Разные миры — разные мы

      Чондэ не мог уснуть ночью. Лежал на спине, бездумно глядя в потолок комнаты и слушал медленное дыхание своего парня. Пересчитывание козлят тоже не помогало. Когда сквозь задёрнутые занавески стал просачиваться солнечный свет, Чондэ больше не мог притворяться. Он быстро встал с постели, оделся и, наспех умывшись, вышел из квартиры. В подъезде пахло тюльпанами и какой-то затхлостью, отчего Чондэ сморщил нос и быстро сбежал по лестнице вниз.       В лучах утреннего солнца всё вокруг выглядело ярким и необычным, словно вышедшим из какого-нибудь фильма. Чондэ вдохнул утренний воздух, прикрыл глаза и на мгновение позволил себе не думать, а только ощущать нежный ветер на коже и в волосах, солнечный свет на одежде и лице.       Чондэ всегда чувствовал себя будто не в своей тарелке. С осознанного возраста он совсем не мог найти себе место. Ему казалось, будто он постоянно бежал от чего-то. От чего-то, что он сам не мог объяснить себе. Чондэ всегда преследовало чувство, будто за ним кто-то гонится и, если он остановится хоть на секунду, то он пропадёт навечно. Этот город, его люди — всё душило и тянуло на дно.       Чондэ не придумал ничего лучше, как сбежать.

***

      Припарковав мотоцикл у дома, Чондэ поднял первый попавшийся камешек с дороги. Вокруг никого не было — время едва доходило до семи утра. Замахнувшись, Чондэ бросил камешек в окно с голубыми занавесками на первом этаже. От первого удара не последовало никакой реакции, поэтому Чондэ бросил другой камешек, затем ещё один и ещё…       — Что, чёрт возьми, ты делаешь? — голова Минсока высунулась из окна, и его недовольно-сонный тон был явно показателем того, что его разбудили.       — Пытаюсь привлечь твоё внимание, — Чондэ улыбнулся и подошёл ближе, чтобы не повышать голос. Минсок всё ещё жил с родителями, а они были очень строгими людьми.       — Ты опять потерял телефон? — Минсок зевнул, пытаясь привести свои волосы в относительный порядок.       — Нет.       — Тогда зачем бросать камни в моё окно?       — Потому что мы отправляемся в путешествие! — радостно сообщил Чондэ, разбрасывая руки в стороны и широко улыбаясь. Минсок от такого точно не устоит. — Теперь одевайся и спускайся немедленно!       — Тебе повезло, что у меня отпуск, — пробубнил Минсок и скрылся в окне.       Всегда срабатывает, довольно подумал Чондэ.       Минсок и Чондэ знали друг друга ещё с начальной школы. С того дня в третьем классе они не расставались ни на один день. И хоть Минсок был старше на два года, даже его выпуск из школы не стал препятствием в их дружбе. Даже когда они оба жили абсолютно разными жизнями: Чондэ не имел постоянной работы, а искал подработку то тут, то там, а Минсок, наоборот, нашёл себе хорошее место в одном из торговых центров. И порой Чондэ казалось, что у них скоро не останется ничего общего и они разойдутся своими путями, и забудут друг о друге, как это бывает в большинстве случаев. И, честно, Чондэ это пугало. Если в его жизни не будет Минсока, то тогда он даже не знает, кем он станет.       — И куда мы направляемся? — спросил Минсок, поправляя джинсовку после перелазывания через окно.       — В «Треугольник», — Чондэ даже не пытался скрыть своей улыбки и уже готов был услышать ворчание друга.       — В «Треугольник»? Ты серьёзно? Ради этого ты вытащил меня в семь пятнадцать из дома? — Минсок выразительно изогнул бровь и показательно скрестил руки на груди. Весь его вид говорил о том, какая это была не серьёзная идея. — Ты же знаешь, что каждый третий человек отправляется в «Треугольник»?       — И что с того? Это будет нашим летним приключением! Только подумай об этом! Столько возможностей! Столько интересных мест! — Чондэ с энтузиазмом махал руками, рассказывая свой только что придуманный план.       — И на чём мы туда поедем? — скептически спросил Минсок.       — А ты как думаешь? — подмигнул Чондэ и кивнул в сторону своего мотоцикла.       — Нет! — сразу же запротестовал Минсок, отгораживаясь руками, — ты знаешь, что я не выношу поездки на твоём байке!       — Брось, будет не страшно.       — Ты говоришь так каждый раз.       Чондэ лишь рассмеялся и протянул Минсоку шлем.

***

      «Треугольником» называли три крупных города в стране, которые отличались атмосферой и населением, проживающим там, и на карте они образовывали, само собой разумеется, треугольник.       Главная дорога из их провинциального городка была почти пустой. Ветер бы игрался в из волосах, если бы не шлемы. Солнце грело своими тëплыми лучами. Чондэ не забыл взять рюкзак, в который положил две бутылки воды и пару снэков для перекуса по пути. Минсок вцепился в него мëртвой хваткой, плотно прижимаясь грудью всю дорогу. Чондэ только и мог, что молча смеяться над иррациональным страхом друга. Остановку сделали всего раз, чтобы справить нужду. Минсок еле перебирал ногами от долгой поездки на мотоцикле и ворчал на Чондэ за то, что тот смеялся с него.       Первой их остановкой стал Банъюн. Банъюн был самым большим по площади и самым густонаселённым городом в «Треугольнике». Туда ехали все, кто устал от жизни в пригородных районах, кто мечтал о новой жизни знаменитости и кто хотел получить массу новых ощущений. Чондэ был в числе той последней группы и Минсока тащил за собой.       В город они приехали к полудню. Пока Чондэ заправлял мотоцикл, Минсок успел найти отель с приличными ценами, в котором они могли переночевать.       Днём в Банъюне стояла суматоха: люди, словно муравьи, заполняли собой и своими машинами улицы. Минсок нашёл бесплатную стоянку, и там они и оставили мотоцикл. Дальше решили просто сделать небольшой обход и посмотреть на город. А город впечатлял своими размерами: высокие небоскрёбы и многоэтажки, пëстрые движущиеся картинки на рекламных щитах, встроенные в здания. У Чондэ голова закружилась от такого зрелища. Банъюн казался неприступной крепостью своими высотками. Чондэ почувствовал себя в ловушке. Ему здесь точно не понравится.       Они с Минсоком гуляли по улицам, разглядывали витрины магазинов и даже прикупили по магниту для воспоминаний. Вечером нашли отель «Прекрасная ночь» — название вызвало у них громкий всплеск смеха и переглядываний на стойке регистрации, — и зашли в пристроенное к нему кафе. Цены на еду оказались приемлемые, и Чондэ даже заказал две порции лапши с листьями папоротника и говядиной, которое считалось местным деликатесом. Минсок не оценил листья папоротника, а Чондэ съел обе порции и глазом не моргнув.       В номере стояли две кровати, тумбочка между ними и висел небольшой телевизор на стене напротив.       Чондэ лежал на кровати, разглядывая потолок и время от времени поворачивался к Минсоку, который залипал в телефоне. Сон не шëл.       — О чëм думаешь? — вдруг спросил Минсок, и Чондэ услышал, как он положил телефон на тумбочку.       Они давно выключили свет в номере, шторы были плотно закрыты. Никакого света.       Чондэ какое-то время молчал, не решаясь сказать, что у него было на уме.       — Я всë ещё не могу переварить ту лапшу, — произнëс Минсок, и Чондэ улыбнулся.       — Она была не такой уж и плохой.       — Нет! На вкус просто гадость!       Они оба засмеялись, вспоминая сегодняшний ужин.       — Знаешь теорию о том, что наши сны это отражение нас из параллельного мира? — тихо спросил Чондэ, чувствуя, как его сердце забилось быстрее.       Минсок ничего не ответил, поэтому Чондэ продолжил:       — Мне часто снится, что я в таком красивом месте, где всё такое яркое и почти волшебное, и там я будто в безопасности. Как-будто то место — мой настоящий дом.       — Поэтому ты захотел поехать в «Треугольник»? — ласково спросил Минсок.       Чондэ лишь кивнул, забыв, что Минсок не мог видеть в темноте его движений.       — Да, именно поэтому.

***

      Следующей остановкой стал Сейрам. Город вечных огней — так его прозвали за непрекращающиеся цветные фестивали и яркие фейерверки по выходным.       Перед въездом в город они остановились возле зелëного поля, раскинувшегося на несколько километров. Чондэ достал телефон из кармана джинсовки и сделал пару снимков.       — А теперь сфотографируй меня, — Минсок появился перед камерой, широко улыбаясь и раскидывая руки в стороны, — этот мир мой!       Чондэ рассмеялся над его суровым тоном и запечатлел его повелительную позу на камеру. Результат вышел неплохим: солнце как раз находилось прямо над головой Минсок, поэтому на снимке казалось, будто у него нимб висел. Чондэ засмотрелся на его улыбку, непроизвольно улыбаясь краешком губ в ответ.       — Хорошо выгляжу? — Минсок с любопытством в глазах заглянул в экран телефона и довольно улыбнулся, — неплохо-неплохо.       — Очень даже неплохо, — кивнул Чондэ и взглянул на Минсока, — ты всегда хорошо получаешься на фотках.       — Пятый класс средней школы? — приподнял бровь Минсок.       — Даже сыпь прыщиков не смогла скрыть твоей природной красоты, — парировал Чондэ и рассмеялся.       — Как угодно, — тихо ответилМинсок, отвернувшись.       Чондэ замолчал, вдруг пожалев, что вообще открыл рот. Пятый класс и для него был неприятной темой, из-за постоянного стресса и издëвок со стороны одноклассников касательно его причëски. В то время у него был ужасный вкус, когда дело касалось волос.       — Твой парень в курсе о нашем путешествии?       Вопрос Минсока вывел Чондэ из задумчивости.       — Он не мой парень, — со вздохом ответил он.       — Вы расстались? — спросил Минсок и в его голосе послышались удивлëнные нотки.       — Я просто ушëл, — пожал плечами Чондэ, сморщив нос. Говорить об уже бывшем парне как-то не очень хотелось.       — Просто ушëл?       — Да, встал с постели и ушëл. Это было не всерьёз, — Чондэ закатил глаза на внезапный допрос.       — Тогда почему ты выглядишь так, будто что-то потерял? — с напором задал вопрос Минсок.       — Потому что я не знаю, что потерял! — взорвался Чондэ, всплеснув руками. — Ты бываешь таким невыносимым.       — Я знаю, — усмехнулся Минсок. — Поехали.

***

             Приехали в Сейрам они около восьми вечера, когда небо уже окрасилось в тëмно-фиолетовые тона и люди высыпали на улицу в честь очередного праздника. В городе играла танцевальная музыка, повсюду стояли прилавки с разными видами еды. Чондэ уговорил Минсока попробовать муравьёв в сливочном соусе. Минсок сначала морщил нос, из-за чего Чондэ не мог ни улыбаться, но потом всë-таки съел одного муравья с палочки.       — Не так уж и плохо, — сказал Минсок, перекрикивая музыку. На его подбородке остался след от сливочного соуса, и Чондэ одним движением пальцев убрал его, после обтерев руки о салфетку. — Спасибо. Теперь твоя очередь.       Чондэ вызов принял. Муравьи пошли на «отлично», поэтому следующие в списке были пауки. Им обоим они не понравились так, что пришлось искать ближайший общественный туалет. Во рту так и ощущался это отвратительный привкус волосатых лапок.       После местных «деликатесов» Минсок увлëк Чондэ в группу танцующих людей. Они танцевали, отбивая ритм музыки ногами и хлопая в ладоши каждый раз, когда кто-то из толпы выступал вперëд, чтобы показать невероятные движения. Чондэ не мог перестать смеяться, смотря на то, как намеренно забавно танцевал Минсок, при этом он сам не мог скрыть своего смеха.       — Кажется, я добавил ещë сто лет к своей жизни, — тяжело дыша, произнёс Минсок. Он облокотился на стенд с рекламой косметики и пытался отдышаться. На его лицо падал свет разноцветных фонарей и из-за пота, оно как будто блестело. Чондэ опять засмотрелся.       — Идëм, сейчас будут фейерверки.       Он взял Минсока за руку и повëл в сторону причала. Сейрам располагался близко к двум протекающим рекам, поэтому имел множество причалов, раскинутых на каждом берегу. Люди уже столпились возле ограждения в ожидании. Чондэ и Минсок встали неподалёку от проката лодок, где людей было меньше. Обзор был не самым лучшим, но в ночном небе любой фейерверк будет заметен.       Первые искры взорвались зелёным цветом и быстро рассыпались. Второй залп превратился в розовую пыльцу, падающую, словно с крыльев фей. На третий залп Чондэ отвлëкся, почувствовав, как его дëргали за рукав джинсовки. Минсок смотрел на него, а в его глазах отражались голубые и жëлтые искры. Чондэ затаил дыхание.       — Можно тебя поцеловать? — слова прозвучали так громко, отдавшись гулким эхом в ушах Чондэ, но на самом деле были едва громче шëпота.       Минсок поддался вперëд, и стоило Чондэ губами произнести «да», их губы соприкоснулись в поцелуе. Чондэ обнял Минсока за шею, притягивая ближе и чувствуя, как руки Минсока впились в его бëдра.       Громкие возгласы и хлопки фейерверков остались на заднем плане.

***

🏍       В Хандук они приехали уже изрядно уставшие. За три дня посетить два города, один из которых ходячий праздник, оказалось очень утомительным делом. Но как только они припарковались возле мотеля, стоявшего на въезде, Чондэ сразу понял, что это то самое место.       Хандук считался культурным центром страны и самым экологически чистым городом на всëм полуострове. Город так и пах зеленью и летом. Зелëные лужайки и высокие деревья с кронами зелëных и красных цветов; облагороженные парки и пруды, в которых плавала рыба и разнообразные птицы — это всë было везде. Дома здесь не гигантские небоскрёбы, а пятиэтажки из разноцветного кирпича.       Чондэ сразу же потянул Минсока в ближайший парк. Они нашли место у одного из деревьев и привели на траву.       — Здесь невероятно, — восхищался Чондэ, оглядывая деревянные скамейки, клубы с жëлтыми и розовыми цветами и фонтан, бьющий прямо из земли. Чудо какое-то прямо.       — Да, всë такое яркое и почти волшебное, — согласился Минсок, повторяя сказанные ранее слова Чондэ, — место точно для тебя.       Чондэ повернулся к нему и взял его за руку, крепко сжимая.       — Рассказать секрет? Во снах я вижу и тебя.       Минсок смущённо улыбнулся, отводя взгляд.       Чондэ чувствовал сейчас такое умиротворение и спокойствие, которого он не испытывал, наверное, никогда. Впервые в своей жизни Чондэ мог остановиться и не бояться, что его сейчас догонят, и он исчезнет навсегда. В Хандуке было безопасно. Чондэ чувствовал себя в безопасности. Он мог, наконец, расслабиться и вдохнуть полной грудью, ощущая, как груз сваливается с его плеч. Здесь его место.       — Если мы когда-нибудь расстанемся, ты тоже просто уйдëшь? — спросил Минсок, рисуя круги большим пальцем на ладони Чондэ.       — Нет, — с уверенностью ответил Чондэ, кладя голову Минсоку на плечо.       — Откуда ты знаешь?       — Я знаю, — Чондэ усмехнулся, боднув Минсока головой, — я отправлю тебе смс.       Их смех растворился в журчании воды из фонтана.