Miami, Bitch!

      Кенма прилип лбом к стеклу такси и лениво рассматривал виды центра города Майами. Честно говоря, они не сильно отличались от видов Токио: такие же высокие здания повсюду, правда концентрация на один квадратный километр не столь плотная, то же наземное метро, бизнес-центры, стадионы, также много воды кругом. Единственное отличие — разве что сплошные пальмы повсюду вместо сакуры. Ну и зелени побольше.       Очень сильно клонило в сон, долгий перелет ужасно вымотал, а еще в Токио была уже глубокая ночь, зато в Майами самый разгар дня. И Кенма под влиянием усталости и перенесенного стресса в самолете сейчас искренне не понимал, зачем нужно было ехать так далеко, если тут даже климат был похожий. И он бы хотел выразить все свое недовольство Куроо и вынести ему мозг, но у него просто не осталось сил, поэтому парень продолжал тупо пялиться в стекло автомобиля, искренне недоумевая, как у Бокуто хватает энергии на восторженные возгласы. Нет, у этой совы точно был вечный моторчик где-то в заднице, ну, когда он в депрессию не впадал.        — Грасиас, месье, аривидерчи! — кинул Куроо водителю, принимая из его рук чемодан.       — Ты по-моему языки перепутал, — буркнул Козуме.        — Да какая разница, тут все равно почти не осталось коренных американцев. Не удивлюсь, если он меня понял.       — А давай с администратором отеля лучше я сам буду разговаривать, — закатил глаза Кейджи. — А то ты сейчас наговоришь всякого, что нас депортируют, — добавил он, попутно прогоняя в памяти, как всю дорогу два лучших друга вспоминали, как будет слово «член» на разных языках.       — Ака-а-а-аши, ты что, знаешь английский? — засиял Котаро.       — У меня половина пар на английском в институте, Бокуто-сан. Прекрасная возможность подтянуть свои скиллы здесь.       — Скиллы-ы-ы… Ты такой крутой, Акааши! Правда, он крутой? — обратился он к ребятам.       — Абсолютли, — ухмыльнулся Тецуро.       — Мой бро тоже крутой!        — Да, бро!        — Ну как тебе номер? — гордо спросил Куроо, осматривая свои владения. — Я сам отель выбирал.       — Оно и видно, — нахмурился Кенма, смотря на огромную двуспальную кровать посреди комнаты и лепестки роз на ней. — Это что, номер для молодоженов?       — Ну-у, типа того. На них была акция: бутылка шампанского в подарок! Таких номеров всего два из четырех, поэтому нам сказочно повезло! Выпьем за это? — спросил тот, готовясь открывать бутылку.       — Я не пью. А еще люблю спать один.       — С каких пор? — изогнул бровь Куроо в недоумении.       — Всегда любил.       — Ноги во сне на меня закидывать ты тоже всегда любил, когда мы ночевали вместе.       — Как раз потому что места мало!       — Тогда чем объяснишь то, что вечно греешь об меня руки во сне?       — Здесь тебе это не грозит. Тут жара невыносимая!        — Какая жара? — изогнул бровь Куроо, ловким движением подхватывая пульт от кондиционера.       — Не смей…       — Думаю, семнадцати градусов будет достаточно.       — Я уйду спать к Хинате, — насупился блондин.       — Ладно, восемнадцати.       — Куроо, твою мать! — послышалось вдруг за дверью и вынудило друзей отложить спор и выйти в коридор.       — И чем же вам так не угодила моя мать, Яку-сан? — усмехнулся Тецуро при виде разгневанного лица Мориске.       — Это ты бронировал отель! Какого хера в моем номере все в лепестках и сердечках? — орал он.       — Значит, вторая комната для молодоженов досталась вам. Честно говоря, я надеялся, что она выпадет моему бро, но…       — Иди и убери это все! — ткнул пальцем того в нос Яку и удалился, всей своей походкой выражая злобу и возмущение.       — Что это с ним? — ошарашенно спросил Козуме у Льва, который подошел к ребятам с бокалом шампанского в руке.       — Не знаю. Он вдруг решил, что все эти украшения моих рук дело. С чего бы… — почесал затылок тот. — Яку-сан, подождите! Выпейте бокальчик, шампанское отменное, безалкогольное, правда, но очень вкусное! — крикнул он вдогонку и пошел за парнем.       — Теперь мне все понятно, — усмехнулся Кенма. — Плюс одно разбитое сердце.       — Итого уже четыре, — грустно вздохнул Куроо.       — В смысле? — не понял тот.       — В здравом.       — Ой, да иди ты, умник. Я спать, — кинул Кенма, сметая руками остатки цветов с кровати и ловко запрыгивая под одеяло.        — Да уж, отдохнуть бы не мешало, — потянулся Куроо, чувствуя, как тяжелеют его веки и последовал примеру друга, сразу укладываясь у того на руке.       — Слезь с меня, — буркнул парень.       — И не подумаю, — промурлыкал тот, прижимаясь еще крепче, а улыбка расползлась только шире от обреченного вздоха на той стороне кровати.       Ребятами было принято решение отдохнуть после перелета, а потом, взяв всю свою силу воли в кулак, заставить себя проснуться для вечерней прогулки по Майами. Нельзя было тратить драгоценные дни отпуска на сон. Кенма, правда, с этим был не согласен, но Куроо удалось его поднять. Пришлось использовать козырь и пообещать посетить первый же попавшийся мак.        — Красота-а-а, — протянул Куроо, смотря вслед кабриолету, пронесшемуся с орущей на всю улицу музыкой мимо ребят. — Жизнь кипит. Тачки у них улет.       Парни прогуливались по оживленным улицам, засматриваясь на цветастые витрины с пляжной одеждой всех цветов радуги, соседствующие с кафе, где шумные американцы в гавайских рубашках о чем-то спорили, смеялись, запивая это дело коктейлями. Воздух пропитался влажностью и запахом кальяна. Неподалеку уличные артисты исполняли южноамериканские мотивы, собрав вокруг толпу танцующих мексиканцев. Лев даже чуть было не присоединился к ним, но потом увидел магазин с русским названием и убежал прочь.        Ночная жизнь в Майами била ключом, из каждого уголка доносилась музыка, люди отдыхали, веселились, выпивали, танцевали, забыв обо всех заботах, о которых вспомнят не раньше завтрашнего утра, скорее даже обеда.        — А кто-то запоминает дорогу? — встревоженно спросил Яку.       — Да какая разница, тут все улицы квадратные, как-нибудь дойдем, — кинул Бокуто, будто проникшись этой беззаботной атмосферой.       — А пойдемте в клуб, — вдруг предложил Куроо, заставив Кенму закатить глаза. Ему хотелось поскорее вернуться и доспать свои положенные двенадцать часов, но шило в жопе друга вдруг заиграло, а надежды отдохнуть таяли на глазах.       — Может, не надо? — робко подал голос блондин.        — Бро, пошли на разведку, — тут же подхватил Бокуто идею и друга под локоть, уводя в сторону входа.       — Да его не пустят, он же ребенок! — буркнул Тобио, глазами указывая на рыжего.        — Постарше тебя буду! — воскликнул Хината. — И не дерзи старшим, понял?       — Не нравится мне все это, — вздохнул Акааши, который тоже порядком подустал, поэтому слушать, как ссорятся воронята, совсем не хотел, но кажется, вселенная его услышала.       — Прикиньте, тут в клубы пускают только с двадцати одного, немыслимо! — вернулся расстроенный Бокуто, обиженно надувая губы.        — Да по их меркам мы все тут дети, — Сказал Кенма.       — А еще у нас попросили какой-то HQD.       — Не HQD, а ID. У американцев эта карточка вместо паспорта, — поправил Тецуро. — Достать бы где такую, — почесал затылок тот, мысленно думая, что обязательно займется этим вопросом. Приехать в Майами и не посетить ни один клуб, когда ты уже вроде как совершеннолетний, это преступление по мнению Куроо Тецуро.       — А че за приколы вообще, машину можно с шестнадцати водить, а пить только спустя пять лет? — изумился Хайба.       — Не ну так-то все логично. Это чтоб ты пьяным за руль не садился! — рассуждал Бокуто, почесывая подбородок с умным видом.       — Гениально, Бокуто-сан, — проговорил Кейджи.        — Бро, а потом что ли можно пьяным за руль?        — А потом люди становятся уже достаточно умны, чтобы понимать, что они делают, — резюмировал Котаро.        — То есть тебе осталось два года? — усмехнулся Кенма, чуть не пробив фейспалм после ответа.       — Типун тебе на язык, я же здоров! — воскликнул тот.       — Тогда пошли смотреть сувениры! — засиял Хината и залетел в первый попавшийся маркет, начиная носиться между стеллажей.        — О, тебе определенно нужна эта футболка «Miami, Bitch!», — прокричал Куроо на пол магазина, тряся вещью и привлекая внимание всех вокруг.       — Ты меня сукой назвал? Пизда тебе ночью! — рявкнул Кенма.       — Нет, я в общем то не против ночных утех, но пудинг, ты что-то перепутал. Это пляж, просто пляж.       — Погугли значение слова «bitch». И слова «вкус» тоже на всякий случай, — съязвил тот, выходя из магазина.       — Акааши, смотри какая сова! — лепетал Бокуто, хватая в руки уже пятую по счету безделушку, причем все они вызывали одинаковый неописуемый восторг. Хотя, судя по возгласам фигурка совы все же победила рамку с дельфинами.       — Прелестная, Бокуто-сан, — без энтузиазма ответил сеттер.       — На меня похожа. Я куплю ее и подарю тебе, чтоб она всегда напоминала тебе обо мне.       — А вы романтик, Бокуто-сан.        — Ты какой-то бледный, с тобой все в порядке? — нахмурился ас, изучая слишком измученное лицо парня.       — Душно здесь. Я пойду на улицу лучше.        — Десять баксов, — промямлил мрачный темнокожий продавец, пробивая статуэтку, а когда увидел, что Бокуто его ни черта не понимает, стал еще мрачнее. Он раздраженно ткнул на экран кассы.       — Ты конечно не красотка, но у меня только сотка, — выпалил Котаро, протягивая купюру и выжидающе смотря на продавца в ожидании сдачи, но тот убрал деньги в кассу и… ничего. — Э, бабло гони.       — Я ничего не должен, ты дал мне десятку, — пожал плечами тот.       Бокуто каким-то чудом где-то на уровне интуиции понял, что его откровенно наебали и завелся с полоборота.       — Деньги давай! — наседал он. — Администратора зови и книгу жалоб мне!       — Нига?! — взорвался тот. — Ты назвал меня нига?        — Приехали, блять, — хлопнул по лбу ладонью Котаро. — Ты на международный конфликт нарываешься, межрасовый я бы сказал!        Парень уже занес руку для удара, как вдруг…       — Эй, помогите, Акааши плохо!       Сердце пропустило удар, как и челюсть Бокуто, но о боли думать сейчас было не время. Он рванул на улицу, падая на колени перед Кейджи, который сидел на земле с закрытыми глазами, опершись спиной о витрину магазина.       — Что случилось? — на возгласы подоспел и Куроо.       — Не знаю, он сказал, что у него кружится голова, а потом просто съехал по стене и отключился! — тараторил Кенма.        Все наперебой начали гадать, что же случилось с бедным Акааши, нависнув над парнем и выдавая самые нелепые версии, пока Бокуто пытался привести его в чувство, поглаживая по щекам.       — Солнечный удар?        — Да нет, он же почти не был на солнце. Никто не был!       — Я видел, как он выходил из отеля.       — Марихуана в нос ударила?       — Тут что, в воздухе есть марихуана?       — Ну да, это же Майами…        — То-то я чувствую, что я всех люблю сегодня…       — А может он беременный…       — Блять, Лев, это другая вселенная!        — А версия хорошая.       — Заткнулись все! — рявкнул Бокуто. — Посмотрите за ним, я сейчас.       Парень залетел обратно в магазин, сметая с полок  почти всю бутилированную воду.       — Ты че творишь? — к нему подскочил тот самый продавец, но не успел ничего добавить, как сам оказался на полу с разбитой губой и жалобно застонал.        — Отбиваю свою сотку. Статуэтку, кстати, я все же заберу. И рамку. И кружку. Бабушке подарю. Да.       Он смотрел таким зловещим взглядом, что у противника отпало все желание продолжать конфликт, поэтому он просто лежал, придерживая кровоточащую губу ладонью.       Котаро снова склонился над парнем, обливая его голову водой, на что тот резко сморщился и приоткрыл один глаз.       — Ну как ты? Ты меня слышишь? Господи, очнулся, — лепетал он, сразу кидаясь парню на шею.       — Дышать… тяжело, — прохрипел Кейджи.       — Прости-прости! Вот, выпей воды, — ворковал парень, как курица наседка над цыпленком. — Ты так меня напугал.       — Со мной все в порядке, — выдавил улыбку сеттер, но он этого взгляд друга менее тревожным не стал.        — И как тебя угораздило…        — Вышел погулять пока вы все спали, напекло, наверное…       — Акааши, да за тобой глаз да глаз нужен! — изумился белоголовый.       — Не ожидал, что услышу это от вас, Бокуто-сан, — слабо усмехнулся тот в ответ.       — Ну что, подъем! — скомандовал Котаро, подхватил парня на руки и понес в сторону отеля, кивком головы показывая всем следовать за ними.       — Бокуто, это лишнее, — смутился Кейджи, обнимая парня за плечи и уткнувшись в шею, потому что щеки предательски залились румянцем.       — Ничего не лишнее. А то свалишься где-нибудь по дороге. До конца отпуска ты под моим контролем.       — Кажется, на одно разбитое сердечко меньше, — улыбался Куроо, смотря на эту картину, но улыбка сразу спала с лица, когда взгляд упал на Кенму, которого он бы тоже был сейчас не прочь вот так понести.