Помоги мне

Так и не сумев снова заснуть, Вэй Ин даже порадовался тому, что на завтрак в Облачных глубинах приглашают в удивительную рань. Однако пришёл за ним незнакомый юноша в белых одеждах, умело проигнорировавший все его вопросы, а не Лань Ванцзи, с которым Вэй Ин хотел поговорить. К счастью, в просторном зале столовой тот всё же ждал его. — Надо же, здесь ты не отказываешься от еды, — усмехнулся Вэй Ин, обрадовавшись хоть одному знакомому лицу. Лань Ванцзи коротко взглянул на него, но не ответил. Вэй Ин же, словно этого и не заметил, продолжал говорить — аппетита у него всё равно не было: — Мне приснился такой странный сон. Могут сны что-то значить? Или, быть может, это просто моё воображение так причудливо исказило впечатления последних дней? Лань Ванцзи отложил палочки и отодвинул наполовину опустевшую тарелку с пресным рисом. — Что за сон? — уточнил он, но не так, как если бы хотел праздно поболтать о сновидениях. В его голосе было столько строгости, что Вэй Ин невольно нахмурился — Лань Ванцзи наверняка принимал сны всерьёз. — Да ну, зачем мне пересказывать? — неловко пожал он плечами. — Наверняка всё это… — В Облачных глубинах не снятся бессмысленные сны, — возразил ему Лань Ванцзи. — Течение ци, пронизывающее это место, позволяет каждому соприкоснуться с памятью души. То, что ты видел, может иметь большое значение, — и всё же он как будто снова что-то скрывал. — Памятью души? Это ещё что такое? — переспросил Вэй Ин и вздохнул. Подумав немного, он всё же начал рассказывать о том, что увидел. И чем больше он говорил, тем настороженнее становился взгляд Лань Ванцзи. — И что же это, по-твоему? — не удержался он от вопроса, когда не дождался ни слова реакции. — Воспоминания, — отозвался Лань Ванцзи, и голос его немного дрогнул, точно история на самом деле взволновала его. — Воспоминания? — Вэй Ин покачал головой. — Не слишком ли странные? И кем, по-твоему, я был в этом сне? Этим… Верховным заклинателем? Может, его супругой? — он усмехнулся нелепости предположения. — В таком случае ясно, отчего Мо Сюаньюй освободился из шкатулки, как только я оказался поблизости. — Верно, Мо Сюаньюй освободился из шкатулки, потому что ты оказался рядом, Вэй Ин, — отвёл взгляд Лань Ванцзи. — Но отчего же ты… — тут он прервал себя. — Что ж, самое время отправиться в Храм предков. — Зачем? — о том, что он так и не попробовал завтрак, Вэй Ин совсем не жалел, но порыв Ванцзи показался ему подозрительным. — Чтобы наконец дать Мо Сюаньюю покой, — ответил Лань Ванцзи, странно взглянув на него. Вэй Ин только уверился, что он чего-то не договаривает. Все эти Истинные Облачные глубины представляли собой одну сплошную загадку, и Вэй Ину надоели недомолвки. Он твёрдо посмотрел на Лань Ванцзи. — Разве не ты сказал, что если я поеду с тобой — узнаю то, что мне интересно? Отчего ты ни на один вопрос не отвечаешь прямо? Как я связан с Мо Сюаньюем? — он перевёл дыхание. Вопросов, что тревожили душу, было даже слишком много. — Или начни с другого — откуда ты знаешь моё имя? Отчего стал звать Вэй Ин, хотя прежде упорно избегал более близкого общения? Что за воспоминания могут прийти ко мне здесь? Откуда вообще моя способность видеть духов?.. Говори уже, расскажи мне хоть что-то! Лань Ванцзи смотрел теперь прямо перед собой. Вид у него был отчего-то виноватый, и в сердце Вэй Ина шевельнулось сострадание. В одном его сестра была права, этот Ванцзи нравился ему, обижать его совсем не хотелось. Но они как будто бы принадлежали к разным мирам, даже думать о возможности отношений тут не приходилось. И прежде, чем он успел влюбиться, нужно было разрешить все вопросы и вернуться к привычным делам. А после — забыть холодную красоту, золотые глаза, приятный голос. — Вэй Ин, — наконец заговорил Лань Ванцзи. — Идём со мной, я обещаю рассказать тебе всё, что знаю, когда мы будем в Храме предков. За едой правила предписывают хранить молчание. — Бесполезное правило, — фыркнул Вэй Ин, но на этот раз поднялся и двинулся следом за Ванцзи. Снова прошли они белыми дорожками мимо павильонов, будто выступивших прямиком из других эпох, пока не оказались на ступенях изящного небольшого храма. Двери в него были открыты, изнутри доносились ароматы благовоний. Лань Ванцзи замер, оглянулся на Вэй Ина и спросил: — Задумывался ли ты когда-нибудь, что происходит с душой после смерти?.. — Если она не обращается призраком, вынужденным ждать неизвестно чего? — Вэй Ин пожал плечами. — Хотелось бы верить, что она получает возможность переродиться, не вспоминая о былых горестях. — Не вспоминая… — повторил зачем-то Лань Ванцзи, но не поправил его. — Не каждая душа мечтает забыть прошлую жизнь. Кто-то и вовсе не может отпустить, кого-то удерживают долги и клятвы, как Мо Сюаньюя, а другие хотят сохранить нечто важное… — он посмотрел на Вэй Ина снова. — Прежде чем мы войдём в Храм, я скажу, кто тебе приснился. — И кто же? — поторопил его Вэй Ин. — Его имя было Цзинь Гуанъяо. Незаконорожденный ребёнок, увидевший свет в цветочном доме, он сумел стать наследником одного из великих кланов и получить титул Верховного заклинателя, однако этот путь не был праведным и слишком многих он уничтожил, пока восходил на вершину, — Лань Ванцзи приблизился, и его ладонь легла Вэй Ину на плечо. — Он сотворил много зла, но сильнее всего задел Старейшину Илина, выставив всё так, будто тот убил мужа своей шицзе, а затем — и её саму, заодно заставив отвернуться от него шиди. К шицзе Старейшина был привязан так сильно, что душа его не выдержала, он призвал собственные творения — лютых мертвецов, и те разорвали его на части… Вэй Ин вздрогнул, и только тепло ладони на плече позволило ему не упасть в холодную темноту, у которой была сотня алчущих когтистых рук, жаждавших вцепиться в его тело. Он выдохнул, не понимая, отчего так глубоко прочувствовал этот момент. Ванцзи не отрывал от него взгляда. — Старейшина Илина, — повторил он. — Да, — Лань Ванцзи взглянул в сторону, как будто ждал какого-то вопроса, а тот так и не прозвучал. — Именно ему Мо Сюаньюй хотел передать собственное тело. Но Цзинь Гуанъяо узнал о его планах и предпочёл убить прежде, чем будет проведён нужный ритуал. Душу он заточил в шкатулку, чтобы призрак Мо Сюаньюя не преследовал его и не добился своего. Вэй Ин снова вспомнил сон и задумчиво поинтересовался: — Но как же тогда Старейшина Илина пришёл за этим Цзинь Гуанъяо? Ведь именно это я увидел. Во сне он говорил, что «За одну ночь воплощения здесь дорогая уплачена цена», что это значит? Лань Ванцзи ответил не сразу, и само его молчание заставило Вэй Ина разволноваться. Что такое там скрывалось в этой части истории?.. — Возможно, Цзинь Гуанъяо всё сошло бы с рук, если бы он не задел сердце одного юноши. Уничтожив его старшего брата, он и не подумал, что младший умён и наблюдателен. Не догадался, что именно он подучил Мо Сюаньюя принести себя в жертву, не подумал даже, что кто-то столь незаметный может ему досаждать, — Лань Ванцзи снова всмотрелся Вэй Ину в лицо, будто надеялся, что тот внезапно и сам вспомнит эту историю. Словно не хотел рассказывать её до конца. Но Вэй Ин не помнил, и тогда Ванцзи всё же продолжил: — Не знал Цзинь Гуанъяо и о том, что среди заклинателей великих кланов есть одна душа, что безраздельно предана Старейшине Илина. Зато это не укрылось от того самого юноши. И он предложил страшную сделку — заплатить жизнью за одну ночь, когда Старейшина сможет воплотиться и свершить месть. Но кроме того… — Но кроме того, — вдруг понял Вэй Ин, — с ним можно будет… — ему резко стало дурно, и он осел бы на ступени, если бы Лань Ванцзи не подхватил его. То ли сон, то ли грёза, но в клубах дыма благовоний Вэй Ин внезапно увидел совсем другого Ванцзи — старше, в траурно-белых одеждах безо всякой вышивки и украшений. На ткани уродливым узором расползались пятна крови. — Лань Чжань, — позвал он — сначала имя, а потом и другие слова сами собой возникали из глубин памяти, срывались с губ. — Лань Чжань, так это ты? Но зачем?.. — Чтобы увидеть тебя, — отвечал ему дух, взгляд его был спокоен и твёрд. — Наконец увидеть. Наконец открыться. — Зачем? — повторил он в недоумении. — Глава клана Не желал получить отмщение, и я понимаю это желание, но отчего ты взялся помочь ему, заплатил своей жизнью, глупый Лань Чжань? Ты должен был жить своей красивой и праведной жизнью среди пронзающих облака горных вершин. — Мне нет дела до мести, зато теперь душа моя клятвой связана с твоей, — отозвался дух. — Этого я и искал. — И что с того? Ты не выносил меня при жизни, отчего же решил следовать за мной после смерти? — горько усмехнулся Вэй Ин, и внезапно дух, которого он видел, наложился на облик Ванцзи, всё ещё удерживавшего его в руках. Не понимая, где сон, а где реальность, Вэй Ин беспомощно смотрел и слушал самого себя. — Никогда не ненавидел тебя, Вэй Ин, — тихо говорил ему призрак устами Ванцзи. — Любил всем сердцем. Не успел, ничего не успел, но в следующем воплощении — отыщу и успею, слышишь?.. Даже если отвергнешь, останусь рядом. — Лань Чжань, — глаза Вэй Ина наполнились слезами, он вцепился в полы чужих одежд. — Лань Чжань… — но призрак растаял и остался только Ванцзи. Вэй Ин качнул головой, не в силах поверить. — Ты, ты и есть Лань Чжань? — и тут осознал наконец: — А я… Хочешь сказать — это я — Старейшина Илина? — Ты, — кивнул ему Лань Ванцзи. — Переродился, освободившийся от груза прошлого, потому что тебе позволено было свершить месть. Встретил снова и любимую сестру, и брата, за которого наверняка готов пожертвовать жизнью. Но души наши связаны, потому… — и замолчал. — Когда же ты понял, кто я есть?.. — Вэй Ин наконец сумел встать ровно, но Ванцзи по-прежнему приобнимал его, не спеша отпустить. — Ночью Мо Сюаньюя тревожили видения прошлого, соприкоснувшись с ними через технику «Сопереживания», я вспомнил всё, — пояснил Лань Ванцзи. — Но ещё прежде, лишь услышав твой голос, осознал, что мы связаны. — Связаны… — повторил Вэй Ин и опустил голову. Сердце билось слишком часто, в голове звенело от пустоты — мысли разбежались, точно испугавшись чего-то. — Значит, мне нужно освободить Мо Сюаньюя от его клятвы, которую выполнить он никогда не сможет. И с тем он покинет этот мир и когда-нибудь переродится… Прежде он ничего не понимал в том, что следовало бы совершить, теперь же уверенно вступил в Храм и прошёл к столику для подношений. Мо Сюаньюй был там в облике бумажного человечка. Потоки энергий были внутри столь сильны, что он лежал, не шелохнувшись, испугавшись их. Опустившись на колени, Вэй Ин взял палочки благовоний и поджёг их. Слова-формулы сами собой приходили на ум, и он сказал, что должен был, и даже увидел, как душа Мо Сюаньюя отделяется от тонкого листка и уходит прочь, растворяется в воздухе, свободная от клятв и горестей. Так просто?.. Вэй Ин оглянулся на Лань Ванцзи. Больше было незачем задерживаться в Облачных глубинах?.. Когда он поднялся и шагнул назад, Лань Ванцзи поймал его за запястье. Посмотрел внимательно прямо в глаза. — У меня не было времени спросить прежде, в том мире, где оба мы были заклинателями, — сказал он, и больше его слова не казались странными. — Хочу спросить сейчас. Пока я любил тебя всем сердцем… ты считал меня только другом?.. — Только другом? — покачал головой Вэй Ин, а прошлые чувства обрушились на него лавиной, он едва сумел найти возможность дышать. — Страшно подумать, но в какой-то миг ты для меня стал важнее, чем даже брат и сестра, за которых я жизнь готов был отдать. Грезил тобой, не понимая, отчего и зачем. Ты всегда был мне родственной душой. Лань Ванцзи коротко вздохнул, опустил на миг голову. Вэй Ину стало больно. Зачем была та страшная жертва, зачем их души свиты одной красной нитью? Они снова из разных миров, и опять не смогут… В этот миг Лань Ванцзи вдруг привлёк его к себе. Решительно и дерзко поцеловал в губы, обнял за талию. Они стояли в Храме предков и целовались так страстно и неистово, что если бы это увидел учитель Лань, вмиг бы обоим придумал наказание. Наконец Лань Ванцзи на мгновение отстранился и прошептал: — Обещал быть рядом с тобой — и буду. — Теперь мы дальше друг от друга, чем прежде, — напомнил Вэй Ин, хотя сердце обливалось кровью, когда он говорил это. — Твой дом — Облачные глубины, а я живу среди современности… Лань Ванцзи хмыкнул, а потом рассмеялся. Рассмеялся так громко и звонко, что Вэй Ин удивлённо поднял брови. Он никогда и представить себе не мог — в прошлой жизни, чтобы его Лань Чжань, Ханьгуан-цзюнь, так заливисто смеялся. — Глупый, — выдохнул он наконец. — Я не живу здесь. Это дом дяди и прочих, тех, что хранят знания. А я покинул Истинные Облачные глубины и искал тебя. И нашёл тебя, Вэй Ин. — Искал? Нашёл?.. — Вэй Ин растерянно опустил взгляд. — И… что же ты тогда предлагаешь?.. — Сначала расскажем дяде о том, что душа Мо Сюаньюя свободна, а потом отправимся обратно в город. Знаю там ресторанчик, который тебе понравится, — ладони Лань Ванцзи скользнули по спине Вэй Ина, как затаённое обещание. Потом он отступил и первым направился к дверям храма. Непостижимый, такой знакомый — и совершенно не похожий на себя прежнего. Вэй Ин покачал головой и поспешил догнать. Невольно ему подумалось, что это вовсе не он помог Мо Сюаньюю, а Мо Сюаньюй помог ему, пусть даже сам Вэй Ин и не представлял, что нуждается в помощи. «Любил всем сердцем, — опять прозвучало в памяти. — Не успел, ничего не успел, но в следующем воплощении — отыщу и успею, слышишь?.. Даже если отвергнешь, останусь рядом…» И продолжил сам, пока ещё не вслух: «Никогда не мог отвергнуть тебя, всегда лишь к тебе стремился. И в этом, и в следующем воплощении стремиться буду лишь к тебе».