Мне холодно

Чуя просыпается довольно резко. Ему опять приснился очередной кошмар, который он даже не вспомнит. Хотя нет, кажется, он кое-что припоминает. В этом сне точно был Осаму. И... Да. Он умер в нём. Обойдя всю квартиру, мафиози убедился, что в доме он один. Он только он хотел прилечь на диван, дабы поискать себе новых вещичек в интернете, как увидел дату и время. У него сегодня нет выходного, черт. Быстро, но всё же стильно одевшись, Накахара выбегает из дома, мчась на байке до здания мафии. В принципе его опоздания никто и не заметил. Всё равно важной работы не было, только отчёты, дедлайн которых был ещё велик. «Можно было вообще не приходить» - подумал Чуя, заполняя очередной отчёт. Но потом в память врезался вчерашний диалог со скумбрией. «А нет, надо было» Когда рабочий день уже подходил к концу, мафиози всё-таки выключил компьютер, на котором играла не пойми какая по счету серия левого сериальчика, который был включён чисто, чтоб развеять скуку и ожидание. Накахара, собрав свои вещи, поднялся на несколько этажей выше, прямо к боссу. Слава кому-то там, сейчас Мори-сан был занят обычными бумагами, а не примериванием платюшек для Элис. -Мори-сан, у меня к вам важный разговор -Да, что стряслось? Я весь во внимании После рассказа Огай не надолго призадумался, но потом вновь расслабленно улыбнулся. -Что ж, благодарю за доставленную мне информацию. Кстати, так вы всё же встречаетесь с Дазаем? -Что? Нет, конечно - Чуя кое-как пытался сдержать смущение, но алые щеки не особо поддаются контролю. -Ох, какая жалость. Ну, как у вас там всё наладится, сообщишь мне, ладушки? Заметив недоумение и жуткое смущение Накахары, босс лишь негромко рассмеялся. -Да шучу я, чего же ты. Ладно, можешь идти. Хорошего тебе дня, Чуя-кун! Рыжик буквально пулей вылетел сначала из кабинета Мори, а после и из здания мафии. Он буквально сгорал со стыда. Быстро достав сигарету, он зажёг её и сделал хорошенькую затяжечку. Ох, даже как-то полегчало. *** День Х прошёл более, чем успешно. Все враги были уничтожены. Вот прошло, как по маслу. И естественно, в честь этой победы обе организации решили устроить банкет. Торжество проходило в снятом специально для них дорогом ресторане. Все веселились, выпивали, пели караоке, играли в карты, ну или же просто что-то обсуждали. Но в разгаре банкета, стоило Чуе только остаться одному, его тут же схватили и потащили в туалет, прижав к стене. Конечно, не трудно было догадаться, кто оказался тем самым "похитителем". -Дазай, какого хрена ты творишь?! -Чуууууечка. А разве ты не об этом мечтал? -Неужели... -Я ведь обещал, а обещания принято выполнять. Так вот. Я до безумия люблю тебя, Накахара Чуя. Люблю так, что готов отдать за тебя все ценности этого мира. Я очень хочу тебя осчастливить и постараюсь приложить для этого максимум усилий. Я надеюсь, что у нас получится самое прекрасное будущее. Мы будем жить с тобой в настоящей утопии. Теперь, я исполню любое твоё пожелание. Хоть в мафию готов вернуться! Я сделаю всё ради тебя, любимый. Пожалуйста, давай встречаться? Чуя совсем не заметил, как по его щекам потекли горячие слезы. -Конечно... Я согласен - Это всё, что он смог вымолвить, прижавшись лицом в чужую грудь. *** Чуя проснулся. Рядом с ним лежал его парень - Осаму. Его карие глаза тоже были открыты, но уже не смотрели на него. Хах, да сейчас в нём было сложно узнать Дазая Осаму. Его тело было полностью изуродованно. Но Накахара точно знал, что это именно он. Ни с кем бы другим он бы не лёг в постель. В своём выборе он всегда уверен. -Как же холодно, Дост-кун, давай уже уйдём из этой квартирки! Они мне наскучили -Тихо, не мешай наслаждаться моментом Этих слов Накахара даже не слышал. Он был погружен в свои раздумья и воспоминания. Как только они вышли из туалета, то обнаружили своих мёртвых товарищей. Некоторые до сих пор блевали кровью. Шампанское было отравлено. А его пили все. Все, кроме Дазая и Накахары. Их же быстро накачали наркотой и увезли в квартиру Осаму. Ох, ну и заморочки они устроили. Но зато Гоголь на славу повеселился. Чуя прекрасно помнит, как шатен совсем недавно был над ним. Да и следы засосов тому явное доказательство. А после им устроили пытки. Конечно, никакой информации от них не выманивали, всё равно они были не в состоянии говорить. Но всё равно, перед самой смертью Дазай сладко прошептал своему любимому на ушко: «Я тебя люблю» Эти слова рыжий хотел услышать очень и очень давно. К сожалению, ответить Накахара уже не успел. Да и не смог, как бы он не старался. Чуе было ужасно больно. Но смерть сейчас была не важна. Наоборот, Накахара бы проклял всё это измерение, если бы ему удалось выжить. Но нет. Этого не случилось. Чуя со спокойной душой покинул этот мир вслед за своим возлюбленным. Жить ему всё равно больше не было смысла. А смерть, возможно, даже сможет воссоединить его с близкими. А главное, что сейчас Чуе наконец-то было тепло. Такая хорошая температура тела. Как же классно было это почувствовать, спустя столько лет вечной мерзлоты. -Ну вот и всё. Да просит Господь ваши души грешные. Достоевский сложил руки в позу "оранто", прикрыв глаза. Николай же смотрел на всё это скучающим взглядом. Выйдя из здания, Гоголь опять развеселился, всячески раздражая Фёдора. Идя под ночным небом и наслаждаясь прохладным ветерком, они шли вдвоём. Но уже отойдя на приличное расстояние от места убийства двух опаснейших мафиози, Гоголь воскликнул: -Дост-кун, прошу вас, поцелуйте меня! Я ведь всё выполнил, как вы и просили Неожиданно его притянули на испачканный кровью воротник, затянув в нежный поцелуй. -Да, ты выполнил свою работу, поэтому вот тебе награда, мой дорогой -Дост-кун... Вы так добры ко мне. Я вам безусловно благодарен... - речь блондина становилась медленной, он кое-как проговаривал слова - Дост-кун... Что со мной? -Ничего такого. Просто сама госпожа Смерть, или же больше известная для тебя, как Свобода, соизволила прийти к тебе, проглотив ты крошечный "звоночек" -Хах.... Благодарю вас, Дост-кун. А знаете.. Мне сейчас... Очень... Тепло.. Спасибо... Николай упал на землю, стукнувшись при этом головой об рядом стоявший столб. Но ему на это было откровенно наплевать. Сейчас ему было очень тепло, а его память начала рассеиваться в вечном сне. Далее Достоевский продолжил свой путь один. Ветер был уже более холодный. Но ему так даже приятнее. -Терпеть не могу холод - сознался Фёдор в пустоту, продолжая шагать по тратуару, оставляя с каждым шагом всё меньше крови.