Их шрамы

      На следующий день Драко проснулся довольно поздно. Открыв глаза, он взглянул на часы и обнаружил, что если не встанет прямо сейчас, то наверняка опоздает на завтрак.       Надев свою повседневную белую рубашку, жилетку и чёрные брюки, Малфой вышел из комнаты и спустившись в гостиную, столкнулся с Грейнджер. На ней была всё та же чёрная юбка, которая была чуть выше колен, белая рубашка, заправленная в юбку и расстегнутая на верхнюю пуговицу.       Малфой вспомнил вчерашний поцелуй со вкусом корицы и вишни и еле сдержался, чтобы не расплыться в дурацкой улыбке. Грейнджер, похоже, вспомнила то же самое, потому что тут же покраснела и отвела взгляд.       — Доброе утро, Грейнджер. — протянул он.       — Доброе утро, Малфой. — в тон ему ответила она.       Драко стал медленно приближаться, сокращая дистанцию между ними, а Гермиона, лишь приподняла подбородок и посмотрела прямо ему в глаза. Раскалённая сталь встретилась с расплавленным шоколадом.       Раскрасневшиеся щёки Гриффиндорки и непослушная копна каштановых волос, раскинувшаяся по плечами, невероятно сильно притягивала к себе. Она была прекрасна. И было непонятно, кто первый поддался порыву сделать шаг вперёд, но это было уже неважно, потому что в следующую секунду они слились в поцелуе.       Отдалившись, потому что воздуха стало катастрофически не хватать, Драко и Гермиона стояли друг напротив друга и тяжело дыша, смотрели друг другу в глаза. Первым очнулся Малфой.       Тряхнув головой, словно выходя из некого транса, он подхватил свою сумку и сумку Гермионы и направился к выходу из гостиной, остановившись лишь у самого портрета, оборачиваясь на застывшую Гермиону, словно спрашивая: "Идешь?" Очнувшись, Гермиона зашагала по направлению к Малфою.       — Что ты делаешь? — спросила она, поравнявшись с ним.       — В смысле? — изогнув бровь. — Я выхожу из гостиной, чтобы пойти на завтрак. Или тебя что-то не устраивает? — Гермиона мотнула головой и сказала:       — Это и так понятно. Но зачем ты взял мою сумку?       — Ой, да брось, Грейнджер. Считай, что я, как истинный джентльмен, помогаю донести прекрасной даме её нелёгкую ношу. — Гермиона закатила глаза, но всё же не сдержавшись, улыбнулась и первой вышла из их общей гостиной, придержав для Драко портрет.       Дойдя до дверей Большого зала, Малфой молча отдал Гермионе её сумку и так же молча проследовал к своему столу. Гермиона села между Гарри и Джастином, поприветствовав друзей. Но увидев хмурый взгляд Гарри и встревоженный Джинни, улыбка сползла с лица девушки, заставив встревоженно нахмуриться.       — Гарри? — осторожно начала она. — ммм… Что случилось? — но Гриффиндорец ничего не ответив, указал взглядом на «Ежедневный пророк».        Сердце неистово застучало, а тревога начала стремительно распространяться по телу. Слегка дрожащей рукой она взяла из рук Поттера «Пророк» и открыла его на первой странице. Заголовок гласил:

      Сбежавшие Пожиратели смерти собираются вновь! Вчера вечером в магическом Лондоне была обнаружена известная Пожирательница смерти Беллатриса Лестрейндж. Вскоре волшебники и волшебницы заметили ещё нескольких сбежавших Пожирателей смерти. А позже произошло нападение на Магловскую деревню. Прибывшие на место Авроры успели заметить, как перед тем, как трансгрессировать, с одного из нападавших пожирателей, слетела маска. Под ней скрывался Антонин Долохов, который как известно, сбежал сразу после знаменитой битвы за Хогвартс. Министерство приложит максимум усилий, чтобы поймать всех пожирателей смерти, вновь прибывших в Лондон.

      Гермиона оторвала взгляд от газеты и посмотрела на стол слизеринцев. Родители многих из них являлись Пожирателями смерти и сбежали сразу после окончания войны. Поэтому новость об их возвращении не на шутку взволновала студентов змеиного факультета. С одной стороны, всё хорошо, родители вернулись и всё такое. Но с другой стороны, теперь надо постоянно быть начеку. Ведь Министерство возобновило усиленную охоту за сбежавшими Пожирателями. Поэтому родителей слизеринцев могут в любой момент поймать и казнить. Было известно, что сбежавших Пожирателей, когда тех поймают, будут сразу, без суда, казнить Авадой.       Малфой сидел, крепко сцепив зубы, и сжал кулаки под столом. Они возвращаются. Собирают армию последователей. Лучше не придумаешь. А ещё это значит, что Люциус скорее всего тоже вернулся. Да к тому же наверняка состоит в этой армии. Так что спокойной жизни не дождаться. Пока его не поймали, он с остальными сбежавшими пожирателями будет строить армию и убивать маглов. А когда его схватит министерство, то сразу казнит.       Если он уже вернулся, то наверняка в Меноре. А там мать. Она сойдёт с ума, если повторится что-то подобное, как во времена Волан-де-Морта. Просто не выдержит, если в их доме снова будут собрания пожирателей. А в безумную голову Люциуса может прийти всё, что угодно.        Драко молился Мерлину, чтобы отец не впутывал в это дело ещё и Нарциссу. Надо срочно ей написать. Драко резко встал из-за стола и направился в совятню.       Зайдя в помещение, слизеринец сразу почувствовал стойкий запах совиного помёта и соломы. Он огляделся вокруг в поисках своего филина, как вдруг его внимание привлекла сова, влетевшая в совятню.       Сделав несколько кругов по помещению, она приземлилась прямо на плечо Драко, крепко вцепившись в него когтями. Малфой поморщился от неприятных ощущений и посмотрел на птицу. Сова Малфоев. Драко нахмурился. В это время пернатый почтальон протянул лапку с привязанным к ней письмом. Отвязав послание и накормив сову несколькими совиными печеньками, что лежали на подоконнике, он разорвал конверт. Письмо было предельно коротким.

Здравствуй, сын. Я срочно вызываю тебя в Менор. Чем быстрее ты приедешь, тем будет лучше. Отец.

      Внутри что-то неприятно сжалось в плохом предчувствии. Что за спешка? Надо будет выпросить отъезд у МакГонагалл. Она в этом году директор. Лишь бы отпустила. Чёрт! Люциус вряд ли будет вызывать его настолько срочно, чтобы просто передать привет. Но в любом случае выбора у него не было. А когда он вообще был?! Подумал Драко. Но в Менор всё же надо поехать. Хотя бы для того, чтобы убедиться что с матерью всё в порядке. Ведь что бы не задумал отец, это всё равно будет что-то не столь приятное.       Дойдя до каменной горгульи, Драко понял, что не знает пароль. Но уже в следующую секунду статуя отъехала в сторону, открывая проход. Малфой ступил на винтовую лестницу и вскоре оказался у двери МакГонагалл. Не успел он постучать, как из-за закрытой двери раздался голос директора.       — Войдите! — Слизеринец отворил дверь и вошёл внутрь. С его последнего визита к Дамблдору мало что изменилось. Разве что на столе, который раньше был завален разными ненужными вещами, теперь был идеальный порядок.       МакГонагалл сидела и перебирала какие-то бумаги. Малфой прокашлялся. — Кхм… Профессор МакГонагалл, добрый день… — начал он.       — Мистер Малфой? Чем обязана? — посмотрела на него профессор поверх своих очков.       — Профессор, мать прислала письмо из дома. Просила срочно приехать. Могу ли я воспользоваться вашим камином? — несколько секунд МакГонагалл осматривала его оценивающим взглядом, после чего наконец произнесла:       — Мистер Малфой, я разрешаю вам воспользоваться моим камином и надеюсь на вашу сознательность. И только на сегодняшний день.       — Спасибо огромное, профессор. Конечно. — поблагодарил директора Малфой, шагнул к камину и чётко произнёс:       — Малфой-Менор. — после чего Слизеринец исчез в зелёных языках пламени.