Цена жизни

      Конец уроков. Ученики частной академии расходились кто куда: кто то играть в азартные игры и транжирить там родительские деньги, у кого-то теплилась надежда именно сегодня освободиться от статуса питомца, а некоторые просто уходили домой, имея другие дела после занятий. Последними именно сегодня оказались Юмеми и Энни, так как у обеих девушек были тренировки, айдолу нужно было выучить новый танец перед предстоящим мероприятием, о котором говорила президент, а её подругу ждала усердная подготовка к турниру по фигурному катанию. Помимо физической подготовки Сугияма считала, что похудела все ещё недостаточно сильно, чтобы считать себя полностью уверенной в своей победе и фигуре. При росте 160 вес девушки колебался в районе 41 килограмма, но фигуристка грезила о том, чтобы наконец увидеть ровное число 40 на весах, а ещё лучше 39, чтобы быть спокойной, а может и 38. Сегодня, съев утром один только салатный лист, она была уверена, что такими темпами достигнет своей желанной цели. Но за обедом в школе Юмеми очень настаивала на том, чтобы фигуристка поела при ней. Юмемите искренне переживала за свою подругу, которая была перфекционистом, стремящимся к идеалу, её веса такое отношение касалось в первую очередь. На большом перерыве айдол принесла подруге рамэн с курицей, просто поставив перед фактом, что она не успокоится, пока та не съест как минимум половину. Временами девушки ссорились из за подобного, потому что свои голодовки и строгие диеты Сугияма считала вынужденной нормой для фигуристов. В училище, которое она посещала до поступления в Хьяккао, с начальных классов приучали к регулярным взвешиваниям и тому, что за весом нужно тщательно следить. Сильно отпечатались в памяти Энни оскорбления со стороны преподавателей и даже некоторых одноклассников, потому что вес озвучивали публично. «Свинья» и «толстушка» — эти фразы преследовали её будто из каждого угла после подобных мероприятий. Ещё будучи юной, блондинка с целью похудеть, помимо физических нагрузок, искусственно вызывала себе рвоту. Девушка поначалу понимала, что это ненормально, но сбросить, как ей внушали, лишние килограммы ей хотелось больше. Она наивно думала, что не подсядет и сможет вовремя остановиться, но эта губительная привычка не даёт Энни покоя даже после поступления в частную школу. Спустя время, к этой повадке добавилась еще одна: подсчёт калорий. Но это не спасало её в моменты, когда организм, до этого сидевший на диетах чередовавшихся с голодовками, требовал калорийной пищи и она срывалась. Так произошло и сегодня, когда Юмеми принесла блондинке лапшу. Фигуристка не заметила, как съела всю порцию и заела ломтиками хлеба, несмотря на то, что блюдо было без того сытным. Сугияма ненавидела себя за то, что объём калорий, который она растягивала на несколько дней, а то и неделю, девушка истратила за один обед. Считая, что явно его превысила, по своим нездоровым меркам, зеленоглазая направлялась в туалет, чтобы привычным ей методом прочистить желудок. Сказав Юмеми немного подождать, чтобы подруги ушли вместе после уроков, фигуристка удалилась в дамскую комнату. Это был первый раз, когда она собиралась прибегать к подобному прямо в школе. — «Вроде никого нет», — подумала Энни, открывая дверь в туалет. Блондинка засмотрелась на себя в зеркало над раковиной: плотный слой тонального крема и консиллер, скрывающие несовершенства кожи, держались хорошо. Из за проблем с питанием у девушки была очень сухая кожа лица, которую она тщательно старалась маскировать косметикой и иногда, дабы отвлечь внимание, добавляла румян. Недосып напоминал о себе девушке синяками под глазами. Сугияма упорно смотрела на себя в зеркало, гипнотизируя своё отражение. Как же она уже устала чувствовать боль, хочется уже добиться желаемого результата, достигнуть своего идеала в теле, да так, чтобы остальные несовершенства тоже испарились. Девушка ещё не осознавала того, что все недостатки были лишь в её голове, плотно вдолбленные училищем, как и не допускала мысли, что губит себя. Смотря на себя в зеркало, слегка наклонившись к нему, и продолжая задавать немые вопросы о том, когда это уже все подойдёт к концу и можно будет без укоров смотреть на своё отражение, Энни не заметила, как за её спину, очень близко находясь к хрупкому телу блондинки, стояла высокая девушка, с повязкой на глазу, уставившись на блондинку свысока. Это заставило фигуристку оторваться от собственного отражения и наконец поднять глаза на Икишиму через зеркало. — Вот ты где, — произнесла Мидари, склонившись со спины над Сугиямой. Последняя упомянутая даже ответить ничего не успела, как оказалась в одной из кабинок, плотно прижатой к стене. Открыв до этого зажмуренные от испуга глаза, школьница наконец смогла получше разглядеть «похитительницу». Над школьницей склонилась темноволосая девушка, та, которую она видела выходящей с собрания студенческого совета сегодня. Глава комитета выглядела нетипично для остальных учеников академии, что заставило фигуристку задуматься о том, почему та не замечала её раньше: темные волосы девушки обладали фиолетовым отливом, лицо украшал пирсинг, а на голове виднелся фиолетовый ободок-бантик. Мидари была выше Энни на голову, склоняясь над фигуристкой, глава комитета вжимала плечи Сугиямы в стену, упираясь коленом рядом с правым бедром девушки. — А ты оказывается милашка, Сугияма. Юмеми дружит с тобой для поддержания имиджа, да?, — залившись смехом от испуганного выражения лица, спросила глава комитета по благоустройству. — Ч-что тебе нужно? — выдавила из себя встречный вопрос Сугияма, немного заикаясь от неожиданности ситуации. — Слушай меня внимательно, — сильнее наклонившись к фигуристке, так, что они чуть ли не сталкивались лбами и между их лицами было несколько сантиметров, с каким то хищным прищуром произнесла темноволосая. Отпустив плечи Энни, убрав колено и поставив левую руку себе на талию, а правую предплечьем прижав прямо над головой Сугиямы, Мидари продолжила: — Мне тут птичка на хвостике принесла и не одна, что ты с Юмемите, красоткой однодневкой, обсуждала предстоящую игру со мной, только попробуй соврать, что это не так. — Передай этой своей «птичке» в таком случае, что мои разговоры с Юмеми это наше личное дело. Так чего ты хочешь? — борясь со страхом от абсурда и неожиданности ситуации, отвечала Энни, настаивая на своём вопросе. Дрожь в теле от адреналина, гуляющего по крови, ощущение чужого дыхания на себе, страх от непредсказуемости ситуации и интерес к поведению Икишимы — всё это смешалось в яркой мозаике чувств школьницы на данный момент. Она только осознала, какой хрупкой себя чувствует рядом с одноглазой, но все равно что-то отвечает ей, ведь блондинке было искренне любопытно, что же та будет делать дальше. — Личное, не личное — плевать, — закатывая глаза и слегка запрокидывая голову, произнесла Мидари. — Давай по делу. Передай своей зазвездившейся подружайке, что от предстоящей игры я желаю получить настоящий азарт и удовольствие, — последнее слово глава комитета произнесла с хитрым прищуром и улыбкой, полной предвкушения. — Так что пусть она отменит все возможные планы на завтрашний день, нам много каких споров стоит решить этим методом, — процедила темноволосая уже чуть более серьезно, ухмыляясь. — Во что ты хочешь с ней сыграть? — без доли стеснения задала волнующий вопрос Энни, подняв на Мидари свои зеленоватые глаза. — А вот это, — глава комитета по благоустройству наклонилась ближе к собеседнице, казалось, расстояние сократилось между ними сильнее, чем в прошлый раз, — тебе знать не обязательно, — прошептала Икишима, сверля взглядом фигуристку и игрась левой рукой со спущенной из высокого хвоста блондинки прядью. — Давай вали, — Энни сама не заметила, как после этих грубых слов темноволосая резко развернула лицом к двери и вытолкнула девушку из кабинки туалета, заперевшись изнутри. — «Ахуеть, у меня будут просто отличные новости для Юмеми», — ругнулась про себя Сугияма и удалилась из дамской комнаты, направившись по длинному коридору академии в раздевалку. — Чего ты там так долго? — надув губы и скрестив руки на груди спросила уже заждавшаяся Юмеми. — Ох, теперь я могу тебе сказать «да ты не поверишь что сейчас произошло», — театрально начала пародировать подругу Сугияма. — Давай уже, не темни, — настаивала айдол, привычно взяв подругу под руку и ведя к выходу из академии, настаивала голубоглазая. — Она.. Икишима, о которой ты мне рассказывала сегодня, прижала меня прямо в туалете и просила передать «красотке однодневке», что игра состоится завтра, а ещё.. — не успела договорить все ещё ошарашенная блондинка, как её перебили. — Как меня назвала эта чокнутая? Твою же.. Она не сказала во что будем играть? — убедившись, что девушки отошли на безопасное расстояние от таких же уходящих домой учеников, девушка начала негромко, насколько это было возможно при таких жгучих эмоциях, ругаться. — Нет, она отказалась говорить, а ещё она.. — фигуристку снова перебили. — Сволочь, просто сволочь одним словом. Да и плевать, я все равно разделаюсь с ней и вообще.. Эй, Энни, куда ты смотришь? — обратилась Юмемите к подруге, что втыкала куда то в пустоту, находясь где то вне. — Она.. Назвала меня милашкой