There is no turning back now

      Несколько дней Тэхен не спит. Работа для него превращается в сущий кошмар, а место Чонгука пустует. Каждый час он выходит из кабинета, смотрит на покрытый слегка пылью стол с табличкой «Чон Чонгук» и снова возвращается в кабинет. Листает бумаги, какие-то договора, смысл которых не понимает, и спустя час снова стоит в проходе своего кабинета.       Для персонала подобная выходка становится уже нормой, поэтому каждый раз, когда Тэхен выходит, кто-нибудь подходит к нему и просто спокойно интересуется, не нужно ли чего. Ким отказывается. Все, что ему сейчас надо — присутствие Чонгука. Ему даже хватит того, что тот будет сидеть молча и работать. Но Чонгука нет и у Тэхена с каждым разом нервы все больше и больше подходят к грани. Он стучит ручкой по столу, трясет ногой и кусает губы, поедая их до появления алых капель крови. С каждым новым укусом боль приносит некое чувство легкости, однако помимо этого Тэхён также ощущает привкус меди.       Проходит очередной час, и по его окончанию Ким встает. Не спеша обходит стол и шагает по кабинету к двери, но открывать ее не спешит. Стоит пару минут, приводя мысли в порядок, избавляет уста от кровавых капель, размазывая их по рукаву пиджака, поправляет пряди волос, а вместе с ними очки. Наконец открывает дверь. Снова пусто. Чонгука нет, но вместо него стоит девушка, которая внизу встречает посетителей. — Господин Ким, вам принести чай? — девушка спрашивает вежливо. Настолько, что ей попросту невозможно отказать, но Ким, рыкнув, отмахивается. Тэхену не до чая. Ему бы крепкий алкоголь, который утопит в себе боль и тревогу. Который поможет хотя бы на какое-то время прожить пару часов и не думать о Чонгуке и отце.       Снова скрываясь в кабинете, Тэхен не замечает как рабочий день подходит к концу. Уже покинув галерею, он думает, а все ли дела были выполнены? Кажется, все. Ким спокойно добирается до дома. Светофоры работают как будто специально для него — всегда горит зеленый, а машин на дороге не так много. Дома Тэхен раздевается неспешно: одежду бросает где попало, перешагивает через нее и скрывается в ванной комнате. Горячая вода обжигает кожу, оставляет красные пятна, но они почему-то приятны ему. Боль давно стала частью его самого.       Промочив кожу холодным полотенцем, Тэхен надевает халат и выходит. В квартире все та же тишина. Горит свет в гостиной и на кухне. Придя на кухню, Ким сразу же подходит к столу. Достает стакан, сделанный из толстого стекла, и наливает в него янтарную жидкость. Не задерживаясь, тут же выпивает, обжигая горло алкоголем. На самом деле он уже устал пить. Устал чувствовать себя мертвым, устал быть вещью в руках других людей. Счастье, как он понял уже давно, прошло стороной.       Налив еще стакан, Тэхен уже пьет медленно. Растягивает удовольствие или просто не хочет быстро опьянеть, однако из-за усталости алкоголь все равно берет верх. Ноги становятся ватными, щеки пунцовеют, мысли поворачиваются совершенно в другую сторону. Он уже не думает ни о Чонгуке, ни об отце, а думает лишь о том, как прекратить все эти мучения. По правде говоря, Ким пробовал много чего и знает вариантов шесть уж точно, как перестать все чувствовать. Подумав об этом, он опускает взгляд на свое запястье со шрамами. Затягиваются, но не быстро. Разрежь их, и кровь с легкость зальет кухню, и никто не спасет его. Чонгук не ворвется, не станет орать и не вызовет скорую помощь. Он просто умрет в одиночестве. Это кажется Тэхену заманчивым...       Допив стакан, Ким оставляет его в сторону и косится на ножи, которые стоят на столе в специальной подставке и манят. Взять самый большой или поменьше? Черная матовая ручка красивая — Тэхен выбирал эти ножи очень долго. Хотел использовать для готовки, а в итоге, сейчас, перережет себе вены. Как смешно и досадно. Рука сама тянется к самому большому и почти касается рукояти, когда вдруг звонит телефон. Он лежит на краю стола. Жужжит и выводит из себя. Тэхен опускает руку, вздыхает, потому что его отвлекли, и тянется к гаджету. Не взглянув на имя, он отвечает: — Ким. — Ты рано ушел. Думал заехать к тебе, — знакомый голос раздается в трубке. — Я дома. — Один? — Да, — равнодушно отвечает Тэхен. — Могу заехать? Я купил вина.       Вино... Звучит заманчиво, но с другой стороны, все планы Кима рухнут, но он все же соглашается. — Тогда буду через час.       А Тэхен не отвечает. Кладет трубку первый и сгибается над столом, подумав, что планы переносятся.       Спустя час в дверь квартиры Тэхена стучат. Открыв дверь, Ким видит на пороге его дома красноволосого парня с пакетом в руках. В черных кожаных штанах, белой рубашке, расстегнутой до середины груди, он выглядит вульгарно, но это его стиль. Он всегда так одевается. — Уже принял душ. Опоздал я, — смеясь, парень заходит в квартиру. Снимает обувь и по-хозяйски проходит в гостинную.       Тэхен следует за ним, закрыв дверь на замок. — Обычно мы заранее планируем встречи, — проговаривает Ким. — Ты все равно один, — замечает парень. — И что?       Парень молчит. Оценивает взглядом Тэхена, который достает два бокала и, покачивая бедрами, подходит к нему. — Под халатом же нет ничего? — вдруг спрашивает он. — Нет.       Тот облизывает губу. — Хочу взглянуть. Подойдешь? — Налей вина, — отмахивается Ким. — Тэхен, подойди. Ближе.       Ким бросает на парня пустой взгляд. Равнодушный и, кажется, даже убийственный. — Ты приходишь ко мне только ради секса. Хоть раз пробовал узнать, что у меня на душе? — задает вопрос Ким. — Могу спросить тоже самое. Но мне кажется, что нас это устраивает. Выпили, потр... — Никогда не хотел изменить это?       Тэхен присаживается на край дивана, ждет, когда красноволосый парень нальет вина, и после добавляет: — Почему всем нужно только одно... — Время такое. — Оно не меняется, — погружаясь в думы, отвечает быстро Тэхен. — Ты сам такой же, — возмущается парень. — Мы переспим, и ты выставишь меня за порог. Ты всегда так делал. Особенно на работе, а я, вообще-то, приношу твоей галерее деньги.       Тэхен ничего не отвечает. Этот красноволосый прав. Именно из-за его картин в галерее много посетителей. Популярный на данное время художник, которого никто не видел, завоевал сердца людей. Он скрывается от публики, но те, кто работают в галерее знают, что он их мешок с деньгами.       Держа в руках бокал, Тэхен все так же молчит. — Что ж, раз сказать тебе нечего, то я... — начинает было красноголовый парень, но Ким вдруг нагло перебивает. — Ты хочешь выставить наши отношения на показ? — А у нас они есть? Тэхен, называй вещи своими именами, — возмущенно отвечает парень. — Хенджин, — зовет Тэхен. — Никто не поймет этого. Никто не скажет, что это правильно, поэтому и молчать приходится. И мой отец... — Ой, да знаю я, — машет рукой Хван, делает глоток вина и продолжает: — Он та ещё сволочь. Пытался как-то выйти на меня, но когда узнал, что я приношу прибыль вашей галерее — заткнулся и затих. Думал, что сообщения, типа, «тебе надоело жить» на меня подействуют.       Когда Хенджин заканчивает говорить, Тэхен напрягается. Выпрямляет спину, чуть разворачивается и смотрит на парня так, будто никогда не видел прежде. — Он писал тебе? — Да. Давно, — спокойно отвечает Хван, а Тэхен уже не может думать о другом. Отец звонил, писал, искал. Он добирается до тех, кто хоть как-то контактирует с ним. И уничтожает. Руки предательски начинают дрожать, а жидкость в бокале покачиваться. Он еле-еле сдерживает злость и, сожми ножку бокала сильнее, та треснет. Выждав время, Ким заставляет себя, пусть через силу, подняться. Уйти на кухню, поставить бокал на стол и снова согнуться, покосив взгляд на ножи. — Тэхен, ты чего? — голос Хенджина должен был привести в чувства, хотя бы попытаться, но Тэхен никак не реагирует. Молчит. Звук часов и собственное сердцебиение заставляют его сжаться. Второе так вообще очень напрягает. Оно слишком шумное. Оно давит, заставляет нервы оголиться и, срываясь, Ким хватает нож. — Твою мать! — выкрикивает Хван. — Опусти нож! — Не подходи.       Ким не видит ничего перед собой. Сейчас он думает, что здесь, в этой большой квартире, он один. Хвана нет. Это иллюзия. — Тэхен, опусти нож.       Ближе не подойти. Опасно. Хван стоит все еще возле дивана, выставив руку вперёд. — Тэхен, ты слышишь? Что на тебя нашло? — Я не позволю ему трогать вас. У него есть я. Я согласился, так почему... — Согласился? Тэхен, приди в себя, — проговаривает Хенджин и делает шаг вперед. — Я не позволю, — рычит Тэхен и, повернув лезвие ближе к себе, резко проводит им по другой руке. — Блять!       Крик Хвана очень громкий. Он срывается с места и за долю секунды оказывается рядом с Тэхеном. Перехватив руку с ножом, он отбрасывает в сторону окровавленный предмет, разворачивает Тэхена к себе лицом и тут же хватает полотенце, чтобы забинтовать руку. — Ты что творишь?! — кричит в лицо Кима Хван. — Я не позволю, — бубнит Тэхен. — Он тронул Чонгука, теперь ты... — добавляет Ким и смотрит на Хенджина. — Твои красные волосы бесят меня. Я просил перекрасится. — У тебя есть время думать об этом? Ты идиот? Стой здесь, я вызову скорую. — Нет, — останавливает Тэхен. — Никакой скорой, — говорит и тянется ближе к парню. — Тэхен, ты себе вены вскрыл. Отпусти руку.       А Тэхен сам не замечает, что схватил Хенджина за руку и сжал ее, не давая тому сдвинуться с места. — Ты же приехал за этим? — кивнул вниз Ким, намекая на халат и то, что под ним. — Опустись на колени. — Ты ненормальный. Отпусти. — На колени. — Тэхен! — Встань на колени! — крик в лицо пугает Хенджина. В глазах Кима кромешная пустота. О чем сейчас думает он — страшнее всего. Хван подчиняется и только после этого Тэхен отпускает его. Пропитанное полотенце кровью остаётся незамеченным. Киму все равно. Сейчас его волнует другое — удовольствие. Хван быстро развязывает пояс халата, откидывает его края и смотрит на тело Тэхена. — Почему ты... — Закрой глаза. — Тэхен, ты в синяках. — Не раздражай меня, Хван. Закрой глаза, открой рот и отсоси.       Подчиниться, конечно, хотелось бы. Подобное обращение с друг другом стало нормой, но сейчас, как бы Хенджин не хотел, он не может думать о другом. Тэхен истекает кровью. — Я не чувствую твоих губ, — говорит Ким. — Тэхен, посмотри на руку. Я не могу. — Тебя напрягает кровь?       Хенджин молчит. Даже ответить не может. Ему сейчас страшно: за себя и Тэхена. А второй, вскоре, и вовсе теряет сознание и, если бы не Хенджин, то Тэхен ударился бы головой о стол.

***

      Утром, довольно рано, Чонгук просыпается с некой тревогой. Что-то внутри давит, грызет, терзает. Вроде бы ничего не произошло. Все как обычно, но что-то не так. Потянувшись, Чонгук встает и идет умываться. Прохладная вода быстро убирает остатки сна и вот Чон уже стоит на кухне, готовя себе завтрак. Кофе и жареный рис — весьма плотная пища, но именно это ему сейчас и нужно.       Позавтракав, Чонгук быстро убирается на кухне, переодевается и собирает рюкзак. Сегодня у него имеются довольно неплохие планы: поискать новую работу и забрать документы со старой, а раз он всё равно проснулся рано, то первым делом можно забрать документы. Тэхен любит приходить пораньше, поэтому пока Чон доедет, тот уже будет на месте.       Схватив ключи от дома, телефон и рюкзак, Чонгук окидывает взглядом квартиру. Проверка все ли взял с собой — все. И выходит. Добирается до галереи достаточно быстро, автобус полупустой. Выходит на нужной остановке, а там уже пару минут, если идти быстрым шагом, и ты в галерее. Открыв дверь, Чонгук заходит внутрь. Там все та же девушка, которая в первый день встретила Чонгука и проводила до кабинета Тэхена. Она улыбается, чуть кланяется и спрашивает: — Чонгук, ты поправился? Все хорошо? — Да. Тэхен у себя?       Девушка начала бегать глазами. То ли пытается найти ответ, то ли не знает, как признаться в чем-то. — Он не отвечает на звонки. Вчера ушел как обычно, а сегодня никто не может с ним связаться.       Теперь бегает глазами Чонгук. — Он входил вчера один? — Да. — Его отец приезжал сюда? — Нет.       Взглянув на лестницу, которая ведет вверх, Чонгук отступает назад. К нему никак не относится то, что сейчас происходит с Тэхеном. Куда он ушел, что делает — все это неважно. Но почему-то Чонгук думает об этом. Сопоставив все факты, вспомнив, что было и как Тэхен отреагировал на просьбу Чонгука его уволить, Чон осознает — Ким может опять что-то сделать с собой. Нужно лишь время.       Резко разворачиваясь, Чонгук выбегает из галереи. На улице он достает из кармана телефон и ищет номер Тэхена. Однако прежде, чем позвонить ему, Чонгук выжидает время. Думает: стоит или нет звонить. Вдруг Ким снова в припадке или снова наорет. Слушать этого не хочется, но вдруг Киму нужна помощь? Вдруг Тэхен ждет именно его звонка?       Нажав на кнопку «Вызов», Чонгук слушает гудки. — Телефон Ким Тэхена, — раздается голос совершенно незнакомый Чонгуку. — Могу услышать Тэхена? — Он сейчас не может говорить.       Плечи Чонгука напрягаются. — С кем я говорю? — С другом. — Могу услышать имя? — настаивает Чонгук. — Хенджин. Хван Хенджин.       Чонгук вмиг замирает. Он догадывался, но хотел не верить. — Вы в его квартире?       Слышится вздох и на заднем фоне голос Тэхена. Тот, хрипло, сонно спрашивает кто звонит, а Хенджин молчит. — Передай ему телефон. — Он перезвонит, — быстро проговаривает Хван, и слышатся гудки.       Они вместе. Тэхен спит. Некое чувство, которое вызывает неприятные ощущения и дрожь по всему телу заставляют Чонгука потерять реальность с миром. Некоторое время он просто стоит, смотрит вперед, но ничего не видит. Ни людей, ни машин, только в ушах до сих пор слышится хрипота Тэхена. И противный голос Хвана. Чонгук понимает, что он не имеет права приказывать Киму. Просить его не общаться с этим странным парнем. Тэхен ведь тоже просил Чонгука остаться до выставки, которая будет завтра, но Чон отказался. Поэтому и Тэхен поступит так же. Откажет.       Сжав в руках телефон чуть ли не до треска, Чонгук срывается с места. Сам этого не понимает, но уже сидит в такси, диктует адрес водителю и нервно стучит по дверной ручке пальцем, поглядывая в окно. Машина подъезжает к элитному дому спустя сорок минут. Все-таки Тэхен живет далеко, а сейчас еще и обед, час пик, когда многие едут по своим делам. Заплатив за дорогу, Чон отпускает машину и смотрит на входную дверь. Через некоторое время он заходит. Поднимается на нужный этаж, подходит к двери и стучит. Решает не оттягивать время и сразу все разузнать. Спустя пару минут дверь открывается. — Чонгук?       Перед Чоном стоит красноволосый парень с мятым лицом, синяками под глазами. — Тэхен, он дома? — Приходи в другой день, — Хван хочет закрыть дверь, почти достигает цели, но Чонгук резко останавливает его выставив руку. — Где он? — Ты тупой? — возмущается Хван. — Он же дома. Я знаю. Тэхен! — Убирайся, — спокойно говорит Хенджин. — Тэхен! — кричит Чон. — Нет его. Уходи.       Хенджин толкает Чонгука, заставив его там самым отступить назад. — Ким Тэхен! — Закрой рот. Ты его разбудишь. — Дай мне увидеть его. Он не был на работе, а у тебя рубашка в крови. Где он? Что он сделал?       Хван бледнеет, вспоминая события ночи. Молчит, теряется и ничего не отвечает, а тем временем Чонгук подошёл ближе. — Просто покажи его. — Он не здоров. Ему нужен отдых. — Я знаю. Я... видел, что он может сделать и с собой, и с кем-то. — Видел? Откуда? — удивленно спрашивает Хенджин. — Сам прошел через это.       Хенджин поджимает губы и, забегав глазами, отступает. — Заходи, но не шуми.       Чонгук быстро заходит. Снимает обувь, оставляет сумку на полу в коридоре и медленно идет в гостиную. Оказываясь там, Чонгук видит бутылку вина. Она полная и прикрытая пробкой. Видимо, ее открыли, но так и не прикоснулись. Дальше он видит кухню и тут его наполняет страх и паника. Ножи лежат на столе, кровь не до конца отмыта, на полу виднеются ее капли и брошенное окровавленное полотенце уже с высохшей кровью источает неприятный запах. — Что произошло? — не выдержав, спрашивает Чонгук. — Головой поехал. Перерезал себе вены. — Где он? — В спальне. Я вызвал скорую, но он отказал поехать в больницу. — Не удивительно, — тихо признается Чонгук. — Я могу увидеть его? — Какое ты отношение имеешь к нему? Ты же простой секретарь. — Вот именно. И я должен знать, что с ним происходит.       Хван пожимает плечами, а для Чонгука это знак одобрения, поэтому он спешит к спальне. Перед ее дверью ноги Чона становятся ватными. Ему страшно оказаться внутри, страшно увидеть Тэхена, страшно заговорить с ним. Вдруг он сорвется. Вдруг сделает то, после чего они оба пострадают. Тэхен же может. Он не здоров: психически и физически. Ему необходимо лечение. Около минуты Чонгук стоит перед дверью и, когда наконец-то успокаивает своё дыхание, прикасается к дверной ручке, Хван перехватывает руку и сжимает в области запястья. — Отпусти, — говорит Чонгук. — Если он что-нибудь сделает, ты сам будешь расхлебывать это дерьмо. Его отец все утро звонил и есть вероятность, что он может приехать. Я не намерен с ним встречаться, поэтому постарайся побыстрее налюбоваться им и свалим вместе.       Чонгук никак не комментирует слова Хвана, а тот убирает руку, и Чонгук наконец-то может открыть дверь. В гробовой тишине, темноте, полусидя, накрытый чёрной простыней, лежит Тэхен. Скосив голову на бок, он хмурит брови и тяжело дышит. Чонгук подходит ближе. От вида Кима, измученного, бледного, жалкого, сердце Чонгука сжимается. Руки, которые лежат на простыне, перебинтованы, а сама кисть слишком бледная. Видимо, крови он потерял много. Присев на край кровати, Чонгук ощущает привкус крови у себя во рту и, естественно, чувствует запах. Тут же начинает тошнить. Прижав ладонь ко рту, Чон сдерживает рвотный рефлекс и на секунду отворачивается. — Зачем пришел? — хрипло и тихо разносится голос Тэхена по комнате. Чонгук тут же поворачивается к нему. — А зачем ты снова руки режешь? — Разве для тебя это важно? — Тэхен! — хмурится Чонгук. — От вида крови мне становится легче. — Легче? Ты просто издеваешься над собой. — Какая кому разница. — Мне есть разница, твоей матери, — отвечает Чонгук.       Тэхен улыбается. Натянуто, с болью. — Тебе? Ты ненавидишь меня. А мать... Она сбежала. — И ты решил, что вскрыть вены это лучший вариант? Это решит все твои проблемы? — Одну уж точно. Я буду свободным, — Тэхен поворачивает голову. — Спрыгнуть в реку «Хан» не могу, смелости нет. Я же трус. — Зато резать себя смелости хватает. — Как видишь, — с улыбкой отвечает Ким. — Кстати, ты зачем пришел? Хенджин еще здесь? — Да, здесь, но собирается свалить. — А ты? — Я приехал за твоей подписью, но сейчас думаю, что это плохая идея. — Почему? — Потому что твой отец хочет приехать.       Секундная пауза. Тэхен смотрит пустым взглядом, и Чонгук этого боится. — Уходи, — говорит он. — Немедленно.       Делая опор на здоровую руку, Тэхен приподнимается. — Оставь документы и уходи. — Чтобы он снова сделал с тобой что-нибудь?       Ким надевает очки и теперь четко может разглядеть Чонгука. — Уходи. — Тэхен. — Он не тронет тебя. Пока я согласен на все — он выполняет условия. Просто не попадайся ему на глаза.       Чонгук молчит. — Забери с собой Хенджина. — Тэхен, не глупи. Это же...       Не успев договорить, дверь комнаты распахивается. В дверном проеме стоит Хенджин. — Пора сваливать. Его машина под окнами, — сообщает Хван.