Я не свободен (от тебя)

Юнги любил апрель. Именно этот месяц весны. За то, что утром всё еще было прохладно, но тем приятнее было днём греться в теплых лучах солнца. За то, что цвели вишня и рапс. За прилив сил и энергии после холодной зимы. За то, что апрель подарил ему Чимина. В детстве Мин завидовал Джуну, потому что тот умудрился родиться в такое чудесное время. А еще его росту и уму, и покладистому характеру, за который все родственники его просто обожали. С малых лет родители ставили ему в пример двоюродного брата Ким Намджуна. Мин за это, несмотря на то, что был в два раза меньше, при каждой удобной возможности норовил разбить братцу нос. Доводить до слёз эту безобидную каланчу было любимым занятием Юнги. С возрастом их отношения наладились и даже переросли в дружбу. Только Мину Нам признался в своей ориентации и эту тайну они свято хранили от всей родни. Несмотря на то, что учились они в разных городах, братья всегда поддерживали связь и были в курсе всех дел друг друга. Джун был на год старше и уже закончил учёбу. Сегодня у него было двойное радостное событие: день рождения и новоселье. Родители Нама помогли купить квартиру в очень хорошем районе и уже выбирали невесту и имена для будущих внуков. Вся жизнь Ким Намджуна была расписана вплоть до похорон. Как послушный мальчик и хороший сын, он работал в юридической конторе отца и даже не пытался куда-то рыпаться. Вот только жениться он совсем не собирался. Юнги был поставлен перед фактом: в указанный день и время ему надлежало явиться на празднование, поэтому пришлось бросить на пару дней учёбу и приехать в Сеул из Тэгу. Все более-менее значительные события в их большой семье всегда проходили в ресторане тёти Тиен. Приехав туда, Юнги решил задержаться, чтобы выкурить сигарету и набраться побольше терпения для встречи с многочисленными родственниками. Мин любил родню, но издалека и в очень умеренных дозах. Настроение было определенно хорошим. Мин настроился выпить и расслабиться. Из мечтательной задумчивости его вывели громкие «Псссс, пссс». Нахмурившись, Юн стал оглядываться по сторонам, ища источник подозрительных звуков. Он обнаружился недалеко и выглядывал из ближайшего переулка. Парень с ярко-розовой шевелюрой, счастливый от того, что Юн его заметил, призывно махал руками. Выглядел он хоть и необычно, но вполне себе безобидно. Мину стало интересно. Подойдя ближе, он вопросительно поднял брови, на что парень абсолютно бесцеремонно схватил его за лацканы пальто и затянул вглубь переулка. — Ты что делаешь? — возмутился Мин. — Извини, нельзя, чтобы он меня заметил. Угости сигаретой, пожалуйста, я сейчас сдохну. Мин ухмыльнулся и вытащил пачку. Он сам несколько раз пытался бросить, поэтому прекрасно понимал наглого незнакомца. Засунув сигарету в рот, парень приблизился к лицу Юнги, держа за рукав, и прикурил прямо от его сигареты. От такой неожиданной близости сердце у Мина почему-то странно ухнуло куда-то в желудок. При ближайшем рассмотрении парень оказался вполне себе привлекательным: ровная кожа, пухлые губы, глаза с поволокой, волосы эти розовые. Да он даже для девушки был очень хорош! Если бы не выступающий кадык, Мин реально усомнился бы в его половой принадлежности. — Ты так не смотри! Я — в отношениях, — заявил объект его пристального внимания, весело ухмыляясь. — Что? — Мин оторопел. — Я и не думал. Я, вообще-то, по девушкам. — Ну, да. Ну, да. Рассказывай. Если бы не мой парень, я бы в две минуты вывел тебя на чистую воду. Мина начал забавлять этот разговор: — Ну, что ж, придется оставаться нераскрытым. Его сигарета была уже выкурена, поэтому причин стоять напротив незнакомца и продолжать пялиться на него, он не находил. Но заставить себя повернуться и уйти, тоже не мог. Почему-то очень хотелось провести с ним как можно больше времени наедине, как будто это было важно. Мин достал вторую сигарету, приблизился к лицу напротив и также прикурил от его сигареты. Парень даже не попытался отклониться. Они молча курили в тёмном переулке, приближаясь друг к другу по миллиметру — их притягивало, как магниты. Красавчик не отводил глаз, пристально рассматривая нового знакомого. Его тянуло к нему. Особенно заводил голос — низкий, с хрипотцой — от него сначало сжималось что-то в животе, а потом растекалось теплом по всему телу. Юнги безумно хотелось потрогать розовые волосы. Даже сжать в кулак на затылке и потянуть. А еще прикусить нижнюю губу и заставить стонать. Он уже готов был притянуть парня к себе, когда услышал возмущенный голос: — Вы что тут делаете? — Мин вздрогнул, как будто стряхивая с себя наваждение. Перед ними стоял Ким Намджун. — Чимин, ты куришь! Да как так? Ты же обещал бросить! — Пупсик, ну, прости, я немного выпил и меня просто начало ломать, — Чимин обнял Нама, приподнялся на цыпочках и поцеловал в шею. — Да неужели? А ты, Мин Юнги. Тебя там все ждут, а он тут с моим парнем курит. Ты почему телефон отключил? «Твою ж мать»! — одновременно пронеслось у Юнги и Чимина в головах.

***

В центральном зале ресторана за длинным столом собралась почти вся родня Юнги. Торжество было в разгаре, его шумно приветствовали, пришлось обойти всех, обнять и поздороваться лично. Нам усадил его рядом с Чимином. Его он, конечно, представил, как своего друга и, чтобы не возбуждать лишних вопросов, весь вечер держался на расстоянии. Некоторое время они сидели молча, пока Чимин, наконец, не выдержал: — Так, значит, ты тот самый любимый братец? — А ты, значит, тот самый охуенный любовник? — О! Он так сказал? — Чимин довольно улыбнулся. Они снова замолчали. Притяжение, которое возникло в переулке, никуда не делось. Юн не понимал, что с ним происходит. Он абсолютно спокойно относился ко всем гендерам и ориентациям. Но, честно! Мин совершенно искренне не понимал, на фига заниматься сексом с парнями? Есть же такие мягкие и нежные девушки, с гладкой кожей и длинными волосами, у которых всё так прекрасно устроено для получения всех возможных удовольствий. До сегодняшнего вечера его не возбуждали мужчины. Никакие. Никогда. Но к Паку его влекло вполне определённым образом, это пугало и злило. После двух рюмок Юн в ужасе понял, что руки сами собой тянутся к Чимину и так и норовят приобнять. Осознание резко отрезвило. Со страхом он отодвинул рюмку подальше и запретил себе пить. «Расслабился, блять! — в отчаянии подумал он. — Ну, допустим, меня потянуло на экзотику, можно понять. Так почему именно парень Нама? Гадство! Может, это от недотраха? Я с этой учёбой реально уже забыл, когда трахался. Завтра вернусь в общагу, заманю какую-нибудь деваху и целый день с неё слезать не буду. По-любому, это поможет». Мин довольно улыбнулся своим мыслям и даже приободрился. Тем более, что Чимин был спокоен, как слон и никакой заинтересованности в нём не проявлял. «Пару часов ещё посижу, попрощаюсь и забуду всё, как страшный сон». Вечер подходил к концу, все пожелания были высказаны, подарки — подарены, вино — выпито и гости постепенно начали расходиться. Мин тоже уже было собрался свалить. Он подошел к Наму попрощаться, но тот не дал ему и шанса: — Ты куда собрался? Какая гостиница? Поехали ко мне, ты же не видел еще мою квартиру. Заодно подарки поможешь перетащить, тут, смотри — целая гора, нам с Чимином даже вдвоём не унести. Да и не поболтали мы с тобой совсем. Никуда ты не поедешь. У меня переночуешь, а завтра на поезд тогда. Мин согласно вздохнул. Приехав домой, Чимин, сославшись на усталость, отправился спать, оставив братьев наедине. Разговор не клеился, пообсуждав полчаса последние сплетни, они тоже разошлись. Приняв душ, Юнги довольный вытянулся в кровати и уже готов был провалиться в сон, но услышав низкий страстный стон Нама, испуганно и рвано выдохнул. Их спальня была за соседней, очень тонкой, чёрт возьми, стенкой. Мина пробил пот. Там определённо начали заниматься сексом. Мин выскочил из кровати и выглянул в коридор. Дверь в соседнюю комнату была приоткрыта. Мин не знал, чего хочет больше: подойти и заглянуть в чужую спальню или закрыть двери, зарыться в подушки и ничего не слышать. — Да, зайчик. Как хорошо. Можешь глубже? Чёрт! — услышал Мин голос Нама. Свой член четко дал понять, что нужно делать. Мин вернулся в постель, засунул руку в трусы и стал слушать. Воображение нарисовало образ Чимина, стоящего на коленях, обхватив зад Нама руками и глубоко вбирающего член. Он представил себя на месте Джуна: как он сверху смотрит на Чимина, запускает руку в розовые волосы, держит голову и начинает двигаться, засаживая член по самые гланды. От этой фантазии Мина повело, дыхание сбилось, руки было катастрофически мало, хотелось стонать. Он вцепился зубами в запястье. За стеной, похоже, перешли к более конкретным действиям, потому что в ушах Мина раздались невероятные, просто охуительно сладкие стоны Чимина. Он был громким, очень, сука, громким и таким откровенно пошлым и сексуальным, что напрочь сносило все тормоза. Юнги вцепился зубами в подушку. Его рука двигалась в ритм со шлепками, которые он чётко слышал. Оргазм накрыл с головой, выкручивая все внутренности и выбивая последний воздух из лёгких. На смену невероятному удовольствию пришло ужасающее откровение: «Я только что кончил от стонов парня. Я, блять, оказывается гей!»