Мастер ошибся

      — Надо вернуть тебя, Плагг! — чуть слышно сказала Маринетт, глядя на мило спящих в обнимку квами.       Она проснулась задолго до того, как ненавистный будильник завел бы свою монотонную трель. Приятное волнение будто бы щекотало всё тело мягким перышком, не давая спать. Это ощущение словно уносило её в детство, а точнее в новогоднюю ночь или утро дня рождения. Ей казалось, что сегодня, стоит ей только покинуть свой дом, её непременно будет ждать очень дорогой подарок. И этим подарком должно быть согласие напарника вернуться к ней в образе супер героя, не иначе. Невероятное чувство радости так и распирало её — она была счастлива только от того что он жив. Он жив. Этот факт практически вытеснял из головы все её переживания из-за отвергнутых одноклассником чувств, в конце концов она не была уверена на все сто, что он ответил бы ей взаимностью. Единственное, что не устраивало её во всей этой ситуации, так это нелепая попытка оправдать свое молчание и какие-то бредовые слова о якобы любви к ней.       Хотя нет.       Не устраивало — это слишком мягко сказано. Его отношение к ней задело Маринетт до глубины души. Её хрупкое девичье сердечко было безжалостно растоптано его яркими кедами, оставив следы сильной обиды на него и жалости к себе. Два противоречивых ощущения засели в ней как занозы, периодически давая о себе знать.       — Маринетт, какой сюрприз — ты сегодня проснулась раньше будильника, и даже раньше меня. — осторожно выбиравшись из объятий чёрных лап, прошептала квами.       Тикки подлетела к лицу хозяйки и с опаской заглянула в самую глубину её припухших от вечерних рыданий, но все-же красивых, словно поле васильков, голубых глаз. Она хотела спросить о её состоянии, но Мари, словно прочитав её мысли, соврала:        — Не волнуйся! Всё в порядке, правда.       — Ты уверена?       — Да. Вчера на крыше я многое осознала, я больше не буду жить мечтами о сказочном принце, когда есть тот, кто способен на многое ради меня. Я разочаровалась в Адриане. Конечно, он не обязан любить меня в ответ, в него влюблена добрая половина девушек Парижа, не будет же он отвечать взаимностью каждой. Но я не смогу простить ему, то что он зная о моих чувствах и страхе признаться в них, держал меня рядом, давая ложную надежду. Знаешь, я не стану на этом зацикливаться, у меня есть дела поважнее — мне нужно вернуть моего котика!       — Хорошо, но я бы всё равно поговорила с Адрианом. Ты вчера не дала ему шансов объясниться, громко хлопнув дверью.       — И правильно сделала! Точку надо ставить жирной, чтобы было видно, что всё, это конец.       — Но, Мари!       — Никаких, но. Тикки, я не хочу снова лезть в это болото призрачного счастья и притворной дружбы.       — Вы же останетесь хотя бы друзьями?       — Останемся? А разве это была дружба? Я только сейчас поняла, что наша, так называемая, дружба больше похожа на «дружбу» Хлои и Сабрины — он пользовался тем, что я всегда помогу, поддержу, утешу, а я просто пыталась ему во всем угодить! Не вижу смысла продолжать такие отношения. — от нахлынувшегоу чувства обиды у неё неприятно скрутило живот, но она не подала виду.       — Маринетт, ты должна дать ему возможность высказаться, чтобы увидеть эту непростую ситуацию в целом. Всего один разговор — он поможет многое разъяснить!       — У меня, не смотря на вчерашний разговор, очень хорошее настроение, и я не хочу его портить! Н-Е Х-О-Ч-У!!! Я больше никому ничего не должна! Я сама буду решать, что мне делать.       С этими словами Мари скрылась в ванной комнате, а её квами полетела будить чёрного котёнка.       — Плагг, да что с ними не так? Столько лет они любили друг друга, но так и не поняли этого. А вчера они отказались от своих чувств, и опять же в пользу других своих личностей.       — Идиоты! — проворчал сонный квами.       — На этот раз я, пожалуй, соглашусь с тобой.       — Что она решила делать дальше? — квами разрушения очень сильно волновала его дальнейшая участь.       — Хранительница намерена вернуть кольцо, прежнему обладателю! Так что у наших влюблённых идиотов шансы на то, чтобы наконец-то стать парой увеличиваются.       — Это просто замечательно, сахарок! — пропищал радостный Плагг и закружил свою красную подружку в крепких объятьях.       Маринетт, выглянув из-за двери, застала их танец, и просто молча наблюдала за счастливыми квами. В этот момент она подумала о том, что не хочет их разлучать ещё хотя бы на некоторое время, поэтому кольцо она возьмёт с собой в колледж.       — Плагг, Тикки вам надо подкрепиться, в душ я схожу чуть позже — с этими словами она отправилась на кухню за печеньем и сыром.       Родители ещё спали, чему Мари была очень рада — это избавило её от расспросов о её опухших глазах и о том зачем ей столько сыра, да ещё и в такую рань.       Зайдя в комнату, она поставила тарелку на стол, и они все вместе уселись — она за написание письма Коту, а квами за ранний завтрак. Мысли в голове роились словно пчелы в поисках нового пристанища, — вроде все идёт по плану, но куда двигаться дальше просто не понятно. Столько всего она хотела сказать ему, но каждый раз, взяв в руку карандаш, она не знала с чего начать. Может стоит написать ему, что она раскроется перед ним по первому его желанию, или что она переосмыслила свое к нему отношение, или что она просто боится остаться без него…       — Маринетт, ты уже пятнадцать минут комкаешь чистые листы, не написав на них ни слова, — голос Тикки выдернул её из раздумий.       — У меня ничего не получается, столько всего нужно сказать ему, что я просто не знаю с чего начать!       — Зачем усложнять? Просто скажи ему при встрече всё о чем не можешь сейчас написать. Всё просто! Но вы же люди, зачем-то сами придумываете себе проблемы. — скрестив руки на груди, бурчал Плагг.       «Конечно он прав! Чем проще тем лучше, сложно мне уже надоело», — с этими мыслями она вновь взяла чистый лист.       «Ты мне нужен! Я не смогу без тебя… Пожалуйста, вернись.»       — Думаю, этого будет достаточно, а если он не согласится, то вся надежда на тебя Плагг.       — Зная своего пацана, могу предположить, что он уже локти кусает из-за своего идтотского поступка, так что он с радостью наденет это кольцо вновь.       — Это будет просто замечательно!       Мысли о коте моментально подняли ей настроение, напевая песенку Мари побежала в ванную комнату.       Выйдя из душа, она решила высушить волосы, но не нашла расчёску. В процессе поиска, её взгляд зацепился за фотографии на столе, затем на стене. И новая волна обиды и раздражения с силой ударила о берег её спокойствия. Она яростно, с остервенением начала сдёргивать все что боготворила ещё вчера. Взгляд остановился на одном фото, где нет блондина, но есть девушка чем-то похожая на неё.       — Точно! Вот же, вот кого ты так давно любишь. — вперив взгляд на девушку с фотографии, сказала Мари.       Ревность, обида, злость — все эти чувства смешались в сердце и мгновенно бурлящим потоком разнеслись по венам, обдавая тело жаром. Сейчас её щёки горели, но не тем милым розовым румянцем от смущения, они были багровыми от возмущения, словно предзакатное небо перед бурей. Маринетт на эмоциях хотела порвать их фото, но остановилась.                         «Конечно, она же ни в чём не виновата, это все он». — с этми мыслями, она собрала все разбросаны вырезки и фотографии и отправила их в мусорное ведро. Нельзя поддаваться негативным эмоциям, ведь Бражник может воспользоваться этим в любой момент.       — Зачем ты так с ним? — Тикки явно не ожидала от своей хозяйки таких действий.       — Не хочу его больше видеть, вечером сожгу всё это, — указав на ведро, сказала Мари.       Так и не найдя расческу, она растрепала пальцами слегка влажные волосы, и решила, что ей так гораздо лучше, а эти детские хвостики она больше делать не станет. А ещё сегодня она решила отказаться от своих любимых розовых джинс, и надеть юбку. Красную. В чёрную клетку. Чёрную рубашку поло, красные гольфы и чёрные кеды.       — И кого же ты мне напоминаешь? — усмехнулся чёрный квами, понимая что этим образом она хочет зацепить внимание одного блондина, а значит чувства к нему есть и не имеет значения какие, ведь ненависть и любовь часто соседствуют.       — Надеюсь, что не Леди Баг! — рассматривая своё отражение в зеркале, фыркнула Мари, — у меня другая цель — Кагами!