Солнце

Страх завладел сознанием и тело парня полетело на огромные кучи стекла, которые впились в кожу. Услышав звук, девушка обернулась. — ах! Ты чего падаешь?! — она подлетела к Мичи и стала тянуть его за руку, чтобы он поднялся, —ну же, вставай! Ты очень тяжёлый. Белоснежное платье девушки раздувал ветер, проникающий через раскрытое окно. После её прикосновений оставалось приятное чувство прохлады. Связано ли это с тем, что на теле парня появились глубокие кровоточащие раны, понять было сложно. Наконец встав, Мичи с дрожью в голосе спросил: —а…а кто ты? —Акане. Акане Инуи, а это мой младший братик Сейшу и его друг Коко…правда милашки? —улыбнувшись, спросила она, чуть покраснев. Взглянув вновь на фото, Мичи стал всматриваться в их лица. И правда, щёки покрывались румянцем от их счастливых лиц. —они…такие милые…— невольно сказал тот. —Правда?! О, ты же без метки.Тогда, может, кто-то из них — твоя судьба, — восторженно сказала блондинка. — а, кстати, я пришёл, чтобы узнать о метках… — м? О чём ты? Метка появляется у родственных душ, хотят они этого или нет. — девушка опустилась на стол, смотря на ошарашенное лицо напротив. — а если метка не появляется? — хм, Мичи-кун, если нет метки, то ты пойдёшь в шлюшки. Всем плевать будет, кто ты, они просто будут использовать тебя, как свою игрушку- дырку для ебли С этими словами девушка испарилась, а зал и вовсе пропал. Такемичи почувствовал, как кто-то смотрит на него. Он приоткрыл глаза; и вновь этот потолок библиотеки, на котором виднелись заветки, словно огонь, но в этот раз над ним стояли два парня. У одного были светлые волосы, в причёске под подсолнух, и шрам на лице, а у второго чёрные волосы, длинная серьга, и оба одеть в белую форму. — о, очнулся. Ты как? — спросил темноволосый. — а…э.а вы кто? — я Сейшу, это Коко, а ты? — Такемичи… — через некую, выдержанную паузу, крашенный блондин продолжил — Сейшу, а у тебя сестры нет? Этот вопрос заставил обоих парней отвлечься от споров, а после на Такемичи упал вопросительный взляд. — была, но она умерла после пожара, а что? — нет, ничего… Просто, ты мне показался знакомым. июль. Тосва давно уже собиралась вместе провести время, и вот, наконец, выдалась свободная неделька. -и так, на этих выходных мы собираемся съездить на пляж, дня на 3. Вы с нами? -спросил Майки, ничего не понимающих парней. Да, со дня выписки с Такемичи рядом постоянно крутился Санзу. Их отношения заметно наладились. Сейчас, Санзу, буквально, дышит в затылок парню с окрашенными волосами. Хоть и не заметно, но блондин в маске придерживает Ханагаки за край новой формы. Взяв последнего за талию, Харучиё нагло, но незаметно притянул его к себе, выдохнув тому в шею. Его горячее дыхание опалило бледную кожу. Постепенно, стянув маску на подбородок, альбинос приподнялся до розового от смущения уха. -Ханагаки, ты поедешь? ~ —тихо спросил тот. — Харучиё, почему ты спрашиваешь? И вообще, откуда такая тактильность? — взволнованно отозвался крашенный. — Ответь на вопрос. Майки сказал мне быть рядом с тобой, я не могу относится к тебе иначе. Так что, поедешь? -Майки, мы с вами! — стараясь отдалиться от беловолосого, крикнул подросток, а после побежал к первому отряду, где вновь возник конфликт между Баджи и Мицуей, оставляя Санзу в лёгком шоке, ведь не каждый день, его так безрассудно и нахально отвергают. После собрания, когда Мичи уже собирался уходить, Санзу схватил его за руку и потащил в неизвестном направлении, закрывая тому рот, чтобы никто не услышал. — Харучиё, куда ты меня тащишь?! Я домой хочу, отпусти! — кричал Мичи, на глазах которого появились слёзы. — Заткнись и не реви! Я хочу, чтобы ты пошёл со мной. — Но Санзу… Почему ты стал таким добрым? Постоянно обнимаешь меня, ходишь за мной и… Ему не дали договорить, зажав возле дерева. Сильная рука, с окрашенными в чёрный ногтями, скользнула вдоль бедра парня поменьше. — Ханагаки, я хочу побыть с тобой, я изменил своё отношение к тебе. Разве плохо, что я хочу быть ближе к тебе?! — крикнул тот, случайно дотронувшись, до раны, которую Мичи получил в результате подения на стекло. С уст прижатого к дереву сорвался тихий стон, но даже его альбинос смог услышать. — М? У тебя там что-то есть? — поинтересовался последний. — Нет, всё хорошо, — выпалил крашенный, но было уже поздно. Зам капитана 5 отряда уже в наглую развернул блондинчика, задрав верх формы. Его сильные руки прижимали Ханагаки, дабы тот не оттолкнул его. Взгляд голубых глаз блуждал по телу напротив, он всматривался во все порезы на спине, а после его холодные пальцы очутились на горячей нежной коже. Он осторожно проводил по каждому шраму, изредка надавливая на них, чем вызывал характерные стоны у Мичи. Через некоторое время Санзу и вовсе забыл обо всём. Он стянул ремень со штанов, и, благо, ствол дерева был тонок, привязал руки испуганного блондинчика к дереву так, что Санзу мог спокойно войти в него, любуясь бледной кожей в шрамах. Обведя руками упругий зад, тот шлёпнул Такемичи, сжав ягодицы до боли в пальцах. — Знаешь, я могу прямо сейчас трахнуть тебя, но если ты скажешь по-хорошему, то мы просто пройдёмся вместе по городу. Откуда у тебя шрамы на спине? — вжавшись в пятую точку Такемичи, спросил Санзу, заранее готовясь раздеть того. «Вот блин, с Санзу лучше не шутить. За время нахождения в Тосве, я понял, что он может спокойно ударить меня…придётся рассказать» — пронеслось в пустой головушке. — И чё ты молчишь? Хочешь испытать роль шлюшки? Всем известно, если тебя ебёт не твой соул, то ничем хорошим это не закончится, — противный смешок сорвался с уголков губ, и он продолжил — хорошо, шлюшка. Санзу ещё сильнее вжался вставшим пахом между упругих ягодиц. — Прям как девчонка. Холодные руки скользнули под ремень, отодвигая резинку трусов. Его большие ладони и длинные пальцы блуждали под одеждой, задевая вставший член, что казался Санзу совсем небольшим. — Девственник, да и член меньше моего… Сложновато будет, — длинные пальцы потянулись к члену Мичи, который уже был готов упасть на колени и умолять, чтобы беловолосый этого не делал. — Санзу, подожди, я упал на кучку стекла, шрамы остались… Вот… — неловко сказал тот, как сразу же холодные руки покинули пространство его штанов. — Умница, я знал, что ты скажешь, — отвязывая ремень и Такемичи от дерева, бормотал тот — пойдём пройдёмся… Тут есть очень красивое место, а потом, я провожу тебя домой. Парни оделись и пошли вверх по склону горы. Подойдя к небольшому мостику, Хару протянул руку — Здесь достаточно скользко, давай руку, я помогу тебе перейти. Хоть Санзу и сказал, что только поможет перейти, но весь оставшийся путь, подростки шли, держась за руки. 15 минут кривой и опасной дороги привели их к обрыву, где открывался потрясающий вид на город. Чувства Такемичи не передать словами. Буквально 20 минут назад, его зажимали подле дерева, а сейчас с этим же человеком, они держутся за руки и смотрят на ночной город. Подойдя ближе к обрыву, парень замер в изумлении. Отсюда открывался вид на весь город. Яркие огни многоэтажек, красивое звёзное небо, летний ветерок и приятный запах свободы. Невольно блондин прижимается к рядом стоящему парню в маске, от чего тот вздрагивает и кидает вопросительный взгляд, на заливающуюся в улыбке мордашку. Светлые волосы, румяные щёчки, добрая и нежная улыбка действовали на беловолосого словно успокоительное. Это ему и нравилось в Ханагаки. Подхватив последнего на руки, он несёт его к лавочке, где усевшись по-удобнее, усаживает и крашенного блондинчика. Редкое зрелище, однако. Санзу снимает маску, а на его лице виднеется румянец. Он хватает Такемичи за шею сзади и целует его. Его мягкие губы совсем иные. Они словно мягкое облачко, сладкие как земляника. Да, именно с ней Такемичи ассоциировался у Акаши. Впервые он осторожничает; поцелуй нежный, но в тоже время хочется большего. Аккуратно, сминая губы Ханагаки, Хару углубляет поцелуй, проводя языком по нёбу и сплетая языки воедино. Глубокие и страстные поцелуи — слабость обоих. Насколько же давно у них такого не было? Мичи поддатлив. Ему до чёртиков нравится доминантность Санзу. Ещё бы чуть-чуть воздуха, и этот поцелуй перерос бы в нечто непристойное. Единственное, что сейчас объядиняло их, так это небольшая слюна, оставшаяся после сладкого поцелуя. 23:40. Санзу усадил дрожащее тело на байк, а сам сел вперёд. — Держись крепче, поедем быстро. Мичи крепко обнял Акаши со спины, и они поехали к дому, что находился в пяти кварталах от храма. Прохладный ветер выдувал пряди волос из причёски. Сейчас, оба парня больше были похожи на ёжиков. В свете фонарей и таинственной тишины, мотор байка заглох. Блондин не с разу понял, что они уже приехали. — Майки сказал, чтобы мы завтра вместе ехали… Я заеду за тобой в 7. Не забудь кофту взять, утром обещают прохладный ветер. Напоследок, Санзу лишь проводил взглядом отдаляющуюся фигуру. 7:00 Как и обещал, Харучиё уже ждал блондина у его дома. Как же не привычно встречаться вне Тосвы. На парне была непривычно чёрная одежда. Сегодня он какой-то другой. — А где кофта? Я же говорил, что будет холодно, — прорычал беловолосый, стягивая с себя кофту. — У меня нет ни одной кофты и… — заметив действия парня напротив, Таке сразу стал отнекиваться — Санзу, ты ведь замёрзнешь, заболеешь, кто тебя лечить будет?! — Ты, — сказал, как отрезал — Если я заболею, то ты будешь моей медсестрой. Без лишних слов, тот накинул свою кофту на дрожащую фигурку, что было хотела возмутиться, но ей сразу же закрыли рот. — Только попробуй сказать, что тебе что-то не нравится. Я потащу тебя к себе и отдам все кофты. Не на такое надеялся Такемичи, но делать было нечего, с Акаши лучше не спорить. Как и вчера, парень запрыгнул на байк и прижался к Санзу. Ехали они быстро, и по пути Такемичи не раз просил забрать у него кофту, но всё бестолку. Приехали они ближе к обеду. — Всё, мы приехали, можешь оставить себе, — с равнодушием сказал белобрысый парень в маске — о, вон любовь всей жизни Кейске бежит, удачи, девчонка, — насмехаясь, Санзу ушёл. — Такемучиии — блондин повис на своём друге, — Как доехали? Не обижал тебя этот полудурок? А то я его.ух! — Чифую, утихомирь свой пыл, и вообще, вернись сюда сейчас же! — крикнул Кейске. — Да блин, Баджи, я просто соскучился по другу. — Оставь его нам, — знакомый голос пронёсся над ухом. Это был Мицуя, а рядом с ним стоял Улыбашка. «М? А это разве не кофта белобрысого уёбка?» — проснелось в голосах капитанов 2 и 4 отрядов. — эй, Такемучи, пойдём искупнёмся, — предложил Улыбашка, уже утаскивая опонента на пляж. Смайлик буквально за секунду раздел блондина, подхватил его на руки, скидывая его вещи на Майки, а после, обернувшись на уже полуголого Санзу, выдал — Я украду твою ненаглядную принцессу, — и с этими словами рыжие волосы пропали из виду.