Глазами Синестета

      Больше всего я боялся погибнуть глупой смертью. Смерть сама по себе пугает, а вероятность того, что ты умрешь от вылетевшей пробки шампанского, удручала ещё больше. Просто представьте: сейчас вы говорите с человеком, он смеётся, улыбается, обещает, что заглянет на праздники, а вечером снимает этикетку с бутылки и в глаз получает свою последнюю боль, не видя, как расплескавшаяся жидкость заливает бездыханное тело и стол. Статистика насчитывает около 25-ти таких смертей за год.       Обогреватели.       Небольшие обогреватели воздуха могут казаться вполне мирными предметами, но они являются одними из главных причин случайных пожаров и смертей. 40 человек погибает в пожарах, вызванных именно ими.       Ручка.       Да-да, обычная, ничем не примечательная ручка. От удавления шариковой ручкой во сне, регулярно умирает до 100 человек. Вот и сейчас кто-то справа уронил одну, словно прочитав то, о чем я думаю. Не обращая на звук никакого внимания и закрыв глаза, я вслушался в собственный стук сердца, который заглушал всё вокруг и продолжил думать. Если наклонившемуся за ручкой случайно уронить на висок телефон, то можно ли это считать смертью от ручки или уже от телефона? Наверное от телефона и тогда…       — Ты чего здесь делаешь?       Кто-то приветственно похлопал меня по плечу и я вернулся в реальность, увидя красный оттенок голоса и почувствовав запах печенья. Пришлось выпрямиться, открыть глаза и повернуться к улыбающемуся парню слева от себя, чтобы по-спартански пожать ему руку.       — Жду результатов, — я кивком показал на небольшое количество людей, которые сидели с одинаково-постными лицами и посмотрел назад, — а ты что тут забыл?       Это был мой друг детства — Ёнхи. Бледный и темноволосый кореец, который любил устраивать неприятности директору и половине учителей. Иногда мы с ним оставались на дополнительные занятия, из-за того, что я часто просыпал английский, ну а он, естественно, из-за поведения. Глупым парня точно не назовёшь, хотя его хулиганство постоянно шло во вред учебе.       В университете мы не так часто общались, как в школе, просто не получалось, поэтому я был рад его видеть. Статистика номинантов на премию Дарвина неплохо отвлекала от гнетущей атмосферы ожидания, но разговор с кем-то более-менее живым, действовал эффективней. Обычно я никогда не переживал по поводу экзаменов или тестов, хотя этот предмет заставит волноваться даже мертвецов.       Во рту парень держал чупа-чупс, а на плече свисал черный рюкзак, что очень хорошо выделялся на фоне красной куртки с белыми полосками.       Кстати, от этого леденца тоже вполне можно «отдать концы». Мой, отец — судмедэксперт, в детстве запрещал мне бегать с леденцами во рту. Ведь очень болтливым невдомек, что конфету легко проглотить, а если споткнешься, то она пробьёт гортань и выйдет с другой стороны шеи. Ладно, видимо, это вошло в привычку.        Он открыл рот, всё же вытащив сладкую смерть, но сказать ничего не успел. Какой-то напористый незнакомец задел Ёнхи, заставив улететь друга в мою сторону.       — Эй, аккуратнее! — крикнул я, но незнакомец уже скрылся за углом.              За тем же углом послышался знакомый звук открывающейся двери. Так звонко и противно это было, словно привязанной дворняге проехали по морде машиной, а сразу за этим началось шарканье брюк и стук обуви. Весь мир замер, разговоры толпы прекратились и даже ветер за окном перестал выть. Это вышел профессор, человек изрешетивший кучу людей и мою психику вдоль и поперёк. На вид он ничем не отличался от других, но его превосходная осанка и ровная стрижка «ёж», заставляла людей перед ним расступаться, как море перед Моисеем. Точный возраст дать было сложно, если описывать по внешности, то около шестидесяти, а если по убийственной логике, то все двести.       Если честно, я не встречал более угнетающего преподавателя за всё время обучения. С первого дня знакомства, он сказал, что нас исключат и уж он об этом позаботится. Я понимаю, что первое впечатление самое важное, но он это понимал намного лучше.              Шаги затихли у самого угла.       —З-здрасте, — тот самый незнакомый парень замямлил что-то невнятное и по голосу я понял, что это девушка. Причём, её оттенок голоса был голубым. и пах чем-то… приятным, но непонятным.       — Кхе, а вы почему в куртке?       Видимо наглая незнакомка никак не ожидала, что к ней пристанут из-за куртки.       — Холодно в здании.       — Неправда, какой холодно? Все без верхней одежды ходят, а вы что — избранная? Какое у вас направление? И с какого вы курса? Вы хотите, чтобы вас исключили? — слово “исключили”, всегда казалось мне невкусным и блеклым, я проглатывал вкус песка, когда слышал его. А от голоса профессора вообще разило болотной зеленью.       — Меня? За что!? Я же ничего не сделала! — сказать, что она была в шоке, значит ничего не сказать. Их почти не было видно, но слышно — прекрасно.       Последовал вздох и профессор уже начал постукивать обувью.       — Так, снимайте вашу куртку.       — Что? Зачем? — голос девушки стал громче и увереннее.       — Кхам. Я занесу её к себе, зачем же ещё! — мужчина наверняка вытянул руку в ожидании, не снижая напора. Я не видел отсюда лицо профессора, но знал, что произнеся "Кхам", на его лице светилась улыбочка садиста. Ёнхи видимо стало не по себе, слушая это и он машинально сам снял куртку, сев позади меня.       Девушка тихо замялась. Любой бы опешил на её месте, но дальнейшее действие меня удивило ещё больше — она все же её сняла.       — Так то лучше, — перекинув куртку через плечо, Фиброуз вышел из-за угла, сегодня на нем была синяя рубашка — значит он в хорошем настроении, и, судя по разборкам — в очень хорошем, — как надумаете извиниться — зайдёте, кабинет запомнили, — дополнил садист через плечо.       "Невезучая девушка", — подумал я, видя синюю куртку проносящуюся мимо меня. Уверен, что остальные были со мной солидарны.       — Как вас много, — начал ворчать профессор, — словно праздник какой-то, — он обошёл студентов и продолжил ворчание у стенда, — придётся прервать его, к большому сожалению.       Никто отвечать не стал, все ждали того листа, что он держал в руке. Вчера была сложная контрольная по математическому анализу, а результаты всегда были на следующий день.       — На удивление весьма неплохо, для вашей группы, — он открыл стеклянный стенд, где висело расписание посещений занятий, различная реклама каких-то студенческих движений и объявление о пропаже студентов. Все уже привыкли, что знакомые лица сокурсников висят там долгое время, люди пропадают каждый день, но лично меня это напрягало, хотя бы потому что они были из моего университета.              — Некоторые результаты меня даже удивили, — Фиброуз закрывал стеклянную крышку на ключ.       — А пересдать можно будет? — спросил кто-то из толпы, видимо догадываясь о худшем.       — Да, но, кхм, только со следующей недели. Насмотрелся я уже на вас.       Когда он закончил, то в старческой манере начал откашливаться, направляясь назад в кабинет, но задел меня плечом, и, прищурившись, добавил:        — Мои поздравления, Вайлз. До сих пор не верится, до сих пор…              Чёрт, чёрт, чёрт. О чём он? Только не снова. Какой раз? Седьмой? Десятый? За каждый тест или контрольную он ставил мне “F” и отправлял на "пересдачи". Ему нравится смотреть, на неудачные попытки пересдач или он жаждет внимания юных студентов? Неважно, как хорошо я готовился или насколько работа была идентична работе самого умного в группе, он всегда ставил одну и ту же оценку. Не знаю, почему он меня невзлюбил, но на всё ведь есть причина, правда?       Я вышел из оцепенения, когда скрипучая дверь вновь прошлась по моим ушам и не ответив на свой вопрос, подошёл вплотную к стенду, расталкивая всех остальных, чтобы хоть что-то увидеть.       Но особо вглядываться не пришлось — моё имя было первым.        Я перечитал результаты снова и остолбенел, смотря на стекло, как баран. Кто-то ещё пробился сквозь людей, встав рядом.              — Ну ты везучий, — этот корейский паренёк держал конфету над головой и смотрел туда же, куда и все, — говорят, что он ставит «А» только пять раз за год.       Мне на щеку капнуло что-то липкое и холодное.       — Ау, Ёнхи, аккуратнее! — я вытер жижу от конфеты с щеки и продолжил, — ага, но это выглядит слишком хорошо, чтобы быть правдой.       Я мельком глянул на стенд пропавших, а после мы выбрались назад из толпы студентов и отошли подальше. Там было около тридцати человек, если не больше. Кажется только у пятерых "умников" стояли хорошие баллы. А у остальных... лучше поговорим о погоде.       Не смотря на то, что в тихом американском городке Фарго осень, а днем обещали безоблачную погоду, возле университета "СТЭБЛ" ожидается дорожка из слез учащихся, прямо до дома профессора. Может надо было стать синоптиком, а не программистом?       Ещё один явный признак садизма профессора: вывешивание баллов. Другие преподаватели всегда раздавали работы, чтобы мы увидели ошибки без свидетелей, а этот ещё и вешал их на всеобщее обозрение. Вероятно, здесь лишь мои придирки, но многим это было неприятно.       Я несколько забылся и засмотрелся на студентов в толпе, но мой друг вернул чувство реальности, начав говорить.       — Да ладно тебе! — Ёнхи повис на мне одной рукой, явно радуясь результатам больше, чем я, — Давай это отметим!       - Даже не знаю… - я начал задумываться, не закончится ли это тем, что результат будет сглажен и моя оценка изменится, по какой-то магической причине, но отогнал эти мысли и ещё раз посмотрел на стенд. Куча людей, которые скорее всего будут оставаться на дополнительные занятия, чтобы закрыть его ужасный предмет, вместо отдыха. А я ведь мог быть среди них.       – Ну ладно, ты прав, что-то вроде восьмого чуда света надо отмечать как праздник! – тут уже я повис на нём, разворачиваясь в сторону лестницы.       - Стой, - парень освободился от моей хватки и начал снимать рюкзак.       Я удивлённо посмотрел на него, но он уже молча рылся в огромной сумке, словно у него была там целая кладовка.              - А зачем ты сюда пришёл вообще, - он ведь не успел сказать мне об этом, - неужели к профессору?              Ёнхи не ответил. Он отошел туда же, где стояла наглая незнакомка, начиная что-то бормотать, вроде: "неужели забыл". Но вскоре замер, держа руки в рюкзаке. Глаза его сделались озорными и оглянувшись через спину, словно проверяя, что нас никто не видит, он достал два конверта: красный и черный              - Это что? - я приблизился. На вид обычные конверты, без марки и подписи. - Это взятка?       - Хах, нет, что-то намного интереснее, - его улыбка стала шире, как у настоящего демона, прямо как в детстве.       Не понимая, что он задумал, я переводил взгляд с одного письма к другому, пока он не убрал их назад.       - Посмотри, не идёт ли кто из преподавателей?       - Ёнхи… - я начинал злиться, что он говорит загадками, но все-же аккуратно выглянул за угол и отрицательно кивнул ему. - Что ты задумал?        Он опять меня проигнорировал, но теперь подошёл к двери одного из самых значимых шишек университета и наклонился. Правой рукой аккуратно сделав быстрый трюк с “подсовыванием бумаги” в одну дверь и левой, в дверь профессора, резко встав рядом. Это было сделано так безупречно, что даже если кто-то и заметил его, то подумал бы, что он завязал шнурки.       - А перед тем, как праздновать, нам надо кое-куда зайти и мне нужна твоя помощь.       - Моя помощь?       - О да, не волнуйся это займёт всего несколько минут. А как управимся, то я расскажу, о том, что внутри. Договорились?              

***

             - Ёнхи, я не пойду с тобой в отель.       - Я тебя и не приглашаю.       - Как грубо.              Мы были в странном месте и районе. Не самом опасном, но дорога сюда шла через тёмные переулки. Я никогда здесь прежде не был, так что старался запомнить каждый поворот.              -Так. Ты мне объяснишь, какого черта происходит? - это начинало раздражать, особенно его очередное молчание и уход от ответа.       -Сейчас, мы почти на месте, - он даже не смотрел на меня. Кажется дорогу он знал плохо. Видимо это была неудачная идея, встретить сегодня этого хулигана. Но планов на вечер не было, так что уже без разницы, что будет дальше, лишь бы не было скучно.       -Ты идёшь к кому-то?       -Почти.       -Как так? Неужели ты за травкой? - он остановился и посмотрел на меня, как на придурка. Ах, да, он астматик.       -Слушай, я же просил немного подождать. Мне нужно не в отель, а в дом, рядом с ним. Кое-что заберу и уйдём, хорошо?       -Хорошо, но ты мне всё объяснишь. И с тебя пиво.       - А ты ловишь каждое мгновенье.       -Ещё бы.       -Без проблем, пиво так пиво.              Мы остановились у белого дома. Ничего особенного, обычное двухэтажное здание без света. Оно мне не нравилось, атмосфера держалась слишком неприятная и болезненная. Словно это была заброшенная больница.       -Мы пришли - сказал Ёнхи и пошел за дом.       -Эй, куда ты?       -Идём, нам надо зайти с другой стороны.              Мои брови были не просто подняты от непонимания происходящего, я почти чувствовал, как они медленно отлепляются от моего лица и пытаются взлететь, лишь бы не быть здесь. Я здесь тоже быть не хотел, но не бросать же его.       Вероятно, это странно, идти за человеком, неизвестно куда, но я прекрасно знал этого сорванца. Он был таким другом, которому можно позвонить в три часа ночи и ничего не объясняя, попросить приехать в чисто поле, где надо ещё час идти пешком до водонапорной башни. И он приехал бы. Всегда есть два случая, почему мы кому-то не доверяем: мы не знаем этих людей и мы их знаем. Ёнхи я верил и надеялся, что это было больше чем слепая вера. Это была убежденность того уровня понимания и открытости, с которой я знал, что справлюсь, если доверюсь ему. Мой выбор ответственности за то, что одного его отпускать никак нельзя. Так будет меньше вероятности, что он влипнет в неприятности.              Ёнхи подошел к окну и слегка открыл заслонку с жалюзи.       -Оно что, было открыто?       -Ну да. Многие окна держат открытыми, ты что забыл? - он удивленно качнул головой смотря на меня.       -Раньше они часто были закрыты, знаешь ли.              Парень лишь загадочно подмигнул и поднёс палец к губам шепча “секрет”. После он открыл окно до конца и перекинул ногу через край, а потом спрыгнул внутрь дома.       Не поймите неправильно, но когда мы учились в школе, то на спор залезали в дома к кому-то. Обычно задание было таким: залезть и взять какую-то вещь, в качестве доказательства, что ты там был. Это происходило летом, когда большая часть людей уезжает за город. Окна были закрыты, а Ёнхи часто проигрывал, потому что я залезал быстрее. Когда он уже возвращался с вещью из своего дома, то я, с наигранной скукой, показывал свою. Но сейчас он залез очень уж ловко, словно и не прекращал эту детскую забаву до сих пор.       Парни часто залезают в дом к девушкам через окна, пока их отцы сидят у TV, попивая алкоголь. Так что, либо у Ёнхи есть девушка, либо он та ещё загадочная фигура. А может и два в одном.              -Ну, ты идёшь? -он настойчиво сжал одной рукой подоконник, а другой придерживал окно.       -Ёнхи, у тебя есть девушка? - спросил я, пока перелезал через подоконник.       -А, с чего ты вдруг? - это его удивило, так что он даже замер.       -Да вижу ты стал опытным в таких делах,-сказал я и кивнул на окно.       -А. Нет, ничего подобного. Была одна девушка. Но мы расстались. Конец. -от негодования он с силой захлопнул окно.       -Ох… -я не хотел задеть парня,-как её звали? Я знал эту девушку?       -Анна. Вряд ли ты её знал. Она приезжала сюда по обмену.              Я начал осматривать дом изнутри. Было темно, так что мы достали телефоны и освещали помещение ими. Свет включать нельзя - слишком заметно.       Тут было прибрано, хотя пыль протирали не часто.       -А почему вы расстались? - решил продолжить я тему, чтобы отогнать дурные мысли.       -Она приехала сюда всего на год, так что мы не стали долго встречаться и остались друзьями. Вроде сейчас у неё есть девушка.       -Ясно. Тебя променяли на бабу, -я подошел к стеклянному стенду, где виднелись маленькие фигурки солдат.       -Эй, всё не так! -он сильно толкнул меня локтем, когда встал рядом.       -Прости-прости, -на самом деле, при таких шутках человеку легче принять правду, хотя лучше не перегибать, -смотри что тут.       -Кажется Мистер Лойд увлекается войнушкой в свободное время, надо сфотографировать!       -Мистер Лойд?! Это Его дом?! - пока я пытался понять, почему он так долго не говорил, что мы залезли именно в этот дом, парень спокойно выбирал ракурс съемки.               Наш декан, Мистер Лойд, был специфичным человеком. Не особо злым, но и не добрым, я бы назвал его одиозным. Говорят, что к нему часто приходили ученики, с жалобами на профессора Фиброуза и его методы преподавания. Но он лишь советовал готовиться лучше и не падать духом. Шансов нет, но вы учитесь!        Однажды и меня к нему вызвали, как раз после бесконечной по счёту попытки сдачи экзамена моего любимого профессора. Первое впечатление, которое он мне внушил - крыса. Обычная трусливая крыса. Даже его голос был серым. Всё от того, что мимо нас в этот момент прошел Фиброуз и что-то спросил в своей вредной манере. А декан, хоть и был выше его по должности, но стал похож на забитое животное и слабо промямлил ответ.       Когда Фиброуз ушёл, то он сразу же из крысы (не хочу обижать животных) стал гордым павлином, рассказав мне историю, после которой всё стало ясно.              -Мистер Вайлз, вам нравится посещать занятия в нашем университете? Интересно здесь? - спросил он, когда мы зашли к нему в кабинет.       Мне пришлось сесть напротив. Хоть я и не нервный человек, но в деканате сидеть было неприятно и не очень-то спокойно. Он, тем временем, открыл папку документов.       -Да, здесь довольно интересно. Мне нравится это место, - я старательно пытался отводить взгляд и сесть удобнее.       -Но не профессор Фиброуз? - он держал ручку и что-то подписывал, только сейчас подняв глаза на меня.       -Скорее, это я ему не нравлюсь, -лучший ответ, который можно дать, сидя на пороховой бочке, это не дать его.       -Да, он может иногда чрезмерно давить на ученика, чтобы увидеть лучший результат, но он это не со зла, - декан закончил с подписями и убрал документы на край стола.              “Ага, как же. Не со зла он. Да Люцифер бы сам его святой водой окатил, а потом ушел бы в неоплачиваемый отпуск по декрету в уходе за психикой”,- подумал я и это дало мне немного спокойствия.              -Вы посещали его занятия? - кажется Мистер Лойд не ожидал такого вопроса и слегка призадумался.       -Знаешь,- он закашлялся, - я ведь и сам его ученик, - декан затих.       -Вы? Значит вы учились в этом университете? - мне становилось всё более любопытно, что он расскажет.       -Да, учился. Так что я знаю, что говорю, про его подходы к обучению.       -Но разве это не казалось слишком…-я думал, какое слово подобрать.       -Давящим? - я кивнул, осознавая, что почувствовал запах крови, когда он это произнёс, а декан продолжил, - может быть. Но времена тогда тоже были другие. Не было таких шансов, чтобы сдать какой-то предмет. После первых экзаменов, больше половины студентов было исключено. А к концу обучения вообще остались самые стойкие, примерно 10% поступивших. Может методы профессора и суровы, но они - действенны, - видимо декану стало жарко и он встал у окна, чтобы впустить свежий воздух внутрь, -тогда мы учились и зубрили по книгам, сидя в библиотеке с утра до вечера. Это сейчас вы можете пользоваться своими устройствами, - он достал из кармана сотовый и показал мне, а потом убрал назад. Я слушал очень внимательно, запоминая каждое его слово, - но почему-то эффективность учеников падает с каждым годом. Мы сыты информацией чрезмерно. Не то, чтобы век прогресса - это плохо, но есть ли в этом толк, если вы не можете сдать экзамены?              Я молчал. Он тоже. Мне нечего было сказать тому, кто сам прошёл через испытания, что и я. Но одно я мог сказать точно: декан боялся профессора. Боялся, как маленький ребенок, который сделал шалость и ждал наказания от родителей. Неважно, сколько ему было лет, пока он боялся кары, то оставался под их властью.       Проще говоря, наш профессор вырастил себе декана. Причем такого, который никогда не будет ему перечить. С одной стороны мне было его жаль. С другой стороны, это вызывало отвращение. Я не мог уважать Мистера Лойда. Зная, что делает профессор, это походило на извращенный Стокгольмский синдром, словно оправдывающий декана, как какого-то блаженного мученика. Но это было не так. Нельзя мешать работу со своими “детскими травмами”, оставляя такую безнаказанность. Травма детства. Сейчас только у лужи нет травмы детства. И то, это мог быть рассказ о бывалом асфальте.       Нельзя закрывать глаза, забывая про ответственность. Разве ответственные люди так поступают? Не думаю.       Нельзя всё пускать на самотек и вечно всего бояться. Но может он и не боялся. Может он хочет, чтобы все ученики “страдали”?       Я не знал этого и не особо хотел. Мне ужасно хотелось уйти, чтобы не наговорить того, о чём буду жалеть. А сказать мне хотелось многое.              -Мистер Вайлз, подготовьтесь получше, ради всего святого! Я же знаю, вы хорошо учитесь, -значит, он ещё и мои рейтинг знает, -попробуйте удивить профессора Фиброуза, ответив так, чтобы он поставил вам отличный балл! Не падайте духом!       -Хорошо, Мистер Лойд. Так и сделаю.       -Удачи с этим. Вы свободны.       -Спасибо, до свидания.        После этого я быстро покинул кабинет декана, но беседу запомнил очень хорошо. Фиброуз и правда поставил экзамен. Балл был как обычно “С”, но и это был тяжело получить. Больше у декана я не был.              

****

             Я одернул Ёнхи и потряс. Сейчас мне хотелось выкинуть его в окно и отправить пинками в бар, пока нас не застукали. Может зря я пошел с ним?       -Что мы здесь забыли?!       -Успокойся, Ким. Вспомни былые времена, когда мы вытворяли нечто подобное… Сейчас мне надо забрать ответы на контрольную и всё,-я отпустил его куртку.       -Зачем? А если нас поймают, а? Ты об этом подумал? Ты же самый лучший в группе, и хочешь быстрее всех вылететь? -хоть я и говорил серьёзно, но у парня оставалось самоуверенное лицо.       -Тише, бро. Да не истери ты. Помнишь те конверты днём?       -Ну…- помнить то я помнил, но понять-не понимал,- И что?       -Так это его и задержит. А ответы нужны нам всем.       -Ты что, ответы продаешь? И что было в конвертах?       -Тебе бы я их и так отдал. Считай, что мы вроде Робина Гуда - крадем у вредных и отдаём нуждающимся! А про конверты длинная история, позже расскажу, в баре. Просто верь мне.       -Робин крал у богатых, а не у деканских маразматиков.       -Да неважно.       -Если нас поймают….       -Не поймают. Если кое-кто-не-буду-показывать-пальцем прекратит допрос и поможет.              Он был прав. Нет, он, конечно, идиот, но друзей бросать нельзя. Хотя бросить вон тот прекрасный диван декана в него, очень хотелось... но он всё же прав. Он знал, что сначала бы я его долго отговаривал и допытывать весь план действий, пока гарантии не будут 100%-ными и только тогда бы мы пошли И то, с очень нервным мной.        Сейчас мы здесь. И как бы он не чудил, то всегда (ладно, почти всегда) всё просчитывал. Ему не везло только в абсолютно мизерных шансах, которые происходили крайне редко. И даже тогда фортуна благословляла его. Этот кореец был чертовски везуч.       Мне пришлось сделать глубокий вдох и успокоиться.       -Как они выглядят?              Ёнхи взбодрился, хотя и чувствовал себя виноватым, судя по его выражению лица. Ещё бы он не чувствовал.              -Так, здесь только пыль, думаю на втором этаже у него спальня. Идём туда, -сказал он и повернулся к выходу из комнаты.       -Хорошо,-я последовал за ним.              Комната, в которую мы залезли была довольно маленькой. Тут был только чёрный диван, стеклянный стенд с различными вещами, какие-то коробки и очень странный шкаф. Странным он мне показался, потому что был просто огромный и составлял часть стены. Сам дом навевал старость, ибо даже дверцы шкафа были исцарапаны временем.       Ёнхи дернул дверь — открылась без скрипа. Мы прошли вперед и оказались у лестницы. Ничего видно не было, темнело сейчас очень рано.       -Ты уверен, что они наверху? - спросил я идущего вперед друга.       -Это самый очевидный вариант. Где ещё можно хранить документы, которые тебе могут понадобиться в любое время?       Логично. Нам нужно то только подняться и взять их. Не так сложно. Надеюсь.       Лестница издала скрип. Ещё и ещё. Почти до самого верха. Тут, над моей головой что-то блеснуло, и я увидел огромный висящий топор, с какой-то гравировкой в виде быка и вил. От него мне стало не по себе. Даже не от самого топора, а от того, как он странно висел, на переплетенных нитях. Вероятно хозяин склонял своих знакомых к общению, с помощью него… У декана явно специфичные вкусы в интерьере, потому что мало кто станет вешать огромный топор над скрипучей лестницей. Обычно в таких домах снимают ужастики, где происходит всё то, чего ты только мог бояться. Не хотелось бы, чтобы мы были его героями        Мы зашли в спальню декана, подсвечивая себе дорогу фонарем телефона. Тут было убрано. Мистер Лойд следит за чистотой. Это удивительно, с учетом того, сколько у него дел.       -Нам нужна чёрная папка.       -Насколько чёрная?       -Как твоя душа, которая не верит своим друзьям.       -Ясно, значит абсолютно чёрная.       Парень подошел к шкафу, а я к стенду у кровати. Там стояли книги и документы.       На верхней полке виднелись книги в синих обложках. Они были старые, так что брать я их не стал. Ещё рассыпятся.       Все остальные полки были полностью забиты папками.       -А она точно чёрная? - спросил я у Ёнхи не поворачивая головы.       -Точно, точно. Он всегда уносит их домой.       -Откуда ты знаешь?       -Он сам говорил. Да и я видел его пару раз с ней, уходящим из универа.       -Понятно, - значит буду искать тут.       Папки были разных цветов и многим явно больше года. Естественно, что начать надо с чёрных новых папок. Их было три       В первой были договоры. Во второй я увидел таблицы с расчётами. В третьей оказались графики.       -Здесь её нет, -сказал я шарящемуся в шкафу другу.       -Хорошо проверил?       -Да, - сейчас посмотрю на столе.       -Действуй.       На столе декана было полно бумаг. Но ответов к тесту я пока не видел. Ну что поделать, чем быстрее я найду их, тем лучше.       В первой стопке опять были графики. Я поднёс бумагу к лицу, чтобы лучше рассмотреть.       На ней было написано: "оптимизация трудового графика на 2019 год". Цифры так и плясали цветами. Двойки горели жёлтым, а единица была вся в блёстках. Ноль же оставался нейтрально чёрным, от чего мне было легче сосредоточиться.       Дальше были отмечены преподаватели и их часы работы.       Самая большая загруженность была у Мистера Лойда и Фиброуза.       У остальных же он был примерно средний. Однако - много же они работают… Я отложил этот лист и взял следующий, но тут я услышал хлопок в том месте, где стоял Ёнхи.       -О боже...       -В чём дело? - я повернулся в его сторону, он сидел на полу у шкафа, опираясь на руки за спиной.       -Нам пора сваливать, -парень придвинулся назад, к открытой полке и на что-то смотрел, а лицо его стало еще более бледным, когда он поймал мой непонимающий взгляд, - смотри.       Отложив бумагу я подошёл к другу, светя на него и на то место, где он сидел.       -Ну что там ещ… - я не договорил.       -Это что?       -Похоже на печатную машинку.       -Да, на очень стремную печатную машинку!       В нижнем ящике шкафа, который он перебирал, стояла одинокая печатная машинка. Очень старая, явно старше меня. Ничего необычного, но вместо кнопок там были… зубы.       -Думаешь, они человеческие? - спросил я и сел рядом.       -Я не знаю… Но очень похоже. Посмотри сколько их. Он же преспокойно хранит её здесь.       -Они ещё и выглядят очень свежо, -парень посмотрел на меня с опаской и негодованием, -я часто к отцу на работу заглядываю, знаешь ли…       -Да, прости, забываю о ваших трупных делах, -я протянул руку и помог ему подняться с пола, вновь посмотрев на машинку.       -Вот тебе и скелеты в шкафу…       Ёнхи сделал снимки и задвинул полку. Потом отряхнул пыль и осмотрелся.       -Жуть… Ладно, надо ускориться, не хочу здесь оставаться. Как твои поиски? -спросил парень смотря на меня.       -На полках ответов нет. Остался только его рабочий стол.       -Ладно, тогда осматриваем и уходим как можно быстрее.       -Согласен.              Мы разделили документы и начали их перебирать. Это длилось минут пять, пока все папки и листы не были просмотрены. После этого вернули их на место, как будто так и было.       -Не нашёл.       -И я.       Тут парень стукнул по краю стола и слегка выдвинул полку из него.       -Может здесь?       -Возможно… - я, если честно, уже не верил в то, что мы сможем их найти.       -О! Смотри! - сказал Ёнхи, вернув мне надежду.       Он открыл первую папку и начал листать.       -Да-да, прекрасно, фотографирую и идём.       -Сейчас, тут очень много вариантов.              Я ещё раз осмотрел комнату, чтобы мы ничего не оставили, после своего присутствия.       Эта комната была больше и приятнее чем та, через которую мы залезли. Здесь стояла огромная синяя кровать, стол, кресло из кожи, и красивые шкафы, с не очень красивым содержимым.       Мне захотелось ещё раз взглянуть на ту странную зубастую машинку и я приоткрыл нижний шкаф.       Зубы были точно настоящие. А сверху на них были написаны буквы и… Это что?       -Ёнхи… -я повернулся к нему всем корпусом, показывая то, что держал в руке, -надень капюшон.       -Зачем? - тут он оглянулся и посмотрел на меня, -ну и что? Подумаешь, волос.       -Я уже вижу заголовки очередного хоррора: ”Очень Лысый и Очень Одинокий декан, начинает находить чёрные волосы в своём доме”.       -Но он не совсем лысый! Хотя, оставшиеся волосы у него белые… Ты прав.              Парень накинул капюшон и продолжил свои махинации. Я тоже надел. Все же мои волосы были довольно темные, цвета каштана. Чтобы волосы не спадали, я подошел к зеркалу и посветил на себя. Всё та же бледная кожа, на которую спадала челка, синяя толстовка и штаны, черная пыльная куртка и тёмно-синий рюкзак, который надо бы постирать. В целом: обычный студент, который собрал всю пыль по деканским косякам окна. Студент-пылесборник. От такого сравнения я даже начал кашлять.       Мне пришлось скинуть волос Ёнхи на самое дно урны у стола. Может это мои придирки, но лучше перестраховаться. На улице стало ещё темнее, хотя вид отсюда был красивый даже сейчас.       Дорога, уходящая вдаль, бассейн соседнего дома, высокие яблони, соседские яркие домики , профессор Фиброуз идущий в сторону двери.       Профессор?!              -Ёнхи, нам пора! - я толкнул его по руке, выключая свой фонарик на телефоне и повторил, - нам очень пора!       -Что? Почему? - он смотрел на меня удивлённо, когда я взял его телефон и сделал тоже самое. Нельзя, чтобы профессор увидел свет, иначе нам конец!       -Профессор Фиброуз почти подошёл!       -Что?!              

******

             Я тоже ничего не понимал, но уже направился к выходу из спальни. Мы быстро вышли и я плотно закрыл дверь, чтобы придать месту прежний вид. Возле входа послышались шаги. Мы начали спускаться с лестницы, ожидая следующих действий.       Тишина.       -Фух, видимо он сейчас уйдёт и мы сможем сбежать, -сказал парень, облокотившись о входной косяк маленькой комнаты.       -Надеюсь.              В дверь вставили ключ.       Какого черта!       -Уходим, уходим, быстро в окно! - прошептал я, уже толкая парня в маленькую комнату и закрывая её изнутри.       Ёнхи, тем временем, подбежал к окну убирая щеколду на застежке рамы.       Я успел удариться ногой о диван, когда подходил к нему, но не закричал.       -Ай… - немного хромая, я подошёл к парню, -ну что?       -Заклинило! Не получается! Либо разбить, либо найти другое окно!       -Нет, бить нельзя, много шума, -я тоже попробовал открыть окно- не выходит. И тут понял, почему не вышло. Видимо сам Ёнхи его и захлопнул, когда я расспрашивал его про девушку. Не надо было этого делать. Запомню на будущее, (если нас сегодня не поймают и оно наступит).       -А как? - я закрыл парню рот, показывая жестом, что вслушиваюсь и убрал руку от его лица назад.              В дом вошли. Я понял это по захлопнувшейся двери и шагам.       Мы перешли на самый тихий шепот и залезли в шкаф, чтобы переждать там, если в комнату зайдут.              -Откуда у Фиброуза ключи? - спросил Ёнхи, когда шаги стали удаляться в глубь дома.       -Я не знаю. Под ковриком взял? А может это не дом Лойда?       -Думаешь его? - прошептал Ёнхи, - это странно, потому что когда я следил…       -Ты следил за деканом!?       -А как бы я адрес по твоему нашёл?              И правда. Студентам ведь не дают ни номера телефонов, ни адреса профессоров и тем более- деканов.        -Вот, что я ещё заметил, - продолжил Ёнхи, - он спокойно зашёл в этот дом, но я не вижу бликов включённого света.       -Да, это тоже странно.       Всё это было более чем странно. Странная печатная машинка, странный дом с открытыми окнами, странный профессор, который ходит без света по чужому дому и странные парни, которые стояли в старом шкафу, как два любовника.       Кто-то подошёл к двери маленькой комнаты. Мы перестали дышать. Надо было думать. Но сначала нужно было успокоиться. В голове гудела песня “Падает-падает лондонский мост”. Обычно эта мелодия переливалась тёплым жёлтым светом и источала запах малины. Музыка успокаивала меня так же, как и фантастических зверей в книгах, так что я начал напевать мысленно её слова.       -Ким… -Ёнхи шептал почти над ухом. Его красный шёпот стал теперь совсем тусклым.       -Да?       -Если я умру, ты воспитаешь наших детей?       -Конечно, дорогой.       -Спасибо, бро, теперь я могу умирать спокойно,- ему тоже было не по себе от этого, потому что он всегда начинает непонятно шутить и говорить на другие темы, когда волнуется или боится.       -Он же не зайдёт, правда? -продолжил парень, крепче сжимая рюкзак.       Стало тихо.       -Я не знаю, - и стал вслушиваться в пугающую тишину. Я не понимал: это я схожу с ума или правда было так тихо?       Шаги начали удаляться.       -Фууух…-мы синхронно выдохнули.       Профессор стал подниматься по лестнице и она ужасно заскрипела.       Мы медленно открыли двери шкафа. Сначала вылез Ёнхи и придержал дверцу, чтобы я не ударился. Но я успел зацепиться за что-то.       -Подожди, -я аккуратно снял рюкзак и посмотрел, что он задел. По ощущениям это было что-то холодное и стальное. Прямо как вера в то, что мы отсюда спокойно уйдем. Интересно, большая ли статистика смертей от инфаркта в шкафу у любовников?       Кажется это был автомат. Если он рухнет, то будет громко. Очень. Громко.       Правой рукой я держал лямку рюкзака, а левой - автомат. Думаю, в данном случае этикетом можно пренебречь.       -Ай! - мою руку порезала деталь оружия и я почувствовал, как тёплая жидкость течёт в кофту и куртку.       Ёнхи вопросительно наклонил голову, но я отмахнулся и аккуратно вылез, поставив автомат на место.       Руку старался держать в кармане, если здесь останутся капли крови, то это будет плохо.        Мы направились к двери маленькой комнаты и стали вслушиваться. Шаги были слышны только на втором этаже. Парень жестом показал мне, что пора уходить и повернул дверную ручку. Он вышел вперёд, а я закрыл дверь, чтобы этого никто не услышал. Свет в спальне и правда не горел.       Теперь у нас было на выбор два варианта побега. Первый, где мы ищем дверь в незнакомом доме, с кучей замков по темноте, шумим, привлекаем внимание, и, возможно, успеваем сбежать. Или второй, где нам надо выбрать ближайшее окно, аккуратно открыть его и забыть этот жуткий дом, убегая отсюда со скоростью света. Второй вариант мне нравился больше, главное не напортачить. Жаль, без риска в этой жизни долго не проживешь.       Мы направились к окну под лестницей рядом с маленькой комнатой, потому что оно было ближе всех. Шаг. Пауза. Вслушиваемся в кряхтение Фиброуза. Он явно что-то не мог найти и ходил по углам спальни. Шаг. Ещё один. Профессор не умолк, а мы стали переходить быстрее. Тут под ногой Ёнхи что-то скрипнуло и голос Фиброуза, как назло, затих. Я мысленно написал завещание и помолился, чтобы он не услышал скрипа. Кашель с ворчанием снова стал заглушать обитель декана.       Неужели он всегда ворчит? Видимо он бывает довольным, только когда издевается над студентами.       Вот и окно. Я не видел ещё более привлекательного окна, чем это.       Перед тем, как его открыть, пришлось убедиться, что на лужайке никого нет и нас никто не увидит. Убрав щеколду, окно стало поддаваться медленно, но в итоге я открыл нам путь на свободу, даже с одной рукой.       -Ну, быстрее, -я похлопал Ёнхи, чтобы он шел вперед. Потом скинул наши рюкзаки. Рюкзак друга был просто неимоверно тяжелым, в сравнение с моим. А у меня там был ноутбук и книги.       У двери в спальню что-то заскрипело и послышались шаги. Сначала я замер. Начала давить паника, что сейчас, именно сейчас меня могут поймать. Не будет больше ни пересдач, ни бесед с деканом, ни моей студенческой жизни. Да и нормальной жизни вообще.       -Чего замер! - вернул меня Ёнхи к жизни и я спрыгнул следом. Окно предательски заскрипело и захлопнулось.       -Бежим в обход! -сказал я и дернул парня за рюкзак. Мы оббежали дом и скрылись в кустах. Оборачиваться никто не стал, пока этот ужасный дом не растворился в соседских яблонях и наших воспоминаниях. Тогда я ещё не осознал, во что мы на самом деле вмешались.