Чувствительность.

       Дверь в просторную московскую квартиру медленно открывается, шумит связка ключей, с мелодичным звуком опускается на деревянные ящики в прихожей. Чёрная кожаная куртка опускается на крючок, кроссовки ютятся в своём привычном углу, рядом с чужими, на размер больше. В квартире царит кромешный мрак, шторы не открывались с самого утра, а из комнаты только и доносится ритмичное пощёлкивание мышки и клавиш на клавиатуре. Старший как можно тише проходит по светлому паркету, заглядывает в комнату осторожно. На него внимания не обращают. Молодой светловолосый парень сидит в наушниках, какой-то закрытой позе. Его брови сдвинуты к переносице, очки спущены ближе к кончику носа, видимо начали давить на переносицу. Во всём его виде выдаётся сосредоточенность и напряжённость. На мониторе мигают разные, но не сильно яркие цвета. Снова во что-то играет, снова с одной и той же командой. Если поменяет — будет беситься сильнее привычного, рычать озлобленно и материться больше нужного. Так проходит уже около недели, ест очень мало, говорит, что не голоден. Пьёт в основном свои энергетики, за которыми вырывается по ночам в магазин. Потому что Илья не разрешает и сам покупать не станет, говорит, вредит молодому организму. Сидит в этой квартире, родителям говорит, что просто нет настроения и вообще, он отдыхает. Нет, конечно Коряков безумно рад, что его парень здесь, рядом, а не в другом городе. Да вот только смотреть на него отчего-то иногда больно. Денис стал настолько непостоянным и потерянным, что кажется, начинает отдаляться. Больше не ласкается в объятиях как любил раньше, сейчас может максимум обнять сзади и постоять несколько минут, уткнувшись носом в затылок. Не зовёт посмотреть какой-то нереально крутой фильм вместе, чаще играет с кем-то. Стримы проводит исключительно ночью, и то, на втором канале. Из дома его никуда не вытянуть, говорит, делать им нечего. Парень тяжело вздыхает и закрывает дверь, медленно отпуская ручку.        Денис выдыхает тяжело и на спинку откидываясь смотрит в потолок. Он сам с собой борется уже столько времени, что сам не помнит с чего это началось. Как по вашему, человека можно считать мёртвым лишь в момент, когда его сердце остановится? Когда кровь успокоится в венах, более не исследуя человеческое тело? Или может в момент, когда вас признают хладным трупом? Назовут время вашей смерти, запишут в бумагах и накроют тело белой тканью. Оденут в чистые вещи, словно готовят к какому-то празднику или церемонии, а не похоронам. Неужели человек считается мёртвым, лишь оказавшись в гробу? Денису всегда казалось, что только так. Он не сильно верил в эмоциональную смерть, что должно с тобой произойти, чтобы подобное случилось? Несмотря на внешнее безразличие, парень всё же прочёл несколько статей. Люди, пережившие подобное, редко испытывали ремиссию, и совсем не редко оканчивали жизнь суицидом. От одного упоминания этого страшного слова становилось не по себе, по спине большим роем бежали мурашки, руки пробивало непроизвольной судорогой. Надо же, добровольно лишить себя жизни, умирать в мучениях, прекрасно зная, тебе не помогут. У тебя уже нет дороги назад.        Коломиец лишь мотал головой в стороны, не мог даже примерно представить, что должно двигать человеком, чтобы он решился на подобное. Всегда говорил, что не решился бы сам. Да, настроение часто меняется, сегодня тебе грустно, весь мир, кажется, желает тебе смерти, а завтра уже светит солнышко и радостные песенки распевают птички на деревьях. Тебе улыбаются, день удаётся, настроение потрясающее. За чёрной полосой обязательно последует белая, одно поражение не значит, что можно наложить на себя руки. По крайней мере он был уверен в своём мнении ровно до момента, пока чёрных полос не стало значительно больше белых. Очередная неудача, разочарование в глазах родителей, отвращение друзей, предатели крутятся вокруг словно коршуны, желая добить ослабевшее и отставшее от основного стада мясо. Он боролся, из последних сил, сопротивлялся, твердил себе, что всё переживёт, тьма не может длиться вечно, скоро он увидит свет. Скоро… Это скоро не наступало.        Надежды с треском разбивались о жестокую реальность, осколками сыпались под ноги, царапали, оставляли ноющие раны. Смотреть на это мучение становилось сложнее с каждым разом. Его поглощало отчаяние, отравляло светлую частицу его души. Дрейку начало казаться, что мир — это место нереально несправедливое, пустое и в целом не сильно отличающееся от описания ада. Только тут не огонь и реки крови, а серость и постоянные дожди. На улицу смотришь с остатками ослабевшей надежды, а там, по стеклу капли непрерывно катятся, стараясь друг друга перегнать. Там улица уже знакомая, люди хмурые, под тёмными зонтами скрывающиеся. И можно было сказать, что это просто из-за Петербурга, мол, город такой, всегда там так. Да вот проблема есть в этом плане. Он в Москву приехал уже через неделю такого состояния. И оно не прекратилось. От сильного переизбытка негативных и грустных эмоций нервная система приняла оперативное решение — апатия. И казалось бы, сначала Коломиец был этому только рад. Но это было только сначала…        Когда апатия задерживается у тебя намного дольше положенного, это, вероятно, первый звоночек о том, что что-то не так. А Денис во всю эту чушь не верил, и наступило уныние. Он смотрит на Илью. На его усыпанное родинками лицо. В глаза с расширенными зрачками. И с горечью осознаёт, что не может дать любимому человеку нужной любви, заботы и всего прочего, что могут дать многие другие. Он не может с ним гулять целыми днями по улицам, просто потому, что настолько сильно утомляется за день, что встать с кровати иногда трудно. Не хочет смотреть весь вечер фильмы, поедая пиццу и запивая каким-то дешёвым пивом. Почему? Потому, что все фильмы такие однообразные! Тупые и неинтересные, ничего нового, ничего, что могло бы привлечь внимание. Не хочет с ним играть часто, что-то новое изучая, потому что игры такие нудные и душные, что просыпается агрессия. У Дрейка всё чаще начали появляться признаки обречённого. Он начал осознавать, что не просто привычная жизнь, но и весь мир теряет яркие краски. Он в такие моменты убежать хочет, сбегает на улицу, в ближайший транспорт. Смотрит в окно, там дождь сопровождает сменяющиеся картины пейзажа. С недавних пор дождь — нечто неотделимое, куда бы не поехал, он словно преследует, всегда покорно идёт следом. Он катается пока не наступит последняя остановка, потерянно осмотрится вокруг, наберёт тот единственный номер, по которому хочется позвонить. Будет его сонный, напуганный голос в трубке слушать. Илья на такси приедет за ним, зло молчать будет, даже не обернётся. По дороге до дома выкурит три сигареты, и руку дерзко отдёрнет, когда Денис попробует пальцы переплести. Но дома не выдержит, крепко обнимет, к себе прижмёт и носом в волосы уткнётся. Помолчит несколько секунд и коротко в лоб поцеловав поможет до кровати добраться.        Старший о проблеме знает, и чёрт его поймёт, от того, или что-то иное им управляет, но парень в ответ лишь нежностью и заботой окутывает, показывает, что Дрейк не один. Обнимает аккуратно, за руку ловит в коридоре, зовёт куда-то прогуляться, или сам предлагает сыграть во что-то такое, что обоим понравится. Денис к нему привязался сильно, без его касаний и запаха начинает трясти, пробивают приступы агрессии. А потом он отталкивает резко, говорит что ничего не нужно, холодным голосом, словно хлыстом, бьёт с такой силой, что любой другой, непременно сломался бы. Но Илья лишь вздыхает тяжело, на диване укладывается и на глаза старается не попадаться. Денису больно любящие, полные заботы глаза Корякова видеть. Больно с ним рядом на балконе стоять, когда он курит, удерживая дрожащей рукой сигарету. Коломийцу больно знать, что его любят даже вот такого, когда он больно любимому человеку делает, приползая потом ночью, и прося шёпотом прощения. Сидя на кухне тупо пялится на обтянутую серой домашней футболкой спину, чувства глушатся, а к нему всё равно тянет. Хочется прикоснуться, просто так, просто взять и за руку подержать, просто рядом побыть. Это отчего-то спокойствие навивает, чувствовать теплоту родного человека, его тяжёлое дыхание и видеть взгляд виноватый. Илья не дурак, он всё понимает. Не гонит и не заставляет, макароны в кастрюльке помешивает и не двигаясь стоит. Денис сзади медленно подходит, голову на плечо опускает и смотрит заинтересованно. Аккуратно руками касается плеч, пробегается по мышцам кончиками пальцев, словно маленький ребёнок, пытающийся изучить новый объект.        За столом они сидят молча, стример не ест ничего и смотрит просто, не давит, не нагнетает. Этот взгляд теплотой обдаёт. Денис доедает быстро, глаза в ответ поднимает, и видит, как на лице старшего лёгкая улыбка расцветает. От неё теплее становится, кончики пальцев пробивает нервным импульсом. Его, словно мёртвый телефон вновь подключённый к зарядке и получивший питание, сейчас оживляли. Этой добротой, заботой, нежностью, этими ласками, этой любовью. Он почувствовал это, почувствовал как холод начал покидать больное сердце, постепенно испаряться лёгким паром, оставляя после себя лишь влажность, от конденсата. Ощутил как кровь в венах начала разгоняться. В тот день мир приобрёл несколько позабытых оттенков. Всё ещё тусклых, но от них он смог робко в ответ улыбнуться.

***

       Последний толчок из глубин собственного ледяного океана Дрейк чувствует в момент, когда они наконец вырываются на улицу вместе. Погода теплеет, ласкает щёки нежным ветерком с воды, приятным запахом распускающихся цветов на ветках. Хочется вдыхать полной грудью, сильнее сжимать его татуированную руку в своей. Слушать его размеренный рассказ о каких-то событиях тех дней, когда Хесус не покинул страну. Как они втроём катались куда-то, что-то делали там. В какой-то момент Денис перестал улавливать эти уточнения. Он на мир начинает смотреть прежними глазами. Родителям звонит сам, говорит, что всё хорошо, учится и всё обязательно сдаст. Он от них наконец начал поддержку ощущать, а не пренебрежение. Недавно запустил стрим с основного канала, отметился перед всеми и даже весело провёл время. Аудитория так неожиданно была рада его возвращению, что это не на шутку ошеломило. Парень не ожидал, что его встретят именно так. На стриме тут же появился Вова, развеселил и чат и Дрейка, в своей обычной манере шутя о какой-то непонятной ерунде.        Денис начал замечать приподнятое настроение Ильи. Он последние дни словно светился от счастья. Был особенно нежным и заботливым. Начинал нервничать, если какие-то планы шли не так, но зато моментально успокаивался в тёплых объятиях, показывая полное доверие. Душу обожгло приятным воспоминанием и парень наконец замер, смотря на довольно улыбающегося Корякова. Заговорщицки прищурив глаза, старший крепче сжал их переплетённые пальцы и внезапно скорчил одну из своих смешных рожиц. Дрейка встряхнуло от беззвучного смешка, а потом он и вовсе не сдержался, заливаясь самым чистым и искренним смехом. Илья, по-видимому не ожидавший такого результата, только растерянно приподнял брови и улыбнулся.        — Что?        — Не знаю! — не переставая хохотать выдавил из себя молодой стример.        — Ну ты и дурак, — прыснув от заразительного смеха ответил ему старший.        Они остановились в одном из дворов на мосту. Ветер несильно колыхал отросшие волосы Дрейка, попадая в глаза и рот, отчего парню приходилось вечно поправляться руками. Мазеллов весело посмеивался, пока не разделяя такой яркой радости, но однозначно счастливый от такого поворота событий. Ему говорили, что ремиссия может наступить неожиданно, и проявиться необычным образом, но чтобы вот так — он точно не ожидал. Весенний ветер неторопливо гнал лёгким порывом запах какой-то приятной выпечки, скорее всего от одного из ресторанов дальше по улице. Звонкий мальчишеский смех начинал постепенно утихать, прерывая громкую какофонию звуков. Оба парня облокотились на ограждение моста, всматриваясь вдаль с одинаковой лёгкостью и отстранённостью. Дрейк счастливо переводил дыхание, всё ещё не до конца придя в себя, от внезапного приступа смеха. Челюсть немного побаливала ноющей болью, зато на душе резко стало так пусто и спокойно, что мир расцвёл, позорящий сейчас на букет ярких тюльпанов.        Илья рядом вздыхает с такой облегчённостью, что просто не может не обратить на себя внимания. Младший на него смотрит неожиданно весело и… Заинтересованно? Любовно? Как назвать этот взгляд? Прожигающий до самой души, внимательный настолько, что парень на мгновение ощущает себя голым. Щёки стремительно краснеют, пальцы немного истерично сжимаются на крашеном металле, по-видимому желающие раздавить его одним усилием. А Илья лишь загадочно улыбается, хватает за руку и тянет его куда-то дальше, по пути сообщая что-то о том, что они немедленно куда-то идут. И Денис даже не думает сопротивляться, лишь сильнее переплетая их пальцы.        Благодаря Илье его мир, и правда, расцвёл. Наконец приобрёл потерянные краски и позволил не переступить черту. Как бы холоден он ни был, как бы больно не делал своей отстранённостью, Коряков оставался с ним. Невзирая ни на что. Он любил, любит, и всегда будет продолжать любить. Прекрасно знает, что Денис всегда ответит ему тем же. У всех в жизни бывают разные периоды, тяжёлые времена и ситуации, в которых кажется, мир теряет все краски, кажется, что ты теряешь смысл, свою суть. Но не забывайте, рядом с вами всегда будут те, кому вы не безразличны. Именно они и есть ваша семья, именно они — ваше составляющее.