Рокировка по-иркенски

Зим находился в таком шоке, в котором не бывал, наверное, еще ни разу в своей жизни. Его, Великого и Ужасного, перекинуло в хилое тельце какого-то человеческого Вонючки! ЕГО, Прекрасного и Неподражаемого Зима, единственную опору и гордость всей Иркенской нации! КАК ТАКОЕ ВООБЩЕ ВОЗМОЖНО?! А как же его собственное тело?! От одной мысли, что мерзостная человеческая личинка – Диб будет расхаживать в его шикарном теле как ни в чем ни бывало, пока он сам томится в этой тщедушной человеческой оболочке, заставляла бывшего Иркена в бешенстве скрипеть зубами. — ТЫЫЫЫЫ, — ревел Зим, указывая трясущейся, то ли от пережитого шока, то ли от бурлящей в нем злости, рукой на самого себя… ну, то есть Диба, — Т…ТЫ... На большее, к сожалению, бывшего Иркена пока не хватало. Честно сказать, Зима на данный момент уже ни на что бы ни хватило, потому как, толком и не ознакомившись со всеми премудростями управления человеческого организма, считая себя выше всей этой дребедени, бывший Иркен не догадывался, что в состоянии сильного стресса человек запросто способен потерять сознание. Впрочем, что он только что и сделал, свалившись в глубокий обморок. Очнувшись, первым, что он увидел, оказались огромные лиловые глаза. Мало того, их поверхность почему-то была испещрена какими-то жуткими трещинами. Зим после обморока еще толком не осознал, что находится в теле Диба, у которого в результате взрыва треснули очки, поэтому залился таким пронзительным визгом, что, кажется, к экрану главного компьютера, чудом пережившего эксперимент и находившегося в весьма помятом состоянии, присоединилась еще одна трещина. — Заткнись! — взвизгнул Диб голосом Зима, отчего последнего так передернуло, что он заорал еще сильнее. — Что ты сделал с моим телом, тупая человеческая личинка?! — не прекращал завывать Зим, тыча в Диба такой непривычной пятипалой рукой. Он немного отошел назад и, теперь ему казалось, что все его прекрасное тело теперь покрыто какими-то трещинами, которые сперва он принял за раны. — Я… Я не мазохист, честно, — вздохнул Диб, и тут же отвесил увесистую оплеуху вопящему Зиму, отчего тот сразу, как ни странно, успокоился. Однако, человеческая физиология поистине творит чудеса, так как действительно заставила Зима слегка притихнуть. Правда теперь истерику вновь сменила злоба, и, единственное, что мешало на данный момент ему броситься на Диба и перегрызть ему горло — это то, что тот находился в его Прекрасном теле. — Что… что ты сделал с моим телом? Мне стоило только моргнуть, как ты, Вонючка, уже успел покалечить себя! — да, Зим действительно принял свой обморок за то, что он «просто моргнул». Он и сам не догадывался, сколько времени провел в отключке, и думал, что прошло всего лишь одно мгновение. — Я сделал?! — Диб даже подпрыгнул от такой наглости, — Это ТЫ что делаешь с моим телом? Позволяешь себе падать в обмороки, а потом так горланишь, будто тебя режут, заставил меня дать себе… тебе оплеуху. Если все так пойдет и дальше, к завтрашнему дню от моего тела вообще ничего не останется! Судя по всему, беспокойство Диба за свое тело даже отодвинуло на второй план страх и шок о самом факте их обмена. А возможно тут решала дело сама Иркенская физиология, кто знает? В любом случае, новоиспеченный Иркен выглядел на первый взгляд куда более спокойным, чем его товарищ по несчастью. Но, надо признать, не менее взбешенным. — Это все из-за твоих идиотских планов и твоего тупого робота, — распалялся Диб, нарезая круги по разрушенной лаборатории, — Тебе давно пора уже сдаться ФБРовцам, чтобы ни у кого не было проблем! Проблем из-за тебя! — МОЛЧАТЬ! Мой план был идеальным, но кое-кто же захотел воспользоваться помощью моего тупоголового робота! — взревел Зим в ответ и тут же закашлялся. Опять же, если бы бывший Иркен был хоть немного знаком с человеческим организмом, для него не стало бы неожиданностью, что такие вопли рано или поздно приводят к потере голоса. Но это же был Зим… Великий и Ужасный Повелитель Земли! — Но ничего, Вонючка, — продолжил он, слегка откашлявшись, — в следующий раз я обязательно, в первую очередь заткну твой гнилой рот! Последние слова Зим уже произнес хриплым шепотом, что еще сильнее разозлило новоиспеченного Иркена. Этот эгоист думал только о себе и ни о чем более. Ему хоть приходило в голову, как они будут выкручиваться из этой передряги? Диба передернуло от мысли, что его могут схватить по ошибке, приняв за полоумного пришельца. А Зим тем временем продолжит свои завоевания в его собственном теле, и тогда его уже ничто не сможет остановить. К тому же он разрушит репутацию самого Диба, который как раз-таки хотел спасти человечество. Нет, этого он никогда не допустит! — Мое тело… все изранено, — прошипел Зим, с ненавистью уставившись на Диба, — Как ты смеешь упрекать меня, если сам изуродовал мое тело? Бывший Иркен даже затрясся. Он подумал, как его засмеют Высочайшие, узнав, что он, представитель благороднейшей и сильнейшей расы, умудрился попасть в тело какого-то жалкого и ничтожного человечишки, своего злейшего врага, Вонючки-Диба. Его поднимет на смех не только весь Ирк, но и вся Вселенная. Это будет самой позорной миссией во всей долгой истории расы Иркен. А он вдобавок еще и позволил личинке покалечиться! Зим снова взвыл бы от отчаяния, если бы не охрип. Диб в ответ лишь непонимающе уставился на него, приподняв несуществующую бровь. Что плетет этот идиот, какие раны? На нем не было ни единой царапинки, ни малейшего ушиба, ни одного синяка, в конце концов. Вообще, как ни странно в плане физического самочувствия бывший человек чувствовал себя на все сто процентов, так почему же этот глупый Иркен истерит? Может быть, у него окончательно съехала крыша? Только этого еще не хватало! Как Диб вернется в свое тело, если мозг в нем будет поврежден? Лжеиркен судорожно сглотнул. С этого момента придется обращаться с Зимом как можно осторожнее. У него и до того была неуравновешенная психика, а оказавшись в человеческом теле (Диб с неохотой признал, что оно все-таки уступает иркенскому), Зим так вообще мог потерять те небольшие остатки разума, что болтались в его черепной коробке. Впрочем… Очки! Как он сразу не подумал! — Ну и идиот же ты… — проворчал Диб, закатив глаза и стягивая разбитые очки с Зима. Тот опешил, а затем непонимающе заморгал, явно не ожидая, что видимость резко упадет. — Молодец, личинка, теперь ты меня окончательно ослепил, — прохрипел бывший Иркен, злоба которого не уменьшилась ни на грамм. Временами его трясло от перенесенного напряжения, в горле начало першить, да и зрение теперь упало. Это, с позволения сказать, тело было просто отвратительно. Как Дибу вообще удалось просуществовать в нем столько лет? Зима невероятно выбешивало, что Диб остается таким спокойным. Это унижало бывшего Иркена, хоть они оба сейчас попали в передрягу, побежденным чувствовал себя именно он. А ведь все шло так хорошо, если бы не этот болван Гир… — ТАААКООО!!! — что-то налетело на Зима и снесло его с ног. Ну, разумеется, этим чем-то оказался вездесущий робот, который и не подозревал, что его Хозяин сейчас перенесся в тело Диба, обещавшего купить этот злополучный тако. Вот только этого для полного счастья и не хватало! «Единственный плюс был в том, что Гир теперь сконцентрирует свою доставательную функцию на Вонючке-Дибе, раз того угораздило оказаться в моем теле. Будь ты проклят, человеческая личинка!» — дополнив эту мысль еще несколькими непечатными выражениями, которыми любезно поделились с Зимом хулиганы, временами попинывавшие всех школьных аутсайдеров, включая, разумеется, самого Зима, и, кстати говоря, не исключая и Диба (хоть в чем-то между ними проскальзывало сходство), бывший Иркен отпихнул радостно пищащего робота. Он поднялся на ноги, кинув на Диба такой убийственный взгляд, от которого могла бы погибнуть целая половина человеческой расы, если не вся. Зим не мог так просто отказаться от Гира. Робот был нужен ему, чтобы восстановить лабораторию. Впрочем, если учесть, что с вероятностью 99,9 процентов Гир что-нибудь накосячит во время выполнения работы, избавлению от него можно было бы только порадоваться. Так бы решил любой представитель любой расы, хоть Иркен, хоть человек. Но не Зим. — Обязательно, Гир, — сквозь зубы процедил бывший Иркен, снова бросая взгляд на Диба, который делал вид, будто очень увлечен своими перчатками и, казалось, что рассматривая их, он старался постичь все тайны бытия. «Допрыгаешься, личинка. Но не сейчас» — мстительно подумал Зим, решив, что для начала стоит разобраться с главным компьютером. Экрану, конечно, досталось, но это нисколько не мешало его функционированию. — Компьютер! Доложи о повреждениях! — выкрикнул Зим. Точнее постарался выкрикнуть. Несмотря на это, его голос оказался достаточно громким, чтобы главный компьютер понял приказ. Вот только реакция того оказалась не совсем такой, которую ожидал услышать Зим. — Ошибка доступа. — Слушай Зима, глупая железка! — прорычал бывший Иркен, ощущая жар на лице. Еще одна крайне интересная особенность человеческого организма, проявляющаяся во время гнева или смущения. Но смущением тут даже и не пахло. — Ошибка доступа. Зим закинул руки за голову, пытаясь нащупать усики, чтобы в бешенстве потянуть за них, но вместо этого, нащупал только короткие волосы с длинным хохолком, отчего снова грязно выругался и топнул ногой. — ТЫ! — прошипел он, ткнув в Диба средним пальцем. Что поделать, у самого Зима было только три пальца, и к пятипалой ладони он еще не достаточно привык. Все же это смотрелось довольно странно. Дибу, однако, было не до того, чтобы замечать подобное, и на всякий случай он снова сделал шаг назад. Вдруг бывший Иркен и правда съедет с катушек? — Чего тебе? — недовольно пробурчал он, догадываясь, о чем собирается его попросить Зим. — Спроси этот металлолом! — хрипло рявкнул бывший Иркен, у которого уже нервно задергался левый глаз. Ему уже казалось, что Диб специально ведет себя так, чтобы еще сильнее его унизить. — Не психуй, нервные клетки не восстанавливаются, — буркнул Диб, а затем обратился к компьютеру, — Компьютер, доложить об уровне повреждений. — Уровень повреждений на данный момент составляет 64,8% от всей лаборатории. На восстановление оборудования требуется от 25 суток по человеческим меркам, — монотонно отозвалось сверху. Зим и Диб содрогнулись. Почти месяц находиться в ненавистных телах, да еще как-то пытаться жить нормальной жизнью в них. Тут уже начал паниковать Диб. — Чертов инопланетянин, они… они заберут меня вместо тебя! Верни все как было, Зим!!! — новоиспеченный Иркен подбежал к опешившему Зиму и схватил его за шкирку, начиная трясти, — Все из-за тебя! ИЗ-ЗА ТЕБЯ! — ЛЖЕШЬ! Отпусти или останешься вечно в моем драгоценном теле! — заверещал бывший Иркен, стараясь вырваться из железной хватки Диба. Тот, правда, в свою очередь не заставил себя долго ждать. — Я не выйду отсюда, пока ты не вернешь мне мое тело, — взвизгнул Диб, на что Зим, как ни странно, даже ухмыльнулся. — Конечно, не выйдешь, личинка. За исключением похода в школу. Мисс Биттерс сожрет тебя заживо, если ты пропустишь хоть один школьный день, — чтобы скрыть собственные страхи, Зим решил перевести все стрелки на Диба и уже его выставить истеричным придурком. Хоть, какое-никакое повышение чувства собственной важности. Но мысль о том, что все оставшееся время Вонючка будет жить в его доме была омерзительна, но тут уж ничего нельзя было поделать. Диб хотел было что-то возразить, но промолчал, лишь кинув полный ненависти взгляд на бывшего Иркена. Он был прав. Гнев мисс Биттерс, пожалуй, не шел ни в какое сравнение даже с ФБРовцами. — Значит, перемирие до тех пор, пока не вернем все в прежнее русло? — поинтересовался Диб, скрестив руки на груди. Вид у него был хмурый и недовольный. Впрочем, такой же был и у Зима. Оба жаждали придушить друг друга, но пока они находились в таком состоянии, это было невозможно. — Идет, Вонючка-Диб, — процедил Зим, — Но только до тех пор, пока не вернем все как было. И затем я обязательно прибью тебя, запомни, личинка. Диб только хмыкнул, протянув руку бывшему Иркену. Тот не замедлил пожать ее, что возвестило о начале хрупкого перемирия, которое продлится до тех пор, пока лаборатория не будет полностью восстановлена. После они снова станут врагами, стремящимися уничтожить друг друга. — И кстати, Гир, — подозвал Зим своего помощника, который засовывал разорванные провода в свою голову, — Все расходы насчет тако берет на себя твой Хозяин. Так что отныне будешь клянчить у него, окей? Бешеный вопль полный восторга, а затем не менее бешеный, но уже полный отчаяния, вопль «Хозяина» возвестили о том, что Гир понял Зима как нельзя лучше.