Сборник Достоевского

      В жизни бывают разные ситуации: грустные, весёлые, неприятные, довольно приятные, ужасные. Так же и жизни бывают разными: богатыми и бедными, скучными и очень насыщенными... Некоторым людям суждено родиться в лучах славы своих родителей, а кто-то должен родиться в каком-то захолустье в семье алкоголиков. Сейчас я расскажу историю одного мальчика. Его имя — Фёдор Михайлович Достоевский. Это мальчик лет восьми, худой, бледный, на его голове тёмная копна волос по плечи (ведь в бедной семье к парикмахерам не ходят), синяки под глазами. Он родился в каком-то очень маленьком селе в Ленинградской области у очень бедных людей по залёту. Всю жизнь мальчик являлся обузой, ведь родители и до его появления еле как сводили концы с концами. Малыш недоедал, еду съедали под чистую, был одет в старые дырявые вещи, доставшиеся несколько лет назад от какой-то доброй соседки. Летом и в начале осени ему жилось намного лучше, чем зимой, ведь можно было в лесу собрать ягод, грибов, трав... А зимой такого не было, приходилось выживать на хлебных корочках, зелёной картошке и сырой гречке. Но не суть.       Одним летним вечером Фёдор шёл домой с леса. Ему сегодня не очень повезло, почти все ягоды на его знакомых местах собрали люди, и чтобы наесться ему надо было обойти намного больше таких мест. Он шёл грустный, всё же надеясь схватить со стола хотя бы кусок хлеба, оставшийся от булки, купленной три дня назад. Но почти дойдя до своего дома он понял, что что-то там не ладно. Возле дома стояла чёрная новая машина, человек в деловом костюме, женщина и мужчина (супруги. Держались слишком близко), и... Родители... В парадной одежде...       "Что здесь происходит? Они улыбаются и о чём-то говорят..." — подумал мальчик, всё ближе подходя к дому. — О-о-о, а вот и наш мальчик вернулся. Феденька, подойди-ка к нам. — лаского проворковала мать, подзывая сына не понимающего в чём дело.       "Это странно... Я конечно понимаю, что я обуза, но это явно не люди из опеки... Выглядят модно слишком.       И правда, эти люди выглядели шикарно. Одежда с иголочки, причёска, уложенная лаком, новая машина, стоящая рядом... Это люди не из опеки. — Так, мы можем его забирать? Или вы попрощаться хотите? — спрашивает женщина с тоном а-ля "давайте быстрее, мы хотим уехать из этой дыры". — Нет-нет, можете забирать. — отвечает отец, складывая руки за спину.       Забирать? Я не хочу! —конечно, Достоевскому так жить никогда не хотелось, он хотел поменять в своей жизни от и до, но своими силами... Не так, чтобы его забрали неизвестные. Бог знает что там с ним сделают. Может они сдадут его на органы, сделают рабом, собакой, будут издеваться... Нет, он такого не хочет. — Я... Я-я... Я никуда не поеду! Кто вы такие?! — Это неважно, сейчас ты садишься в машину и едешь с этими людьми. — мальчик начал отходить дальше от дома, готовясь бежать. — Вы говорили, что он у вас послушный. — мужчина в модном костюме, сложил руки на груди.       "Точно в рабы хотят отдать... Нет... Нет! Я не хочу! — Нет, он послушный, просто мы не предупредили его, чтобы не думал об этом слишком много. Не думали, что так отреагирует. — В таком случае, садим его в машину, подписываем договор, расплачивается и наконец-то уезжаем. — женщина улыбнулась. — Вильям, посади мальчика в машину на подготовленные место и пристегни.       После тот мужчина, которому только что отдали приказ направился к Фёдору. — Нет, не трогайте меня! Я не-не... Не хочу! Я хочу остаться!!! — он начал убегать в сторону леса, но мужчина его быстро догнал и взял на руки. — Нет! П-по, по-пожалуйста! Н-нет! Не н-надо!       Он был испуган... Сейчас он захлёбыватся своими же слезами и соплями, бился, автаясь вырваться, но всё бесполезно. Его просто дотащили до машины и насильно посадили на детское сидение. — Феденька, будь хорошим мальчиком. Вильям, следи чтобы он не вырвался... И лучше вколи ему успокоительное. Так, продолжим.       Они по быстрому подписали документы, передали чемодан с деньгами... Родители мальчика были рады настолько, что начали скакать на месте, обниматься и целоваться. А люди, купивши мальчика сели в машину и уехали.       Вильям сел за руль, муж той женщины сел впереди рядом с водителем, а сама женщина рядом с сидением, где сидел залаканный мальчик. Как чувствовал себя этот мальчик, ничего не сказать. Успокоительное ещё не успело подействовать (оно было не сильнодействующим), он уже не плакал в голос, слёзы просто катились по щекам, а руки тряслись. — Не плачь, тебе это не идёт. — она достала платочек и вытерла ему лишнюю влагу на глазах и щёчках. — Ну, не убьём же мы тебя. Всё хорошо, теперь у тебя будет нормальная жизнь, не то что раньше. Чш-ш-ш...

***

      Как оказалось, женщина не врала и стала достойной мамой. Её муж тоже стал близким человеком для мальчика, даже подарил ему белую шапку-ушанку. Его растили в заботе, хорошо кормили, дали образование, научили манера и этикетку. Теперь это не Достоевский из канона...