Непризнанная

      Уокер вернулась на свое место и села, вытянув ноги. Дино занял место за соседним столом, развернувшись так чтобы видеть и ее, и Фенцио. Сам учитель встал с места и демонстративно оперся на посох. Смотрел он исключительно на Непризнанную, пристальным, тяжелым взглядом. — Уокер, — наконец начал он, — вы видимо не вполне понимаете куда попали.       Его спокойствие выглядело обманчивым, как тонкий лед на осеннем пруду. Видя это, Викки молчала, не желая злить его еще больше. — Ваше поведение, — он сделал почти театральную паузу, — отвратительно. А выходки непростительны. Я уже вижу отношение к вам других… Избранная Непризнанная, дочь серафима. Школьная дисциплина и наказания не для таких, как Вы, не так ли?! Вам можно пьянствовать и веселиться на всю Школу! Каков он, вкус безнаказанности, Уокер? Понравился?       На последних словах он сорвался на крик. Уокер слушала эту отповедь молча, стараясь никаким образом не показать истинных эмоций. Но внутри клокотала даже не злость, а иррациональная обида. Она не просила не наказывать ее. Директор Кроули сам пришел к этому решению. И уж точно она не просила к себе особого отношения. Для не вообще не ясен был весь этот трепет перед серафимами. Она никогда не была дочерью кого-то влиятельного, чтобы понимать каково это. И сейчас продолжала вести себя так же, как и на Земле — до невозможности глупо порой. Но отнюдь не потому, что не ждала наказания. — Я напомню вам, где ваше место! Никаких практических заданий в ближайшее время. Никаких спусков на обожаемую Землю. Доклад на тему Водоворота и опасности бесконтрольного его использования. И да, раз уж вы не способны, вести себя прилично без контроля, я буду ходатайствовать о приставлении к Вам надзора. А теперь пошли Вон! — Благодарю за заботу, учитель Фенцио, — она не скрывала яда и злости в своем голосе, — но скажите, ангелы всегда лезут не свои дела и следят за девушками? Или это Дино такой особенный? Просто хочется знать…       Если до этого ангел злился, то сейчас он пришел в исступленную ярость. Холодные глаза вспыхнули голубым огнем, а в воздухе разнесся запах мяты и морского ветра. Сила этого ангела восхищала и пугала. Несмотря на внешность старика, он ярче всего сейчас иллюстрировал, как важна внутренняя суть. В Виктории вспыхнуло что-то похожее. Очень глубоко внутри нее, там, где таилась любая сила Бессмертного. Огненный жар пронесся по телу. Рука рефлекторно дернулась к отсутствующему в этом теле клинку. Навыки из далекого прошлого пробудились так ярко, что поглотили слабое, неприспособленное тело. Перед глазами снова вспыхнул калейдоскоп воспоминаний.       Залитая кровью Бессмертных площадь. Тяжелая скорбь на душе от понимания сколь многих они потеряли. Демон с выжженными ангельским светом глазами, обожженной кожей и изломанными в хлам крыльями. Его лицо с заостренными, хищными чертами было знакомо ему до последней черты. Его другу в этой войне не повезло. Он умер дурной, глупой смертью. А его сын остался без отца.       Боль терзала тело. Перед глазами вдруг вновь всплыла аудитория. На какой-то миг она осознала себя. И закричала от боли. Виктория выгнулась на полу так, что ощутила затылком мраморную поверхность. И руки кого-то из ангелов на висках. — У нее глаза красные, пап! —панический голос Дино был слышен удивительно четко. Но это было последним, что она услышала.       Ангелы. Десятки их воинов напротив. Стройные, гордые ряды. Белые и золоченые крылья, сияющие доспехи. Лучший образчик армии Шепфа — пафосный и слабый. Он ощущал это поле боя даже лучше, чем то, что было в аду. Среди оборонявших город не было серафимов. Не было престолов и даже архангелов. Только ангелы. Безумные и бесполезные в своей храбрости. А те, из-за чьей силы и гордыни началась эта война, были дальше. В Цитадели. И именно на ее руинах они планировали сегодня отпраздновать победу.       Вспышка холодной ледяной энергии вновь вырвала ее из этого сумрачного состояния. Учитель Фенцио склонился над ней так низко, что она чувствовала пряди его волос на своей шее. В его глазах плескался искренний ужас. Его энергия резанула по сознанию, заставив Вики болезненно сморщиться. Во рту было горячо и солено. Где-то на периферии скользнула мысль, что надо сплюнуть кровь. Но потом разум вновь поплыл.       Их встреча была неизбежной — он шел по следу этого ангела, как адская гончая идет на запах крови. Его приторно-сладкая энергия с ароматом лилий тянулась шлейфом среди всех Бессмертных. Он знал, что найдет его сегодня. Найдет и убьет. Испуганный взгляд этого ангелочка льстил. Боя, даже скоротечного, не случилось. Слишком слаб и труслив был этот Бессмертный. И от этого было только больнее — в прямом столкновении Наас не проиграл бы ему никогда. Но он все равно погиб.       На этот раз Уокер пришла в себя окончательно. Первым делом изогнулась в руках ангелов, чувствуя, как кровь заполняет рот. Чьи-то сильные руки удержали ее голову на коленях, не дав удариться об пол. В глаза словно сыпанули песок, а голова раскалывалась от пульсирующей боли. — Виктория, вы меня слышите? — голос Фенцио звучал как-то странно.       Вики кивнула в ответ, рефлекторно сглатывая кровь. Скривившись от вкуса, подняла голову. Ангел Фенцио сидел на полу, прислонившись к собственному столу. Он выглядел откровенно плохо. Осунувшийся, взмокший от пота и с лихорадочно блестящими глазами. Заметив ее внимание, он дергано улыбнулся и облегченно выдохнул. — Пришли в себя?       Непризнанная неопределенно дернула плечом и попробовала сесть. Получилось на удивление легко. Дино, до этого придерживающий ее за плечи отстранился и привалился к стене. Виктория прислушалась к себе. Голова еще секунду назад болезненная и тяжелая стала вдруг легкой и пустой. Разум прояснился, став кристально чистым. Вся ситуация предстала перед сознанием яркой, четкой картинкой. Она видела первопричину случившегося — злость ангела Фенцио из-за ее неудачного выпада против Дино. Но вот то, что произошло дальше она объяснить не могла. Четкое убеждение в том, что это были воспоминания, ее воспоминания, никак не объясняло тот факт, что эти воспоминания принадлежали демону. — Что за… — она умолкла на секунду, подбирая слова, — Что только что произошло?       Ангел впился в нее строгим взглядом. Резко перевел его на Дино и болезненно скривился. Какие-то мысли у него определенно были, но вот высказывать он их не торопился. Вместо этого поднялся с места и вернулся за свой стол. Виктория последовала его примеру, отказываясь уходить без ответов. Но учитель никак не прокомментировал этот и у девушки появилось ощущение, что он и не ждал ее ухода. — Дино, — вместо этого сказал он, — свободен. Никому не слова о случившемся. Я просто отчитал тебя за то, что ты поддался на уговоры Непризнанной и позволил ей задержаться на Земле. — Хорошо, отец.       Юный ангел выглядел удивленным и испуганным не меньше Вики. Он покорно кивнул Фенцио, адресовал слабую ободряющую улыбку Непризнанной и вышел из аудитории. В ней на пару минут повисла тишина, а после учитель Фенцио тяжело вздохнул.       Он посмотрел на Викторию потухшим, уставшим взглядом и неожиданно спросил: — Уокер, у тебя ведь нет младшей сестры? Этот его вопрос был таким неожиданным, что она изумленно хихикнула. — Нет. Если только отец не скрывал ничего от меня. — О, его измены не важны. Главное, чтобы Ребекка нигде не потеряла вашу сестру-близняшку. Третью Уокер я уже не вынесу. Шепфа, мне что на роду написано вас опекать?       На эти слова Виктория откровенно поперхнулась воздухом. По учителю нельзя было понять шутит он или нет. И что вообще означала эта его реплика. — Что я вообще сделала такого страшного? Ну посмотрела на могилу папы, но это нормальное желание. Или Бессмертные не скорбят по ушедшим в Небытие? — Дело не в ваших хулиганских выходках, а в том, что было после. — Вы накричали на меня и напугали этим? Ангел криво усмехнулся и покачал головой. — Не притворяйтесь, что не понимаете, о чем я. Я уже видел похожие приступы однажды. Вы ведь вспомнили что-то?       Этот вопрос показался Вики опасным. Все внутри нее кричало, что об этом нельзя рассказывать. Что об этом правильно будет солгать. Да, учитель мог считать ее мысли, но хотелось верить, что на такое он не пойдет. — Не понимаю, о чем вы. Мне просто стало плохо.       Ангел одобрительно кивнул, сложив кисти рук в замок перед собой. Виктория перевела взгляд на эти руки, избегая смотреть в глаза Фенцио. Защитить свою память у нее бы не вышло. Только не после пережитого стресса. — Так всем и отвечайте, если кто-то узнает о случившемся. Кроме узкого круга лиц серафимов и престолов, никто не поймет, что с вами происходит. Такое случается слишком редко, к счастью. — Что именно? — спросила Уокер, уже не на шутку испуганная. — Ничего плохого или неестественного для вас, Виктория. Но ангелам об этом пока лучше не знать. Кроули ведь поделился с вами своими грезами о династии ангельских серафимов из Непризнанных? Не стоит разочаровывать их так быстро. — Не понимаю вас. Фенцио встал и нервно прошелся по аудитории. Вики отметила, что его посох остался стоять, прислоненным к стене. Ангел о нем даже не вспомнил. — Судя по тому, что сказал Дино о ваших глазах, воспоминания были от лица демона? Так ведь? Я не попрошу рассказывать большего, это ваше личное дело. Виктория зарылась пальцами в волосы, чувствуя сомнения. Она боялась довериться Фенцио, но понимала, что он и так знает уже слишком многое. —Воспоминания демона. О последней войне, — решилась она наконец. Ангел рвано выдохнул и едва слышно хохотнул. На его лице отражалась дикая смесь эмоций и Вики даже попытки не делала понять, что он чувствует. — На это будет крайне забавно посмотреть, — сказал он в итоге. — На что именно? — О, вы поймете. Скоро. Как я уже говорил, ангелы не должны ничего знать. Для вашей же безопасности. Вы мне неприятны, но я не хочу, чтобы вам насильственно изменили суть. Вы, пока что, куда забавней вашей матушки. — Он перевел дыхание и продолжил. — Но демоны знать об этом должны. Это касается ада и их репутации. В ту войну пало не так много демонов, чтобы они не поняли, чья именно память в вас просыпается. — Я ничего не понимаю! — прервала его Виктория, окончательно впадая в отчаяние. — Я поговорю с Геральдом. Из демонов он тот, кому можно безраздельно доверять. И он объяснит вам все куда лучше — я сталкивался с таким лишь вскользь. — Ответьте хотя бы кратко, что со мной не так?       Учитель замер, пристально смотря на нее. Казалось, он мысленно взвешивал свой ответ и подбирал слова. И эта пауза затягивалась, заставляя Вики нервничать все сильнее. — Вы не Непризнанная, какой была Ребекка. Вы уже были когда-то Бессмертной, Виктория. Демоном. И судя по тем рефлексам, что вы сегодня показали, у вас была привычка носить с собой кинжал или меч. Уж очень движение характерное.       Воздух резко словно выбили из легких. Ангел явно не шутил, но то, что он говорил просто не могло быть правдой. И в тоже время, Уокер понимала, что это лучшее объяснение всему происходящему. У нее действительно всплывали знания об этом мире. Она чувствовала отторжение к ангелам с первого же мгновения. Она знала, что просто не может быть одной из них. Воспоминания демона всегда ощущались, как собственные. Иногда всплывали совершенно несвойственные ей желания. А еще она инстинктивно знала и умела управлять силой внутри себя, хотя даже назвать ее правильно не могла. И сейчас, когда учитель сказал за мечи и кинжалы, она снова вспомнила. Теперь уже без чужих чувств и эмоций. Это была перевязь и два клинка. Они всегда были вместе с ним.