Их шрамы

      Когда они уже начали замерзать, а согревающие чары перестали работать как надо, Драко встал и протянул руку Гермионе, помогая подняться.       — Идём? — спросил парень.       — Вместе? — нахмурившись, поинтересовалась Гермиона.       — Ну а почему бы и нет? Всё равно в коридорах сейчас никого нет, да и поздно. Нам же всё равно в одну сторону идти. — пожал плечами Драко. — Гермиона ещё с секунду сомневалась, но потом всё-таки вложила свою ладошку в протянутую ладонь Слизеринца.       Со стороны могло показаться, что идёт влюблённая парочка. Но ни один из этой самой парочки так не думал.       Дойдя до гостиной и пожелав друг другу спокойной ночи, Драко с Гермионой разошлись по спальням.       Уже лёжа в кровати, староста девочек обдумывала все события сегодняшнего дня. Конечно, теперь вся школа знает её тайну и каждый будет смотреть на неё, как на прокажённую. Но с другой стороны, это ведь уже не в первый раз. Ей не привыкать к повышенному вниманию. И ведь не всегда хорошему.       Например, на четвёртом курсе Рита Скитер писала про неё в Пророке такую чушь, что страшно смотреть. Все считали, что она встречается и с Крамом и с Гарри одновременно. Но ничего, она это выдержала.        А в последнее время она так вообще стала героиней войны, Золотой девочкой, а теперь уже и сиротой. Конечно, каждый второй на неё оборачивался и провожал взглядом.       Сейчас просто прибавилась ещё одна причина на неё поглазеть. Но всё равно было ужасно неприятно. Будто ходишь раздетым, с открытой душой. И теперь все знают то, что она не доверила даже лучшим друзьям.        Тряхнув головой, чтобы избавиться от неприятных мыслей, Гермиона перевернулась на другой бок и уткнулась носом в подушку. Вскоре усталость взяла верх, и она провалилась в сон.       Проснулась Гермиона через несколько часов от громкого крика. Она вскочила с кровати и прислушалась, но больше ничего не было слышно. Схватив волшебную палочку и засунув ноги в тапочки, девушка аккуратно выскользнула из комнаты и прислушалась.       Вдруг из комнаты Малфоя раздался стон полный боли. Гермиона вздрогнула и направилась к спальне старосты мальчиков.       Приоткрыв дверь, она тихонько проскользнула внутрь. Грейнджер увидела Малфоя, который схватился за плечо, крепко зажмурив глаза. Сквозь сцепленные пальцы, просвечивалось кроваво красное пятно. У него шла кровь. Гермиона медленно приблизилась к его кровати и позвала парня:       — Малфой. Малфой! — но слизеринец похоже не замечал девушку, что склонилась над ним, и продолжал всхлипывать от боли.        Гермиона положила ему ладони на щеки и попыталась его разбудить.       — Малфой! Вставай, просыпайся, слышишь, это сон! Очнись! Эй! Драко! — парень вздрогнул и открыл глаза.        Они ещё слегка блестели от слез. Сейчас он казался простым подростком, уязвимым и разбитым. Гермиона присела на краешек кровати и прижала его к себе. Драко снова вздрогнул и резко втянул в себя воздух.       — Тише, тише. Всё, это сон, Драко, просто сон. — Малфой обхватил руками Гермиону за талию и положил голову ей на грудь.       Через некоторое время парень перестал дрожать и тихо сказал:       — Грейнджер, у меня такая-же хрень, как и у тебя.       — О чём ты? — нахмурилась девушка.       — Я про твой шрам. Помнишь, ты говорила, что он иногда кровоточит по ночам, когда тебе снятся кошмары с пытками в Меноре.       — Д-да, помню. Но всё же не понимаю, к чему ты клонишь?       — У меня на плече тоже есть не совсем, кхм, обычный шрам. Его оставил Сама-знаешь-кто…       — Тебя пытал Волан-де-Морт?! — перебила его Грейнджер.       — Ну… Да. Это было таким своеобразным наказанием. Через какое-то время после того, как Белла вырезала на тебе твой шрам, Волан-де-Морту кое-что не понравилось и он, узнав, что моя тётка прокляла тот нож, решил испробовать сие творение на мне. Так и появился этот шрам. Правда у меня такое случается крайне редко, но видимо сегодня мне повезло. — он горько усмехнулся — всё так же, как ты и описывала. Я чувствую во сне всё тоже, что и тогда. Только может боль слегка притупляется. Ну, в общем, не настолько больно. Скорее всего это какое то проклятие, связанное с кровью. Я, честно, не знаю. — Драко замолчал, обдумывая информацию. Как вдруг Гермиона спросила:       — Болит? — Малфой изогнул одну бровь, не понимая о чём она.       — Ну плечо, оно сейчас болит? — пояснила Грейнджер.       — Аа, плечо. Нет, не болит. Оно проходит сразу, когда я просыпаюсь. — Гермиона задумалась, а через некоторое время сказала:       — Хмм… Честно, я не знаю что это за проклятие, но думаю… — Драко приложил указательный палец к её рту.       — Тшшш… Завтра, думать будем завтра. А сейчас давай спать.       — Давай. — прошептала Гермиона, ложась к Драко на кровать и закрывая глаза.       Малфой смотрел на её чуть подрагивающие ресницы и в конце концов не выдержал, и обнял одной рукой её за талию, притягивая чуть ближе к себе. Завтра. Они разберутся во всём завтра.       Весь следующий день Гриффиндорка прибывала в своеобразном вакууме. Абстрагировавшись от внешнего мира, она прокручивала в голове события прошлой ночи. Руку Малфоя, обнимавшего её за талию, тёплое дыхание на своём лице. Всё это как будто отпечаталось на внутренней стороне века. И никак не хотело исчезать.       Прозвенел звонок с последнего урока и Гермиона первой собрала вещи и вылетела из класса раньше всех. Они с Драко договорились после урока встретиться в библиотеке, чтобы вместе поискать информацию о проклятие и как от него избавиться.       Это простой поиск информации в библиотеке, ничего больше. Уверяла себя Гермиона. Но то, как звучало: «Они с Драко», «Встретиться в библиотеке», «Вместе». Наводило на мысль о свидании.       Мерлин, Грейнджер, очнись! Это. Простая. Встреча. Не свидание или что-то подобное, простая встреча. Вот только почему она только что поправила волосы и пригладила рубашку, было неизвестно.       Дойдя до библиотеки, она огляделась. Малфой обещал встретить её около входа в книжное царство. Мимо то и дело проходили ученики, не обращая на Гермиону никакого внимания. Малфоя видно не было. Простояв так ещё некоторое время, Гриффиндорка уже собиралась сама войти внутрь, как вдруг кто-то положил ей на плечо руку.       — Ждёшь меня? — раздался над ухом знакомый голос.       Девушка обернулась и встретилась взглядом как раз с тем, кого она и дожидалась.       — Идём уже. — буркнула Гермиона и направилась ко входу в библиотеку.       Малфой последовал за ней. Грейнджер направлялась к самому дальнему столику. — «Не хочет, чтобы кто-то увидел нас вместе, сидящими за книгами.» — Пронеслось в голове у Драко, и он ухмыльнулся.       Вскоре они свернули к стеллажам с тёмной магией. Найдя отдел с проклятиями, они начали искать нужные им книги. Конечно, как и подозревала Гермиона, нормальной информации они так и не нашли. Прочитали только в какой то ветхой книжке о том, что проклятия крови - очень тёмная магия и что все они под запретом. А так, больше нечего ценного. Просидев так почти до самого закрытия библиотеки, ребята решили что проверят ещё завтра и что сейчас они слишком устали, чтобы продолжать поиски.       Возвратившись в гостиную, Гермиона отправилась к себе в комнату. В голове копошились множество мыслей. О проклятии, о том, где его искать. Но в основном её голову занимал только один человек. Один заносчивый и высокомерный Слизеринский принц. Драко Люциус Малфой. Мммда, Гермиона, дожили. Теперь сам Драко Малфой засел у тебя в голове намертво, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Так, стоп. Нас объединяет лишь общая проблема. И общая заинтересованность в её решении. Не больше. Поэтому просто забудь его.       Разум всеми силами твердил ей, что Малфоя надо скорее выкинуть из головы, что так будет лучше. Конечно, где-то в глубине души она это прекрасно понимала, но вот только сердце нашептывало совсем другое. Драко Малфой крепко сидел в её сердце. И с этим надо было что-то делать.        На следующее утро, Гермиона проснулась в достаточно хорошем расположении духа. Приняв быстрый охлаждающий душ, девушка стоя перед шкафом, выбирала что бы ей одеть. Остановив свой выбор на юбке, которая была сантиметров на десять выше колен, на белой рубашке, которую Грейнджер решила не застёгивать на последнюю пуговицу и капроновых колготках, она, придирчиво осмотрев себя в зеркале, осталась довольна. Впервые за долгое время, она надевает юбку.       Войдя в большой зал, который как всегда был заполнен гомоном голосов студентов пришедших на завтрак, Гермиона то и дело ловила на себе заинтересованные взгляды. Конечно. Заучка Гермиона Грейнджер, пришла в юбке на десять сантиметров выше колен. Какая новость! Хотя, честно говоря, она сама признала, что выглядит весьма… Неплохо.       Сев за Гриффиндорский стол, рядом с мальчиками и Джинни, Гермиона, поздоровавшись, принялась за завтрак.       — Отлично выглядишь, Гермиона! — произнес Рон с набитым ртом. — тебе кстати очень идут юбки, носи их почаще. — улыбнулся Уизли.       — Спасибо, Рон. — буркнула девушка, покрываясь лёгким румянцем.       Всё-таки было очень приятно слышать комплименты от лучшего друга. Гарри нечего не сказал, лишь кивал постоянно при речи Рона и улыбался Гермионе.       Малфой сидел за Слизеринским столом, крепко стиснув челюсти. Настроение было не очень. Хотя, возможно, всё было бы и нормально, если бы не Грейнджер в своей юбке чуть ниже середины бедра, с охренительными ногами с этими острыми коленками и рубашке, расстёгнутой на две верхние пуговицы. Она выглядела… Прекрасно, потрясающе, идеально… Вполне сносно. Ведь в том, что она была очень красивой, Драко боялся признаться даже сам себе. А тут ещё и этот мерзкий Уизли, который разбрасывал свои тупые комплименты направо и налево, исчерпав, наверное, весь свой словарный запас, на следующие десять лет.       Драко крепко сжал кулаки под столом. Наблюдать за тем, как Грейнджер смущённо улыбнулась и слегка покраснела на высказывания рыжего недоумка, было практически физически невозможно. Как же он хотел сейчас почесать кулаки об его идиотское лицо. Чтобы больше никогда даже близко с Грейнджер не находился… Стоп! Он что… Ревнует?! Нет, нет, нет. Чёрт! Проклятая Грейнджер! Чтоб тебя. Но тут он видит как объект его наблюдения выходит из-за стола, что-то говоря своим друзьям и, поправляя юбочку, направляется к выходу из Большого зала. Пробормотав что-то о том, что ему срочно надо забрать какой-то учебник из гостиной, Драко вскакивает из-за стола и почти бегом следует за Гермионой.       Видя, как она заходит за угол, он прибавляет шагу и окликает её.       — Грейнджер! — она застывает на месте, после чего оборачивается.       Слизеринец стремительно приближается к Гриффиндорке. Не дойдя до девушки всего один метр, он останавливается и говорит:       — Ты охренительно выглядишь, Грейнджер.        Гермиона замирает и удивлённо приоткрывает рот, с желанием что-то сказать в ответ, но Драко, воспользовавшись моментом, преодолевает ненужное расстояние между ними и впивается губами в чуть приоткрытый девичий рот.        Гермиона какое-то время ошеломлённо стоит, не двигаясь, но уже через несколько секунд отвечает на поцелуй, зарываясь руками в волосы Малфоя и обнимая одной рукой его за шею. Драко притягивает её ближе, обнимая за талию и запуская руку в копну её непослушных каштановых волос. Корица с вишнёвыми нотками — вкус Гермионы Грейнджер. Мята, со вкусом свежих яблок — вкус Драко Малфоя.