джексон, что грубо оттащил меня, открыв дверь с моей стороны.       Я продолжал брыкаться и извиваться, даже по его хваткой, и он прекрасно понимал, что так просто успокоить меня не удастся.       Волшебным образом он отстегнул мои руки, чтобы полностью достать из автомобиля. Теперь уже я хищно улыбался.       Вторая фатальная ошибка.       Думаю, эти придурки просто забыли, что я не являюсь обычным человеком. Как только моë тело вытащили, и два парня стояли надо мной, я и перевоплотился.       — Что за...       Уже начал говорить Планк, когда я с когтями кинулся, на него. Я успел нехило поцарапать его лицо, скорее всего, останутся шрамы.       Меня за спину оттащил, Ромеро, и теперь вся моя злость была направлена на него. Я царапал и кусался, ухватывался за что было и пинался, думаю, я был самым несносным и бешенным за всю свою жизнь, просто извиваясь в их руках.       А потом Лола засунула меня в мешок, думая, что хоть так я успокоюсь.       — Маленькое зверское отребье! Какого чëрта ты думаешь, что и в этот раз мы дадим тебе уйти? Твой папа так скучает по тебе.       Даже холодный пот и страх, что появился при упоминании отца на самых задворках сознания, не дал мне перестать пытаться выбраться.       Мешок этот был самым обычным, а поэтому разорвать ткань в клочья не составляло труда, когда я снова оказался в машине.       Лола смотрела на меня с гневом, видимо, я разозлил еë. Но самое сладкое зрелище для меня было, это еë кровоточащий нос.       Девушка приставила дуло пистолета к моему лбу, уверенная, что я испугаюсь. Да пошла ты к чëрту, тупая идиотка!       Я оскалился, показывая все острые клыки, которыми я собираюсь впиться в еë шею, разрывая на части.       Она тоже ухмыльнулась, а после врезала мне рукоятью пистолета по лбу, на что я просто не успел среагировать.       Перед глазами всë поплыло, и моë тело безвольно упало, распластавшись по салону полицейской машины.

***

      Толпа давила нас, и я хотел поскорее попасть в автобус, ведь толкучка была невозможная, и скоро, возможно, перепечатка в жуткую, массовую и кровавую потасовку.       Я прекрасно видел, что Нил шëл сзади меня, и сейчас хотел просто схватить его и поскорее утащить отсюда, чтобы Лису не успело достаться. Но моя рука схватила воздух.       Я быстро обернулся, и осознание происходящего долгие пару секунд доходили до мозга.       Нила нет.       Чутьë начало подсказывать мне, что что-то не так, ещё когда он внезапно, без повода, начал благодарить меня. Я снова облажался, потому что не смог понять, что ему нужна помощь.       Нил в опасности.       Мысли о том, что этот мальчик мог просто сбежать даже не посещали мою голову, ведь это было невозможно. Если бы Джостен хотел сбежать, это бы уже произошло.       Нила похитили.       И я не знал, что мне делать. Конечно, у меня всегда были ножи, и сейчас я должен искать его. Но где? В такой толпе не продышнëшь, и забрать его мог кто угодно.       Я через силу начал двигаться против потока людей, пробираясь к концу этой удачной толпы. Ненавижу людей.       Я всë-таки смог выбраться, буквально вываливаюсь из моря людей. И мне на глаза попалась она.       Моя толстовка лежала на земле, совсем нетронутая, как будто бросили вещь здесь совсем недавно.       Я поднял еë, чтобы знать на все сто процентов, что она моя. И это действительно было так. На улице было достаточно прохладно, и Нил бы ни за что сам не расстался бы с ней.       И это только подтверждало мои догадки, значит, я не смог за ним углядеть. А ведь он сам предупредил меня о том, чтобы я не давал обещаний, которые не смогу исполнить.       — Маленькое зверское отродье! — слова отчëтливо донеслись до меня. Это был вопящий и кишащий ненавистью голос девушки. — Какого чëрта ты думаешь, что и в этот раз мы дадим тебе уйти?!       Потом я не расслышал, что она говорила, ведь на полной скорости, что у меня имелась, кинулся туда.       Я уверен, точно, что это они говорят о Ниле. Потому что "зверским отродьем" не называют обычных людей.       Возможно, я круто ошибаюсь, но я собираюсь проверить это, во что бы то ни стало.       Я был на месте, откуда исходил этот крик, и там оказалась лишь полицейская машина. Мои подозрения всë равно не уходили, поэтому я тихо подошëл к тонированным задним окнам.       — Хей, малец, что тебе здесь надо?       Грубый голос одного из копов, что заливал бак бензином. Но почему не на заправке? И зачем им нужно так много топлива?       Я непринуждённо улыбнулся, поднимая руки вверх.       — Я слышал крики. Мне показалось, здесь кому-то нужна помощь.       — Тебе показалось. Иди куда шëл.       Грубо отозвался тот же полицейский, и я чувствовал, как второй, что сидел на месте водителя, также прожигал меня взглядом.       — Конечно, конечно. Я уйду. Как только вы покажете, что у вас в машине.       На самом деле лишь проверка, но по реакции обоих сразу можно было понять, что Нил у них.       — Тебе что-то не понятно?! Сказали же, иди куда шëл!       Это был второй коп, вылезший из машины, и уже тянущий руку к кобуре пистолета. Нет, не так быстро.       Моя реакция оказалась быстрее, чем их, и уже спустя пару секунд я слышал вопль, перед которым одно из моих лезвий аккуратно вошло в его руку.       — Блять, что за хрень?!       Воскликнул он, поднимая руку, которая кровоточила, и из которой торчал мой нож. Он, кривясь от боли, достал его и бросил на землю.       — Ты, сука, поплатишься!       Я злобно усмехнулся. Это обещало быть весëлым.

***

      Я очнулся почти сразу, когда Лола со всей дури ударила мне по лицу. Теперь она была умнее, успев приковать мои руки наручниками, а ноги верëвками.       Я облизнулся, почувствовав привкус крови. Похоже, она разбила мне нос.       — Блять, что за хрень?!       Она повернулась к затонированному окну, прищурившись.       — Что у них там происходит?       — Ты, сука, поплатишься!       Вновь крик одного из парней, и девушка перелезла на переднее сидение, явно, чтобы посмотреть, что там происходит.       А я удивлëнно уставился на драку. Светлые волосы... Низкий рост... Использование ножей и нереальная жестокость...       Я с замирающим сердцем наблюдал, ведь уже догадывался, кого сейчас пытались уложить на землю Джексон и Ромеро, что, собственно получалось у них довольно скверно.       Это было странно, ведь эти парни являлись профессиональными наëмниками, так что справиться с обычным студентом, хоть и вооружённых ножами, они должны были бы с лëгкостью.       Вот только этот парень был не так прост. А после я вспомнил о том, что Ники пытался говорить шëпотом, на немецком.       Эндрю был в колонии несовершеннолетних, за жестокое избиение четырëх человек.       Он отделался условным сроком и посещениями психиатра. Наверное, именно из-за этого он уезжал с тренировок каждую неделю...       Помнится, ему ещё хотели приписать применение лекарств, но решили, что это было бы слишком по отношению к Миньярду.       И вот, Лола вылезла из машины, как только Эндрю с лëгкостью заломил руку еë братца, а после с такой же силой толкнул его на Планка. Оба парня повалились, и больше не поднимались, видимо, из-за многочисленных травм.       Конечно, просто так Эндрю тоже не отделался, я заметил наливающийся синяк на лице, а также рассечëнную бровь и разбитую губу.       Малкольм собиралась отомстить, это было видно по еë плавным, словно кошка подбирающаяся к птенцу, движениям.       Я успел лишь моргнуть, как Миньярд, тяжело дышал, держась за бок. Она ведь тоже была не из обычных людей. Носить с собой, оружие было для них нормальным, но вот эти парни, даже имея при себе полицейские дубинки, не смогли его победить.       Но Лола тоже уже была измотанная потасовкой. Он пару раз ударил еë по животу, видимо, заметив, что у неë уже шла кровь из носа.       Он быстро подобрался к ней, ухватившись за волосы, она попыталась воспользоваться ножами, но у Эндрю, видимо, сработал инстинкт, и он со всей силы, что у него только оставалась, приложил еë лицо о колено.       Тело Малкольм упало. Видимо, она потеряла сознание. Кто-то из этих двоих ещё попытался подняться, но один удар Миньярда с ноги, и вся компания лежала без сознания.       Он оглядел их ненавистным взглядом, как будто жалел о том, что не может прикончить прямо сейчас. И подошëл к машине.       Один удар локтем, и окно было разбито, а он внимательно оглядывал помещение.       — Нил.       Кажется, он облегчëнно выдохнул, как только заметил меня в кресле, почти невредимого, но самое главное, живого.       — Эндрю.       С огромной радостью выдохнул я, смотря на его до боли знакомое лицо. Мне хотелось кричать от восхищения, но голос жутко хрипел.       — Как же ты меня напугал, придурок. Вылезай, мы уходим.       И снова это чувство внутреннего трепета, когда он сказал, что я напугал его. Он волновался обо мне, и даже не скрывал этого.       Но потом я очнулся, когда он сказал последние слова.       — Ты шутишь, правда?       Я закатил глаза, как будто он должен был понять, что так просто я здесь сидеть не буду. Я звякнул наручниками, давая понять, что так просто я отсюда не вылезу.       Он нахмурился, открывая дверь изнутри, просунув руку. Сначала он развязал мои ноги.       — И где ключ?       Я задумался, а потом с уверенностью сказал.       — Скорее всего у суки.       Он меня понял, и отошëл. Через пару секунд, кажется, осмотрев тело Лолы, поднял ключи. Залезая в салон, чтобы было удобнее освободить меня, я услышал его шëпот.       — Я никогда не даю обещания, которые не смогу исполнить.       — Теперь я точно это знаю.       С улыбкой проговорил ему я, вспомнив, как сказал ему об этом, но он правда защитил меня. В который раз этот парень спас меня.       Замок щëлкнул, и теперь мои руки были свободны. Я потëр запястья, на которых успели образоваться кровавые борозды от моих слишком активных попыток освободиться.       Мы вместе вылезли, и я сказал тоже, что говорил, когда собирался уходить навсегда.       — Спасибо.       — Тебе не за что говорить спасибо, Нил.       И тут мы услышали противный и скрипучий голос Малкольм, а вернее, еë нездоровый смех.       — Неужели, Младший... — она откашлялась, и попыталась приподняться на локтях. — Вернее, неужели, Натаниэль, ты даже не сказал этому сторожевому псу своë настоящее имя.       Как только она назвала меня по имени, по всему телу прошлись мурашки, что аж волосы поднялись дыбом от страха.       Эндрю, как будто уловив это, накинул на мои плечи ту самую толстовку, что я оставил, чтобы сказать ему, что меня похитили. Где она была до этого?       Я посмотрел на него с некоторым удивлением. А он специально направил моë лицо на себя, призывая смотреть только на него.       — Всë хорошо, Нил, слышишь? Всë хорошо.       Его голос успокаивал, и как только вновь послышался смех этой суки, он с гневом посмотрел на неë. Несколько шагов в еë сторону, один удар, и она снова без сознания.       — Эндрю... Эндрю, это...       Моë горло как будто сдавило, и я ничего не мог сказать, кроме как его имя.       — Всë хорошо. Всë в порядке, Нил, теперь всë в порядке. Пошли за мной.       Я хотел обнять Миньярда, прижаться к нему всем телом и не отпускать, но не мог сделать так.       Увидев, что теперь близнец хромает, я всхлипнул. Он подвëргся насилию, и теперь Эндрю хромал, и всë из-за меня.       — Ты... Ты...       Мой голос до сих пор дрожал, и сказать что-то ещё у меня просто не было сил. Я всë-таки прижался к нему, но только для того, чтобы поддержать.       Мы вместе дошли до автобуса, около которого стоял разъярённые Ваймак.       — Где вы..?! — он вздохнул, увидев, в каком состоянии находились мы оба, и гнев тренера тут же улетучился. — Что, мать вашу, с вами случилось?       Миньярд, до сих пор опираясь на меня, остановился, и посмотрел мне прямо в глаза, как бы спрашивая, может ли он сейчас говорить об этом.       Я зажмурился. Я не был готов слушать то, что происходило всего несколько минут назад. Я буквально был на волоске от смерти.       — Нас, эм, чуть помяло. — увиливая от ответа сказал он. — И сейчас мне срочно надо переговорить с Ники, Кевином и Аароном.       — Сначала, тебе надо переговорить с Эбби и мной.       Грозно сказал Ваймак, скрещивая руки на груди, явно до сих пор ожидая ответа на вопрос, что с нами произошло.       — Думаю, мы готовы только на разговор с Эбби, тренер. Не обижайтесь.       Он потëр переносицу, снова бурча что-то о том, что ему слишком мало платят за это, и впустил нас в автобус.       Эндрю тут же плюхнулся в первое кресло, а я рядом с ним.       — Святые... Что с вами?!       Это, кажется, была Дэн, но мне сейчас было это абсолютно неинтересно.       — Ничего особенного. Эбби, не поможешь?       Командный врач, что всегда отправлялась вместе с Лисами на игры, тоже была в шоке. Но, не задавая никаких лишних вопросов, взялась за аптечку, и присела рядом с Миньярдом.       Она долго колдовала над нами обоими, накладывая бинты или наклеивая пластыри, пока не осталось ни одной кровоточащей раны.       Было трудно, но как только вся, довольно неприятная, процедура была окончена, мы медленно поплелись в самый конец, снова усаживаясь в одно большое кресло.       Лишь когда мы расположились, тренер двинулся в путь.       — Что с вами?!       Довольно громким шëпотом спросил Ники, со страдальческим выражением лица оглядывая нас.       — Твоя поездка в Германию переносится.       — Что?       Ни я, ни Хэммик, и вообще никто не понимал, о чëм сейчас думал Эндрю.       — ... На более ранний срок. И, кстати, желающих полететь с тобой теперь больше.       Ники оставалось только удивлëнно моргать. И вот сейчас, до меня наконец-то начало доходить, к чему ведëт Эндрю.       — Что?       Неужели кроме этого вопроса, всë из головы кузена близнецов вылетело?       — Ники, с тобой полетим мы все. Надо взять билеты на завтра. Самые ранние.       — В каком смысле "Мы все"?       Аарон посмотрел на брата с немым вопросом, а Эндрю продолжал сидеть со спокойным лицом.       — В прямом, Аарон. — он обвëл рукой всю компанию, состоящую из него, меня, Ники, Дея и второго близнеца. — Мы все.       — Не помню, чтобы я соглашался на что-то подобное.       — Твоë согласие и не нужно. Это вопрос твоей безопасности, так что я и не планирую узнавать твоë мнение на этот счëт.       Аарон смотрел с некой яростью на абсолютно непоколебимого брата.       — Кевин, скажи своему парню успокоиться.       Внезапно выдал Хэммик, сдерживая смешок. Ох. Неужели он их спалил?       Это было очевидно, потому что Миньярд буквально вспыхнул, и попытался спрятать свой взгляд. Кевин тоже выглядел немного растерянным.       — Что за бред?       Теперь Дей смотрел взглядом, который можно было расценить только как Только-Попробуй-Ещë-Что-Нибудь-Сказать. Но Ники никогда не отличался сообразительностью.       — Я думал, что вы встречаетесь, раз уже начали целоваться.       Охх. Вот это уже было плохо. Я посмотрел на Эндрю, но его лицо было непроницаемым. Он лишь оглядел всю тройку взглядом, подняв бровь.       — Ники, блять, просто заткнись.       Аарон смотрел прямо в глаза брата, и, кажется это было немым сражением.       — Это правда?       И снова воцарившаяся тишина. Кажется, даже старшекурсники, что были впереди, утихли, лишь бы расслышать этот разговор.       В итоге, второй близнец вздохнул, как будто признавая свою поражение.       — Да.       Офигеть. Конечно, я замечал их многозначительные взгляды и частые прогулки вдвоем, но даже не думал, что эти отношения когда-то станут официальными. Вернее, что о них когда-нибудь расскажут Эндрю.       Все с замиранием сердца и буквально не дыша ждали ответа от Миньярда, пока эти гляделки продолжались.       А потом он просто... Пожал плечами. Словно это не было чем-то сверхъестественным, и ничего такого в их отношениях нет. Кевин выдохнул, как, собственно, и сам Миньярд. А потом они крепко взялись за руки, как будто отстояли право быть вместе.       Эндрю не против, и это было самым важным.       — Ну типа, целуйтесь?       Сразу встрял Ники.       — Пошëл к чëрту.       От них обоих, и я удивился, как эти парни одновременно Хэммику средние пальцы не показали.

***

      — Теперь ты мне расскажешь, Натаниэль?       Я поëжился, услышав своë имя из уст Эндрю, как только мы зашли в комнату и дверь была закрыта на замок.       Он скрестил руки на груди, явно ожидая от меня долгого и развëрнутого ответа, который я мог ему дать. И, на самом деле, мне и самому захотелось рассказать Миньярду, кто были эти люди.       — Что именно ты хочешь знать?       Всë равно спросил я, как бы давая свободу спрашивать о чëм угодно, и этим говоря, что отвечу.       — Кто это был? От кого мы сейчас сбегаем в другую страну?       Я закусил нижнюю губу, уже ожидая этого вопроса. Что же, ответить на него, на самом деле, было не так уж и трудно.       — Как ты и догадывался, люди отца. Лола, Джексон и Ромеро.       Он выжидал.       — И? Кто твой отец на самом деле? Почему вы с матерью бежали?       Я опустил глаза в пол, сразу подмечая, что этот парень бил по самым больным местам.       — Он... — я вздохнул. Этот разговор явно не дастся мне легко. — Мама... Я уже рассказывал, что она полюбила человека, из-за чего была вынуждена отказаться от титула наследницы клана. Она была уверена что идëт замуж просто за замечательного человека. Но, как можно догадаться, мама не знала об этом человеке всë, собственно, как и он о ней. Родился я. Наша жизнь была просто прекрасной, пока мне не исполнилось девять. Мама начала рассказывать о моëм происхождении, о том, что будет со мной после моего десятилетия. Но брала обещание, что я не скажу отцу. Они начали ругаться. Мама начала приходить со следами от пощëчин на лице. А потом был мой день рождения. Ненавижу этот день, ведь тогда мои родители узнали друг о друге всю правду. Папа – о том, что мама является зверем, и что его "любимый" сын, полузверь. А мама... Что на самом деле значит фамилия Веснински. Она, конечно, знала об охотничьей организации, что с особой жестокостью убивала выходцев еë расы, но эта женщина была уверена, что отец просто однофамилец этой организации. Но всë случилось слишком быстро, как только появились мои уши, он схватился за пистолет, пытаясь в ту же секунду убить. Мама сбежала, прихватив с собой нехилую сумму денег, расположение которых мне известно. Так что перед тем, как уберëмся в Германию, надо их собрать.       Лицо Миньярда до сих пор было спокойным, и лишь кулаки сжимались с силой, но я усиленно делал вид, как будто не замечаю этого.       — У нас нет времени. Мы улетаем завтра, в пять часов утра. Так что ложись спать, тебе нужно отдохнуть.       После этих слов он уже собирался выйти, как будто сам ложиться сегодня не собирается.       Я не смог сдержать порыва, и схватился пальцами за его толстовку, и он мгновенно остановился, не оборачиваясь на меня. Словно не решаясь повернуться.       Он ждал, когда я скажу причину того, почему останавливаю его. По крайней мере, я так думал. Но что мне ему сказать? Я сам не понимаю, почему не хочу оставаться в комнате один.       Нет. Почему не хочу оставаться в спальне без него.       — Можно мне... Эм... — я зажмурил глаза, думая, что же мне сморозить, и внезапно вдохнул запах Миньярда, что исходил от толстовки. — Можно оставить еë себе?       Думаю, он понял о чëм я говорю, ведь, даже не поворачиваясь ко мне лицом, парень выдал:       — Да.       Конечно, это не было для него упущением, ведь таких вещей у него было предостаточно. Но я не отпускал. Почему я не могу этого сделать?! Просто разжать пальцы, так почему такое ощущение, что я отпущу единственную причину спокойного сна?       Мы стояли в тишине. Он ничего не говорил, не требуя меня отпустить его и не подгоняя на слова. А я просто не знал, почему мне было так страшно сейчас просто отпустить близнеца. Возможно, всë просто из-за недавних событий, но я не могу остаться без Эндрю.       Миньярд – моя защита. И он точно смог сдержать обещание, когда пришёл мне на помощь, хоть и рискуя собственной жизнью.       Наверное, мы стояли так добрые десять минут, а может, всего лишь секунды. Может, часы. Я не знал, потому что сейчас время было не важно.       — Ты... Я... Могу ли я... — сглотнуть ужасный, режущий комок в горле было слишком больно. — Объятия. Да или нет?       Обычный вопрос, но мой ломающийся голос говорил о совершенно обратном. Почему сейчас это для меня так важно?       Миньярд без лишних слов и действий просто повернулся ко мне. Я смотрел на него, выжидая лишь одного ответа.       — Да.       И я вцепился в его тело, как будто оно являлось спасательным кругом в океане моей беспомощности. Скорее всего, именно так всë и было.       Я не заходил дальше, лишь прижимался к нему, вдыхая его запах и ощущая защиту и безопасность, которыми этот парень просто являлся, а не излучал.       И снова пропал счëт времени. Он тоже мягко прижался, ко мне, и я начал чувствовать, как меня клонит в сон. Кажется, я могу заснуть прямо так, стоя, только если рядом будет этот, именно этот близнец.       — Хей, Нил, я отнесу тебя к кровати. Да или нет?       Зачем? Мне ведь дойти до неë два шага. Я непонимающими сонными глазами уставился на него. Мой мозг пытался понять, зачем, а после я понял, что от усталости просто не могу стоять на ногах.       — Да...       Промямлил я. Какая разница? Главное, что я окажусь в постели, или лягу прямо здесь, на этом полу.       У меня не было сил даже обхватить его ногами, поэтому я постарался хотя бы крепко сцепиться руками на шее, пока он держался за мои бëдра двумя руками.       Это была кровать Эндрю, но, блин, какая, к чëрту, разница? Если он позволяет...