Мне холодно

С того момента прошло несколько месяцев. Приближался день рождения Накахары. И тот позвал к себе "на хату" почти всю Портовую мафию. Должна была состояться грандиозная вечеринка, но каким-то боком обо всём этом прознал Дазай. Ох, тот день Чуя, наверное, запомнит на всю оставшуюся жизнь. Позвав чуть ли не всю мафию, Накахара принял решение сделать мегагенеральную уборку. Совсем недавно он смог купить себе новый, роскошный дом. Парень был несомненно рад своей покупке, да и те, кто присутствовал на новоселье, подтвердили отличный вкус рыжеволосого. После профессионального клининга мафиози ещё раз сам прошёлся по всей квартире.   Вымотавшись, Накахара приготовил для себя идеальную ванну. Пена, соль для ванны, искусственные лепестки, и, конечно же, табачный дым. Курить в ванной была одной из традиций Чуи. Выйдя только спустя два с половиной часа из ванной комнаты, Чуя выглядел, словно модель. Нежное лицо, безупречная укладка волос, гладкое тело. Казалось бы, это мечта любой девушки, но почему-то личная жизнь у Чуи никак не складывалась. Одни уходили из-за характера, другие, когда узнавали его работу, ну, а самых выносливых голубоглазый сам провожал, расскрывая им свой секрет. И вот, уже нарядившись в самое нарядное, что у него только было, Чуя уселся на диван, листая ленту соц.сетей. Назначенное время вечеринки уже возникло на часах, но никого так и не было. В первые полчаса Накахара не придал этому значения, мол «подумаешь, опаздывают». Но когда мафиози провёл уже больше часа в пустом доме, стало как-то не по себе. Дозвониться не получалось даже до Мори-сана и Акутагавы-куна. И только спустя ещё какое-то время он увидел пост и кучу сторисов в инстаграме Анэ-сан. В посте была подробно описана вечеринка, на которую пригласили всю мафию и детективное агентство. До мельчайших деталей расписан весь интерьер, алкоголь и люди, которые там присутствуют. В сторисах же красовались однотипные видео. От нахлынувшей ярости Чуя, использовав способность, кинул и разбил почти что в щепки свой телефон. Тут же с его уст сорвались бешенные вопли и поток мата. После голос потихоньку охрип. А в горле застыл ком. Ком, состоявший из обиды и ненависти. И если обиды относились к шатену и тем, кто променял его, то ненависть он не мог отнести к ним. Несмотря на все их ужасные поступки, испытывать такого сильного чувства к ним он просто не мог. Мафия являлась его семьёй. А Дазай - любимым человеком, который непонятно зачем "вдавливает кинжал в хрупкое сердце глубже и глубже"... Ненависть и отвращение он испытывал исключительно к самому же себе. «Я ужасный, потому что Дазай может заинтересовать людей, в отличие от меня. Я виноват в том, что они ушли, я не смог их обоять и привязать к себе. А Дазай смог... Он лучше меня. Я же - сплошное ничтожество» Достав бутылку дорогого вина, мафиози стал пить прямо из горла. «Зачем я так стараюсь, если всем всё равно на меня?» И эти мысли были сейчас не только конкретно об этом дне, а о всех. Зачем он каждый день так трудится, вечно желая преуспеть в чем-то, и, постоянно делая вид лучшего, производя на себя хорошее впечатление, если никто этого не ценит и даже не замечает? «Почему про меня забыли? Почему меня снова все бросили? Почему меня оставили? Почему все променяли меня на какой-то дешёвый бред? И главное: зачем он это сделал? Неужели ему и вправду доставляет радость и удовольствие причинять мне боль?» Сидя на полу и облокотившись спиной к дивану, не в силах подняться на него, Чуя не понимал ничего, так как толерантности к алкоголю ему тоже не удалось приобрести за все свои года. Сейчас он даже не замечал Акутагаву-куна, который, сидя на коленях рядом, аккуратно, будто боясь чего-то, гладил рыжую макушку.                                     *** Рюноске поручили новое задание, с которым он, к сожалению, справился только недавно. Придя домой, он увидел на пороге приглашение на вечеринку. Но... Она была не от Накахары. Сам семпай Дазай проводил её. Резкое желание прямо сейчас оказаться там взросло, словно цунами. «Но сегодня же день рождения Накахары-сана» Открыв вкладку на своём стареньком телефоне, заново всё перепроверив, мафиози убедился, что место день рождения не было перемещено. «Что ж... Я и так опоздал и туда, и туда. Вечеринка может быть уже закрыта для новых гостей, но вот Накахара-сан всегда будет рад видеть меня. Да и вряд-ли Дазай-сан признает меня из-за глупого посещения его вечеринки» С такими мыслями Акутагава быстро оделся поприличнее и направился в сторону дома одного из самых важных исполнителей Портовой мафии. Дверь была открыта. Но почему-то музыки и других признаков веселья слышно и видно из окна не было. Переступив порог, почти перед его носом пролетела полувыпитая бутылка вина. Ударившись об стену, та с грохотом разбилась. Оглядев помещение получше, Рюноске заметил ещё кучу осколков. Аккуратно пройдя мимо них, он увидел Чую в просто ужасном состоянии. Лицо красное, на нём видны царапины и синяки, одежда порвана и испачкана игристой жидкостью. Выглядел он так, будто на него напала какая-то банда. Но это предположение сразу же отпало, так как Чуя обладал необычайной силой даже без способности. Попытки как-то заговорить с ним оказались провальными. Тот его совсем не слушал и не слышал. Лишь что-то кричал. Из всего этого Акутагава разобрал лишь некоторые проклятья, адресованные Дазаю.                                                                             ***   Так они просидели где-то часа с два, пока Чуя не отрубился, уложив свою голову на плечо мафиознику. Минут через пятнадцать дверь тихо открылась. Любой другой бы, возможно, даже не услышал этого, но чёткий слух Рюноске его никогда не подводил. Кто-то начал снимать с себя верхнюю одежду, а после перед глазами явился его семпай. -О, Акутагава-кун, так ты здесь. А я-то думал, почему тебя на вечеринке не было. Ой, неужели чиби-мафия уже спит? Ох, как жаль, даже не соизволил меня дождаться - присев на корточки, Дазай попытался разбудить рыжулю - эй, Чуя, вставай. Что за вид у тебя? Ты прямо, как свинья. Фуууу, Чуя-кун такой мерзкий -Дазай-сан, а зачем вы устроили вечеринку в день рождения Накахары-сана? -Естественно, чтобы поглумиться над ним. Глупые, конечно, у тебя вопросы, Акутагава-кун -А сейчас тогда зачем пришли? -Чтобы увидеть лицо этого оборванца. Ну... и к тому же у меня есть ещё планы на него, поэтому, Акутагава, не будешь ли ты так любезен уйти? Сознание брюнета немного помутнело. «Уйти? И оставить Накахару-сана в таком состоянии, доверяя его Дазай-сану? Тогда первый, возможно, будет на него зол. Да и поступать так нехорошо. Учитывая, с какой интонацией сказал свою фразу Дазай-сан, у него не слишком благие намерения. Но... Если он не выполнит просьбу своего семпая, то вряд-ли когда-нибудь получит его признания. А может быть и вообще отвергнут. Страшно» Страх - самое ужасное чувство в жизни любого человека. Он многому мешает. Почти все стараются от него избавиться. А у мафиози оно тем более должно отсутствовать. -Хорошо, Дазай-сан. Только, пожалуйста... - Рюноске немного задумался, переваривая свои слова - не делайте ему ещё больнее. С этими словами Рюноске нежно передал голову Чуи в руки шатена и, по привычке поклонившись, быстро оделся и покинул помещение. «Всё так, как я и ожидал. Хороший же все-таки вышел человек из Акутагавы» Осаму приподнял Чую на диван и, сев сам на него, положил рыжую голову себе на колени. -Не волнуйся, малыш, я позабочусь о тебе. Эх, наверное, ты не поймёшь моих действий. Придётся тебе всё подробно описать, ты ведь у нас глупая собачонка. Детектив усмехнулся. Нелепо, конечно, он его назвал. Но пускай. -Ох, даже избил сам себя, бедняжка. Не уж ты без меня совсем не управляешь собственной ненавистью? Эх, спи, моё солнце. Извини, что пока не могу напрямую сказать тебе, что люблю. Но по моим расчётам уже скоро ты услышишь эти столь долгожданные и важные для тебя слова. Прости меня, напарник. Я прекрасно знаю, что причиняю тебе слишком много боли и вреда, но по-другому никак. Лучи солнца упали на тёмные пряди сальных волос. Коньячные глаза открылись и сразу же вновь зажмурились. Бинтовая рука, прикрывая яркий свет, заставила веки приподняться. Внизу всё также неподвижно спал Чуя. -Неужели я уснул? Ох, прямо тут. Да уж, ты бы меня сейчас убил, если б увидел. Но, конечно, ты сейчас проспишь до обеда, а я быстренько свалю. Убрав ношу со своих ног, Осаму, в попытках встать, чуть не упал. Всё тело, а по большей частности, конечно же, ноги ужасно болели. Но всё-таки дойдя до кулера с водой и выпив кружечку, шатен стал искать какой-нибудь листочек и ручку. Но, как у любого нормально работающего человека, у Чуи эти предметы всегда были рядом. Быстро набросав кое-что, Дазай оделся и вышел из дома, заперев дверь какой-то очередной хернёй, которую стащил у хозяина. Уже ближе к концу обеда, Накахара проснулся с ужасной головной болью. Кое-как поднявшись, он почти что наугад взял таблетку и быстро проглотил ее. -Блять, необходима ванная. Уже сидя в тёплой водичке, мафиози без каких-либо эмоций читал однотипные поздравления сотрудников мафии. Не было сообщения только от Акутагавы. «Черт, неужели я ему настолько безразличен?» Наконец покинув ванную комнату, Чуя заметил на столе маленький тортик с подписью "От Акутагавы". -Он что, приходил ко мне? Неужели я был так опьянен, что даже не заметил его у себя? Ох, надеюсь, я его не поранил случайно. Рядом лежала ещё одна записка, только символов там явно было чуть побольше. Присев, Накахара стал вчитываться в столь  знакомый почерк. «Приветик, Чуя-кун ;) Как отпраздновал свою днюху? К тебе приходил Акутагава, кстати. Ладно, не злись так. На самом деле я сделал проверку твоих друзей. Что ж, думаю, вывод вполне очевиден. Прошу, не сердись ты на меня так. И да, хотел ещё давно сказать тебе... Я всё знаю. Всё, что было написано у тебя в довольно интересной тетрадочке. Причём ещё давно. Так что не пытайся больше ничего скрывать от меня, оки?» -Оки? Оки блять? Проверка? Что он несёт? Зачем? - слова уже были не связаны, а голос дрожал из-за нахлынувших слез. «Если ты всё знаешь, то в чем прикол делать мне только больнее каждый раз?» Но в глубине души Чуя прекрасно понимал, что действия его бывшего напарника правильные...