Дотронуться до тебя

      День для весны в Старовоскресенково стоял очень жаркий, многие начали уже ходить без ветровок, в футболках или майках с шортами. Не дай бог вообще без них ходить! Почки распускали свои молодые листочки, а в ещё невысохших лужах от вчерашнего дождя отражалось голубое, почти безоблачное небо. По единственной асфальтированной улице ехал на велосипеде Матвей Сидоркин. Четырнадцатилетний парень небольшого роста мчался в сторону моста, пересекающего реку, чтобы с холма на той стороне скатится с ветерком. Его русые волосы развевает легкий ветерок от быстрой езды. Паренёк взбирается на холм уже по каменистой дороге в соседнюю деревню, Княжино. Матвей бывал там не раз. В основном летом, когда свобода ощущалась по полной. Бывало и с родителями был там, за частую в лес ехали на машине, по грибы.       Вот она, вершина холма. Матвей слезает с велика, пьёт из своей бутылки и немного разминается, а потом обратно садится на велик. Вот он сейчас скатится, ветер будет хлестать лицо, а черная толстовка на молнии будет развеваться. Скорость ощущается как свобода. Чувствуешь себя птицей в небе, летящая по своим птичьим делам.       Казалось, что прошло лишь мгновение, но вот Матвей уже внизу. Во время спуска он заметил паренька на другом холме, ближе к реке. Паренёк сидел, уткнувшись в свои колени, и дрожал. А для такой погоды он не должен дрожать от холода. Странно.       Подняться или нет? Подняться или нет? Матвея мялся пару секунд, но, оставив свой велосипед у подножья, стал быстро подыматься на холм. Паренёк, когда Сидоркин поднялся, уже заметил его и пересел спиной к подымающемуся, шмыгал носом и, что понятно из движений рук, вытирал лицо. Его, кажется, Матвей уже видел в школе несколько раз, но не был с этим парнем сильно знаком.       -Эй, ты как? – четырнадцатилетка, в метр с половиной ростом, он похлопал незнакомца по плечу. Тот дернул плечом.       -Нормально, - холодно ответил парень и отодвинулся в сторону. Паренёк словно что-то скрывал. Худощавый незнакомец с рыжими волосами говорил тихо, как будто что-то случится, если скажет хоть чуть громче. Словно от голоса этот холм сломается на пополам       -Что-то по тебе не видно: издалека видел, что ты плакал, - Матвей сел справа и посмотрел прямо в глаза незнакомцу. – Да и глаза вон красные от слёз. Меня Матвеем звать, а тебя? И да, можешь мне доверить что-угодно – буду хранить всё в секрете. Как партизан. Хоть пытай - не скажу ничего, - Матвей и парень хихикнули.       -Я Кир, - Улыбка рыжика сползла, и он вновь тихо заговорил, - А у тебя есть друзья?       -Ну, парочка найдется. А у тебя, что, нет?       -Как ты понял?..       -Так странный вопрос. Только, думаю, что у тех, у кого нет друзей, спросят такое.       -А, ясно. Ну ты это верно подметил. И с тем, что плакал, и с тем, что у меня нет друзей, - Кир вытер всё ещё мокрые щёки и повернулся обратно. У него были и карие глаза, которые вместе с рыжими волосами смотрелись как-то странно. Ему бы пошли голубые, наверное, больше. Но на лицо Кир всё равно был красив, как заметил Матвей. Лицо было таким милым на вид, казалось, что это был не парень, а девушка. Но кадык и голос выдавали себя.       -Так что все-таки произошло? Почему ты плакал?       -Да такая себе причина для слёз. Опять накричала мама. Позорю ею, - Кир пододвинул к себе ногу и поставил свою голову на коленку, обнимая её. Сидеть на корточках в берцах Матвею стало не удобно. И зачем он их надел? "Лучше бы кроссы надел, ей богу! Потею, пипец. Долбоящер! И хвастун в добавок!" - подумал про себя Матвей.       -Чем же позоришь? – в недоумении спросил он, садясь уже на свой зад.       -Нет друзей, по дому не помогаю, хотя я пытаюсь чем-то помочь в свободное от учёбы время… Мне же надо хорошо всё сдать! А я не уверен... Вот они и стыдится, позо...       -Да какого ты позоришь! – перебил, немного вспылив, на последнем слове Киру Матвей. – Ты же учишься, у тебя, наверное, оценки отличные, - Кира кивнул, - значит ты стараешься! Она не ценят этого. Ты – самый замечательный человек. Я это чувствую!       Поднялся лёгкий ветерок. В воздухе поднялся отчетливый запах деревьев и цветов от леса. Запах сорванной или скошенной травы. Запахи природы. Кир, казалось, стал чуть веселее. Матвей улыбнулся, встал и подал руку:       -Вставай, дружище!       -Спасибо! Дружище? – Кир подал руку в ответ. Он оказался на голову выше Матвея, да и больше не казался ему младше, а наоборот Матвей понял, что видел его в девятом классе.       -А разве мы не уже стали друзьями? – посмеялся Матвей и помог встать новому знакомому. – Пошли гулять?       -Пошли! – стал улыбаться Кира.       -Окей, только надо будет домой ко мне зайти и велик убрать.       Они постояли немного на вершине холма, пока Кир немного поправлял свой вид: стряхивал траву с одежды, вытер лицо. После этого сначала спустился Матвей, приговаривая, что потом может поймать в крайнем случае Киру. Кир спустился, и они пошли до дома Матвея. Погода стояла жаркая, солнечная. На небе ни одной тучки. Летние каникулы скоро для кого-то только начнутся, а у кого-то скоро экзамены. И, кажется, немного новая жизнь. Не учебники и школа, а именно, что жизнь: учёба, дом, друзья, музыка. Всё, что дарит нам силы, у этого человека только появится. И всё начнётся с этой прекрасного дня.       -Можно попросить кое-что странное? - начал вдруг Кир.       -Конечно! - ответил быстро Матвей.       -Будешь моим другом навсегда? - Матвей сначала рассмеялся. Затем, видя смущенное лицо "Я что-то не то сказал?", мягко улыбнулся, смотря прямо в глаза.       -Конечно! Друг навеки! - и он подал ладонь, чтобы попросить дать пять.       -Как в мультиках! - Кира дал пять.       -Почему именно мультики?       -Не знаю, - рассмеялся Кира, а за ним и Матвей.