Проклятые сквозь века

      Очередная вспышка пламени в камине Министерства магии оповестила о новоприбывшей гостье. Уверенной походкой и с гордо поднятой головой Гермиона Джин Грейнджер направилась в банкетный зал, где проводилась рождественская вечеринка. Мысленно поблагодарив Джинни за некоторые советы касательно её вечернего образа, Гермиона была готова покорять публику своей игрой.       Не смотря на то, что перед выходом были внесены некоторые изменения в образ, Гермиона была более чем удовлетворенна полученным результатом. Аккуратно уложенные локоны и макияж придавали ей лёгкости. А вот золотистое платье, ткань которого переливалась на свету, прибавляло элегантности своей владелице - приталенное платье в пол со струящейся юбкой и сердцеобразным вырезом на груди выгодно подчёркивало женскую фигуру. Завершал образ золотой гарнитур серёжек и цепочки в виде виноградной лозы, которые по-особенному сверкали, будучи на ней. Гермиона не думала, что когда-нибудь наденет подарок Виктора Крама. Хотя она по-прежнему с теплотой в душе вспоминала тот момент. Если поначалу Гермиона не решалась принять такой подарок, то последний аргумент растрогал ее, и она не смогла отказать Виктору. Дело было в том, что у этого гарнитура была одна особенность: для владельца палочки, сделанной из древесины виноградной лозы, украшения будут по-особому светиться и придавать дополнительный шарм. И не важно, что сейчас она не вспомнит, когда они обсуждали волшебные палочки, но как же ей было приятно, что Виктор запомнил эту небольшую деталь. Молодые люди хоть и давно не состоят в романтических отношениях, но продолжают переписываться уже в статусе друзей.       Вечерние мероприятия в Министерстве магии всегда проходили с большим размахом. Частицы магии наступающего праздника так и чувствовались в каждой детали банкетного зала, не говоря уже о самой атмосфере. Украшения, музыка, напитки и закуски - ни к чему из этого нельзя был придраться. И, конечно же, большое количество приглашенных гостей волшебников и волшебниц. Очень важно уметь держать себя на подобных мероприятиях. Тем, кто оказывается впервые на подобных вечерах, очень сложно во всём ориентироваться. Но не для Гермионы Грейнджер, лучшей подруги Гарри Поттера и, как когда-то в своих статьях прозвала её Рита Скитер и после возвращение в газету «Ежедневного Пророка» до сих пор продолжает называть «Мисс Идеалом». Как было написано в последней статье журналистки: «…Гермиона Грейнджер, вне зависимости от времени, то обучение в Хогвартсе или тёмные времена второй магической войны, она всегда выполняла поставленные цели и задачи как никто другой! И теперь, являясь сотрудником Министерства магии, эта юная особа продолжает производить фурор на всё магическое сообщество Великобритании. Из достоверных источников, мои дорогие читатели, мне стало известно, что нашу «Мисс Идеал» после рождественских праздников ожидает повышение с должности сотрудника Отдела регулирования и контроля магических существ до заместителя руководителя Отдела магического правопорядка. Эта юная волшебница в очередной раз доказала нашему с вами магическому сообществу что настолько в совершенстве выполняет поставленные цели и задачи, являясь всего лишь маглорождёной ведьмой…». Статья полная сарказма, но в этом была Рита Скитер. И если бы не давняя договорённость Гермионы со Скитер, то журналистка бы стала писать намного отвратительнее и неприличнее статьи, чем те что были опубликованы ещё во времена Турнира Трёх Волшебников. Хоть Гермиона и не любила это прозвище ни тогда, ни сейчас, но сегодня была рада ему соответствовать. Ведь на рождественском приёме она была без сопровождения. Отсутствие её партнера, который также был приглашён на мероприятия, лишь дополнительно разогревал интерес публики к ней. А где появляется интерес, там возникают и сплетни.       Дело в том, что из всего «Золотого трио» она одна присутствовала на рождественском вечере. Рон, судя по ранее оставленной им записке дома, помогал своему старшему брату Джорджу в его магазине и, похоже, совершенно забыл про вечер. Что касается Гарри, то он решил пропустить данное событие в связи с плохим самочувствием своей беременной жены Джинни Поттер, в девичестве Уизли. За своих друзей Гермиона была очень рада и не обижалась из-за отсутствия этой пары. Никакое мероприятие не может быть важнее самочувствие человека, тем более, если тот в таком особенном положении.       Несмотря на собственную подготовку к вечернему мероприятию Гермионе сейчас совсем не хотелось быть в центре всеобщего внимания, которое она не могла ни привлекать. Ни тогда, когда она с трудом сохраняет видимость радости на лице когда принимает поздравления от магов и сама поздравляет в ответ с наступающим праздником. А это наигранное удивление и нескончаемый поток вопросов по поводу отсутствия её лучших друзей и пары вовсе стали раздражать всё больше и больше. И что самое неприятное для неё, так это то, что на подобных мероприятиях очень важно держать своё лицо и уметь играть на публику вне зависимости от обстоятельств. К счастью Гермиона всегда была прилежной и старательной ученицей и уже к пятому году работы в Минестерстве магии научилась играть свою собственную роль. А так же прибегать к хитрости и изворотливости, если того требовали обстоятельства, например, как сейчас. Не смотря на то, что внешне девушка держала маску вежливости и добродушия, она всё больше и больше чувствовала себя одиноко среди веселящейся толпы магов.       И если Гермиона нисколько не обижалась на отсутствие четы Поттеров, то с Роном дела обстояли иначе. В последнее время им стало чего-то не хватать в отношениях, а то и вовсе временами были напряженными. В какой-то момент их совместной жизни молодые люди перестали общаться друг с другом, так как раньше, вплоть о любых, мельчайших и незначительных вещах. Общих тем для беседы постепенно становилось меньше или они и вовсе угасали. Рон не переставал обращать внимание на Гермиону, периодически делать ей комплименты или одаривать теми же цветами, пытался поддержать интересную тему для неё, но абсолютно скучную для него. Гермиона так же шла навстречу парню или, честно говоря, старалась идти, хоть и порой для девушки это было в каком-то смысле тяжело, но она старалась. И всё равно было уже что-то не то, пропала искра, а отсутствие общих тем и интересов только всё усугубляло. А порой они могли крупно поругаться из-за какой-то незначительной мелочи. И Гермиона не знала, что с этим делать. Периодически ей приходили мысли о временном прекращении отношений. Однако, зная вспыльчивость парня, очередной разговор или пауза отношений закончится скандалом. А от этого девушка уже просто напросто устала. Продолжая играть на публику, Гермиона мысленно дала себе обещание пересмотреть отношение с Роном после завершения вечернего мероприятия.       Глубоко вздохнув после очередного обмена поздравлений, комплиментов и обмена вопросов ответов с гостями вечера, Гермиона взяла бокал шампанского и за раз его опустошила. Она хотела, наконец, расслабиться и перестать играть на публику роль той самой «Мисс Идеал» или как прозвала Джинни сегодняшний образ подруги «Золотой девочки». Будь Рон дома, он скорее бы всего собрался хоть и с опозданием, но посетил бы банкет в Министерстве магии. Как мракоборец у него было собственное приглашение. И вновь мысли о нём всё больше и больше портили настроение и без того раздраженной Гермионы. О нет, она не будет сейчас думать об этом Рональде Уизле, а об их угасающих отношениях тем более.       Сохраняя наигранную улыбку на лице, Гермиона окинула зал изучающим взглядом. В основном волшебники уже собрались в небольшие группы. Понимая, что так и не сможет наслаждаться вечером, она решила, что встретится с некоторыми коллегами, в том числе, с которыми предстоит работать после праздника. Лучше бы она вообще оставалась дома, чем посещала вечер без Рона или Гарри, тем самым давая новый повод для сплетен. Но Министр Магии Кингсли был прав на счёт важности её присутствия на данном вечере. Новые знакомства и укрепления уже имеющихся положительно скажутся как на её карьере, так и в целом на публике. О, Мерлин, когда-нибудь она точно не выдержит и запустит какое-нибудь малоприятное заклинание в Рона! Почему она не сделала этого, до сих пор, у неё так же не было ответа.       Но, увы, не всегда мы получаем желаемое, и непродолжительное общение с волшебниками затянулось, чуть ли не на два часа. Выслушав вдохновляющую и полную надежд на новый год речь от Министра магии, Гермиона уже собиралась покинуть рождественскую вечеринку, как тут же её вновь поймали для очередной беседы. На этот раз собеседником оказался непосредственный начальник Гарри и Рона, Гавейн Робардс:       – Мисс Грейнджер! – Окликнул тот бодрым голосом, – Вы сегодня особенно востребованы публике. Прошу примите и мои поздравления в связи с повышением! Как же этому мерзавцу Фоули повезло! – рассмеялся мужчина средних лет и чокнулся с ней бокалом шампанского, который только что подал молодой волшебнице.       – Спасибо, мистер Робардс, – искренне улыбнувшись, ответила ему Гермиона. Она уже порядком устала от всей этой игры, но мистер Робартс ей симпатизировал как человек и маг, и не ответить ему искренне она просто не смогла бы.       – Может быть и мне повезёт, и вы, мисс, перейдёте работать в мой отдел? – шутливо спросил Робардс. На это Гермиона лишь усмехнувшись, покачала головой. Ни для кого не секрет, что нынешний руководитель мракоборцев к себе в отдел хотел заполучить весь состав золотого трио, а после того, как Гермиона показала себя намного более компетентным сотрудником в отличие от половины всего Министерства вместе взятых, Робардс ещё больше захотел её к себе в команду. Но, к его огромному сожалению, Гермиону данный отдел совсем не интересовал. – Так или иначе, мы всё равно будем тесно сотрудничать нашими отделами, – мужчина усмехнулся в ответ и задумчиво добавил – А Кингсли умеет добиваться чего хочет. Он так и грезил, видя, как вы работаете в отделе правопорядка.       – Это точно, но без этого умения, мистер Бруствер не стал бы таким выдающимся политиком, – продолжая искренне улыбаться, ответила Гермиона. Нынешний Министр магии был не только способным магом, но и прекрасным, уважаемым человеком и талантливым оратором. И то, что сказал Робартс, также является правдой, ведь знал он о подобной способности Кингсли не понаслышке. Подвергшийся заклятию империо, Гавейн, после падения Волан де Морта, хотел оставить свой пост главы руководителя мракоборцев, но Кингсли Бруствер смог подобрать нужные слова и убедил его остаться. В какой-то степени подобное произошло и с самой Гермионой. Ранее девушка наотрез отказывалась работать в отделе магического правопорядка. Предыдущий отдел её более чем устраивал. Но после долгой, и довольно значимой беседы с Кингсли, Гермиона осознала, что хочет сделать, куда большее для магического мира в целом, а не только для волшебных существ.       – Но, вместе с поздравлением я также должен выразить вам своё искреннее сочувствие. Непосредственно работать в одном отделе под руководством с Фоули… – мужчина скривил губы, тем самым выражая своё недовольство в отношении упомянутого волшебника. Покачав головой, мужчина отпил из бокала.       – Мистер Фоули отличный специалист, знающий своё дело и обязанности, – уже менее радостно ответила Гермиона.       – На этом его положительная сторона и заканчивается, – всё также недовольно ответил ей Робартс. И Гермиона не могла не согласиться с ним. Норберт Фоули был неприятным человеком как снаружи, так и внутри. Внешне мужчине лет за пятьдесят, тучного телосложения и маленького роста с заметной залысиной на голове. Если на внешность мага ещё можно было закрыть глаза, то на характер никак не получалось. В первую очередь такое неприятное отношение к мужчине связано с тем, что тот кичится при каждой возможности своим родством с Гектором Фоули. Ещё мистер Фоули мог нелестно высказаться другому магу, если это конечно не кто-то, кто занимает более высокое положение в обществе, чем он сам. Очень придирчивый, зачастую недовольный и упёртый мужчина.       – Ещё раз примите мои поздравления, Гермиона, – вновь улыбнулся мужчина и допил свой бокал шампанского.       – Спасибо, мистер Робардс, вас тоже с наступающим годом, пусть две тысячи третий год будет спокойным для наших отделов, – поздравила его в ответ Гермиона и уже собиралась уходить, как была остановлена внезапным вопросом своего собеседника:       – Гермиона, хотел у вас уточнить по поводу ухода Рона. Нет никакого шанса убедить его остаться в отделе? Очень жаль терять такого стратега с нашей специализацией, знаете ли…       – Что? – помимо её воли вырвался приглушённый вопрос, а улыбка медленно сошла с лица. Ни о какой смене деятельности своего парня Гермиона не знала.       – Вы не знали об этом? – брови мистера Робартса медленно приподнялись вверх.       – Впервые слышу, – не громко ответила она. Увидев недоумение на лице собеседника, Гермиона наконец-то взяла себя в руки и более бодрым, как она надеялась, голосом продолжила, – Мы дома не обсуждаем работу, знаете ли, много других дел и забот, – быстро пролепетала девушка. И куда только подевалась её умение быть изворотливой, когда это так необходимо?       – О! Конечно-конечно, молодая кровь кипит в жилах, понимаю, тоже когда-то молодым волшебником был, – лукаво улыбнулся мужчина своей собеседнице. Не смотря на то, что данный довод не казался мистеру Робартсу убедительным, он решил подыграть своей собеседнице.       Завершив уже неприятную для себя беседу, Гермиона стремительным шагом отправилась к каминам, с трудом сдерживая на лице наигранную улыбку. Что ж, она более чем достаточно для приличия провела время на этом вечере. И сейчас, помимо чувств одиночества, обиды и злости на Рон, Гермиона также чувствовала себя опустошенной. Она просто устала от всего, от этой публики с её пристальным наблюдением за ней как за героиней войны, от отношений с Роном и от этой монотонной предсказуемой жизни. Но больше всего из колеи её выбила новость об уходе Рона со своей должности в Минестерстве. Нет, конечно, он уже взрослый мальчик и сам может решать, где и кем ему работать, но как он мог не предупредить её, Гермоину об этом? Или он думает, что она бы не смогла его поддержать? Что ж, это стало последней каплей для всего. Так больше продолжаться не может. Не оглядываясь по сторонам, Гермиона дошла до камина и вернулась домой. А вечер окончательно и бесповоротно был испорчен.