Что тут происходит? Или Невероятные приключения Майора Алексея Горина

Горин сидел в своей квартире, задумчиво вертел в руках сверток, принесённый Виком. Дневник Имани выглядел обычным, если не считать того, что был испещрен мелким, неразборчивым почерком. — Что за ерунда, Вик? Ты где его достал? — Горин нахмурился, перелистывая страницы. — Стащил у детехов. Залез в их логово… не совсем легально, конечно, но что только не сделаешь для хорошего человека, — невозмутимо ответил Вик, пожав плечами. — стащить-то стащил, но прочитать не смог. Почерк, знаешь ли, такой, что у меня глаз задергался после первой страницы. — Ты это бросай. Еще раз сделаешь, и я стану мессией не только у детехов, но и у офтальмологов, — Горин усмехнулся, пробегая глазами текст. — Ну-ка… что тут… «Мы собрались под тенью древних деревьев…». — Ого, поэтика, — Вик присвистнул. — Ага. И вот, внимание, тут пометка: «Не доверяй словам…». Ладно, это явно не инструкция по ремонту советской стиральной машины, — пошутил Горин, переворачивая страницу. — Слушай, да это не дневник, а пособие по конспирации для начинающих! Вик хмыкнул, но сам дневник его уже не так интересовал, как реакция Горина на страницы. — О, и вот еще. Цифры какие-то… и буква «А»… Подожди… — Горин прищурился, изучая надпись. — Это что, русская «Г»? — Что? — Вик тут же подскочил, глядя через плечо. — Где? Горин указал на строки: — Вот, смотри: «53.412» и дальше «АГ». Что думаешь? Вик, а ну-ка, проверь на карте эти координаты, — сказал Горин, показывая на цифры в дневнике. — Что ты хочешь, чтобы я нашёл? — усмехнулся Вик, поднимая глаза на Горина. — Просто посмотри, — настаивал Горин, пытаясь сохранить хладнокровие. Но внутри его уже начали грызть подозрения. Вик щёлкнул по коммуникатору, подключившись к глобальной карте, и вбил координаты. Карта сжалась, затем снова расширилась, увеличиваясь, фокусируясь на определённой точке. Через несколько секунд перед ними появились очертания города, а затем… — Ты не поверишь, — сказал Вик, поднимая удивлённый взгляд на Горина. — Ну, выкладывай уже, — поторопил его Горин, слегка прищурившись. — Это… дачный посёлок. И не просто посёлок, Алексей. Это твой родной дачный поселок, — Вик не смог скрыть удивления. Горин уставился на экран, не веря своим глазам. — Что за чёрт… — пробормотал он, рассматривая карту. На точке, отмеченной координатами, значилось то самое место, где когда-то стояла его дача. — Это точно совпадение? — продолжил Вик, ухмыляясь. — Или тебе как мессии и землю твою вернуть захотели? — Слушай, это… это мой дачный посёлок, — Горин покачал головой, будто не веря собственным словам. — Я на этой земле вырос. Это всё выглядит… слишком странно. — Странно? Да это вообще выходит за рамки чего бы то ни было. Имани знала про твою дачу? — Вик почесал затылок, взглянув на карту. — И что это за «АГ»? Твои инициалы? Они прямо у неё в дневнике? — Ну, видимо, так и есть, — Горин нахмурился. — И что с этим делать? У меня есть координаты и мои инициалы. И что дальше? — Дальше, друг мой, надо ехать туда и проверять, — заключил Вик, вставая из-за стола. — Похоже, Имани оставила тебе куда больше следов, чем мы думали. Горин провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Всё это начинало складываться в какую-то безумную картину. — Ты понимаешь, что всё это, — Горин указал на карту, — ведёт нас обратно в моё прошлое. Ко мне домой. Это же чёрт возьми родной дачный участок! — Ну, по крайней мере, будем в родных краях, — Вик подмигнул ему. — Так что, Алексей, ты готов возвращаться к своим корням? На следующее утро они сидели в белоснежном офисе, окружённые документами, графиками и отчётами, пытаясь убедить Гейба, что поездка по координатам — это не каприз и уж точно не прогулка ради любопытства. Гейб сидел за столом с выражением человека, которому уже два часа пытаются продать слона. Его пальцы постукивали по столешнице, а взгляд скользил по листам перед ним. Он наконец поднял голову, бросив на Горина тяжёлый взгляд. — Горин, что ты задумал на этот раз? — раздражённо спросил он, скрестив руки на груди. — Ты ведь понимаешь, что такие «координаты» обычно ведут либо в тупик, либо к чему-то гораздо хуже. Горин спокойно вздохнул, хотя внутри уже начал закипать. Как объяснить, что эти координаты — не просто точка на карте? — Это не какая-то шутка, Гейб, — ответил он твёрдо. — Имани оставила следы, и я обязан их проследить. Иначе мы никогда не раскроем, что с ней произошло. А вдруг это наша единственная возможность? Гейб продолжал смотреть на него, как будто тот предложил отправиться в прошлое на встречу с динозаврами. — А что, если это ловушка? — не унимался начальник, слегка прищурив глаза. В разговор вмешался Вик. При слове ловушка он засиял как лампочка. — Ловушка, говоришь? Ты же знаешь нас, Гейб. Если Горин прав, а он почти всегда прав, это может быть ключом ко всей чертовой головоломке. Мы с ним как Шерлок и Ватсон, только круче! — Вик подмигнул Горину, явно наслаждаясь ситуацией. Гейб, не оценивший юмора, перевёл взгляд на Вика. — Только не говори мне, что ты поддерживаешь эту авантюру, — выдохнул он, явно понимая, что уговаривать их дальше бесполезно. — Конечно поддерживаю! Я даже больше скажу, это была моя идея! — Вик взмахнул руками с куда большим азартом, чем ожидал Гейб. — Ты бы видел, как Горин вчера вычислил координаты. Прям как в старом шпионском фильме! Половина офиса затаила дыхание! — Да, ну конечно, — Гейб потер переносицу, явно устав от этого шоу. — Что ж, похоже, отговаривать вас бесполезно. Горин кивнул, собираясь вставить серьёзное замечание, но Вик перебил его. — Видишь, Гейб, это судьба! — Вик показательно развёл руками. — Мы просто обязаны пойти по следам. Кто знает, может, в конце нас ждёт сундук с сокровищами или тайный заговор детехов! Горин не сдержался и фыркнул, в очередной раз оценив талант Вика придавать серьёзному разговору лёгкий оттенок абсурда. Гейб, махнув рукой, наконец сдался. — Ладно, отправляйтесь, только живыми возвращайтесь. И не забудьте доклад — я хочу отчёт по каждой детали. Горин встал, кивая, и направился к выходу. Вик, как всегда, не упустил момент подмигнуть Гейбу на прощание: — Не волнуйся, Гейб. Мы всё сделаем по высшему классу! Может, даже тебе сувенир привезём. Гейб снова закатил глаза, но на его лице мелькнула лёгкая улыбка: — Если вы вернётесь живыми, обещаю, я рассмотрю вариант премии. Поездка на хайперлупе выдалась… напряжённой. Ну, для Горина точно. Он нервно теребил ремни безопасности, всё время бросая настороженные взгляды в окно, где футуристические пейзажи проносились мимо со скоростью, от которой у него закладывало уши. — Ты чего такой напряжённый? — Вик, конечно же, не мог упустить момент подколоть партнёра. — Да как тебе сказать… Я к поездам привык, а это… — Горин покрутил головой и пожал плечами. — Скорость какая-то нечеловеческая. В наше время за одно упоминание таких скоростей людей бы в дурдом отправили. А у вас тут — вон как поехали, и все только улыбаются. Вик рассмеялся, наклонившись ближе: — Добро пожаловать в будущее, Алексей! Здесь даже скорости привыкли превышать нормы. Не переживай, доедем без приключений. Горин хмыкнул, с опаской бросив взгляд на пейзаж. — Слышь, Вик, а что бы ты делал, если бы это… ну, стукнуло что-нибудь не то в этой железяке? — спросил он, глядя на приборную панель. — Стукнуло бы? — Вик не удержался от смешка. — Ну, ты же у нас спец, сразу вытащишь свой дедуктивный метод и разгадаешь причину. Я бы в тебя верил до последнего. — Ты вообще когда-нибудь бываешь серьезным? — вздохнул Горин. — В некоторых жизненно важных вопросах я невероятно серьезен, — тепло улыбнулся Вик. Горин только покачал головой, явно не разделяя веселье. Когда хайперлуп наконец остановился, Горин выдохнул с таким облегчением, будто только что вернулся от стоматолога. Они вышли на платформу, где мир за стеклом больше не выглядел таким пугающе быстрым. — Ну вот, доехали живыми, — подмигнул Вик, хлопнув его по плечу. Они добрались до нужного места спустя полчаса. На месте, где раньше стояла дача Горина, теперь раскинулся огромный парк с футуристическими сооружениями, искусственными прудами и зелёными насаждениями. Всё выглядело ухоженно, современно и… совершенно не так, как в воспоминаниях Горина. — Вот так дела, — пробормотал он, окинув взглядом всю эту технократическую идиллию. — Раньше тут был лесок, озеро… и бетонная плита, на которой мы с Верой… — Ну-ка, ну-ка, поподробнее! — Вик сразу подмигнул, явно заинтересовавшись. Горин слегка покраснел, не собираясь делиться слишком личными воспоминаниями, но Вик уже явно настроился на шутки. — Да чем занимались… — Горин усмехнулся, немного смущаясь. — Сидели, смотрели на воду. Вера читала книжку, а я… ну, скажем так, любовался видом. Вик ухмыльнулся, не давая Горину уйти от ответа: — Видами, говоришь? Ну, знаю я твои «виды», Алексей. — Да не только видами, — чуть не сдался Горин, но быстро поправился. — В смысле, да что ты знаешь о видах? Там действительно красиво было! Не то, что это вот — парк как с картинки из журнала. Но, в глубине души, Горин чувствовал ностальгию. Он вспомнил, как они с Верой отдыхали здесь летом, когда она надела своё лёгкое платье, и Горин разглядывал, как оно трепещет на ветру, думая, что у неё была прекрасная фигура. Вик тут же уловил нить разговора: — Подожди-ка, Алексей. Что значит «прекрасная фигура»? Ты у нас теперь не только следователь, но и оценщик моделей? Горин махнул рукой, пытаясь скрыть смущение: — Да ладно тебе, просто ностальгия накатила. У нас с Верой были странные отношения. Может не самые настоящие, но… Но фигуру-то любой дурак оценить может. У тебя вон тоже… эээ… фигура что надо. В смысле… ну, ты понял. Вик расплылся в широкой ухмылке, понимая, что Горин старательно пытается выкрутиться: — Ой, спасибо, Алексей, ты не представляешь, как я польщён! А то я думал, что уже пора клетчатые рубашки носить, чтобы ты меня наконец-то заметил. Горин хотел было огрызнуться, но их отвлекла плита, которую Вик неожиданно заметил у озера. — Эй, погоди, смотри, — сказал Вик, подойдя ближе. — Это та самая плита? Похоже, она тут уже лет сто лежит. — Да, это она, — подтвердил Горин. — Только не трогай, вдруг упадёт или там крокодилы завелись… Но Вик, естественно, не собирался ждать. Он присел и с трудом, но сумел приподнять плиту. Под ней что-то было. Горин напрягся, ожидая очередную шутку про сокровища или скелеты. Но когда Вик поднял её до конца, оказалось, что под плитой лежала капсула времени. — Ну, вот оно! — выдохнул Горин, едва веря своим глазам. — Нашли. Они с трепетом посмотрели на капсулу, которая выглядела древней и заржавевшей, но всё ещё вполне целой. Горин попытался её поднять, та оказалась тяжелее, чем выглядела. — Как думаешь, что внутри? — Вик с интересом заглянул под плиту еще раз, словно ожидал найти там еще что-то. — Не знаю, но чувствую, что не записка с пожеланиями на Новый год, — ответил Горин. — Может, Вера что-то оставила? Или… сам не знаю. Вик помог ему очистить капсулу от грязи, и вместе они взялись за её исследование. Открыть с первого раза не получилось. — Эх, Муратова бы сюда, — ни к месту вспомнив старого знакомого, Горин засмеялся собственным мыслям. — Он любой замок за считанные секунды вскрывал. Талантливый человек. Вор, негодяй, но талантливый. — Ну, попробуем вскрыть дома, — предложил Вик, усмехнувшись. Они сидели на полу в квартире Горина перед искусственным камином. Свет мягкого, почти настоящего пламени, плясал на стенах, отражаясь от гладкой поверхности капсулы времени, которую они наконец-то открыли после долгих попыток. Запахи «горящих» дров и свежего лесного воздуха были настолько реалистичны, что создавалось полное ощущение уюта. Но в голове Горина царил полный хаос. — Чёрт бы побрал эти технологии, — пробормотал Горин, глядя на искусственное пламя. — Ворчишь, как старый дед, — отозвался Вик, усаживаясь поудобнее рядом с ним. — А теперь самое интересное. Давай посмотрим, что внутри. Они долго ломали голову над замком, пытаясь угадать код. Уже перепробовали всё, что только могли придумать — день рождения Имани, дату ее пропажи, дни рождения всех ее ближайших родственников, главные праздники, менее главные праздники, вплоть до дня знакомства с лучшей подругой, — пока Горин, совсем не потеряв надежду, не набрал дату своего рождения… И как ни странно, замок щёлкнул и капсула открылась. Внутри лежало письмо. Горин медленно развернул его, ощущая, как сердце бьётся всё быстрее и быстрее. Слова на пожелтевшей бумаге словно горели в его руках… — Вик, она — это она! — Горин нервно ходил по комнате, как зверь в клетке. Он метался туда-сюда, словно ожидая нападения от невидимого врага, и его лицо было всё время нахмурено, как у человека, который только что осознал, что проиграл важную партию в шахматы. — Имани и Вера — это одно и то же лицо! Но как? Почему? А главное — зачем? Это что, заговор какой-то?! — Да подожди ты, Алекс, у меня от этого голова кругом, — Вик, опираясь на подоконник, наблюдал за Горином с таким видом, словно перед ним разыгрывалась комедия. Было видно, что он с трудом удерживает улыбку, а лицо изо всех сил сохраняет видимость серьёзности. — Слушай, я уже потерялся ещё где-то на слове «Имани». Может, пойдём к детехам? Они уж точно знают всё об этих твоих загадках. Всё-таки они как спецназ по вопросам временных проколов и парадоксов. — Какой ещё спецназ… — Горин раздражённо фыркнул, но в глубине души понимал, что другого выхода у них и нет. Всё было слишком запутано, словно кто-то навязал ему игру, в которой он не знал правил. — Ладно, пусть объясняют, как это вообще возможно. Но если они снова начнут с этой ерундой про «мессию», я сразу уйду! Вик улыбнулся, вставляя очередную реплику: — Ладно, договорились. Если они начнут тебя «мессией» называть, я тоже не выдержу. Будем страдать вместе, Алексей. Лидер детехов встретил их, как всегда, загадочно и с некоторой отстранённой серьёзностью, словно готовился поведать тайну, которая перевернёт мир с ног на голову. Он жестом пригласил Горина и Вика сесть. Вик выглядел так, словно пришёл на спектакль, ожидая новых поворотов сюжета, а Горин — как следователь, который уже давно потерял терпение, но всё равно обязан докопаться до истины. Лидер сложил руки на столе в замок, взглянул на них с выражением, будто вот-вот выложит самую шокирующую правду в мире. Если бы у него была длинная борода и широкополая шляпа, он бы мог сойти за профессора алхимии, который держит в секрете рецепт философского камня. Горин приготовился к новой порции витиеватых речей о «времени», «технологиях» и «предназначении». — Алексей, Вик, рад, что вы пришли, — начал лидер спокойным голосом, в котором звучала нотка чего-то загадочного. — Я понимаю, что всё это кажется вам нереальным, фантастическим. Но сегодня я открою вам всю правду. Да, Вера и Имани — это одно и то же лицо. Алексей, она родом из будущего, из нашего времени. — Вера — из будущего? — Горин замер, словно его неожиданно ударили по голове. Он словно окаменел на секунду, а затем скривил губы в недоумении. — Постойте, что за бред?! Мы с ней в библиотеке познакомились, в Советском Союзе, а не на какой-то космической станции! Лидер кивнул, словно соглашаясь, что всё это звучит нелепо и не имеет смысла, но не показал и тени сомнения. — Видите ли, Имани была одной из первых исследователей, кто занимался перемещениями во времени. Из-за ошибки она оказалась в Советском Союзе и… застряла там. Так она и стала той Верой, которую ты знал. Вик, который до этого сидел молча, выслушивая рассказ с искренним интересом, не удержался от шутки: — Значит, получается, Вера из будущего стала жить в прошлом, и все её приняли за свою? Понятно, почему она казалась такой… не по-социалистически умной. Горин тоже чуть улыбнулся, но лидер детехов, видимо, не был склонен к юмору. Он продолжал говорить, словно учитель, объясняющий запутанную тему на лекции: — Когда детехи поняли, что путешествия во времени стали реальностью, началась настоящая паника. Люди попадали в прошлое и не могли вернуться. Имани — или Вера — стала первым примером того, что технологии могут выйти из-под контроля. Её присутствие в прошлом повлияло на будущее. Горин выглядел так, словно его сознание перепуталось окончательно. Он пытался уловить связь между всеми этими событиями, но ощущение было такое, будто кто-то запустил в его голову бесконечный пазл с кусочками, которые никогда не складываются. — А почему она оставляла следы? Почему хотела, чтобы её нашли? — спросил Горин, решив хоть что-то прояснить. Лидер посмотрел на него с сочувствием, словно перед ним сидел заблудившийся ребёнок: — Она поняла, что всё это — ошибка. Осознав, что не сможет вернуться, она стала оставлять подсказки. Подсказки, которые могли бы однажды привести к разгадке. Её план был в том, чтобы её потомки, или ты, или кто-то ещё, нашли тебя в будущем и помогли всё исправить. — Исправить? — Вик старался удержать серьёзное лицо, но его глаза блестели от сдерживаемого смеха. — Простите, но как она могла быть уверена, что Горин… ну, поймёт всё это? — Она не могла, — сказал лидер. — Но пыталась. Ведь… она была беременна, Алексей. — Стоп! Подождите! — Горин резко поднял руку, как милиционер, останавливающий поток машин. — Вы хотите сказать, что моя Вера — путешественница во времени? И что теперь она… мать моего ребёнка, который связан с вашей группой? Лидер кивнул. — Да. Ваш ребёнок сыграл важную роль в создании детехов. Понимаешь, Алексей, всё это про тебя. Тебе нужно вернуться в прошлое и убедить Веру не делать открытий, которые приведут к телепортациям. Только так можно всё исправить. Горин с горечью вздохнул. Всё это казалось таким бессмысленным, как сон после слишком долгого застолья. — Так! Стоп! — Горин подавил желание подскочить на месте. — Все понятно, одно не понятно: откуда Вера знала, что я окажусь в будущем? Лидер детехов едва заметно улыбнулся: — Временные спирали — очень сложная штука, Алексей. Мы знали, что вы окажетесь здесь еще до того, как Имани отправилась в прошлое. Просто потому что это зацикленный процесс. — Слушайте, ну это же полный абсурд! — воскликнул Горин. — Вера, Имани, телепортации, потомки, спирали, спасение мира… Чёрт возьми, да это бред какой-то! Вик не выдержал и рассмеялся, похлопав Горина по плечу: — Алексей, честно, я потерялся где-то в самом начале, когда речь зашла о Вере. Но знаешь, всё это звучит забавно. Ты — герой времени, спаситель мира, отец целой группы детехов. Даже если это полный бред, это всё равно круто! Горин тоже рассмеялся, тяжело выдохнув. Даже если это всё была чушь, смеяться в таких ситуациях — лучший способ пережить происходящее. Готовили Горина к отправке в прошлое тщательно и быстро. Комната, в которой стоял портал, напоминала центр управления полётом: тут были экраны, мигающие огни, пульты управления, и люди в белых халатах, сновавшие туда-сюда. Портал перед ним светился ярко-синим светом, как океан на закате, и Горин стоял перед ним, чувствуя, как внутри всё дрожит от волнения и какого-то непонятного трепета. Вик стоял рядом, нервно дёргая шнур от своей рубашки, пытаясь сохранить спокойствие. Но его глаза были полны эмоций — и страха, и волнения, и грусти одновременно. Когда он подошёл к Горину, их взгляды встретились на мгновение, и они оба молчали. Слова здесь были лишними. Вдруг Вик крепко обнял Горина, неожиданно для самого себя и для него. Тот замер, но через секунду тоже обнял Вика в ответ. Это был крепкий, тёплый момент, в котором чувствовалось что-то большее, чем просто прощание. — Береги себя, Алекc, — тихо сказал Вик, отпуская его и вытирая глаза рукавом, будто туда случайно попал мусор. — Я… буду скучать. Горин улыбнулся, хотя у него на сердце было тяжело. Он знал, что эта дружба — самая настоящая, и, прощаясь с Виком, он теряет что-то действительно ценное. — А я буду скучать по твоим шуткам, Вик, — сказал он, улыбаясь. — И, знаешь, я бы не справился без тебя. Без тебя я бы тут точно пропал. Вик рассмеялся, хотя в его смехе была грусть. — Ладно, иди уже, а то я ещё больше раскисну, — подмигнул он. — И вернись к своим «настоящим» комарам, Алексей! Горин кивнул и, вздохнув, шагнул в портал. Мир вокруг начал мерцать и размываться, его тело охватило лёгкое головокружение, словно он вдруг оказался в центре вихря. Всё завертелось, смешалось в одно целое… Словно морской волной, его выбросило в другое время. Когда Горин открыл глаза, первое, что он заметил, — это запах. Настоящий, густой аромат Москвы 1978 года: воздух был пропитан запахом свежей выпечки из соседней булочной, табачным дымом от курильщиков на лавочке и характерным привкусом осенней листвы, мокрой от недавнего дождя. Вдалеке раздавался ритмичный шум трамваев, грохот автомобилей и выкрики торговцев. Он стоял на тротуаре, в своём привычном, простом костюме, а вокруг шумела Москва — его родной город, настоящий и живой. Горин опустился на корточки, сжал руки в кулаки и вдохнул этот воздух так глубоко, что закружилась голова. «Я дома…» — пронеслось у него в голове, и сердце забилось быстрее от этого открытия. Он никогда не думал, что будет так рад снова ощутить под ногами родной асфальт, услышать привычные звуки города, почувствовать запах… Он закрыл глаза, пытаясь запомнить этот момент на всю жизнь. Но тут раздался знакомый, очень знакомый голос за спиной: — Ну ничего себе! Так вот он какой, каменный век! Горин подскочил, как ужаленный, обернувшись. Перед ним стоял Вик — в своём характерном прищуре, с той же ухмылкой, которую Горин знал до мельчайшей морщинки. Он стоял и оглядывался, словно оказался на другом конце галактики, и его глаза светились от удивления и восхищения. — Вик?! Что ты тут делаешь?! — выпалил Горин, растерянно глядя на него. — Ну, а что? Я подумал, что одному тебе будет тут скучно, — сказал Вик, пожимая плечами. Горин не удержался и рассмеялся. — Теперь-то мне точно срок дадут, — сказал он, пытаясь скрыть смущение. Вик подмигнул и похлопал Горина по плечу: — Мне нравится ход твоих мыслей, Алекс. Ну что, пошли? У нас впереди целый мир для спасения! Горин, вдохнув родной воздух, понял, — всё будет в порядке.