Forbidden Desire

Не самый приятный разговор с Диной заканчивается тем, что она таки помогает Элли выбрать песню для прослушивания и покорно наблюдает, как шатенка раз за разом репетирует ее исполнение. - Ты отлично поешь, Элли. И песня прекрасная. Тебе не о чем переживать. - Скажи это моим трясущимся рукам. - Ты боишься сцены? - Я никогда не выступала на сцене. Я вообще никогда ни перед кем не выступала. Пьяные посиделки в компании не в счет. - Почему же? - Потому что им не важно, если я пропущу пару аккордов, лишь бы продолжала держать ритм, пока они голосят свои любимые песни. А там меня будут оценивать. Это другое. - А ты представь, что играешь для меня, - Дина очаровательно улыбается и подпирает ладонью щеку. - Я буду держать за тебя кулачки, пока ты будешь там. Все пройдёт отлично, я уверена. - Мне бы твою уверенность.

***

Еще за полчаса до начала прослушивания, Элли уже прибывает на Мерсер Стрит и смотрит на растянувшееся вдоль дороги здание Маккоу Холла. Снаружи ничего примечательного. Обычное панельное сооружение, пусть и приличных масштабов. Но стоит только подняться по лестнице вверх и обойти переливающуюся серебром вывеску Seattle Opera, как ей начинает казаться, что она спутала обычное прослушивание с концертом популярного артиста. Сотни людей, размахивающих бейджами на длинных шнурках, таскающих музыкальные инструменты из стороны в сторону. Кто-то занят распевкой, кто-то в очередной раз прогоняет песню для выступления, а кто-то просто глубоко дышит или даже медитирует в попытках унять свое волнение. Здесь несколько сотен человек. И все они приехали сюда ради конкурса? Какая-то часть подсознания упорно умоляет отказаться от этой затеи. У нее нет шансов с таким количеством конкуренции. Есть ли вообще смысл пытаться? Ну уж нет. Ты же не трусиха, Элли! Нужно просто взять и сделать. Плевать, что будет потом, главное, ты попыталась. Дабы не передумать, она тут же встает в длинную очередь, прямо за группой, пожалуй, самых громких ребят, которые во весь голос смеются и обсуждают свою будущую популярность. Ходячие клише прямо здесь, перед ней - высокий парень с детским лицом и слишком уж тоненьким голосочком клянётся, что перебьет популярность Бибера, блондинка рядом с ним кивает и заверяет, что переплюнет сопрано Арианы Гранде. Элли жалеет, что не взяла наушники, чтобы заглушить весь тот бред, что льется из их ртов. Рядом с ними по обычаю, конечно же, тихая девушка невысокого роста, скромница со светлыми волосами, в которые вплетены цветные дреды. Она периодически поддакивает этим двоим и кого-то усиленно выискивает в толпе, случайно пересекается глазами с Элли, кротко улыбается и тут же отводит взгляд в сторону. - Челси, а ты в каком стиле будешь петь? - Платиновая шевелюра, которую блонда откидывает за спину, почти прилетает Уильямс в лицо, и она по инерции делает полшага назад, брезгливо скорчившись. Духи у этой девчонки изрядно мерзкие - настолько приторно сладкие, что задохнуться можно. Да и облилась она ими от души. Челси - так, очевидно, зовут ту самую скромницу в этом трио, растеряно моргает и выдает кривую улыбочку. От ответа ее спасает звонок телефона, и она быстро растворяется в толпе, приложив его к уху. - Мда, с таким стилем одежды, я бы в принципе на сцену выйти побоялась, - язвит блондинка, глядя в спину удаляющейся девушки. - Там не только в одежде дело. Ей бы похудеть килограммов на 20, - хохочет в ответ парень. Интересно, а со сломанным носом он будет таким же самоуверенным? Надеюсь, Челси достаточно умна, чтобы найти себе компанию получше. Благо, от последующих токсичных излияний Элли спасает организатор, который начинает делить толпу на группы и запускает их внутрь. Шатенка специально делает шаг назад, только бы не попасть в одну с жалкой копией барби и ее кеном. Изнутри здание выглядит еще более внушительным. Сочетание современных арт скульптур и афиш с антикварными люстрами, которые массивными хрустальными конструкциями свисают с потолка, с одной стороны, смотрится нелепо, а с другой поражает своей величественностью. Светлый холл, полностью отделанный стеклом, сменяется большим концертным залом. Все в лучших традициях прошлого века: красная обивка сидений в зале, тяжелые терракотовые кулисы, купольный высокий потолок с детальной фреской, уже знакомая хрустальная люстра и, конечно же, много золота. Элли всегда казалось, что именно в таких местах дают дорогущие спектакли вроде балета или оперы или выступают музыкальные оркестры. И ведь, наверняка, так и есть. А теперь на этой сцене, где, возможно, когда-то выступали самые высокооплачиваемые артисты этой планеты, будет стоять она. Организаторы в черных футболках с огромной надписью "STAFF" во всю спину весьма профессионально умещают огромную толпу молодежи на сцене. Пусть та и обладает внушительными размерами, количество людей в этом здании, пожалуй, равно населению небольшого городка. Тесно. Душно. Мандраж волной передаются по всему помещению, подхватывает Элли и оседает где-то в бронхах. Еще даже члены жюри не появились, а ноги от волнения уже дрожат. Причем не только ее. От этого кажется, что сцена под толпой вибрирует от общего напряжения. Низкорослый парнишка с беспроводным наушником в ухе размахивает рацией в руке и раздает стандартные инструкции: телефон отключить, слушать жюри внимательно, быть готовыми к любым трудностям и испытаниям и улыбаться, что бы не случилось. Сразу после его недолгой зазубренной речи всем участникам дают команду аплодировать, и зал наполняется гулом хлопков, под который торжественно заходят четверо: трое взрослых мужчин и одна женщина. У нее бордовые волосы, которые явно ей не по годам - выглядит, как плохая попытка немного соответствовать молодежным трендам, а в сочетании со строгим черным костюмом и подавно кажется совсем лишним здесь элементом. Двое мужчин тоже вполне сойдут за самых обычных бизнесменов - деловые костюмы, галстуки, седые волосы. Из всей четверки выделяется только последний персонаж - темнокожий парень, явно моложе своих коллег, его блестящий фиолетовый пиджак отражается от света софитов и слепит глаза. Кажется, будто его сюда пригласили, чтобы хоть как-то разбавить серьезность мероприятия или просто добавить каплю цвета в чернила. Организатор представляет поименно всех четверых, рассказывает про их музыкальные заслуги. Три серых пятна, так и остаются серыми и безымянными в голове Элли. Она успевает только зафиксировать имя женщины - Софи. Остальная информация вылетает из ее головы , даже без попыток хоть ненадолго там задержаться. Зато имя, как и внешность, самого яркого парня запоминаются без проблем - Дариус Де Вилье. Француз, танцор, в прошлом бродвейный музыкант. Когда ему дают слово, он обещает, что поделится своей историей о том, как из уличного артиста стал самой высокооплачиваемой звездой Франции, а после и Америки. Элли обещает себе, что будет слушать этот рассказ очень внимательно. - А теперь, мы готовы дать вам первое задание, - женщина по имени Софи обводит глазами толпу перед собой и многозначительно поджимает губы. - Сегодня половина из вас продолжит борьбу, а другая половина отправится домой. Мы ищем лучших музыкантов, которые готовы к любым форс мажорам, которые не боятся трудностей и способны выстоять перед любыми проблемами. Мы знаем, что каждый из вас готовился к сегодняшнему дню, репетировал свои выступления, вкладывал время и силы. И, к сожалению, не всем представится возможным показать нам то, что вы готовили. По залу прокатываются хаотичные охи и ахи, кто-то даже умудряется выпалить многозначительное «Какого х..?!». Элли просто ждет. Не то, чтобы она репетировала свое выступление днями и ночами, не то, чтобы это для нее звучит, как огорчение. Но крупица здорового страха и волнения все же пускает тоненькие корни в груди. - Мы подготовили для вас репертуар. Есть 5 групп, есть 5 песен. У вас будет ровно час времени, чтобы подготовить свое новое выступление. У всех будут равные условия, и, таким образом, отбор будет максимально справедливым. Пожалуйста, следуйте указаниям организаторов, после того, как вы выберите свою композицию. Они почти синхронно желают участникам удачи и также помпезно покидают сцену под звуки оваций. Несколько организаторов тут же появляются на сцене с, так называемыми, билетами, в которых либо путевка в конкурс, либо домой. Кто-то уже начинает раздосадовано вздыхать, так как выбрал не ту композицию, какую хотелось бы, кто-то и вовсе бросается в слезы. Тех, кто искренне радуется созданным условиям Элли в принципе не видит. Все находятся в стрессе. Доходит очередь до нее. Ну, что ж, будь, что будет. Тонкая полосочка, зажатая между длинных пальцев растягивается на раскрытой ладони. Элли вчитывается в текст и мысленно выдыхает: a-ha - Take on Me. Эту песню она знает настолько хорошо, что и, проснувшись посреди ночи, ее исполнит, не пропустив ни одного аккорда мимо. Они с Джоэлом не раз пели ее вместе по вечерам в магазине. Значит все будет намного проще, чем казалось. Когда все уже знают свои композиции, организаторы командуют «Старт», и группа людей разбредается по всему зданию, занимая удобное место для репетиции. И, если еще на входе, Элли думала, что вокруг царил полный хаос, то это был просто детский лепет. Сейчас же вокруг творилось что-то поистине сумбурное. Сотни голосов, каждый пытается перекричать друг друга, какофония звуков, музыкальных инструментов, у всех своя мелодия, свой тембр. И все, о чем хочется просить - это хотя бы минута тишины. Не выдержав этой пытки, Элли хватает гитару и ужом проскальзывает за кулисы сцены, где обстановка хоть немного, но спокойнее. Садится прямо на пол, прижавшись спиной к стене, и перебирает струны. Здесь она хотя бы слышит саму себя. Знакомая мелодия приятной ностальгией расцветает в груди, перед глазами сразу же всплывает лицо Джоэла, такое расслабленное, спокойное. Он никогда не мог вытянуть верхние ноты в припеве, и Уильямс смеялась с того, как его низкий баритон пытается взять фальцет. Забавное зрелище. Много времени для репетиции ей не требуется, пальцы цепляются за струны уже на автомате, голос, хоть и дрожит немного от волнения, но довольно быстро приходит в норму. Остается только не облажаться на сцене. Такое привычное занятие, как игра на гитаре, расслабляет достаточно, чтобы перестать замечать посторонние звуки, пусть они немного и приглушают ее музыку. Элли уходит в свои размышления, думает о Дине, Джоэле, Кэт. Как все могло так быстро измениться? Буквально считанные минуты, буквально несколько дней, и ее жизнь перевернулась с ног на голову. Вставать обратно на ноги будет неимоверно сложно. Сейчас она посреди пустого ничего. Буквально не за что ухватиться руками, негде найти опору, все, что у нее есть - она сама, которая хочет найти выход, двигается в выбранном направлении, хотя даже не уверена, дойдет ли до конца и будет ли там хоть что-то из того, что она хочет увидеть. Дина, музыка, стабильность, уверенность в завтрашнем дне. Хоть что-то из этого ведь должно быть, да? - А… прости? Мы вроде не знакомились, мы в очереди стояли рядом, помнишь? Элли моментально замирает и поднимает глаза наверх. Смущенная улыбка на лице Челси выглядит довольно неврозно, она подрагивает и бегает глазами по рукам шатенки, выглядит напуганной. - Элли, - Уильямс выдает легкую улыбку, пытаясь казаться дружелюбной. - Я Челси, - она переминается с ноги на ногу, тихонько шмыгает носом, и Элли замечает, что у нее красные заплаканные глаза. - Что случилось? Неужели, те двое все-таки довели? Челси мнётся, подыскивает нужные слова и зажмуривается, будто пытается спрятаться внутри самой себя. - Мой друг обещал приехать. Помочь с выступлением. Но не смог, а тут еще эти новые условия, - она открывает глаза и смотрит на Элли так напугано, что шатенка ловит себя на мысли подойти и обнять ее. Что странно. Уильямс не из тех, кто любит тактильность, особенно с незнакомцами. - Я осталась без аккомпанемента. И я понимаю, что это жутко эгоистично, ведь тебе тоже нужно выступать, но… Может ты смогла бы подыграть мне? Челси нервно оттягивает подол своей юбки и шумно выдыхает. В глазах читается сомнение или, скорее, сожаление о сказанном. - А, хотя, знаешь, не стоит. Это глупо, я не должна вешать свои проблемы на других. Прости, - она резко разворачивается, чтобы уйти, будто готова броситься в бега, лишь бы только сделать вид, что всей этой ситуации не было. Элли откладывает гитару на пол и бросается за ней следом. В два шага преодолевает расстояние между ними и аккуратно касается чужого плеча. - Ну подожди, ты ведь даже ответить мне не дала. Челси смотрит удивленно, вытирает подступающие слезы с глаз и смотрит на шатенку снизу вверх вопросительно. - Какая у тебя песня? - Ace of Base "All that she wants", - опустив глаза, отвечает девушка. - Отлично, пойдем, - Элли машет головой в том направлении, где только что сидела, и, не дожидаясь согласия возвращается к своему насиженному месту. - Ты мне поможешь? Правда? - Челси плетется следом и неуверенно присаживается на пол рядом с шатенкой. - Свою песню я все равно знаю. Мне, по сути, нечего репетировать, - Элли вбивает в гугле название композиции и открывает табулатуру, пробегаясь глазами по аккордам, тут же проигрывает их друг за другом, чтобы мышечно запомнить последовательность. - Ну, все довольно просто. Готова? - Уже? Ты и эту песню знаешь? - Не играла, но слышала, конечно. Пару раз споёшь, и я подстроюсь под тебя. Начинай. Элли отбивает по корпусу гитары небольшой отсчет и наигрывает мелодию, Челси моментально берет себя в руки и начинает тихонько подпевать. Пара неудачных попыток, и вот на третий раз, когда Элли берет тональность пониже и замедляет ритм, чтобы девушке было удобнее петь, они, наконец, улавливают общий такт. - Так глупо, - усмехается Челси. - Пришла на конкурс лучших артистов, но даже а капелла спеть не могу. - Я бы тоже не смогла, - пожимает плечами Элли. - И на инструментах играть не умею. А ты, кстати, играешь потрясающе. Так быстро подобрала аккорды. - Песни очень популярные, ничего особенного. Они синхронно подскакивают на ноги, когда по всему зданию раздаётся громкий звонок, прямо, как в школе. Организаторы оповещают о завершении времени, раздают рандомные номера каждому участнику и просят занять свои места в зале. Челси садится рядом с Элли, и тут же начинает нервно дергать ногой, передавая свое волнение Уильямс. - Да угомонись ты, Боже. Ты станешь причиной землетрясения. - Я не могу, смотри, какие они строгие! А вдруг я слова забуду? А вдруг вообще от страха и рта не смогу открыть? - Значит начнёшь сначала, ты ведь живой человек и имеешь право на ошибку. Какой у тебя номер в очереди? - 38. - У меня 152. Ты будешь на сцене не одна, разве это не повод немного выдохнуть? В ожидании своей очереди, пока Элли старается отвлекать Челси и саму себя глупыми вопросами, обе они немного выдыхают. Ровно до того момента, пока девушек не приглашают на сцену. Челси застывает у стойки с микрофоном и напуганными глазами смотрит в огромный зал, где несколько сотен пар глаз уставились на нее в ожидании. Особенно остро прожигают те четыре взгляда, что принадлежат членам жюри. - Мисс Купер, вы можете начинать, не задерживайте себя и ваших коллег, - женщина по имени Софи по-деловому складывает руки на столе и прожигает ледяными глазами съежившуюся от страха девушку. Уильямс хочет запустить в нее микрофоном. Потому что даже со спины видит и чувствует все то напряжение в теле Челси, которое многократно увеличивается после этих слов. Она действительно думает, что такой подход поможет все ускорить? - Челси, все хорошо, - едва слышно шепчет Элли и нарочито громко скрепит высокой табуреткой по дорогому паркету, присаживаясь рядом с девушкой. Тактика работает отлично, потому что все внимание с напуганной девушки переключается на наглую гитаристку, которая с натянутой улыбкой тащит за собой стул почти через всю сцену. А, главное, что и Челси выходит из оцепенения, оглядывает Уильямс, потирает ладошки, отвечает коротким кивком и снова возвращается к микрофону. Элли без лишних слов улавливает ее сигнал о готовности, отбивает по корпусу гитары ритм и начинает играть. И, если в эти злосчастные секунды «до» было жутко страшно, то в моменте у них обеих получается расслабиться. Челси прикрывает глаза и начинает петь увереннее, к середине второго куплета даже покачивает бедрами в такт. Уильямс украдкой поглядывает на членов жюри, но на их лицах нет даже тени какой-либо эмоции. Только Дариус с улыбкой кивает, пока Челси исполняет песню. 3 минуты проходят слишком быстро. И момент осознания, что вердикт будет прямо сейчас, наступает на горло обеим девушкам. Они замирают и молча ждут, когда хоть кто-нибудь заговорит. - Мисс Купер, позвольте уточнить, - Софи снова подается вперед и смотрит на девушку исподлобья. - Как так вышло, что одна из наших участниц находится на сцене одновременно с вами? Это задание было не на дуэт. И мы здесь не музыкальную группу собираем, а ищем артистов. Так объясните же мне, что именно я сейчас должна оценивать? Ваш совместный труд, ваш вокал или игру мисс… - она прищуривает глаза, приглядывается пристальнее к Элли и получает ответ на свой немой вопрос в беспроводной наушник в ухе, - мисс Уильямс. Которая должна была выступать под номером 152, если верить спискам. - Вы ставите нас в сложное положение, дамы, - поддакивает ей один из серых пиджаков, сидящих рядом. - Простите, я.. - Челси осекается и прочищает горло, поскольку голос предательски дрожит от волнения. - Это я попросила Элли подыграть мне. - У вас есть трудности с акапельным исполнением? - Да, - тихо шепчет Челси. - Почему вы не попросили предоставить вам музыкальное сопровождение? Девушка виновато опускает голову, подыскивая ответ на этот вопрос, и снова хватается за край своей юбки, нервно перебирая в пальцах ткань. - То есть, по вашему, намного проще отбирать чужое время на подготовку выступления, чем самостоятельно решить свои проблемы. Мисс Купер, ответьте на вопрос, зачем Америке артист, который боится собственного голоса? И при этом даже не может взять ответственность за свои поступки, - Софи все не унимается и продолжает давить на девушку, того и гляди, через стол перелезет, чтобы тыкнуть бумажками в нос и доказать свою неоспоримую правоту. - А мне кажется, что с «минусом» выступление было бы не таким проникновенным, - Дариус с ослепительной улыбкой мягко касается руки женщины и снова поворачивается к сцене. - К тому же, вы только посмотрите, какой творческий подход! Два артиста за такое короткое время смогли сыграться вместе и поддержать друг друга. Я считаю, что это и есть профессионализм. И просто человеческое отношение к товарищу. Мне выступление понравилось. Я вижу на сцене вокалистку с хорошими данными, которые можно развивать и укреплять, и гитаристку, которая говорит на одном языке со своим инструментом. У них есть потенциал. Бога ради, отпустите меня домой. Теперь уже напряжение во всем теле чувствует и сама Элли. Кто бы мог подумать, что из-за обычного аккомпанемента они разведут такой скандал? Может уже просто продолжим слушать других участников? - Мисс Уильямс, у вас была одна композиция с мисс Купер, именно поэтому вы согласились помочь, чтобы не ждать своей очереди? - Софи смотрит выжидающе, пока шатенка возьмет в руки микрофон и внесет ясность в ситуацию. - Нет, я просто подыграла, потому что могу это сделать. - И вы успели отрепетировать за столь короткое время сразу две разные композиции? - Ну да, эти песни у всех на слуху. Что здесь сложного? - Элли устало пожимает плечами и всем видом показывает, что ее эти разборки выматывают. Примите уже решение, и мы разойдёмся. - Что ж, в таком случае, не вижу смысла дожидаться вашей очереди, мисс Уильямс. Исполните нам свою песню. Ну, она хотя бы догадалась перейти к делу. Элли прочищает горло и снова кладет руки на гриф гитары. Сейчас волнение уже окончательно ушло, потому и дополнительная подготовка ей не нужна. Буквально пара секунд, и "Take on me" уже разносится по всему залу. Она действительно старается, потому что ей впервые хочется кому-то доказать, что она не просто так занимает это место. И все эти разборки растянуты за зря. - Для меня все очевидно, - Дариус пожимает плечами и делает пометку в каком-то документе.