Небесно-голубые глаза показавшие истину

      Утро наступило для Чуи слишком быстро.       Накахара совершенно не помнил как после тяжелого рабочего дня вернулся домой и не переодеваясь в домашнюю одежду, упал на кровать, моментально засыпая. Сказалась неделя работы без единой возможности отдохнуть.       «Сколько сейчас времени?» — подумал мафиози, беря в руки телефон. Разблокировав экран, посмотрев на дисплей, Чуя понял, что он прилично спал. Часы показывали двенадцать дня.       Встав с кровати, Чуя продолжал смотреть на дисплей, пытаясь прогнать остатки сна, как вдруг взгляд зацепился за дату. 19 июня       — День рождение Осаму… — прошептал Чуя, тяжело вздыхая.       Накахара прекрасно помнил, что во времена их с Дазаем дуэта, шатен никогда не праздновал свой день рождения. На все вопросы Осаму либо молчал, либо он обращал все в шутку, уходя тем самым от ответа. Над подарком думать тоже сложно, так как Осаму ничем не увлекался, кроме самоистязания. Деньги дарить так же бессмысленно, так как детектив скорее всего спустит их на ветер, то есть на бинты, веревку и мыло.       — Какой же он сложный… — проворчал себе под нос рыжик, идя на кухню за порцией кофеина, который ему сейчас необходим, иначе он снова заснет.       Как только ароматный кофе был налит, Чуя сел за стол и принялся думать над подарком. Чего бы хотел Дазай на свое двадцатитрехлетие? Скорее всего он желал своей смерти, но этого Чуя ему точно обеспечить не сможет.       Как ни крути, а Накахара до сих пор не мог спокойно отпустить этого идиота из своей души. Он засел в ней как червь паразит, а поцелуй на его день рождения… Конечно это была инициатива Накахары, но то с какой нежностью…? Стоп. Нежностью?! Дазай и нежность?! Это что-то из ряда вон выходящее, и все же. Дазай тогда его не отталкивал, не шутил, мол гей и т.п. Он ответил и в какой-то степени был рад.       Осознание пришло не сразу, но как только это произошло, Чуя подавился кофе.       Любовь и поддержка, вот чего не хватало Осаму все это время. Он не видел смысла в жизни, потому что никто не давал ему этого. Никто не становился для него смыслом жизни. С другой стороны, Чуя неоднократно спасал этого идиота из петель, доставал считай с того света, когда он резал себе вены, и пусть не обходилось без медицинской помощи, но спасал ведь? Спасал. После того как шатен приходил в себя, Чуя давал ему по голове, а потом еле сдерживая слезы, говорил, чтобы тот так не делал. Его естественно не слушали, но Чуя таким образом старался дать напарнику поддержку. Видимо плохо у него это получалось.       «Но сейчас я не смогу ему этого дать. А то, что было тогда это была лишь минутная слабость. Или могу…? Черт. Как же сложно.» — подумал Чуя, отпивая кофе, смотря на затянутое небо тучами.

***

      — С днем рождения, Дазай-сан. — сказал Ацуши, протягивая наставнику шоколадку. Может это и банально, но это единственное на что хватило денег.       — Благодарю, Ацуши-кун. — со слабой улыбкой поблагодарил Осаму и взяв шоколадку, положил её в ящик стола. Сейчас ему явно было не до поедания сладостей.       Дазай сегодня с самого утра принимал поздравления от своих коллег. Конечно приятно получать поздравления, но Дазай не любил свой день рождение. В этот день он всегда мечтал отправиться на тот свет и никого не беспокоить. К сожалению, это оставалось лишь его желанием, которое было недостижимым.       «Вряд ли он помнит об этом. Лучше не ждать.» — подумал Осаму и встав из-за стола, направился к кофемашине, чтобы заварить себе кофе, а после приняться за работу. Настроение было не самое лучшее, поэтому, чтобы отвлечься от душевной тоски, шатен решил загрузить себя работой. Как-то было все равно, что подумают о нем коллеги, в частности Куникида, который наверняка будет рад, что впервые за все время Осаму принялся за отчеты.       — Вам не кажется, что Дазай-сан какой-то грустный? — поинтересовался Ацуши у стоящего рядом Доппо.       — Есть такое. Вроде день рождение и надо радоваться, а он как в воду опущенный ходит, словно случилось что-то. — проговорил в ответ блондин, складывая документацию в алфавитном порядке.       Ацуши лишь вздохнул и продолжил помогать старшему с документацией, порой задавая вопросы насчет тех или иных дел, названия которых были написаны на титульных листах. Куникида спокойно отвечал на вопросы младшего, порой косясь в сторону Дазая. Все же плохое настроение напарника в какой-то степени его волновало.       — Хэй, Дазай, может сходишь прогуляешься? — спросил Доппо. — На твою кислую мину смотреть тошно.       Осаму молча допечатал документ и послушав совет напарника, пошел в сторону выхода из офиса. Куда идти он точно не знал, но ноги сами понесли его в сторону городского парка.       Детектив не обращал внимание на то, что на улице погода не очень хорошая. В любом случае она очень подходила его нынешнему настроению. Такое же хмурое и печальное.       «Самый обычный день. Не вижу никаких причин радоваться. Кажется, отмечать день рождение — пережиток прошлого. Бред. Ну родился в этот день человек и что? Важно? Нет.» — думал шатен, идя вдоль тротуара.       Вскоре начал капать мелкий дождик, постепенно переросший в самый настоящий ливень. Кажется эта идеальная возможность, при плохой видимости для водителей, выскочить на дорогу и исполнить свою давнюю мечту, однако отчего-то сил не хватало этого сделать. Осаму как шел по парку, так и шел. Мокрая одежда неприятно липла к телу, мокрые волосы липли к коже, некоторые пряди так и вовсе лезли в глаза, закрывая весь обзор.       Осаму не знал сколько прошло времени с тех пор как он ушел. Телефон был выключен ещё с утра, чтобы его не донимали звонками коллеги, поздравления которых он выслушал уже лично, а сейчас он просто хочет побыть в тишине. Один. Вскоре он зашел на мост.       Обратив свое внимание на озеро под мостом, Осаму задумался: а почему бы ему не спрыгнуть с этого моста? Людей вокруг нет, а к тому моменту как они появятся в парке он уже будет на том свете.       Твердо решив это сделать Осаму встал на мокрые от дождя перилы. Одно неловкое движение и он спокойно полетит вниз.       «Остановись придурок! Что ты делаешь?! А как же Чуя?!» — кричал голос разума. Осаму пытался его игнорировать, однако не вышло из-за чего с перил пришлось слезть.       «Чуя, Чуя, у меня в голове сплошной Чуя. Хоть в гости к нему иди, чтобы не докучал в виде фантома!» — разозлился сам на себя Дазай, топнув ногой.

***

      Накахара сидел на кухне, спокойно попивая кофе, думая над предстоящей рабочей неделей. Наверняка Мори даст ему какое-нибудь поручение или заставит разбираться с документацией. Конечно повелителю гравитации хотелось бы выйти на задание, почувствовать кипящий в крови адреналин.       Его размышления прервал звонок в дверь. Кого еще, в такую отвратительную погоду, к нему принесло?       Встав из-за стола, Чуя направился в коридор, где посмотрел в дверной глазок. Какое же удивление испытал Чуя, увидев за порогом промокшего до нитки Дазая. На нем места сухого не было.       — Дазай, ты чего в таком виде по улице мотаешься? Заболеть решил? — поинтересовался Чуя, впуская напарника в дом. Дазай молчал.       — Придурок, иди в ванную, я попробую найти тебе сменную одежду, но скорее всего она будет тебе мала. — сказал Чуя и скрылся в своей комнате, в то время, как шатен продолжал стоять посреди коридора.       «Почему я сюда пришел? — поинтересовался детектив сам у себя, ведь он совершенно не собирался идти к Чуе в гости. В любом случае мерзнуть, будучи промокшим до нитки тоже была не самая хорошая идея, поэтому Дазай направился в душ.       Уже через полчаса напарники сидели на кухне, и пока Чуя сушил волосы Осаму, шатен пил горячий чай, чтобы не простыть.       — И как тебя угораздило оказаться на улице в такую погоду? — шепотом спросил Чуя, включая фен.       «Мне больше интересно, как я пришел к тебе.» — подумал Дазай, услышав вопрос Накахары, который вероятнее всего был риторическим, хотя кто знает, что у Чуи на уме.       — Пей чай. Пока не выпьешь, я тебя никуда не отпущу. — сказал Чуя, заметив, что чашка стоит на столе, а выпитого горячего напитка меньше половины.       Осаму ничего не говорил, да и его вид был совершенно не веселым.       — Осаму, все хорошо? Ты какой-то уж слишком подавленный. — спросил Чуя, убирая фен в сторону, ведь волосы шатена высохли достаточно быстро.       — Все хорошо, Чу. Не переживай за меня. — произнес Осаму.       «Не переживай. Сказать то легко.»       Между напарниками возникла тишина. Никто не собирался больше ничего говорить, да и была бы ещё тема для разговора интересная. Так они могли лишь погрузиться в воспоминания о былых днях, словно старики, а могли… В прочем, они могли прекрасно понять друг друга и без слов. Слишком уж много времени они провели вместе.       Сев напротив Осаму, Чуя начал смотреть на напарника, стараясь понять отчего тот так печален. Вряд ли его отшила девушка, на работе тоже ничего такого произойти не могло. Что же тогда так тревожило шатена?       — Дазай, — начал говорить Чуя, обращая внимание напарника на себя. — Ты можешь рассказать мне, что у тебя твориться на душе. Сам же прекрасно знаешь что я могила. Все известные мне тайны унесу с собой. — похоже шутка произнесенная Накахарой слегка позабавила детектива ибо на его лице проявилась слабая улыбка а в глазах появился слабый огонек.       — Я знаю Чуя, я знаю, но я не уверен что это стоит тебе слышать. Посчитаешь бредом.       — Как говориться не попробуешь, не узнаешь так что давай колись.       — Хорошо. Я влюблен. — сказал Осаму, вводя напарника в самое настоящее замешательство. Это же сенсация! Дазай Осаму влюбился! Вот только в кого?       — А в кого, если не секрет? — поинтересовался Чуя, уже придумывая какую-нибудь шутку в адрес горе-суицидника, однако услышанное перевернуло весь его мир с ног на голову.       — Я влюбился в тебя, Чуя.