Драбблы на конкурс «Летние ОтМетки»

Кап кап. Слёзы градом катятся по симпатичному лицу молодой девушки, сидящей на коленях и простирающей в мольбе руки к черноволосому юноше. Тот стоял с полным безразличием, устало повторяя фразу «Такова жизнь. Извини». — Но я тебе верила! — сквозь рыдания воскликнула девушка. — Ты уверял меня, что любишь! Так нечестно! — Этот мир несправедлив. — усмехнулся юноша, приподнимая бедняжку за руку. — Ты нужна была мне как школьное задание, не более. Твою дальнейшую судьбу решат в «центре». Меня она совершенно не волнует. — Но кто же ты?! — Кто я? — приподнял бровь молодой человек. — Что же, думаю, ты сама знаешь ответ. Я — демон. И твоя жалкая душёнка теперь принадлежит мне. — Не-е-ет… — с новой силой зарыдала она. — У меня дома родители, сестренка! Ты не можешь так поступить! — Могу. Сама виновата — не надо было в меня влюбляться. Хотя… По любому бы твоя душа оказалась моей. Я же не могу провалить задание. Демон щелкнул пальцами, после чего мир вокруг него и девушки поплыл красками, и уже через пару мгновений они стояли совсем в другом месте — небо над ними стало красным, солнца здесь не наблюдалось. Лишь белёсые облака образовывали некое подобие пентаграммы, от чего становилось по истине страшно. Сам юноша, доселе представлявший из себя семнадцатилетнего парня приятной наружности, с тёмными глазами, чёрными, словно смоль волосами и блендой кожей, внезапно обзавёлся двумя витиеватыми чёрными рогами, янтарными глазами, загорелой, слегка красноватой (лишь слегка, так, что почти не было заметно) кожей и хвостом, а-ля типичный демон. Девушка в ужасе воззрилась на свои руки — на них красовались аккуратный, но очень крепкие наручники, цепь от которых тянулась к поясу её бывшего парня — Азазеля. Странное имя, но на тот момент школьница совершенно не обратила на этот пустяк внимания, влюбившись по уши. Сам юноша деловито подошёл к демону средних лет, что-то записывающему в толстом журнале. — Мессир… — откашлялся Азазель, обращая на себя внимание учителя. — Я привёл моё задание. — Чудесно. — учитель оглядел заплаканную перепуганную девушку с ног до головы. — Оставь её здесь. Я потом сдам всех сразу в «центр». Там решат, что с ними делать. — Благодарю. — кивнул юноша. — А какая у меня оценка? — Как всегда пять. Азазель несколько высокомерно улыбнулся учителю, и оставив свою бывшую девушку у стены, где стояло по меньшей мере ещё двадцать людей, обманом лишившиеся душ (стояли именно души, ведь живым людям в Ад не попасть), вышел из кабинета. Там Азазеля встретили его одноклассники. — Азазелло, слышал, ты как всегда на высоте! — похлопал парня по плечу его товарищ. — Так держать, Азазель! — воскликнули другие демоны. — Ах, он такой мужественный и классный! — вздохнули демонессы, мечтательно таращась на предмет своего воздыхания. — Зелечка! — на шее всеобщего любимца повисла его девушка — Израэльдина. Она принадлежала к одному из богатейших демонических родов, как, собственно, и её парень. Также, Израэльдина являлась самой красивой демонессой во всей школе, что только увеличивало авторитет Азазеля. — Здравствуй, Дина. — вежливо поздоровался с ней юноша. Для него Израэльдина была не более, чем выгодная пассия — особых любовных чувств он к ней не испытывал. Однако, как истинный сердцеед выказывать этого не стал. — Зелечка, любовь моя, это правда, что ты опять целовался с какой-то земной плебейкой? — озабоченно спросила демонесса. — Правда. — просто ответил "Зелечка". — Но это было ради задания. — Хорошо, мой милый. — девушка ласково приобняла парня. — Я тебе верю. — Счастливица. — завистливости вздохнули другие поклонницы Азазеля. Внезапно, к парочке подошёл учитель, гордо глядя на ученика. — Азазель, я тебя поздравляю! Такой вести не выпадало ещё никому из учеников нашей школы, да и вообще, ученикам во всём Аду! Тебя вызывает на аудиенцию сам Король! — К-король? — слегка растерялся демон. — Именно! — Зелечка! — завизжала Израэльдина. — Какой же ты у меня молодец! — Ага. — рассеяно отозвался юноша. — А когда мне отправляться? — Прямо сейчас. Карета уже готова. Азазель кивнул и посоловел за учителем. Вслед ему доносились восторженные вздохи девушек, и завистливое ворчания парней. Дорога предстояла недолгая — всё же, проживал счастливчик в столице Ада — Аддемсити, или, как называют её смертные — Девятый Круг Ада. На протяжении всего пути юноша не переставал думать о причине столь важной аудиенции. Хоть его отец и работал придворным чиновником, это не могло послужить поводом для вызова. Тогда что? Так и не найдя разумного объяснения, Азазель поправил свой деловой костюм, пригладил ладонью волосы и пошёл за слугой, который проводил его в богато украшенный зал. На золотом троне сидел сам Король (ну или Дьявол, или Сатана, как называют его земляне). Слегка разволновавшись, Азазель почтительно поклонился. — Приветствую тебя, Азазель. — поприветствовал его Король. — Тебе наверняка интересно, зачем же я тебя вызвал? — Я сгораю от любопытства. — честно ответил юноша. — Так слушай. Я наслышан о твоих успехах в учебе, обаятельности и талантах. У меня есть очень важная миссия, которую я должен доверить только очень ответственному демону. Как ты считаешь, ты справишься с таким заданием? — Можете не сомневаться! — Прекрасно. — улыбнулся Сатана. — Тогда слушай: на Земле живет девушка, ей шестнадцать лет. Твоя задача — приглядывать за ней. Придёт время, и ты сам поймёшь суть твоего задания. — То есть, — опешил Азазель. — я должен работы её личной нянькой? И в этом супер важная миссия?! — Именно в этом. Ты должен уберечь её ото всяких опасностей, а также от наших главных врагов — ангелов. Ты даже не представляешь, насколько она важна для всего нашего мира. — Я вас понял. — ещё раз поклонился демон, пытаясь собрать воедино всю информацию. — Тогда, я зайду домой, попрощаюсь с моими и в путь? — Ты всё верно понял, юноша. — кивнул Король. — Удачи. Я доверил это задание тебе, насчитывая на твою ответственность и умение. Не подведи. Ты знаешь, что бывает с теми, кто не оправдал надежд. — Знаю. До свидания! Моё почтение. — ещё раз поклонился Азазель, после чего покинул зал. Его переполняли вопросы, но одно он знал точно — теперь, он вовлечён во что-то очень важное и масштабное. Но радоваться этому, или наоборот, юноша пока не знал.