Как карта ляжет

«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.

— Глимми! — позвал Абрахам. — Ты слышал пожелания по напиткам? — Глимми все слышал, — раздалось откуда-то пищание домовика. — Глимми уже все делает! Абрахам пересел поближе к столу, с интересом поглядывая на Поттера. — Может быть, и неплохо, что мисс Сейр решила удалиться, — начал он издалека. — Похоже, нам есть о чем поговорить, не так ли, Гарри? Гарри растерялся. Он пришел познакомиться с этим пакваджи Уильямом, а не рассказывать старшему Поттеру и этой ходячей верблюжьей колючке свои секреты. На столе появились напитки. Гарри, чтобы скрыть растерянность, схватил один из бокалов, заглянул в него и содрогнулся. — Ч-что это? — Это мой коктейль! — громко завопил возмущенный Уильям. — Пусть мальчишка немедленно отдаст его! Абрахам вынул из руки оглушенного Гарри бокал с "коктейлем из свежей печени ягненка с капелькой бурбона и лакрицей" и сунул его в руку пакваджи, чуть не уколовшись об иголку, вылезшую у того из мизинца. Около минуты ушло на извинения перед Уильямом и уверения, что Гарри не имел в виду ничего плохого и уж точно не собирался пить коктейль уважаемого и почтенного и бла-бла-бла. Уильям так придирчиво обнюхивал и рассматривал свой бокал, что Гарри пришло в голову, что тот ищет в бокале его плевок или отравленную таблетку. Наконец пакваджи успокоился, откинулся на спинку кресла и сделал глоток. — М-м-м... неплохо, — заметил он и тут же подкоптил похвалу: — Скажем, не так омерзительно, как в прошлый раз. Вижу, что твой косорукий Глимми старался, Брах... Но одного старания недостаточно! Это пойло и близко не похоже на тот ароматный и бодрящий напиток, который умеет готовить моя дочь! — Твоя дочь? — несколько деланно удивился Абрахам. — Первый раз слышу, что у тебя есть дочь. Уильям сделал еще глоток и невнятно проворчал: — Не слышал он... Не тем местом слушал, значит... Услышишь еще... — и сурово добавил: — Не сбивай меня! Я задал вопрос этому мальчику. Пусть отвечает! Гарри снова растерялся. Вопрос? Какой вопрос? Абрахам подал бокал Гарри, чтобы дать ему время очухаться. — Мистер Уильям спросил тебя, зачем тебе сила, которую ты ищешь. Гарри затравленно перевел взгляд с одного на другого и обратно. Старший Поттер и ощетинившийся колючками пакваджи выжидающе смотрели на него. "Не отвяжутся ведь", — с тоской подумал он. — Рассказывайте, Гарри, — мягко, но настойчиво предложил Абрахам. — Я ведь тоже заметил что-то такое... Рассказывайте. Гарри отпил из бокала, собирая в кучу растерзанные мысли. — Зачем это вам? — сделал он последнюю попытку избежать откровений. — А ты не понимаешь? — спросил Абрахам. — Мальчик с неприятным именем стесняется, — проскрипел пакваджи, покачиваясь в кресле-качалке. — Он не дурак, но глупеет, когда о ком-то беспокоится. Надо умнеть, а он глупеет и боится попросить помощи. Ну не дурак ли? — Так я дурак или не дурак? — неприязненно спросил Гарри, обиженный странными словами пакваджи. — Пока что — дурак! — отрезал Уильям. — И боишься со своей дурью расстаться! В гостиной повисла напряженная тишина. Абрахам и Уильям перестали сверлить Гарри взглядами и с нарочитым безразличием смотрели куда-то мимо него. — Ладно, — сдался Гарри. — Дело в том, что... как бы объяснить... не знаю даже... Собеседники молчали, не делая попыток помочь ему начать рассказывать. — Все дело в Драко! — выпалил Гарри наконец. И Поттер рассказал им. Немного путаясь и перескакивая в начале с пятого на десятое, он рассказал им то, что никак не мог рассказать Драко. — Это самое зелье "Прыжок отчаяния" перенесло нас сюда и истратило весь вложенный в него магический заряд. Ведь оно предназначалось для одного, а нас с Драко было двое. Оно не развеялось, но воспользоваться им можно, только вложив в него новые мощные магические силы. И эти силы у меня есть! Абрахам наклонился ниже и коротко спросил: — Фламель? — Да. Он дал мне магическую мощь своего эликсира, но другой маг предупредил меня, что не все так просто. Собеседники молчали, ожидая продолжения. — В общем, Драко не вынесет обратного переноса, потому что у него... — горло Гарри перехватило от волнения, — у него повреждено магическое ядро... Гарри замолчал и повесил голову. — Рэкхарроу? — сдвинув брови, спросил Абрахам. Гарри коротко кивнул. — Это серьезно, — помрачнел старший Поттер. — Он объяснил, чем мистеру Селвину грозит возвращение? — Он сказал, что поврежденное магическое ядро Драко не сможет принять при возвращении такой поток магии и... ритуал возвращения его уб... Горло парня окончательно перехватило, и он замолчал на полуслове. Впрочем, и так все было понятно. — Магическое ядро, — повторил Уильям. — Дурацкое название! Связка игл судьбы — вот что это такое! А какое повреждение? — Э-э-э... а они разные бывают? — с глупым видом спросил Гарри. — Рекхарроу объяснил тебе, что произошло с магическим ядром мистера Селвина? — А-а, ну да. Он слишком долго находился под смертельным проклятием, и это... ядро получило пробоину, через которую утекло много жизненных сил. Лечебный ритуал восстановил целостность... э-э-э... оболочки, но силы вернуть он не может... — И эти силы для него ищешь ты, — закончил за него пакваджи, кивая головой, напоминающей подушечку для иголок. Абрахам взъерошил свою фамильно-непослушную шевелюру и спросил: — Что-то в поменялось в твоем друге? Гарри задумался. — Скорее да, чем нет. Он стал каким-то... подчиненным, что ли. Раньше мы с ним всегда немного соперничали, выпендривались друг перед другом, как бы соревновались, что ли. А теперь он стал каким-то... ну, словно я главный, а он мне подчиняется. Словно смотрит на меня снизу вверх, хотя ростом выше. Обидчивым стал... нет, он и раньше любил пообижаться, но его обиды всегда были чуть агрессивными, а теперь они стали молчаливыми и слезливыми. Я же вижу. И рассказать ему пока ничего не могу, а то он совсем духом упадет... Горло Гарри опять перехватило. Впрочем, собеседники к нему больше вопросов не имели. — Ну, и что ты об этом думаешь, Уил? Пакваджи с подозрением посмотрел на Абрахама из-под косматых бровей. — А ты меня сюда за этим и позвал, Брах? — Я знаю, что ты любишь такие непростые задачки. — Хитрец. Все вы, пришлые — хитрецы. То ли дело простодушные вампаноаги, иголку им покажешь — и все врассыпную бросаются, не думая о каких-то хитростях. Абрахам развел руками, словно извиняясь перед пакваджи за всех "понаехавших" переселенцев. — Хорошо! Я подумаю, что можно сделать, а сейчас мне пора. Уильям перевел взгляд на Поттера. — Перед своим мальчиком помалкивай пока, а то помогать будет некому. Холодок пополз у Поттера по спине, когда он сообразил, что имеет в виду этот колючий гость. Но пакваджи уже не смотрел на него. — А ты, Брах, пришли мне своего прислужника на учебу, а то меня от такого пойла в следующий раз стошнит! И, не прощаясь, исчез. Только миниатюрное кресло-качалка покачивалось на столе, напоминая, что в нем кто-то только что сидел...