Помоги

Осаму осматривает тело ученика, слегка сжимая кулаки. Тело действительно сплошной синяк. Мальчик надеется на него, он боится, что отец даже сейчас придет за ним. — Не вернется… — Дазай это сказал уверенно. Чуя может ранее не придавал значения словам Осаму, насчет корма для рыбок. Но шатен не шутил. Он бы и правда, сотворил то, что хотел сотворить. Просто понадеялся на правоохранительные органы и суд. Дазай погладил рыжика снова и прикрыл глаза, перед этим утерев слезы. — Он ничего тебе не сделает. Ты взрослый мальчик. Не бойся больше. Ты не ребенок, ты можешь за себя постоять. — Спасибо вам. И простите… Мне всегда было страшно плакать, потому что за это меня сильно били. Мои слезы… они вам тоже неприятны? Просто я чувствую себя комфортно рядом с вам и не думаю, что вы думаете что-то плохое о слезах. Но если они вас раздражают, я не буду плакать. Рыжик стал вытирать слезы, всхлипывая, но воспоминания накатывали и накатывали с новой силой. — Я сейчас просто не представлю, как только жил… У других такого нет… Как я выжил… Сенсей, я хотел умереть, но не мог. Но разве может жить такой человек, как я? Шлюха с психической травмой на всю жизнь. Я не пойму, как вы можете так спокойно со мной лежать, зная, что со мной делали. Вы даже трогали меня, когда я был весь в сперме. Вы знаете, что мне приходилось пить мочу и есть то, чем вырвало. Мне даже приходилось убираться дома языком, вылизывая все. Неужели вам не противно от меня?! — Мне не неприятны твои слезы. Если хочешь плакать — плачь. Я не стану тебя останавливать. Ты не противен мне. И не важно, что ты делал этим ртом или что делали с твоим телом. Я не испытываю к тебе омерзение. Потому что для меня ты не шлюха. Ты просто мальчик, которому очень не повезло. Дазай тяжело выдохнул. А что он может сказать? Что он вообще может сказать? Имеет ли он право что-то говорить, не будучи ни на йоту в подобной ситуации. — Все образумится. Ты начнешь новую жизнь, с чистого листа. Здоровым и умным мальчиком. Найдешь свое счастье, и познаешь прелести любви. — Любви? Мне кажется, что ни один человек не примет меня с таким прошлым. Узнает и сбежит. Людям будет противно. Или они будут рядом из жалости. Я так не хочу. Я не верю, что можно найти любовь. Я сам не подпущу к себе никого, буду думать, что хотят только мое тело, — Чуя смотрит в темные глаза. В ночи он их почти и не видел вовсе, но некий красный отлив проглядывался. — Сенсей, сейчас доверяю только вам. Только вы сделали для меня так много. Чуя вздыхает, он невольно чувствует запах тела Осаму, ему нравится. Пахнет теплом и… домом? У него дома другой запах и свой дом он домом не считал, но вот дом Дазая. В нем было так хорошо и уютно. А с этим человеком рядом еще лучше. Рыжик чувствовал защиту. Дазай удивился от такого откровения. Он понимал, о чем говорит рыжик. Он понимал, что другие люди будут смотреть со своей колокольни. Дазай мягко провел ладонью по хрупким плечам. — Осаму-сенсей, а сколько вам лет? — вдруг возник у него вопрос. Он не задумывался раньше, знал, что Дазай довольно молод, но ему и не 23 точно. А сколько? — Поверь, будет тот, кто будет в тебе видеть Чую. Как я. Ты сильный, очень сильный, и я очень горжусь этим. А мне двадцать девять. Я уже слишком стар для тебя, — смеется Дазай и потрепал рыжика по голове. Хотя это не совсем так. На самом деле их разница в возрасте не такая уж и большая. Чуя тоже легонько засмеялся на его слова. — Сенсей, что вы такое говорите. Это самый прекрасный возраст. В самом соку. Не мальчишка и не совсем взрослый мужчина. Золотая середина. Такие нравятся девушкам, — рыжик касается пальчиком ямочки между ключиц. — А вот мне, как раз нравятся мужчины постарше, как раз в таком возрасте, поэтому не говорите, что прям-таки стары для меня. Всего одиннадцать лет разницы. Но вы не подумайте, что можете так легко завоевать мое сердечко, тут постараться нужно. Он снова засмеялся, понятное дело, что он говорил все в шутку. Чуя видел в этом человеке отца, но при этом он не был слеп и также видел, насколько Дазай красив. А его отношение к Чуе — просто мечта. Дазай хрипло засмеялся. Приятно слышать подобные слова в свой адрес. Вот только оба понимают, что подобные отношения как у них запрещены. Чуя мог жить у Осаму, но все остальное, это типичное обещание на словах. И, к сожалению, поверят ученику, а не учителю. И многие ученицы подобным пользовались. За это время, уже двое признались шатену. И обе хотели оказаться с ним наедине. Но шатен не так глуп, и всегда просил остаться кого-то еще. На месте Чуи хотели бы оказаться многие. Но если бы они узнали все, что пережил рыжик — никто. Никто бы и не решился помочь, раз учителя ранее не замечали следов побоев. — Твое сердце завоюется само, если поймет, что это твой человек. — Да, я знаю. И я буду ждать этого человека, вот только хочется взаимности, а не односторонней любви. Но рано думать об этом, я хочу отучиться и найти работу, а уже потом попробовать кого-то найти. Я нравлюсь многим девушкам, но меня все-таки привлекают мужчины, так что это еще сложнее. Все-таки гетеро людей в этом мире больше. Осаму-сан, а можно личный вопрос? — как не странно, Чую успокаивали сейчас эти разговоры, он постепенно отходил от ужасного сна. — Вам нравятся девушки ли парни? И какой возраст? Вашего возраста, младше или старше? Не будь они в подобной жизненной ситуации, Чуя никогда не стал бы спрашивать подобного, а уж тем более предлагать свое тело. Но они в этой ситуации, поэтому он не боялся спрашивать ничего такого. — Раньше я встречался с девушками, но потом решил попробовать с парнями, и скажу честно, мне понравилось. Чувственно и взаимно. Не скажу, что у меня большой опыт прям, но он есть. Что же касается возраста, сложно сказать. Если моя душа лежит к человеку, то мне откровенно плевать сколько ему лет. Но этот человек не может быть старше меня больше, чем на пять лет. Мне будет скорее не комфортно трахать этого человека. Прости, что грубо выразился, но такая уж правда. Дазай говорил тихо, отчего и голос был с хрипотцой. Он все еще поглаживал рыжика по спине, выводя невидимые узоры. Мягко так, нежно и главное, без подтекста. Он бы так гладил котика. Это была ласка с любовью. — Оу, то есть в нижней роли вы себя не видите вообще? — Чуя легонько улыбается. Интересно, а Осаму осознает насколько прекрасен его голос сейчас? Нет, он прекрасен всегда, но именно сейчас… Голова Чуи у груди мужчины, поэтому он под ним и слышит почти над ухом. И это звучит невероятно. — Вдруг вам понравилось бы. Впрочем, не мне говорить о вкусах. Я себя не вижу с парнями в верхней роли. Не удивительно, наверное, если знать мой образ жизни. Но… Я так хочу заняться нормальным сексом, вы просто не представляете, насколько сильно я этого желаю. Парень снова легонько посмеивается и в очередной раз смотрит в темные глаза. Да, Дазай в верхней роли был бы просто прекрасен. Чуя закусывает губу, представляя, как учитель трахает какого-то парня, но он тут же отогнал эти мысли. — А еще я всю жизнь мечтал завести себе котенка. Знаете, у меня день рождение два месяца назад было. Прямо перед вашим приходом к нам в учителя. Я боялся, что отец решит поздравить своими способами, потому неделю не появлялся дома. Я всегда мечтал о котенке. Маленьком таком. Чтобы мне подарили коробочку, я открываю, а там котенок с бантиком на шее, — Чуя улыбается, ему кажется, что эта мечта так и останется мечтой. — Котенок, это как маленький человечек. Он требует тепла, ласки и любви. Много внимания и еды. Если ты готов нести такую ответственность, думаю, мечта может стать явью, — Дазай тепло улыбнулся. — Насчет нижней роли. Не думаю, что найдется человек, который морально будет сильнее меня. Человек, которому бы я хотел подчиниться полностью. Я могу мир положить в ноги, но свою жепку не в состоянии подставить. И… Нормальный секс? Смотря, что для тебя нормально. Если ты о прелюдии, когда тебя доводят до оргазма, ласкают юное тело, то поверь, ты должен найти человека не эгоистичного. А того, кто готов положить мир к твоим ногам. — Того, кто готов положить мир к моим ногам… Осаму-сенсей, вы недавно говорили, что готовы мир к ногам положить, — рыжик смеётся. Если так посмотреть, то получается действительно смешно. Сначала учитель говорит, что мир готов будет положить к ногам, а потом тут же говори, что такой человек Чуе и нужен. — Так вы ещё говорили, что вам нравится партнёру удовольствие доставлять. Сенсей, да, вы просто идеально мне подходите, — понятное дело, что Чуя шутит, но звучит все равно весело. Интересно, Осаму замечает, что все это время поглаживает его, а иногда даже касается его волос, наматывая на палец. Это мило. — А что насчёт котёнка. Наверное, мне нужно сначала найти постоянное место жительства хотя бы. У вас же я не буду всю жизнь жить, а в том доме тоже не смогу. Поэтому снова буду на улице ночевать, а с котёнком не смогу. — Ты не останешься на улице. Я не против, если ты тут останешься до тех пор, пока ты не найдешь свой путь. Но я не хочу, чтобы ты жил на улице. К тому же, у тебя еще чуть более полугода учебы, потом еще месяца два экзамены, потом еще два месяца вступительных. Так что не спеши съезжать на улицу. Дазай улыбнулся, он слышал слова Чуи. Но как порядочный учитель, он их проигнорировал. Если Чуя шутил, то Дазай ответил улыбкой. А если тот на что-то намекал, то улыбка ему ответ, а если был серьезен, то молчание означало скорее здравомыслие. Шатен улегся на спину, плавно отпуская рыжика и потягиваясь, Дазай расслабился. Он прикрыл глаза. Утром их ждет поход в участок, давать показания. Но Осаму охотно слушал рыжика и все же что-то решил сказать. — Я могу положить тебе мир в ноги, если ты готов взять на себя ответственность, — это тоже было сказано в шутливой манере. — Осаму-сенсей, неужели я так похож на безответственного человека? Не забывайте, что я лучший в классе, — он легонько улыбается, смотря на профиль учителя. Все-таки очень красивый. Интересно, кому достанется такое чудо? — Знаете, вашему партнёру очень повезло. Вы всегда будете думать о нем и о его чувствах. Это действительно здорово. Рыжик приподнимается, опираясь на локти, он тыкает пальчиком в пресс учителя, потом уже ладошкой. Он в безупречной форме. Видно, что следит за собой. — Ты говорил, что меня интересует твое тело… Но мне кажется это ты заинтересовался моим. Или я ошибаюсь? — Дазай перехватил ладонь рыжика и потянул того на себя, снова возвращая Чую в лежачее положение. — Пора спать. Шатен снова повернулся к Чуе лицом, укрывая их, и закрывает глаза. — Повезет, говоришь? У меня есть свои недостатки, наверное, как и у каждого из нас. Свое настроение. — Я не отрицаю того, что оно у вас очень красивое. Было бы очень глупо подобное ещё и отрицать, — Чуя ложится, поближе к Осаму, уткнувшись носиком в его грудь, когда тот поворачивается к нему. Рыжик втягивается и прикрывает глаза. Осталось совсем немного. Уже завтра он даст показания, после будет долгий суд. В любом случае, Осаму будет рядом и не даст в обиду. — Вы все равно очень хороший, — рыжик уже говорит это, почти уснув. Он только сейчас заметил, как сильно устал. И в итоге крепко уснул.