Мир не сбывшихся желаний

Приняв, что сейчас у него не выйдет написать равным счётом ничего, Се Ван в раздражении откатился от стола куда подальше, откинувшись на спинку кресла. Руки предательски тряслись, на ногтевых пластинах отчётливо проявлялись синеватые ореолы. Чем больше времени проходило, тем более угнетенным и подавленным чувствовал себя Се Ван. Не было сил ни на нормальное функционирование, ни на написание чего-либо стоящего. Было острое желание дойти до квартиры Е Байи, в надежде, что у врача найдутся препараты, способные снять боль хоть на время и ему не придётся больше испытывать столь неприятных ощущений. Улегшись на кровать, и не найдя в себе сил даже дойти до шкафа и укрыться ещё одним одеялом, Се Ван свернулся в дрожащий клубок боли и спазмов, прожигающих все тело. *** Е Байи, который лишь недавно вернулся из больницы в которой работал и переодевшись в чистое, мягкое и домашнее, заскочил по дороге на кухню, скупо поблагодарив Вэнь Кэсина: что-что, а парень у него тёплых чувств особо не вызывал. После, чувствуя что-то не то и более чем объяснимое волнение за соседа, а именно за Се Вана, все же решился: собрав полный пакет всевозможных лекарств, начиная активированным углем и заканчивая сильными болеутоляющими, спустился на этаж молодого писателя. Позвонив и не услышав в ответ равным счётом ничего, Е Байи забеспокоился, нажал на ручку, и к его удивлению, дверь была не закрыта. По-быстрому сняв с себя обувь, последовал в том направлении, в котором, похоже и находилась спальня, заметив парня, с крепко зажмуренными глазами. Было ясно, что о том, чтобы встать тут и речи не шло. Обкусанные в кровь губы лишь подтверждали догадки о сильнейших болях, которые испытывал Се Ван. Судя по всему, сосредоточение боли отыгравылось отдельно на животе. —До чего ж ты себя довёл…–в негромких словах Е Байи сочеталось беспокойство и страх за Се.—Се Ван! –в попытке расстрясти парня, он легонько провел рукой по спине, невольно пересчитывая позвонки; дождавшись, когда карие глаза откроются и сфокусируются на нем, Байи спросил, где можно взять одеяла. Се Ван, подняв явно слабую руку, указал на один из ящиков весьма большого шкафа, тут же положив её обратно и тут же снова уходя в сон. Е Байи весьма сильно беспокоится. Поэтому, обернув худощавое тело со всех сторон тяжёлым махровым одеялом так, что парень больше был похож на гусеницу, мягко вытянул из-под одеяла руку Се Вана, прокалывая специальной иглой, уже поднёс к руке гликометр для измерения уровня сахара в крови, но измерить было не суждено–кровь не хотела вытекать даже в малом количестве из синюшной и холодной руки. Е Байт цикнул. Ему явно не нравилось все то, что происходило с телом писателя. Разогрев пальцы в своих ладонях, которые были на порядок больше, чем у сидящего напротив, повторил процедуру с прокалыванием и наконец-то получил то, что нужно ему: кровь пошла. Подождав порядка 8 секунд, посмотрел на маленький экран. Глаза тут же округлились от шока. Е Байи подорвался с места, наливая горячий чай и добавляя туда весьма большое количество сахара, который неизменно находился на кухне Се Вана, но оставался нетронутым. Подсев ближе к явно слабо думающему от недостатка веществ парня, врач просунул руку ему под спину, приподняв и протянул тому чашку с горячим, переслащенным чаем, едва ли не приказным тоном велел пить. У Се Вана не было причин перечить Е Байи, поэтому, слегка пригубив напиток, он тут же скривился, посмотрев на Е Байи загнанным взглядом. —Я не могу… Слишком сладко, прости.–он хотел было уже лечь, но ему это сделать не дали, крепко прижимая к своему плечу. —Что ещё ты хочешь сделать, Се Ван? Ничего не хочу слышать, давай. У тебя может развиться кома из-за резкой гипогликемии, которую ещё можно предотвратить.—психиатр старался говорить как можно более спокойно, но дрожащий голос выдавал его волнение.—Сахар на отметке 1,2 явно не предвещает ничего хорошего. Просидев так около 5 минут, Е Байи понял, что все попытки влить в парня хоть несколько капель данной жидкости не увенчались удачей, а после, вспомнив, что в пакете с лекарствами должна быть глюкоза (не зря же он консультировался с одним из коллег сегодня на работе и закупался всем необходимым). Найдя то, что нужно было, Е Байи как можно быстрее набрал 5-процентный раствор глюкозы, и выпустив воздух, и проведя все манипуляции, нужные для внутривенно введения, тут же столкнулся с ещё одной проблемой: вены на локтевом сгибе явно оставляли желать лучшего, но и Е Байи был давно в медицине, поэтому, слегка повозившись, ввёл парню нужную ему сейчас долю глюкозы в кровь. После прилёг рядом, на вопрос о том, что было в шприце, ответил как есть, тут же почувствовав судорожное движение и попытку подскочить. Е Байи понимал, что парень был явно хорошо осведомлён, понимал, что ему это нужно, но болезнь была сильнее, что заставляла его сейчас прижаться к Байи, плача и говоря, что ему это не нужно и нужно отработать все. Но одно было и плюсом–судя по всему, силы возвращались и глюкозу удалось поднять до более-менее нормальной отметки, или же это был лишь сильнейший страх от получения углеводов, Е Байи не знал. Он продолжал гладить Се Вана, устроив его голову у себя на груди и крепко держа, уткнувшись носом в макушку, едва ощутимо целовал. Их ждал явно серьёзный разговор, но точно не сейчас, когда парень в его руках в таком состоянии…