Солнце

— Бывает так, что мы влюбляемся случайно. Просто слушай голос сердца, поступи так, как сочтёшь лучше, и не важно, есть у тебя метка или нет, — сказал высокий парень, сидящий под зонтом, — ты ведь об этом паришься, Санзу? Санзу лишь зло смотрел на радостных Нахою, Мицую, Чифую, Баджи и Такемичи. — Они слишком счастливые... — мерзость. * Тем временем у ребят * — Эй, Такемичи, а какие у вас отношения с Санзу? — спросил рыженький парень. От такого вопроса блондин поперхнулся слюной, что сразу же заметил Харучиё. — И всё таки он дорог тебе. Тут же Санзу подхватили за руку и потащили в воду — Ребяяят, мы с вами, — прокричал Майки, таща за собой высокого блондина с татуировкой и парня с шрамами у рта. Весь день парни веселились и ближе к вечеру, наконец вылезли из воды. К ним подбежали две невысокие девушки. — А давайте разделимся на пары жребием и проведём эти дни в парах? — предложила девушка с персиковыми волосами. — Вай, хорошая идея, я за, — поддержала её блондинка. — да, я думаю, это замечательная идея, тащите панамку, кинем палочки туда, — выдал Соя, пришедший из раздевалки. Пока парни переодевались, девушки уже притащили панамку, где лежали палочки разной длины. Все вытянули палочки и стали распределяться по парам. Баджи уже читал нотации Мицуе, чтобы тот даже не смотрел на Чифую, ведь они идут вместе. — Баджи, успокойся, я и пальцем не трону Чифую, — говорил Мицуя. — Ребят, успокойтесь, так решил жребий, — повторила Эм(м)а. Пока Баджи продолжал орать на Мицую, Мацуно обернулся на своего друга. — Такемучи, а ты с кем?... Да ну нахуй, не говори, что с ним... — слова блондина разозлили белобрысого. — эй, Кейске, закрой рот своей подстилке, а то он вечно чем-то не доволен! — прорычал Санзу, подрываясь с места и таща за собой Такемичи, — всё, мы ушли, до скорого. Блондины покинули пляж и ребят. — Как же он меня бесит! Вечно заботится о тебе, ко мне цепляется, — он как никогда был зол, его лицо было красное,что вызвало беспокойство у крашенного, отчего тот остановил Санзу. — Санзу, постой, у тебя лицо горит и руки потеют сильнее обычного. Ты не заболел? И правда... Харучиё затормозил и почувствовал слабость в теле, но ему так не хотелось, чтобы он провёл остаток дня в кровати. — Нет,на солнце перегрелся, не забивай голову. Сходим в кафе,а потом прогуляемся по пляжу, — переводя тему, бормотал беловолосый, — как на это смотришь? — мх~... Ладно, я немного проголодался. Парни пошли в отель. Как ни странно, но будто сама судьба свела их. Харучиё скинул с себя полотенце, демонстрируя весьма заметный пресс, в то время как Такемичи не мог похвастаться тем же. Бледная обгоревшая на солнце кожа, небольшой животик, да и в принципе, он больше напоминал девушку. Посмотрев в зеркало на себя, а потом и на Санзу, по телу Мичи прополз небольшой холодок. Он постарался поскорее одеться и выйти из комнаты, но ему не дали это сделать. Сильная рука ухватила его за край футболки и потянула на себя. Тело парня упало на кровать, где над ним надвис Санзу, взяв того за подбородок. — Куда ты так спешишь? На улице жара, сходим через полчаса, — Санзу падает на кровать, затягивая Мичи в объятия. Длинные волосы разлетаются по всей кровати, и холодная простыня принимает в свои объятия два горячих тела. — Странно, что у нас одна кровать на двоих, — шепчет длинноволосый, накручивая короткую шелковистую прядь на палец, попутно касаясь её губами. — Согласен... К тому же, будто судьба сводит нас, в последняя время, мы часто вместе. Санзу лишь усмехается, прижимая смущённого парня к себе, утыкаясь тому в макушку. " Судьба, значит? Хах, детский лепет. Никакой любви и никакой судьбы нет, но почему-то именно к тебе меня так тянет " — пронеслось в голове Харучиё, прежде чем он уснул вместе с Мичи. Поздняя ночь, и им конечно же не спится. Ненароком Хару предлагает прогуляться по ночному берегу. И вот они стоят на прохладном песке. Длинную рубашку Санзу раздувает ветром. — Кто ж знал, что тебе мои вещи будут на столько большие, — смётся тот, кому принадлежит вещь, беря Ханагаки за руку, — там за камнями никого нет обычно, предлагаю завтра утром свалить туда и провести время вместе. Что думаешь об этом? — Я бы не отказался, но Чифую и Мицуя просыпаются слишком рано, мы не успеем уйти. — Ты прям как маленький. Скажем, что у нас важные дела и уйдём. Не вижу в этом проблемы, — перейдя в свой привычный тон, говорит парень с шрамами. Утром им уйти не удалось. Впервые Майки встал так рано и заставил всех идти на пляж. Ничего не оставалось, кроме как пойти. Где-то в середине дня, когда почти все ушли в воду, на талию Ханагаки упала холодная рука и утащила его за камни. Сегодня было жарко. Оба не раз спотыкались на камнях, крашенный чуть не разбил нос,но благо его успели поймать. — Как можно было забыть панамку?! Придётся сидеть в тени, — высказав своё недовольство, провинившего оттащили в тень и усадили к себе на колени, где в упругую задницу Такемичи, упёрлось что-то очень твёрдое и ощутимое, даже через плавки. Смущённо подняв взгляд на Санзу, тот было хотел спросить, но его перебили. — молчи. Я не знаю от чего возбудился, хотя, когда он упирается в твой зад, хочется ещё больше, почувствовал это ещё в прошлый раз. И правда, ночью на горе член Санзу также упирался Ханагаки в зад, вот только ощутимо было не так сильно, как сейчас. Внушающий размер последний прочувствовал ещё в тот раз, но тогда, видимо, он был не так сильно возбуждён, как сейчас. Это очень сильно смущало, было не комфортно, но что это? Блондин непроизвольно начинает ёрзать пятой точкой, вызывая у альбиноса стон. — Ты чё? Нам нельзя палиться и вообще... — он заткнулся,посмотрев на красное лицо, а после, чуть ниже, на небольшой бугорок в плавках. Да как же так? Мистер скромность возбудился от упирающегося члена в него. Странные чувства наполнили голову нашей помидорки. Ему было как-то не приятно осозновать, что будь это омегаверс, он был бы омежкой, готовой дать своему альфе, а с другой стороны...неизведанные ощущения? Да, кажется, Акане упоминала, что раз Ханагаки неопознанное создание этого мира, то скорее всего, он будет шлюшкой - дыркой для ебли, но как же он этого не хочет... Даже сейчас, на его глазах выступили слёзы. — Эй, помидорка, ты чего разревелся? Нам нельзя палиться. Ханагаки слез с коленей Санзу и обнял его, утыкаясь тому в живот. — не хочу быть шлюхой... — хныкал тот, — это так мерзко, не хочу стать чьей-то дыркой для ебли или как говоришь ты "подстилкой". — А? С чего ты взял, что ты будешь подстилкой? Есть ведь и доминирующие роли... Ты чё делаешь? Пока Санзу трындел, плохо окрашенный блондин, чья укладка уже напоминала ёжика, сел полностью на колени, имитируя собачку с заплаканным взглядом. — Потому что я ощущаю себя подстилкой... Сейчас я бы предпочёл, чтобы ты трахнул меня, но я безметочный... Я буду грязной и мерзкой под... — ему не дали договорить, ухватив за щёки. — Не говори этого. Да, я называл тебя так, но не смей этого говорить. Пока не попробуешь - не узнаешь; давай сходим куда-нибудь, куда ты хочешь? Сквозь слёзы, странные ощущения и небольшую боль, Таке подполз к собеседнику. — Хару-кун, я хочу отсосать тебе~ Это уже не Такемичи. Он как омежка во время течки, но что же это? Его лицо красное и горячее? До Харучиё доходит, что с его опонентом. — блять, у тебя температура! Бредишь, так ещё и на солнце сидел, пошли в отель, я позабочусь о тебе, раз я в этом виноват, — но блондин сопротивляется и тянет беловолосого обратно, подползая ближе. Его рот наполнен слюнями, и почему это так возбуждающе смотрится? Почему альбинос ведётся на это? Он как прикованный сидит на месте, хотя минуту назад рвался в отель. Неужели он повёлся? О да, он повёлся на крючке у своих чувств и желаний. Вечно недовольная рожа сменяется на милое красное личико, и он тянет Ханагаки за подбородок к члену, оттянув плавки за резинку, но тот не спешит брать его в рот. Мальчишка рассматривает с интересом каждую венку, чередуя с рассматриванием размера. Что-то новенькое, прежде он таким не занимался и навряд ли бы занялся. Посмотрев на красную недовольную мордашку, блондин послушно облизывает губы и берёт в ротик головку, надавливая язычком, из-за чего беловолосый протяжно стонет. Снилось ли такое Санзу? Конечно! Он просыпался посреди ночи с каменным стояком, и что уж скрывать, на собраниях ему хотелось трахнуть объект своего возбуждения, но приходилось держаться. Сейчас он наконец может насладится этим маленьким игривым язычком. — Ты тренировался что ли? — спрашивает он, — уж больно хорошо сосёшь. Спонсором этого навыка был Чифую. Блондин с серьгой всегда ел мороженку, обсасывая целиком и полностью. Пару раз в сторону Чифую за это прилетали насмешки за искуссное владение язычком, но они сразу же прекращались, стоило тому посмотреть на них, либо же появится Баджи в поле их зрения. "Поверь, такой навык пригодится в жизни, советую научится" — именно это сказал зам капината первого отряда, после вопроса Ханагаки об этом. Вынув головку из рта, он подтирает слюни. — Ты всегда его называл подстилкой, но я такой же, так что... Не такого ответа ждал блондин. Взяв в другую руку член и сжав Мичи за челюсть, Санзу бьёт того по щёчкам. — Всё, хватит о нём. Ты хотел отсосать - соси, мой член и твой рот - ничего более, — доминантность, которая привлекла Таке. Последний вновь вбирает член в рот, но в этот раз чуть глубже. Казалось, что эти хлюпы, стоны и прочие звуки было слышно во всей округе, но парням было всё равно. Ханагаки уже спокойно вбирал в глотку член, но и этого было мало. Санзу отстраняет от себя Мичи, из-за чего тому прилетает членом по лбу. — минутку, моя грязная шлюшка, — поцелуй украдкой ложится на тонакие губы, и они продолжают, — это наш с тобой секрет. Акаши встаёт на ноги,прижимается спиной к камню,а после, придерживая свою шлюшку за голову, начинает вдалбливать член в глотку того. О боже, спустя столько времени он наконец чувствует приближающийся оргазм. Ещё пару толчков и горячая жидкость растекается во рту, Санзу вытаскивает член из него, оставляя небольшую белую слюну между кончиком языка и члена. — хороший мальчик, — гладит он Ханагаки по голове, — давай я помогу тебе, а после мы пойдём в отель. Акаши действительно помог Такемичи. Придерживая того за талию, он притащил Ханагаки в отель,где на них сразу же набросился Чифую. — Вы где были блять, и что с ним?! — возмущался тот. — Чифую, переночуешь сегодня у нас? У него поднялась температура из-за того,что он вчера лечил меня, не хочу, чтобы это повторилось. — А, хорошо тогда. Я приду к вам после ванной. Мицуя, передай ребятам. Мицуя кивнул головой и ушёл к остальным. — Они вернулись, оба с температурой, но зато живы. И да, Баджи, Чифую ночует у них, так что обломись. К ним подошёл Улыбашка — облом, Кейске, — хихикнул тот, — кстати, Санзу впервые не агрился и назвал Чифую по имени... — Может, Такемичи убедил его не относится так к Чифую? — всё возможно