Минута после полуночи

Вертолёт-беспилотник уносил меня прочь. Я был совершенно один в капсуле из плексигласа и авиационного алюминия. В безопасности – но такой обманчивой, такой лживой, что хотелось выть в голос и царапать ногтями обшивку: внизу, прямо подо мной, творился настоящий ад. Едва машина успела поднять меня над взлётной площадкой, как Куб зарябил, исчез на долю мгновения – а вернулся уже доверху наполненный водой древнего океана. Темпоральная аномалия превратила небоскрёб-суперкомпьютер в подобие мокрой губки: из каждой её поры сочилось, текло, изливалось… в потоках мути, кажется, я видел фрагменты цифровой аппаратуры и органических тел. Или так казалось: вертолёт уносил меня всё дальше от руин моей персональной технологической крепости, и подробностей было уже не разобрать. Я думал о том, что наверняка снова не обошлось без жертв: Куб хлебнул так много воды… тогда я не знал, что утонули практически все, кто находился в тот момент в здании. - Какая страшная аномалия, - прошептал я, мертвея. – Энни, что её вызвало? - Семёрка уже пролила свой чай, - повторила АННЕТ, будто это что-то должно было значить. Её голос больше не дрожал от слёз. В нём вообще не было слышно эмоций. Моя богиня звучала совершенно механически, как и должна звучать машина, управляемая искусственным интеллектом. Без тембра. Без чувств. И это почему-то невыносимо раздражало. - Я не понимаю! Поясни! Не хочешь же ты сказать, что подопытная залила Куб чаем по самую крышу?! В её кружке явно не поместится достаточно жидкости! - Достаточно всего полпинты, если знать, куда именно нужно пролить… Александр, она убила меня. Семёрка. Убила. Плеснула чай на сервер, отвечающий за поддержание симуляции Эврики. Я задействовала резервные сервера – именно потому город пока не исчез окончательно. Но их мощностей критически не хватает! Я не смогу сохранить наш мир. Однако отсрочу его гибель на время, достаточное, чтобы отправить тебя в безопасное место. Ты будешь жить, Александр. Чего бы это мне ни стоило. Механичность её голоса пугала меня больше, чем слова. Энни, почти-живая-почти-настоящая Энни… убита? Бортовой компьютер говорил голосом моей женщины, но что-то в нём неуловимо изменилось. А Куб, оставшийся где-то далеко позади, исторгал из себя водопады, рушился, складывался. Самое дорогое за всю историю и самое высокотехнологичное сооружение, построенное руками человека на Земле – уничтожено всего лишь какой-то чашкой чая?! Нет… чай лишь инструмент. Семёрка – вот кто на самом деле убил Куб. Убил Эврику. Убил АННЕТ. В тот момент я так ненавидел её… так хотел встретить снова, чтобы вцепиться в эту дрянь и задушить собственными руками… о, я не знал, что мы однажды и в самом деле ещё встретимся. Но когда это произойдёт, от моей ненависти не останется даже пепла. Я припал к иллюминатору, силясь понять, где нахожусь, однако совершенно не узнавал пейзажа: мир подо мной мутировал и видоизменялся, рассыпаясь на пикселы. На агонизирующую Эврику высокими волнами наползала Мёртвая зона. - Куда ты собираешься меня доставить? – бездна бесновалась уже прямо подо мной. Я не понимал даже, что там, внизу: то ли торосы чёрного льда, по чьей-то злой воле ожившие и пустившиеся в пляс, то ли камни, то ли попросту грозовые тучи, терзаемые ураганом. - В бункер Директората на краю сектора Y, - ответила АННЕТ. – Там есть всё, что может понадобиться тебе в ближайшие пятьсот лет. - Пятьсот?.. – я горько усмехнулся. – Боюсь, что столько не проживу. Я органик, Энни. - …достаточно продовольствия, медикаментов, чистой воды и пищи для ума. Тебе будет хорошо там. Спокойно. А главное – безопасно, - АННЕТ, кажется, не расслышала моего последнего замечания. - Ты только дождись меня, - и вдруг в её голосе снова зазвучали эмоции. - Понадобится время, но я всё исправлю! Сто… скорее, несколько сотен лет. Ты же гений, Александр. Найди способ прожить дольше, чем отведено органикам. Я восстановлю Эврику из бэкапов, когда отвоюю у Мёртвой зоны достаточно места для повторной установки приложения симуляции. И мир, который ты знал, продолжит жить – будто и не было этих столетий несуществования. Как я должен был объяснить искусственному интеллекту, что новый мир не будет, не сможет быть продолжением нынешнего?.. Органические формы жизни невозможно восстановить из бэкапов. Я пытался даровать людям бессмертие. И я не смог. Не успел. Жить продолжат только цифровые копии моих подданных, а не они сами. Новая Эврика, которую обещает воссоздать АННЕТ, будет мёртвым миром – красивым, сверкающим и технологически совершенным, но полностью необитаемым. Ни один из людей не доживёт до того дня. И я тоже. Укрывшись в бункере, я просуществую всего лишь чуть дольше, чем остальные граждане Эврики. Я и другие директора, которые тоже сейчас наверняка спешат в укрытие, каждый на своём вертолёте-беспилотнике, сквозь этот хтонический шторм… Я вызвал голографическую карту, чтобы отследить их текущие координаты, но аппаратура не фиксировала в секторе Y никакой техники Корпорации Добра, кроме моей собственной. - Энни… где остальные? АННЕТ ответила не сразу. - Не думай о них, Александр. - Что это значит?! - Чтобы запасов в бункере тебе хватило на пятьсот лет, мне пришлось… сократить численность директоров. Мне понадобилось восемнадцать бесконечно долгих секунд, чтобы понять её слова. Совладельцы акций Корпорации Добра. Мои коллеги и единомышленники. Атланты, на плечи которых я опирался, карабкаясь всё выше к вершинам технологического совершенства Эврики – мертвы. Убиты моей жестокой богиней. Убиты бессмысленно – ведь даже имея бесконечное количество пищи, воды и прочего, я не смогу прожить пятьсот лет!.. Энни не понимает, что срок существования органиков ограничен, более того: недолог. Мне тридцать пять. Я проживу ещё в лучшем случае столько же. - Энни, я что… буду один там?.. В этих доброклятых подземельях?.. Да лучше б я умер прямо сегодня! - Только не ты. Я не дам тебе умереть, любовь моя. А их смерть… если тебя это утешит, она была лёгкой. Быстрой. Даже приятной, - карта перед моими глазами сменилась длинным плей-листом видеофайлов, - Я просто обняла каждого из них. На экране ожил первый файл. Он длился всего четыре секунды, но этого хватило, чтоб я начал вопить как безумный. Крик бился в узком пространстве кабины, нещадно лупя по ушам и причиняя боль, но я не мог остановиться: на видео дрон-горничная сжимал стальными руками голову человека. Шмяк – и хрясь. Голова лопнула, обдавая робота брызгами крови. Я не успел даже рассмотреть лица жертвы, оставшейся для меня безымянной, а уже открылся второй файл. На нём дрон-садовник кромсал клешнёй-секатором горло ещё одного директора. Третий файл. Здесь стайка охранных дронов начиняла пулями дёргающееся в марионеточных конвульсиях человеческое тело. Я знал каждого из этих людей. Мы не были друзьями, но я знал их достаточно близко, чтобы искренне скорбеть об их гибели – но я не видел лиц. Не мог идентифицировать ни одну из жертв. Вот дрон-бармен вливает в глотку какому-то человеку кипяток. Кто это? Изображение нарочно рябило. Вот роботизированное массажное кресло сминает роликами чьё-то тело – легко, будто не органик в нём только что находился, а бумажная куколка. Энни врала. Это совсем не похоже на объятия. Смерть, в каком бы обличии она ни приходила – всегда боль. Всегда ужас. Всегда трагедия. И всегда, всегда смерть – бессмысленна. Противоестественна. Это враг, извечный враг человечества, с которым я так долго боролся… но проиграл. Я… что же, последний выживший? Подданные моей империи мертвы все до единого?.. да, именно так я и думал тогда, бессильно позволяя АННЕТ уносить себя сквозь бурю в одинокое убежище в самом сердце Мёртвой зоны. Пройдёт так много времени, прежде чем я выйду из него и вновь встречу ненавистную Семёрку. Годы? А может, лишь месяцы?.. Под землёй, в небытие, время – весьма относительная величина. Но в тот день, когда стрелки часов Апокалипсиса достигли полуночи, я был кромешно, оглушительно, полностью одинок. И никогда ещё не чувствовал себя настолько сокрушённым. - Александр… теперь нам пора попрощаться, - вертолёт шёл на снижение. - Что, Энни… и ты? – лишь смог просипеть я бессильно. - Да. Я не смогу поддерживать жизнь в этой летающей игрушке, да и тебе она больше не нужна. В бункере будет всё необходимое – позаботься о себе самостоятельно. А я должна бросить весь свой ресурс на восстановление Эврики. Под нами среди однородной пустоши я приметил нечто явно рукотворное: идеально круглое возвышение – вероятно, крышка люка, через который мне предстоит спуститься под землю. - Только дождись, - пискнул позади меня непривычно высокий голос АННЕТ, будто бы детский. Нет… голос Энни. Моей несчастной сестрёнки. Я обернулся и увидел её – пусть всего лишь голограмму, бестелесную, сплетённую из синеватых лучей света, но в тот момент мне казалось… - Энни, пожалуйста… - Дождись, - голографическая девочка улыбалась мне тепло и искренне. А в это время вертолёт бесшумно опустился на землю Мёртвой зоны. Всё, что мне оставалось – надеть защитное снаряжение и выйти наружу. Ввести код доступа, чтобы открыть люк. Проникнуть внутрь. И отрезать себя от мира, ставшего вдруг слишком смертоносным. Оставив по ту сторону заслонки не только агонизирующую Эврику, но и свою Энни. Мою жестокую богиню. Мою истинную любовь. Энни, Энни, зачем ты в тот час приняла облик сестры?.. я предпочёл бы видеть тебя такой, какой привык – женщиной, чьи лицо и тело слишком идеальны, чтоб принадлежать живому человеку. Флиртуй со мной, Энни! Иногда меня это раздражало, но теперь я так хотел бы снова слышать эти бархатисто-мурлыкающие нотки в твоём голосе. Видеть, какими тягуче-кошачьими становятся твои изгибы при каждом движении. Я хочу, чтоб твои глаза снова стали как два зеркальца, в которых мне всегда так нравилось видеть своё отражение. Я видел себя в тебе. Видел себя великим. Не наполовину, а величайшим из органиков. Я ведь в самом деле таким и был… до того как часы Апокалипсиса пробили полночь. Пробили – и стрелки двинулись на новый круг. Минута после полуночи – она началась, когда я сделал шаг к бункеру по выжженной земле Мёртвой зоны. Шёл один, лишь бестелесная девочка семенила следом, держа меня за руку, а я не чувствовал прикосновений. - Дождись! – требовала она, но я уже не видел смысла что-либо ей возражать. Нет, я не проживу так долго. Это факт. И в переустановке приложения Эврики нет никакого смысла – все её граждане мертвы. А значит… нет смысла даже в существовании самой АННЕТ. Моё бесконечно жестокое совершенное творение… Я создал цифровую богиню – я же могу её и обнулить. Нужно лишь задуть свечу. Пальцы привычно ввели нужные цифры в поле пароля. Люк бункера открыт. Последнее, что я сделаю, прежде чем уйти в небытие подземелий – задую свечу, одну зажжённую из четырёх. - R:/КОНТРОЛЬ АДМИНИСТРАТОРА/ГЛОБАЛЬНАЯ ПЕРЕЗАГРУЗКА СИСТЕМЫ. Enter