Неадекватный

      Его не берут ни в одну семью. А если и берут, то возвращают примерно через месяц. Он всегда в наморднике, с несколькими шрамами на тощем теле. Ни один нормальный приют не хочет забирать его, из-за чего он всю жизнь провёл в серых стенах бюджетного гос. учреждения. Маленький мальчик с очень странным цветом волос — фиолетовый.       Намордник на его лице сдерживает любые звуковые колебания, исходящие из его рта. Из его «поганого, проклятого рта». Как удобно управлять человеком, неспособным издать ни звука? Если в кратце — его боялись. Боялись, что он возьмёт всех под контроль, разрушит этот мир. Четырёхлетний ребёнок. Возможно, обучи его кто-нибудь сдерживать свою причуду, всё бы было хорошо.       Парень знал, как писать и считать. Всё было проверено. Но хотя бы языку жестов его никто не обучал. «А что, если даже ни говоря ни слова, он возьмёт нас под контроль?» — возмущались дети этого стрёмного приюта.

* * *

      Его бесил там каждый человек, каждое живое существо. Они остались там только из-за того, что у них «прекрасные причуды».       Хитоши Шинсо считают особо опасным. И за это он ненавидит каждого. Но сейчас он готов молить Бога о прощении и умолять вернуть его обратно.       Здание выглядело опасно. Оно вселяет страх. Где-то сбоку слышны радостные крики детей. «Почему вы такие счастливые?» Их считают опасными для общества. Тогда как они могут беззаботно смеяться? Это страшно, хотя из-за чего — Шинсо не может понять.       Школа выглядит обшарпано, но не так плохо, как ему представлялось в голове. Старшая школа UA — это место для особо опасных подростков. А по совместительству ещё и приют. Два корпуса соединялись между собой довольно широким коридором на первом этаже. Одна часть — общежитие, вторая — сама школа. Двери на входе в общежитие выглядят хлипкими. И не важно из-за чего: времени или же чьей-то причуды. Ни то, ни другое не внушает доверия. Внутри довольно скучный ремонт. На половину стены салатовые, потом сиреневая полоска, а дальше обычная побелка на всю плоскость. Краска местами облазеет, а на потолке, в углах, растёт плесень. — Мерзость…       Из-за угла выскакивает парень, довольно сильно испугав при этом Хитоши. — Привет-привет-привет, — медленно и надменно протягивает он. — Мне сообщили о твоём прибытии. Меня зовут Нейто Монома. Тебя зовут Хитоши Шинсо. Про твою причуду мне, увы, не рассказали, но сказали проводить до твоей комнаты.       Парень нахально усмехается, ожидая приветствия в свою сторону, но получает лишь тишину и усталый взгляд. Он цокает нарочито громко и уходит вдаль по коридору, говоря еле слышимое «пошли». Он бормочет себе что-то про странности и «очередную поставку». Хотя к чему это, Шинсо не понял и решил не придавать этому значения. Они дошли до лестницы и поднялись на третий этаж и, дойдя до предпоследней комнаты, остановились. — Ты живёшь с одним чудиком, так что будь осторожен. Я советую не давать ему бумагу и чёрную ручку. — выждав, пока новенький откроет дверь и зайдёт внутрь, Монома прошёл вместе с ним. — Завтрак в пол-девятого, столовая на первом этаже школьного крыла. Уроки начинаются без двадцати девять. Я твой староста. Надеюсь проблем с ориентацией во времени и пространстве у тебя нет, так что попытайся не опоздать. И он ушёл.       Шинсо не нравится этот парень. Слишком вычурный. На потрёпаном мобильнике высвечивается время: ещё пять минут до завтрака. Нового соседа в комнате не оказалось и парень вздохнул с облегчением. «Меньше лиц — больше спокойствия» Комната была маленькой для двух людей — пять на пять метров. Одна из кроватей была идеально заправлена, а вторая покрыта хорошим слоем пыли. Подойдя к ней, Хитоши положил сумку со своими небольшими пожитками на её поверхность. — Мерзость.       Ну, это уже не голые бетонные стены. Хоть это радует. Возможно, здесь он сможет начать новую жизнь. О его причуде никто не узнает, значит, плохого ничего не произойдёт. Тем более, они все в одинаковом положении. Пока он ехал сюда, ему сказали, что если он пройдёт «реабилитацию», то его переведут в другой приют. Хотя что эта жирная тётка имела ввиду, он так и не понял. Он же не в тюрьме. И точно не в центре душевнобольных. Шинсо понял, что всё это время пялился в окно, куда-то вдаль. Он отправился вниз, намереваясь спокойно поесть. Парень медленно шагал по пустым коридорам.       Вообще, это место полно таких же сирот, как и он. Они здесь просто потому, что их причуда в какой-то момент вышла из-под контроля. Шинсо здесь потому, что на днях снял маску. И сразу взял какого-то очень смелого парня под контроль, заставив бить своё лицо на протяжении минуты, пока воспитательницы не прибежали на звуки толпы, собравшейся вокруг них.       Из столовой доносится непозволительно громкий шум, из-за чего голова начинает гудеть. Поняв, что он ничего не понимает, Хитоши, решил найти того парня. «Монома, кажется…» Парень был совсем недалеко, стоял с краю большой толпы подростков и с кем-то болтал. Хитоши подошёл к нему и обратил на себя внимание, потрогав его за плечо. — А? — Монома был одет в чёрную форму со стоячим воротником. — Ох, так ты всё-таки пришёл! Не хочешь сказать мне привет? А то я и обидеться могу. Ответом ему послужила тишина. — Пф… Ладно. Чего ты хотел? Если ты не заметил, то я вообще-то с другом тебя обсуждаю. Мне некогда просто стоять. Подумав, что дальше только тюрьма, Шинсо снял маску. — Где мне взять еду? — Ой, так ты всё-таки…       Монома моментально замолчал, а его глаза опустели. Слава Богу, рядом уже не было его друга, а толпа была занята обсуждением предстоящего дня. Что делать дальше, Хитоши не знал. Повторюсь, что работе с причудой его никто не обучал. Он, собственно, воспользовался ей не намеренно. Он хотел говорить, как нормальный человек. Единственное что пришло Шинсо на ум, это хорошенько врезать Мономе по лицу, что он и сделал. Нейто покачнулся и начал прерывисто дышать, с ужасом глядя на парня, который только что снова, в попыхах, надел маску. На долю секунды в глазах Мономы отразился восторг. — Это же, твоя причуда, верно? — ответом ему служил лёгкий кивок головы. Монома хмыкнул и для чего-то кивнул себе головой, уходя в глубь толпы. Шинсо просто стоял на месте с опущенной головой. То ли это совесть, или же банальный стыд — он не знал. Но в груди появилось достаточно не приятное чувство. Погрузившись в тяжёлые думы и размышляя над смыслом бытия, Хитоши не заметил, как к нему подошли и протянули поднос с кашей и небольшой кружкой чая. — Пошли, странный ребёнок.       Нейто прошёл к свободному столику, где уже сидел парень, с которым он недавно разговаривал. Как только они туда подошли, у него буквально засветились глаза. — О, привет, ты же Шинсо Хитоши, да? — вместо названого, парню ответил Монома короткое "да". — Я, кстати, Джуничи Ёсида! — парень подставил руку ко рту, как бы закрывая его и обращаясь к Мономе почти шёпотом. — Он чё, немой? Или больной? Нейто просто пожал плечами, предупреждал Ёсиду, что этот новенький не сильно разговорчив. «Слишком много людей. Это будет сложно»