Я не свободен (от тебя)

— Я так рад, что ты, наконец, в Сеуле. Мы два года не виделись. С ума можно сойти! Я так хочу познакомить тебя с Джином. Не переживай, будет всего человек семь, только наши близкие друзья, — трещал в трубку Нам, — ты придешь с Ким? — Конечно, она меня одного никуда не отпускает, — недовольно пробубнил Мин и тут же получил шлепок по заднице, — она, кстати, рядом. — Привет, Нами, — пропела в трубку невеста Юнги. — Привет, солнышко. Жду нашей встречи! — засюсюкал Нам. — И я. Очень, очень! — Так, всё. Пока! Развели тут! — Мин нажал «отбой». — Зануда, — ласково прошептала Ким, прижимаясь к Юнги и целуя в щеку. Он зарылся носом в её волосы, вдыхая уже ставший родным аромат, провел руками по спине и остановился на аккуратной заднице, сжимая половинки и прижимая к себе. Она довольно фыркнула и нашла губы. — Ты очень торопишься? — прошептал Мин. — Да, мама уже звонила, они меня ждут. Но вечером я вся твоя. — Ну, до вечера ещё долго, — обиженно надул губы Юн, — ладно, беги. Люблю тебя. — И я тебя. Пока. Ким чмокнула Мина, схватила сумку и оставила одного. Он недовольно обвёл взглядом ряды нераспакованных коробок. Они заехали в эту квартиру всего два дня назад. Решение о переезде в Сеул было сложным. Его стажировка закончилась и теперь он мог самостоятельно работать стоматологом. Юн хотел остаться в Тэгу, но в Сеуле жили родители Ким и она очень просила. Они были вместе больше года, а знакомы с первого курса. Ким была идеальной девушкой для него: весёлая, умная, сексуальная, энергичная. Иногда Мин спрашивал себя, что она такого в нём нашла? Ему было с ней хорошо и спокойно. Поэтому он два месяца назад подарил ей кольцо. Она приняла предложение не раздумывая. Мин мог абсолютно точно сказать, что счастлив. В ближайшее время он откроет свой кабинет, вместе с Ким начнут набирать клиентуру, через год поженятся, потом дети. Чего еще можно желать? Если бы только не сны. Блядские сны! В которых он трахает Чимина. Он бросил Нама где-то через неделю после дня рождения. Мин помнил, как он позвонил ему, был совершенно разбит и ничего не понимал: — Всё же было так хорошо. Он ничего толком не объяснил. Сказал, что ещё не готов к серьёзным отношениям. Я же ни в чём не давил на него. Юн, мне так плохо! Мину потом еще несколько недель пришлось выслушивать страдальческие исповеди. Он сожалел и поддакивал и, конечно, поддерживал, но совсем не был расстроен. Где-то в глубине души он гаденько радовался, что они больше не вместе. На удивление, Чимин и Нам остались друзьями. Время залечило раны, больше того, благодаря Паку Джун смог найти свою любовь — Джина. Тот был владельцем сети танцевальных студий и тренажерных залов, где Пак подрабатывал тренером и репетировал. С Сокджином они были хорошими друзьями. Как-то так сложилось, что Нам и Джин в одно время стали жаловаться Паку на полное затишье в личной жизни. Никого они не могут найти, всё какие-то уроды и идиоты. Решение поработать Купидоном напрашивалось само собой. Пак привел Нама на одну из вечеринок, которые часто устраивал Джин у себя в студии. С тех пор они не расставались. Сегодня у Джина дома они праздновали годовщину отношений — удачный повод, чтобы встретиться с любимым братом, познакомиться с его парнем и представить невесту. У Мина больше не оставалось никаких предлогов, чтобы избегать личной встречи с Джуном и его друзьями. Как бы он ни боялся, но ему вновь придётся столкнуться с Пак Чимином.

***

— Так, значит, ты завтра уезжаешь? — спросил Нам у Чимина. — Да, на три месяца. Будет много работы. Около двадцати концертов. Подтанцовка, конечно, не во всех номерах участвует, но всё равно. И это безумно интересно. Мы побываем в пяти странах. — Я так рад за тебя, дорогой. Ты это заслужил, так много работал, — Джин погладил Чимина по руке. Ужин подходил к концу. Мин весь вечер просидел как на иголках, кусок не лез в горло. Он то и дело одергивал себя, но взгляд упорно возвращался к Чимину. Юн не мог себе врать, его желание никуда не пропало. Чимин изменился, перекрасил волосы в нежный светло-русый оттенок, от чего стал ещё более очаровательно милым. Он повзрослел, но это лишь пошло ему на пользу. Со щек ушел детский жирок, резко очертив линию скул, взгляд стал более уверенным. От такого Чимина у Юнги сводило внутренности и потели ладони. Безумно хотелось курить. — А давайте я вам покажу наши фото из Японии, — предложил Нам. Все закатили глаза, но послушно согласились. Он недавно открыл в себе тягу к фотографированию всего и вся и мало того, что заспамил всем ленту в инсте, так и при любом удобном случае заставлял садиться перед экраном проектора и смотреть бесконечные слайды. — Где я могу покурить? — спросил Юн у Нама. — Опять? — возмутилась Ким. — Ну, родная, я всего одну, ты же знаешь, я, когда выпью, мне очень нужно. Девушка надулась, но не стала устраивать сцену, а направилась в гостиную за всеми. — На балконе можно, — подмигнул Джин Юнги. — Спасибо! — благодарно выдохнул тот в ответ. — Ты мне всё больше нравишься. Глубоко затянувшись, Мин почувствовал себя чуть лучше. Квартира Джина была в дорогом районе с прекрасным видом, выходившим на реку. Юнги залюбовался, оперевшись на ограждение. — Угостишь? — услышал он голос за спиной. Руки предательски задрожали. Чимин встал рядом и заглянул в глаза. Мин достал пачку и протянул её Чимину. Они снова напротив друг друга. Как и тогда, он приближается и прикуривает от сигареты Мина, оказываясь ужасно, просто непозволительно близко. Они молча курят, не отводя взгляда друг от друга, как будто хотят запомнить как можно лучше всё, до мельчайших подробностей. — Ты так не смотри, я в отношениях, — наконец прервал тишину Мин. Пак рассмеялся. — Помнится, в прошлый раз меня останавливал только Нам. Сейчас я свободен. Не боишься? Мне всё также понадобится не больше двух минут. «Опасно. Очень опасно, — пронеслось в голове Мина, — нужно бежать. Я не вывезу это». Плотные шторы скрывали их от всех в квартире. Сил уйти не было никаких. Мин даже глаз не мог отвести. Пак как будто привязал его к себе. Юн отчаянно боролся с собой: — Я же в прошлый раз сказал, что по девушкам. Пак зло сощурил глаза и в одну секунду уничтожил расстояние между ними. Он выдохнул Юнги в губы, издавая очень тихий стон. Не понадобилось и двух минут. Это было последней каплей. Оборона рухнула. Мосты были сожжены. Мин, наконец, сделал то, о чем мечтал последние два года — жадно впился в губы, зло раздвигая их и запуская язык в рот. Пак был таким мягким, таким податливым и таким офигенно вкусным, что сносило крышу. Поцелуй длился не дольше минуты, а у Мина просто зашкаливал адреналин. Сердце билось, как ненормальное, того и гляди выпрыгнет. — Чёрт, это опасно. Слишком. Если нас увидят, будет скандал, — Мин пытался справиться с дыханием, он опасливо смотрел на шторы. Мягко он подтолкнул Чимина к стене рядом со стеклянными дверьми, властно прижал и снова поцеловал. — Господи, да что ты делаешь со мной? Это неправильно. Так не должно быть, — шептал он, запуская руки под рубашку и сжимая нежную кожу. — Если ты еще раз скажешь, что по девушкам, я отсосу тебе прямо сейчас, — Чимин смотрел прямо в глаза и у Мина не было никаких сомнений, что этот ненормальный выполнит свою угрозу. Соблазн был слишком велик. Да, у Юнги вообще не было никаких шансов, ни малейшего. — Вообще-то я по девушкам, — хрипло произнес он, сам ужасаясь своему решению. Победно ухмыльнувшись, Пак быстро расстегнул ремень и ширинку на джинсах Юнги и запустил в них руку, вытаскивая давно стоящий колом член. Присев на корточки, он облизал головку и жадно затянул её в рот. Мина выгнуло, он оперся руками о стену и изо всех сил старался не стонать. От вида пухлых губ Чимина, плотно обхватывающих член, Мина вело. Он запустил руку в волосы и стал придерживать голову, мягко насаживая рот на свой член. Пак послушно замер, дыша через нос и даже не пытаясь перехватить инициативу. Буквально через минуту Мин кончил ему в рот, не позволяя отстраниться и заставляя проглотить все до последней капли. — Твою мать, что это было? — он быстро поднял Чимина и поцеловал. Тот жался пахом к Мину и нетерпеливо прошептал: — Помоги, я уже не могу. Мин расстегнул ширинку на брюках, достал член, быстро сплюнул на руку и стал дрочить, наслаждаясь видом Чимина, абсолютно растрепанным и шальным, жадно хватающим воздух и закусывающим губы. — Ты такой красивый, просто невероятный. Мини, детка, ты сводишь меня с ума, — не мог остановиться Юнги, прикусывая тонкую кожу и зацеловывая шею. Пак кончил ему в руку, зарывшись лицом в пиджак и душа стоны. — Вы что тут застряли? Мы вас по… — Джин в ужасе замер на пороге. — Ну, Джин, ты чего встал? Дай пройти, — раздался за его спиной голос Ким. — Детка, тут холодно, иди возьми пальто и мне принеси, — сказал Джин, резко поворачиваясь и увлекая девушку подальше от балкона. «Блять, что же я наделал»? — ужаснулся про себя Мин. Запоздалое чувство вины медленно и верно заполняло душу.