Проклятые сквозь века

      Праздничные дни уже остались позади. Сейчас, когда Гермиона поднималась в лифте на свой рабочий этаж, она в очередной раз радовалась, что впереди её ждёт работа, много работы. Это отлично помогало ей отвлечься от всего того, что произошло после рождественского приёма Минестерства магии. Зато теперь, свободная, она с радостью посвящала всю себя в свою новую должность.       Единственное, что беспокоило Гермиону, так это запланированная встреча с Гарри и Джинни. Встреча, на которой Гермиона пообещала своим друзьям рассказать, что же произошло у неё с Роном.       Разговор, который прошёл намного хуже, чем Гермиона себе представляла. Это был один из самых тяжёлых моментов в её жизни. Момент, когда Рон после ссоры с Гарри оставил их одних в лесу с медальоном не был столь таким же тяжёлым. И не смотря на это, после того как Гермиона оставила милого Рона одного, не смотря на всю ту боль и переживания, что терзали её, она вздохнула полной грудью от облегчения. Наконец-то она смогла поставить точку в этих отношений. Возможно, когда-нибудь они с Роном смогут вернуть свои дружеские отношения. Они слишком многое пережили вместе за столько лет.       Но если бы было всё так просто. Из-за праздника ни снять номер в отеле, ни снять временно жильё не было возможным. И Гермиона приняла решение вернуться на некоторое время в родительский дом. Хоть мистер и миссис Гренджер не ждали свою дочь в то утро, пологая, что Гермиона вместе с Роном навестят их после двадцать пятого декабря, они всё равно приняли её без лишних вопрос. Чему Гермиона была очень признательна им. Родители и после того утра не задавали вопросов, проявляя тем самым чувство такта к дочери и ждали пока она сама будет готова рассказать им что же у них с её молодым человеком произошло.       Если родители Гермионы старались не давить и не тревожить свою дочь, то с семейством Уизли всё оказалось сложнее. Хоть эту семью Гермиона любила и считала своей второй, но в этот раз она хотела, чтобы они оставила её в покое хотя бы на несколько дней. Конечно, не все представители рыжего семейства были лишены чувства такта, но находились и те, кто так или иначе умудрялся нарушать личные границы Гермиону своим участием и тем самим ставить её в неудобное положение. Чего только стоил громовещатель от Молли Узли с ее, казалось бы, нескончаемыми вопросами, что же произошло, что натворил Рон, а также призыв к тому, что Гермиона умная девочка, и в отношении мальчишек надо быть мудрее. А также беспокойство за Гермоину и напоминание о том, что та для них, всей семьи Уизли, стала второй дочерью. Ранее Гермиона и не предполагала, что в громовещатель можно записать столько предложений. Она не могла оставить Молли Уизли без ответа на её беспокойства, поэтому написала письмо женщине, пусть краткое и сухое. Про визит Джорджа к её родителям Гермиона и вспоминать не хотела, как неловко она себя тогда чувствовала. Парень думал, что это из-за него произошёл конфликт между его младшим братом и Гермионой и хотел лично принести извинения. Что касается Гарри и Джинни то Гермиона пообещала им рассказать о произошедшем, но уже после праздника. А также попросила не тревожить её. Друзья так и сделали, за что Гермиона была им благодарна.       До нового года Гермиона считала, что её жизнь стала скучной и однообразной. Что ж начало нового года стало незабываемым. Такое себе начало, если честно и она хотела чтоб на этом её неудачи прекратились. Но что-то подсказывало Гермионе, что всё ещё впереди. Не зря говорят, что надо быть осторожным в своих желаниях.       Выйдя из лифта, девушка уверенной походкой направилась в свой кабинет. Если быть до конца откровенной с самой собой, то Гермиона боялась разговора больше с Джинни, чем с Гарри. Она любила и уважала Джинни, та стала для Гермионы не просто лучшей подругой, а сестрой. И Гермиона очень не хотела терять эту связь с миссис Поттер. Но рано или поздно им придется поговорить. Понимая, что встреча с друзьями неизбежна, Гермиона согласилась на неделе отужинать с ним.       Подойдя к своему кабинету, Гермиона вежливо поздоровалась со своей помощницей Велдой Хилпс. Женщиной лет сорока, чуть выше среднего роста и довольно худощавого телосложения и заострёнными чертами лица. Всегда собранная и аккуратная женщина, знающая своё дело. Гермионе симпатизировала своей помощнице. Миссис Хилпс была не только прекрасным специалистом, но так же дружелюбной и уважающей личные границы другого человека.       – Доброе утро, мисс Грейнджер, – улыбнулась в ответ на приветствие миссис Хилпс, после чего переключила своё внимание на свою работу. – Мисс Гренджер, мистер Фоули решил перенести запланированное собрание отдела со среды на сегодня, на два часа дня. И также он просил передать вам подготовить необходимые документы и отчёты.       – Спасибо, миссис Хилпс.       Зайдя в кабинет, не успела Гермиона подойти к своему рабочему столу, как раздражённо вздохнула. Она знала, что с нынешним руководителем отдела нелегко работать, только глухой и слепой во всём Министерстве об этом не знает. Но её ожидание на счет мистера Фоули превзошли все ожидания, не в хорошем смысле. А перенос заранее запланированного собрания уж точно ничего хорошего не предвещает. Как хорошо, что Гермиона ещё в прошлую пятницу составила необходимую документацию.       Подойдя к столу, она увидела небольшой белый лист, лежащий на её столе. Палочкой Гермиона, применив невербальную магию, подняла лист в воздух и тогда на бумаге стали отображаться буквы, в итоге сложившиеся в следующее предложение: «Не сообщая никому, отправляйтесь в отдел тайн». В следующую же минуту записка самовозгорелась, не оставляя пепла. Очередной нехороший знак. Далеко не самое лучшее начало недели, как и этого года в целом.       Проверив на столе наличие необходимых документов, Гермиона, придерживаясь своего обычного поведения, отправилась в Отдел тайн.       Перед тем, как двери лифта закрылись, в последний момент в него влетели двое мужчин. Ими оказались Блейз Забини и Драко Малфой. Хоть они оба внешне на первый взгляд казались спокойными, Гермиона чувствовала, что на самом деле парни были напряжены. Парни так и не заметили девушку, но когда выходили из лифта, Драко обернулся назад и чуть заметно кивнул ей и стремительным шагом направился за своим другом. Гермиона была настолько удивлена данному жесту, что не смогла этого скрыть. Двери лифта закрылись, и Гермиона осталась в полном одиночестве.       Спустившись в Отдел тайн, у самого входа Гермиону встретили глава Отдела и Министр Магии.       – Гермиона, – это руководитель отдела тайн мистер Эрн Барнетт – представил мужчину Кингсли. Мистер Барнетт был высоким, статным и седовласым мужчиной.       – Приветствую, вас, мисс Грейнджер, – кивнув головой, поприветствовал её мистер Барнетт.       – Министр, мистер Барнетт.       – Следуйте за мной, обсудим дело в комнате «Потерянных вещиц», – не став дожидаться вопросов от девушки, мистер Барнетт развернулся и быстрым шагом отправился в упомянутую им комнату.       Не говоря ни слова, только переглянувшись с Кингсли, Гермиона отправилась вслед за впереди идущим мужчиной. Она не понимала что происходит, а данная ситуация ей всё больше и больше не нравилась.       – Буду краток, мисс Грейнджер, ни к чему нам затягивать беседу. В данной комнате хранятся непростые вещи, а реликвии, память о прошлом, об утерянных вещах, что хранят древнюю магию. В том числе и родовую магию, вне зависимости живы ли представители данной родовой магии в настоящем времени. Некоторым вещам, в своё время, конечно, даже поклонялись.       Девушка оглядела комнату. Сама комната была просторной, широкой, а коридор на первый взгляд казался бесконечным. Ещё взгляд цепляло много вещиц разных форм и объёмов. Одни хранились под специальными прозрачными куполами, другие, на первый взгляд были на виду. И как в случае с коридором, создавалось впечатление, что и вещей в этом комнате не счесть.       – Некоторые вещи хранят память о былой магии не более, другие наоборот, представляют весомую угрозу. – Начал говорить начальник Отдела тайн. – Отвечая на ваш не заданный вопрос, мисс Грейнджер, нам нужна конкретно ваша помощь в поиске одной такой реликвии. Нам до сих пор неизвестно, кто и как пробрался незамеченным в эту комнату, и как удалось выкрасть одну из реликвий. Однако это случилось, и был похищен перстень. Хоть украденная реликвия не несёт всемирного разрушения, но очень ценна и хранит свои собственные секреты. Мы бы с Министром Магии вас, мисс, не побеспокоили, если бы не одно очень интересное обстоятельство. На момент, когда обнаружилась пропажа, на моём столе удивительным и необъяснимым образом оказалась одна вещь, – Мистер Барнетт вытащил из своего кармана мантии небольшой окаменевший шар. Гермиона удивлённо посмотрела на предмет в руках собеседника. – На первый взгляд кажется, что это окаменевшее пророчество. Только это отнюдь не так. Чтобы не загружать вас слишком большим потоком информации, скажу, что это вещь в каком-то смысле запись одной истории из прошлого, далёкого прошлого.       Гермиона хотела возразить на счёт последней реплики мистера Барнетта по поводу информации, как мужчина не позволил ей прервать его реплику взмахом руки:       – Мисс Грейнджер, я нисколько не сомневаюсь в вашей умственной способности усваивать большой поток информации. Уже был наслышан о вашей невероятной тяги к знания, но поверьте, в настоящий момент времени есть то, что даже вам знать не положено. Ради вашей же безопасности.       – Мистер Барнетт, судя по вашим словам, есть тайны, которые мне не следует знать. Тогда почему была выбрана именно моя кандидатура на поиск украденного перстня? Ни мракоборцы, ни невыразимцы, а я, всего лишь заместитель руководителя Отдела магического правопорядка, – Гермионе не понравилось, с каким надменным голосом с ней говорил руководитель Отдела тайн. Поэтому прямо глядя в глаза своему собеседнику, она продолжила, – Ваша реплика и доверие в столь важном деле меня совсем не убедили.       – Браво, мисс Грейнджер, вы действительно достойный оппонент как говорили, – одобрительно кивнув и впервые усмехнувшись, произнёс мистер Барнетт, а после продолжил уже менее надменным голосом. – Как я ранее сказал, у данного отдела действительно много тайн. И эта, – он приподнял окаменевший шар в своей руке, – Тайна также и для нашего отдела. Буду честен с вами до конца. Для меня самого было открытием обнаружить, что вы связаны, по меньшей мере, с этой неизвестной историей. Отвечая на ваш вопрос, почему же именно вы, Мисс Грейнджер, то всё просто. Из той информации, что удалось вытянуть из данной окаменелости, хоть и мельком, но вы там были. Вы даже представить себе не можете, насколько было тяжело вытащить хотя бы крупицу из этой окаменевшей истории. Но вам выпадает редчайшая возможность узнать одну из тайн прошлого. Хотя и не исключено, что где одна тайна там и другая. Также, помимо возможности разгадать очередную загадку магической части Великобритании, я предлагаю вам сделку. Вы помогаете моему отделу, а в ответ, когда придет время, Отдел тайн будет поддерживать любые ваши предлагаемые законопроекты по улучшению магического сообщества нашего государства. Мы с вами все прекрасно осознаём, что нынешний руководитель Отдела магического правопорядка, мистер Фоули, не даст ни единой возможности продвигать ваши идеи, мисс. Насколько этот волшебник неприятен, настолько и закостенелый его образ мышления. Он ярый консерватор.       Как бы сильно Гермионе не хотелось опровергнуть слова на счёт её непосредственного руководителя, прекрасно понимала, что так оно и есть. Уже сейчас мистер Фоули заваливает её работой, чтобы у неё не было времени на разработку собственных законопроектов касающихся непосредственно самих волшебников. Определённо дополнительное предложение мистера Барнетта было заманчивым.       – Я так понимаю, что отказ не принимается? – хоть Гермиону более чем заинтересовала тайна этого окаменевшего шара, да и в целом узнать что-то новое, что ранее неизведанно было заманчивое предложение для неё, но было что-то ещё, что настораживало.       – Мисс, у вас в любом случае не было никакого шанса отказаться от такого предложения.       – И как же, по вашему мнению, я должна искать похитителя с этим перстнем?       – Об этом не беспокойтесь. У нас есть кандидат, кто мог украсть перстень. И опять, опережая ваши вопросы, скажу что он, как в прочем и вы, тоже были в этой окаменевшей истории прошлого. Ни прямых, ни косвенных доказательств как таковых нет. За исключением невероятной тяги к коллекционированию разного рода древних магических вещей. Всё остальное, вам, мисс, предстоит узнать самой. На этой ноте я откланяюсь. Всего хорошего, Министр, мисс Грейнджер, – кивнув на прощания, мистер Барнетт не дожидаясь ответа, развернулся и покинул комнату, зная, что гости сами найдут выход из Отдела тайн.       – Гермиона, – впервые за всё это время, что волшебники находились в комнате «Потеряных вещиц» заговорил Кингсли успокаивающим голосом, – Поднимемся в мой кабинет, там обсудим все оставшиеся детали.       – Да, Министр, обсудим оставшиеся детали, – не глядя на своего собеседника, ответила Гермиона, – и не только их. Правильно ли я поняла, что в случае отказа, вы, мистер Бруствер, написали бы соответствующий указ, – скорее как утверждение, чем вопрос закончила свою реплику.       – Гермиона, я бы поступил так в самом крайнем случае.       Ничего не ответив, но кивнув Министру, Гермиона стремительно направилась к выходу.              Переместившись через камины в Атриуме, Блейз и Драко оказались в квартире второго. Не успев прибыть из Минестерства, как тут же Блейз дал волю своим эмоциям.       – Чёртовы борцы за мир! – взорвался Блейз, расхаживая по гостиной.       – Успокойся, Блейз. Сейчас не время поддаваться эмоциям. Надо думать, что делать дальше. Где нам искать Тео. – Не смотря на то, что сам Драко был более чем не доволен результатом переговоров с Поттером, он прекрасно осознавал, что сейчас не время поддаваться эмоциям.       – Успокоится? Драко, Тео пропал! А последний муженёк моей матери внезапно скончался, хотя все вокруг считают, что это её рук дело. Только в этот раз моя мать и не думала его убивать. А что ты скажешь по поводу самоубийства Найджела Розье?! «…Не выдержал клейма позора наложенного на него родным дядей Эваном Розье и решил покончить с собственной жизнью…» – процитировал часть статьи Блейз, – Но это же бред! Пусть мы были мало знакомы с этим магом, но не только мы прекрасно знали, что он был слишком труслив, чтоб наложить на себя руки. Да ещё из-за такой причины! Он был одним из первых, кто при первой же возможности сдал своего дядю, лишь бы самому не попасть под суд, хотя и не был Пожирателем смерти. Явно что-то твориться, причём против чистокровных и тех, кто связан с Пожирателями смерти. Мой седьмой отчим, чей брат вступил в эти ряды, племянник Розье. Теперь пропал Тео. А эти защитники правопорядка и магического мира просто взяли и послали нас!       – Блейз, успокойся и не мельтеши перед глазами! Я прекрасно понимаю, что ты испытываешь. Я сам беспокоюсь за Тео. Но вместо того чтобы сетовать на этих придурков, которые не хотят выполнять свою работу, надо придумать как найти Нотта. На помощь этих мракоборцев как выяснилось мы не можем рассчитывать.       – Эти защитнички, не хотят браться за своё дело только потому, что он сын Пожирателя смерти. И им плевать, что сам Тео таковым не являлся!       Давно Драко не видел своего друга Блейза в таком состоянии. Обычно парень куда более сдержанный. Но не в этот раз. Но он прав, что-то неладное начало происходить. Причём с теми, кто связан с Пожирателями смерти       – И этот Поттер. Как ты там его называл? Святой Поттер?! – продолжал бушевать Блейз. – Тоже мне герой! Волшебники пропадают, умирают, но никого это не интересует. Ну, ничего… мы сами справимся.       У Малфоя были большие сомнения на этот счёт. Во-первых, ограничения некоторых возможностей всё ещё действовали на оправданных преступников. А во-вторых, всё было очень странно и запутано, оставалось много пробелов во всех этих событиях. Ни угроз, ни каких-либо требований. Просто бесследно пропал Тео. А в-третьих, связи, которые могли бы им помочь с поисками или хотя бы некоторыми подсказками, перерезаны, либо под строгим наблюдением Министерства, что могло привести к ненужной дополнительной слежке за его семьёй. Определенно, вдвоём им не справиться. И эту мысль, Драко сразу озвучил своему другу.       – А что ты тогда предлагаешь? Мы не можем бездействовать. Или дождёмся, пока придут за тобой или твоей семьёй? А может вновь пойти к этому святоше-герою упасть к его ногам и молить во имя Мерлина и Хогвартся о помощи?       – Нет, конечно, нет. Падать к его ногам никто не собирается. Как и ждать угрозы в сторону моей семьи, – при этой мысли Драко внутренне содрогнулся, но тотчас отогнал неприятную мысль. – Это бесполезная трата времени. Ты сам видел, что Поттер был более чем не приклонен в своём решении.       Блейз недовольно усмехнулся и сел в кресло напротив своего друга. Видя, что Драко мысленно погрузился в себя, нервно выдохнул и стал обдумывать другие варианты действия. Не прошло и пяти минут, как хмурое лицо Драко прояснилось. Заметив это, Блейз усмехнулся и стал ждать, когда же его друг озвучит идею.       – Мы не сможем уговорить Поттера поменять своё решения. Но Грейнджер, думаю, уговорит его. Они лучшие друзья, много всего пережили, и я более чем уверен, что Грейнджер сможет уговорить своего дружка.       Что угодно, но не это ожидал услышать Блейз. Удивлению его не было предела, что отразилось на лице. Ни будь обстоятельства такими напряжёнными, Драко бы даже посмеялся над такой реакцией друга.       – Грейнджер? Ты про ту самую заучку Грейнджер, что при любом поводе всегда задирала нос? Ты это серьёзно предложил? – Всё ещё не веря, переспрашивал Блейз. На что Драко лишь закатил глаза.       – О, ты знаешь ещё одну Грейнджер, подругу Поттера? Конечно я про эту заучку! И будь ты менее сдержан, понял бы, что в этой идеи есть своя логика.       – И как ты это себе представляешь? Думаю Поттера убедить гораздо проще, чем эту…Гренджер.       – Сыграем на её чувствах справедливости и защите обездоленных. А также предложим сделку. Судя по её карьерной лестнице, дополнительная поддержка ей не помешает. Мой отец всегда говорил, что нет ничего проще, чем договориться с политиком, заведомо зная о его слабостях, – усмехнулся Драко. Хоть он считал, что Гренджер нельзя подкупить, но готов был пойти на любую сделку, лишь бы это помогло в поисках Нотта.        Немного поразмышляв, уже довольно ухмыльнувшись, Блейз согласно кивнул.       – Да, ты прав. Вопрос остается только в том, как уговорить мисс невыносимую всезнайку помочь нам, – ухмыляясь, Блейз продолжил, – Может даже получиться её соблазнить? Ты бы видел, как она выглядела на рождественском приёме Минестерства магии…– довольно протянул он.       На последние реплики Драко скривился, он даже не хотел представлять, как Забини собирался соблазнять Грейнджер.       – И не надейся. Это же Грейнджер. Подобное с ней не прокатит, наоборот только ухудшит наше положение. Поэтому даже не смей к этому способу убеждение прибегать.       Блейз же недовольно посмотрел на Драко, хотя и сам прекрасно понимал, что из его затеи по уговорам Грейнджер ничего хорошего не выйдет.       – Тогда я слушаю твои варианты убеждение мисс Грейнджер.       Обсудив ещё несколько вариантов убеждений, Драко попросил своего домашнего эльфа принести ему бумагу и перо с чернилами.