Непризнанная

      Виктория шла вдоль парковой аллеи и размышляла о том, как сильно изменились ее чувства. Заметить это было легко: она ощущала десятки запахов, видела мелкую букашку в траве, слышала, о чем негромко переругивались торговец еды и его клиент в пяти метрах от нее. А если сосредоточиться, то слышен был и разговор по телефону пожилой тетечки у входа в парк. Повышенное восприятие удивляло, но не казалось чем-то неправильным. Напротив, Уокер подспудно знала, что может больше. Намного больше. Но сегодня экспериментировать со способностями не было ни желания, ни сил. Она хотела совсем другого.       Вызванный Водоворот обдал неприятным холодом. Правильной работе с ним их только должны были обучить. Но смотря на завивающиеся кольца воздуха, Виктория подспудно знала, что и как делать. Сложнее всего было решиться на это. По правилам сразу после задания она должна была вернуться в школу. Но с другой стороны — Водоворот реагировал на желания. Всегда можно было сказать, что она хотела действовать по правилам. И просто не вышло.       Приняв решение, она сделала шаг навстречу воздушным потокам. Мгновение и она уже в родном городе. Перенестись получилось легко — местное кладбище она помнила очень хорошо. Когда-то с отцом они ходили сюда каждую неделю. Ряды знакомых надгробий угнетали. Виктория знала где искать могилу отца, но остро боялась к ней подойти. Это было что-то окончательное, завершающее. Да, она знала о смерти папы. Знала давно и должна была уже примириться. Но не получалось. Странно и страшно теперь было понимать, что абсолютно вся их семья мертва. А окончательно — только папа.       Отца Виктория любила всегда. В любом его состоянии. С мягкой улыбкой теплыми глазами. Угрюмого, с зло поджатыми губами. Заплаканного и раздавленного горем. Злого и потрясающего кулаками. Пьяного и пахнущего отвратительно сладкими женскими духами. Их ссора из-за ее желания пойти в архитектурный, а не на экономический, как мама, всегда вспоминалась ей, как одно из худших событий в жизни. Как и то, как он застукал их с Мартишей за поцелуями. Хорошо еще, что его возмутили не сами поцелуи, а то, что целуется она с лучшей, вроде как, подругой. Папа был традиционных и очень строгих правил. Его так возмутило ее возможное увлечение девушками, что он почти радовался, когда она призналась, что у нее есть парень. И что с Марти они просто учились целоваться. Хорошо, что он не знал, что та исключительно по девушкам. И так ей тогда пришлось больше месяца под замком сидеть и за каждый шаг отчитываться.       Уокер втянула воздух сквозь зубы и протяжно выдохнула. Воспоминания нахлынули слишком сильно. Она почти готова была развернуться и нырнуть в Водоворот снова. Но это было слишком жалко и трусливо. Поежившись, она прошла вперед, между рядами могил. Странное ощущение чужого взгляда заставило ее бегло оглядеться по сторонам. Никого не увидев, Виктория звонко хихикнула. В голове роились мысли о том, что нервы у нее уже совсем расшатались. И что со всем этим надо что-то делать.       Остановившись у знакомой могилы, она невольно обняла себя за плечи, ища защиты. Рядом с маминым надгробьем — мраморно белым и знакомым насквозь — было новое. Бездушный серый камень, холодные строчки имени и даты. Ни трогательной эпитафии, ни цветов подле. Могила отца выглядела почти заброшенной. Или такой ее видело воображении Вики. Она всегда склонна была драматизировать и принимать все близко к сердцу. Из-за этого часто страдала и она сама, и ее близкие.       Опустившись на корточки, девушка провела пальцами по выбитой надписи. Слез не было, только бесконечная печаль и ощутимо вымораживающая апатия. Вспомнились слова Фенцио, о том что отцу, возможно, повезло больше, чем ей. Перерождение или Рай. Это и вправду звучало лучше, чем влачить бессмертную жизнь и менять судьбы людей. Хотя бы гарантирует отсутствие сожалений о прошлом. — Тебе нельзя здесь быть.       Этот голос вырвал Уокер из мыслей и заставил резко обернуться. За ее спиной в теле очкастого брюнета стоял смутно знакомый ангел. Пару секунд ушло на то, чтобы вспомнить, где они виделись. — Дино, верно? — спросила она, поднимаясь на ноги.       Тот кивнул и поправил светлую прядь, выпавшую из прически. Он выглядел невозмутимо и, кажется, был уверен в своей правоте. Этот его манерный жест и понимающая улыбочка всколыхнули эмоции Викки. — Иди на хрен, Дино — с широкой и доброй улыбкой посоветовала она. Ангел выглядел изумленным. Его глаза забавно расширились, а рот приоткрылся. — Прости? — переспросил он. — На хрен, — все также улыбаясь продолжила она, — это туда.       Последние слова сопровождались указательным кивком в сторону открытого Водоворота. На этот раз Дино понял, что его действительно посылают и поджал губы. — Возможно, я не вовремя и для тебя это важно, — довольно жестко начал он, — но нарушать правила нельзя. Если не хочешь проблем, стоит вернуться в Школу. — Если не хочешь быть посланным, не раздавай непрошенных советов. И не лезть к человеку, когда он навещает могилы близких. На последних словах Виктория нервно дернула щекой, понимая свою ошибку. — Или Бессмертных. Не суть. Дино нахмурился, не скрывая уже своего раздражения. Светлые глаза ангела зло сверкнули. — Посмотреть на свою могилу настолько важно? Своего сарказма он не скрывал. И это уже начинало злить. — Раскрой глаза шире, — она вновь развернулась к надгробьям, — моей могилы тут нет.       Ангел подошел ближе к ней и встал почти вплотную. Непризнанная видела, как он беглым взглядом оглядел надписи на камнях. Что-то в нем неуловимо изменилось, Виктория чувствовала это. Его взгляд задержался на ее могиле матери. Он всматривался в мрамор с каким-то болезненным интересом. И тонкая линия поджатых губ почти пугала. — Ты ради ее могилы сюда пришла? Вопроса Виктория не поняла. По ее мнению, не было важно на чью могилу она пришла. Важно было лишь то, что он ей помешал и все никак не желал уйти. — Ради него, — все же ответила она, показывая папино надгробье, — у меня не было возможности увидеть его до этого. — Мало времени для отца? Умершего отца? Злость затопила сознание горячей, болезненной волной. Этот ангел не имел никаких прав трогать ее отношения с папой. И уж точно не должен задавать этот вопрос. — Я училась в соседнем городе. Мне даже не сразу сообщили. И я не смогла вырваться к нему из-за экзаменов, а после из-за занятий. А потом думала, что могила никуда не денется и я увижу ее в любом случае. Я не ждала, что какой-то мерзкий ублюдок столкнет мою машину с дороги. Не ждала, что умру. Но ты продолжай глумиться над чужой бедой. Это так по-ангельски, что ничего другого я от таких как ты и не жду.       Стремительно развернувшись, она почти вбежала в Водоворот. Злость и обида затуманили разум. На какую-то долю секунды она испугалась, что не сможет сосредоточиться и ее вынесет не туда. Но прежде, чем страх успел окончательно захватить сознание, ее вынесло на школьную площадку.       Судя по всему, остальные ученики тоже только возвращались с заданий. Ангел Фенцио, увидев ее появление, отчетливо поджал губы. — Виктория, — кивнул он, — удивили так удивили. Не думал, что ваши слова о стороне демонов правда.       Уокер чуть сузила глаза, рассматривая учителя. Она отчего-то почти не сомневалась, что тот знал обо всем. И тем удивительнее было то, что ее отлучку он никак не комментировал. Краем глаза она видела также, как один из демонов вслушивается в их разговор, стоя недалеко от Фенцио. — Не люблю шутить о своей судьбе, учитель — ядовито усмехнулась она. — Теперь я в этом не сомневаюсь, — кивнул ангел.       Виктория отошла в сторону, встав рядом с Лорой. Та уже тоже справилась с заданием и с интересом разглядывала возвращающихся Непризнанных. — Как твое задание? — спросила Вики из вежливости. — Нормально, — ответила та, — влияние не слетело, как в прошлый раз. Так что, наверное, хорошо. Слышала, ты за демонов сегодня сыграла? — Да, — кивнула Уокер, размышляя сколько еще людей слышало о ее выборе. — Смело. Я всегда выбираю ангелов. — Отчего? — Не хочу подбивать людей на преступления. Или просто на разные мерзости.       Виктория едва слышно хмыкнула. Она пока не задумывалась о том, что однажды ей придется подбить человека на что-то серьезное. На кражу. На избиение. Возможно, на убийство. Но сейчас мысли об этом у нее появились. И никакого отрицания не вызвали. Совершенно. Это было даже странно немного. — А я вот, похоже, хочу. Лора посмотрела на нее с удивлением. Она явно не ждала такого откровения. — Это из-за матери? —А? — Недоуменно переспросила Вики — При чем тут она? — Я подумала, что ты делаешь ей это назло. Дочь серафима — демон. У вас были плохие отношения? — Нет, — покачала она головой, — я ее почти не помню. Она умерла, когда я была совсем маленькой. А касательно выбора стороны… Я просто чувствую, что так будет правильно. Странно, да? Лора едва заметно покачала головой. — Таких на самом деле много. Энди вот тоже чувствует, что он прирожденный ангел-крылоборец. — А ты? Непризнанная грустно опустила плечи и ее крылья едва видимо шевельнулись. — Я не знаю. На самом деле я иногда просто ломаю себя, чтобы сыграть за ангельскую сторону. Многие решения я принимаю разумом, а хочу на самом деле другого. Глупо, правда. — Нет. Ты просто поставила цель и идешь к ней. На самом деле это заслуживает уважения. — Спасибо, конечно, но мне все больше кажется, что я просто глупо ломаю себя.       За то время, пока они говорили, остальные закончили с заданиями. Ангел Фенцио попросил всех ненадолго вернуться в аудиторию. Виктория ожидала, что сейчас будет некий разбор ошибок, но нет. Учитель только выдал домашнее задание — краткое эссе о том, как прошло задание и какие ошибки были совершены в том случае, если влияние сорвалось. И немного о том, почему они сделали тот или иной выбор. Задание было интересным и возможно даже полезным. Они уже выходили из аудитории, как ангел Фенцио вновь все испортил. — Дино, Виктория, задержитесь, пожалуйста. Уокер чуть сжала зубы и зло скривилась. Кажется, отчитывать за отлучку ее все же будут.