Юнкер Варя

- Ветер! Ребят, это ж Ветер! - тощий рыжий парень бросился навстречу ошеломленной Варе. - А я слышал, ты помер! - выпалил другой - невысокий светло-русый кадет. - Ты, дурак, Серый. Больше сплетни бабские слушай, - прикрикнул на него первый, одаривая товарища смачным подзатыльником. - Я тебе сейчас нос сломаю, будешь руки распускать! - И оба сцепились в непродолжительной стычке. - Рассказывай, ты как? Мы и правда решили, что ты не жилец. Как же я рад тебя видеть, друг, - рослый кареглазый брюнет крепко обнял Варю. В ее голове почти сразу сложился пазл. Те двое, что дрались - Серж и Николай. А тот, который обнял - Пьер. Молодой человек выделялся среди других ребят. Складывалось ощущение, что он уже успел повзрослеть и поумнеть и недоумевал, почему до сих пор находится здесь среди этих дикарей. Варя, укладывая в небольшой шкафчик из светлого дерева свои вещи, коротко рассказала легенду о том, что почти сразу по возвращении домой их товарищ пошёл на поправку, а вскоре благоприятный климат и родные стены довели дело до конца. Теперь он здесь на радость друзьям и некоторым педагогам, которые за него искренне волновались. Она слушала себя и привыкала к новому голосу. Поначалу после каждой фразы Варе приходилось тяжело откашливаться. Друзья полагали, что это из-за недавней болезни и не замечали ничего необычного, им было невдомек, что переход с девичьего сопрано на юношеский тенор - задача не из лёгких. Дома княжна с ранних лет занималась вокалом и родители гордились ее способностью охватывать сразу четыре октавы. Как она позже поняла, петь разными голосами куда проще, чем разговаривать. Теперь ей предстояло целый год общаться с педагогами и товарищами брата, прилагая усилия для того, чтобы не слететь на родные тональности, конечно, если повезёт не быть разоблаченной раньше времени. - А мы все лето в лагере на Кавказе провели. Казаки вообще звери! Муштровали нас так, что чуть весь дух не повыбили. Как вспомню, аж трясёт, - подал голос Коля, располагаясь на паркетном полу возле койки друга. - Мор был с нами и хоть бы раз вступился. Ему как будто доставляло удовольствие смотреть, как они над нами издеваются, - продолжил тему Серж. - Ребят, сочувствую. Я хотел бы быть с вами в это нелёгкое время, - Варя прекратила разбирать свой скудный багаж и теперь пыталась утешать друзей. - Да брось. Радуйся, что смог всего этого избежать, - проговорил Пьер, вытягиваясь на своей кровати. Они ещё долго делились воспоминаниями с товарищем, но вскоре стали замечать, что тот клюёт носом и признав таки всеобщий отбой, разошлись по койкам. Варя сняла форму и опустилась на кровать, оставшись в одной рубашке и кальсонах. Корсет продолжал сдавливать грудь, но снимать его сейчас было рискованно. Придётся привыкать к этому ощущению. Разглядывая бирюзовые стены и потолок казармы она, все ещё не веря в происходящее, провалилась в сон. *** - Малышев! - Я! - Семенов! - Я! - Заревский! - Я! - Ветров! - Я! Ротный остановил перекличку. Рад, что ты снова в строю, Иван, - проговорил офицер абсолютно искренне, наконец-то получив возможность поставить галочку напротив фамилии рядового. - Напраааво! - скомандовал он. - Бегом, марш! Вторая рота, в которой обучался Иван Ветров состояла из разношерстной публики. Здесь были и знатные молодые люди, и сыновья крестьян. Но никто ни разу не упрекнул товарища за неподобающее происхождение или чрезмерную зажиточность. В отличие от других подразделений рота лейтенанта Астафьева отличалась обостренным чувством братства. Несколько дней всё было хорошо. Варя даже расслабилась, наивно полагая, что так будет всегда. Но в один прекрасный день ротный объявил о подготовке к большому ежегодному соревнованию. - Ребята, надо поднажать. Мы с вами никогда не выигрывали, пора с этим кончать! Что ж я вас зря гоняю? Вы учтите, скоро подполковник приедет и вы ему будете предварительные итоги подготовки демонстрировать. Не мне вам говорить, что с вами будет в случае проигрыша. И что будет со мной, - добавил Астафьев чуть слышно. - Я жду от вас подвига! Знаю, вы на него способны! Вань, ты справишься? Как чувствуешь? Ветрова вытянулась по стойке смирно. - Так точно! - Ну отлично, тогда давайте начинать. Варя знала, что в военном училище физподготовка не ограничивается одним лишь бегом по кругу. Она слышала от брата про жим лёжа и подтягивания на перекладине, про полосу препятствий и стрельбу по мишеням. Ей это не казалось чем-то слишком сложным. Но на практике всё оказалось куда серьезнее. - Ветров, ты издеваешься?! Десять промахов из десяти! Ты раньше хоть пару раз, но попадал. Всё, мне конец, - ротный упёр руки в боки, взирая на кадета взглядом, полным скорби. - Я всё наверстаю, товарищ лейтенант! Готов заниматься дополнительно! За первые дни подготовки Варя сильно вымоталась. Если бы ротный не был таким душкой, она бы, наверное, устроила себе самоволку. Но в какой-то момент характер победителя взыграл. Ей всегда хотелось побеждать. Быть среди призеров - не то. Необходимо оказаться на вершине. И она начала работать. В редкие свободные минуты и за час до отбоя она спускалась в спортзал, чтобы подтянуться на перекладине, отжаться от пола и позаниматься с гирями. Астафьев активно помогал ей на стрельбищах, а ребята, как будто заражались от неё неведомым им доселе духом победы. - Ветер, ты серьезно? Ты хочешь выиграть? - Серж плюхнулся на землю, добежав до финиша. - Почему нет? - Варя сидела на траве, раскинув ноги и тяжело дышала. - Ну хотя бы потому, что это опасно для жизни! - Мне надоело бояться Али. Кто страшнее он или Мор? С кем ты меньше всего хочешь разговаривать после того, как всё закончится? - она сменила позу, поджав под себя ноги. - И вообще мне кажется, что страх перед осетином - это только отговорка, чтобы не прилагать усилия. - она пристально посмотрела на друга. - Тебя как подменили, Вань. Ты какой-то не такой. Усложняешь всё. - Это ты все упрощаешь, как всегда, - парировал Пьер, который пересёк финишную черту одним из первых и теперь сидел, выбивая из сапога мелкие камушки. - Взрослеть пора и побеждать! - Да ну вас! - Серж улёгся на землю, зажав в зубах длинную травинку. - Ладно, давайте посмотрим, что из всего этого выйдет. Наступил день, которого многие боялись. Взглянуть на ребят приехал тот самый великий и ужасный Мор. Князь Владислав Владимирович Моркони несмотря на фамилию был русским. Фамилия прадеда итальянца сохранилась благодаря нескольким поколениям мужчин этого доблестного рода. Сам князь служил главнокомандующим разведвойск, чему предшествовали годы работы под прикрытием, выискивания тайных замыслов иностранных шпионов, принятия тяжелых решений. И вот за заслуги перед Отечеством ему позволено проконтролировать подготовку кадетов перед важными соревнованиями. Если сложить воедино непростое прошлое, полное стрессовых ситуаций, выступления неуклюжих юнкеров, которые не могут отличить галун от обшлага, боль в ноге от старой травмы и недавнюю смерть любимой супруги, можно понять причины, по которым князь создал себе репутацию чудовища. - Он уже здесь, - Коля пихнул Варю в бок. - Сидит там, как коршун. Скоро убивать нас полетит. Варя взглянула на князя. Образ, который нарисовал для неё брат, вполне сходился с реальностью. На почетном месте вытянув вперёд одну ногу сидел бледный мужчина в темно-синем кителе. Его чёрные волосы были довольно длинными, но недостаточно для того, чтобы собрать их в хвост. Это показалось девушке странным. Ведь все офицеры, которых она видела, носили аккуратную стрижку. Слегка небрежный вид подполковника делал его похожим на вампира. Отсутствующий взгляд голубых глаз выдавал человека, который не прекращал думать о важном ни на минуту. Неожиданно князь повернулся и взглянул на неё. Варя машинально поднесла ладонь к козырьку. В ту же секунду ротный позвал их на стартовую площадку. К тому времени уже успели выступить две роты. Астафьевцы были предпоследними. Лучшее время показала команда Алихана. Некоторые из друзей Ветрова были уверены, что осетин каждый раз грозит поубивать всех своих, если они проиграют. - Ну, ребята, не подведите! - Ротный прокричал заветное «На старт! Внимание! Марш!» и парни ринулись вперёд. Командный дух обуял их после первой удачи. Все пробежали по лабиринту из подвешенных над землей брёвен, не сделав ни одной ошибки. Отвесная стена, по которой предстояло взобраться, также не вызвала затруднений. Варя бежала одной из первых, позволяя Пьеру вести. Он считался негласным лидером их сообщества и она не спешила перетягивать одеяло на себя, хотя, признаться, очень этого хотела. Глубокий ров, заполненный водой, также остался позади и теперь Ветровой предстояло самое тяжёлое испытание - стрельба по мишеням. Она поспешно обхватила руками ружьё, которое до этого висело у неё на плече и прицелилась. Первый - мимо! Второй - тоже мимо… Соберись, ты сможешь! Есть! Попала! Десятый - в яблочко! Она быстро вскочила и поняв, что парни ещё не отстрелялись, бросилась бежать дальше. Теперь она была в авангарде и ликовала. Пролом в стене - преодолён! Варя жадно вцепилась в висящий над головой канат. Размах, прыжок и она на другой стороне обрыва. Теперь разрушенная лестница. Только бы не упасть! Прыжок, ещё прыжок! Пульсация в ушах, последний рывок и финиш! Повернувшись назад она увидела, как один за другим парни преодолевают последнее препятствие и пересекают финишную черту, сбивая друг друга с ног. - Есть! - прокричал главный судья. И время второй роты двадцать одна минута 6 секунд! - Слыхали?! Мы вторые! Не последние, как обычно, а вторые! Это ж почти первые! - громовой хохот пронёсся по рядам Астафьевцев. Все радовались. Варя тоже изображала радость, хотя внутри неё всё кипело. Хотелось поубивать товарищей за медлительность, но надо было держать себя в руках. Когда всеобщее ликование немного поутихло, она отошла в сторону и будучи уверенной, что до неё никому нет дела, приняла суровый вид и пару раз тихонько ругнулась. Все это время за ней очень внимательно наблюдала пара голубых глаз с почетного ряда офицерского состава. После выступления четвертой группы Владислав Владимирович поднялся с места. Превозмогая боль в ноге, он прилагал огромные усилия для того, чтобы не хромать. Не спеша он обошёл все подразделения, сообщая каждому в красках, что он думает о них, и каким видит будущее царской пехоты в лице вот этих вот людей. Когда очередь дошла до подопечных Астафьева, все затаили дыхание. А некоторые вообще забыли как дышать. - Семён Иванович. Я рад. Вы единственные демонстрируете сегодня прогресс. Продолжайте в том же духе. - Премного благодарен, Ваше Высокоблагородие! - ротный подал знак своим встать по стойке смирно. Но этого не требовалось. Все его парни как один выпрямились по струнке, ощущая благоговейный ужас перед князем Моркони. Варя по росту оказалась самой последней в ряду и уходя, князь на долю секунды задержал на ней взгляд, будто хотел что-то сказать. Но передумав, прошёл обратно к своему месту. *** «Дорогой Ваня, как ты? У меня всё хорошо. Я уже неплохо разговариваю по-французски и мадам Жожет утверждает, что я делаю успехи. Матушка пишет, что…» - Чего читаешь? - Серж слегка примял письмо, которое держала Варя. Они с Ниной договорились писать друг другу. Но так как княжне из дома почту не присылали, подруга должна была в своих письмах отчитываться о том, как у них там дела. - Это от сестры. Она сейчас в парижском пансионе обучается. - Ооо, невеста будет, что надо, - раздался зычный голос с другого конца казармы, где стоял и курил в окно Николай. - Да кому это надо? Мне вот все равно, говорит моя дама по-французски или реверанс приседает задом наперёд. Не это ж главное, - Серж вытянутся на кровати и закинул руки за голову. - А что главное? - рискнула задать вопрос Варя. Товарищ резко обернулся к нему: - Ну как… Чтоб огонь была. Фигура там, ножки стройные. Чтоб глаз было не оторвать. - Таких на всех не хватит, - язвительно проговорил Пьер. - Что ты сделал, чтобы такая вот, - парень повёл руками в воздухе, изображая соблазнительные женские формы, - обратила на тебя внимание? - Мне уже маменька подыскала такую, - парень самодовольно закинул ногу на ногу. - Вот закончу училище и женюсь. Княжна Люблинская, если вам эта фамилия о чём-то говорит. - Ну, тогда вопросов нет. Выпить бы за молодых, да нечего, - сочувственно произнёс Пьер. *** Спустя несколько дней после смотра Варя почувствовала себя плохо на спортивной тренировке и ротный отправил ее в медпункт. Девушку тошнило и живот сильно болел. - Доктор, тут боец, видать отравился чем-то, подлечите его. - Да, да, оставляйте, - молодая женщина помогла уложить Варю на кушетку. - Пожалуйста, не трогайте живот! - взмолилась Варя, не давая врачу задрать ее рубаху. - Очень больно? - Очень. - Что ели? - Ничего особенного. Можно я просто полежу, оно само пройдёт. - Боюсь, что полежать не получится. У меня тут нет туалета. Пойдём, я помогу тебе дойти до него. Девушки вышли из кабинета, Варя слегка подвывала. Доктор пробыла с ней до вечера, помогая передвигаться и когда всё закончилось, снова усадила на кушетку, присев рядом. Некоторое время они молчали. - Я не стану спрашивать, зачем ты всё это затеяла, - прервала тишину доктор. - Видимо, тут замешана любовь, обычно так бывает. Но раз ты здесь, то позволь немного упростить твою жизнь. Если в следующем месяце снова заболит живот, постарайся избежать физических нагрузок. Ваш ротный человек добрый и понимающий, проблем не будет. И даже если ничего не заболит, прими этот отвар, - женщина протянула Варе мешочек, туго набитый сухими травами. - Спасибо, доктор, - княжна старалась не смотреть на врача. - Как он умер? - она выжидающе смотрела на девушку. Та молчала. - Понятно. Его состояние было очень тяжёлым. Я удивилась, когда мне принесли твою справку. Как тебя зовут? - Варвара. - А меня Софья Михайловна. В этом корпусе есть ванна, Варвара. Ты можешь ею пользоваться. Обращайся ко мне, если что-то потребуется и, пожалуйста, не бойся, я никому не скажу. Ты не побоялась бросить вызов миру. Я это одобряю, - врач похлопала Варю по плечу. Девушка подняла глаза на свою спасительницу. Только сейчас она смогла разглядеть ее и удивиться, как это хрупкое создание попала в такое место, не притворяясь мужчиной. Симпатичная невысокая женщина в белом халате с копной каштановых волос и такого же оттенка карими глазами смотрела на неё с материнской нежностью. Варя не собиралась бросать вызов обществу. Именно любовь привела ее сюда. В этом доктор не ошиблась. Покинув лазарет, княжна быстро зашагала по коридору, освещённому лучами закатного солнца. Мимо неё проносились портреты великих князей и других членов императорской семьи, офицеров и педагогов академии. Бело бирюзовые высокие стены, украшенные лепниной, уже давно не вызывали интереса и желания прикоснуться к ним. Сейчас она направлялась в свою казарму, чтобы наконец-то раздеться и лечь спать. Она чувствовала дикую усталость и немного нервничала после общения с Софьей Михайловной. - Ветров, - спокойно, но властно, Варю вынудили остановиться. Она обернулась на голос и в тот же миг выпрямилась по струнке, выдавая дежурное «Здравия желаю, Ваше Высокоблагородие!» - Вольно, - так же спокойно произнес Подполковник Моркони.- Пройдите ко мне в кабинет, есть разговор. Оказавшись чуть позади него, Варя послушно последовала за офицером. Пока они проходили по коридору, девушка невольно изучала своего предводителя. Строгий форменный костюм облегал его высокую фигуру. Чёрные пряди продолжали беспорядочно окутывать шею и частью забивались под высокий воротник. Варя обратила внимание на то, что князь слегка притормаживает, наступая на левую ногу, тщетно пытаясь скрыть хромоту. Дверь в кабинет открылась и Моркони жестом пригласил Варю войти. Она послушалась. Зайдя следом за ней он привычным движением запер дверь. - Как вы себя чувствуете, юнкер? - князь не спеша присел за стол, доставая какие-то бумаги из нижнего ящика. - Хорошо, Ваша Светлость, - проговорила девушка, выжидающе глядя на него. Некоторое время подполковник молча перебирал бумаги. Варе даже показалось на какое-то время, что он про неё забыл. - Вас долго не было, рядовой. Кадеты в ваше отсутствие летом прошли настоящую школу жизни. Лагерь - самая важная часть военной подготовки пехотинца, а вы позволили себе каникулы, - князь поднял на неё серьёзный и абсолютно бесстрастный взгляд. Варя чувствовала, как к голове приливает кровь, мысли путались. Ее негодованию не было предела, но собравшись с силами она все же взяла себя в руки и также спокойно ответила: - От меня мало что зависело в этой ситуации, Ваше Высокоблагородие. От слуха Моркони не укрылась железобетонная интонация, с которой девушка произнесла последние два слова. И он едва заметно улыбнулся. Спустя несколько секунд он решил продолжить пытку. - Сегодня утром я вызвал вас к себе, но вы все не приходили, юнкер. Мне сообщили, что вы в лазарете и я подумал: «Что происходит? Этот парень, когда он нужен, постоянно болеет? Он что, решил прогуливать занятия, прикидываясь хворым?» Кадет, вы разочаровываете меня. Может быть, мы зря оплачиваем ваше содержание? Стране не нужны больные солдаты, а те, что отлынивают от своих обязанностей - и подавно. Что вы мне на это скажете? Варя еле держалась на ногах. Она уже ощущала, как взмокла ее спина. В согнутой руке как положено по уставу, она держала фуражку и сейчас пальцы девушки заметно побелели, вцепившись в ее жесткий козырёк. Ваня не обманул. Мор был страшен в своём спокойствии. Сейчас казалось, что ей выносят приговор, который невозможно оспорить. И все же она рискнула: - Случайное совпадение, ваше Высокоблагородие. Досадно, что так вышло. Я осознаю, что много пропустил, поэтому занимаюсь дополнительно в своё свободное время, чтобы не посрамить гордое звание солдата Его Величества. Лицо Моркони не выражало никаких эмоций. Он поставил локти на гладкую поверхность деревянной столешницы и сцепил в замок тонкие пальцы, уперев в них подбородок. Несколько секунд он просто сверлил Варю взглядом. А потом произнёс: - Вы не ходите в баню вместе со всеми. Можете не говорить, я видел ту справку. Но знайте, я не потерплю здесь вшивых солдат, - его голос приобрёл суровый оттенок. - Софья Михайловна любезно предоставила мне доступ к ванной комнате, ваша Светлость, - парировала девушка слегка подрагивающим голосом. - Вы свободны, юнкер, не смею вас задерживать, - неожиданно произнёс князь и опустил глаза на стопку бумаг, потеряв всякий интерес к Ветровой. Варя привычно козырнула, вытянувшись во весь свой невысокий рост, развернулась кругом и направилась к двери. Быстро победив щеколду, она вышла, закрыла за собой дверь, прижалась спиной к бирюзовой стене и опустилась на корточки. В тот вечер она долго не могла успокоиться и пока товарищи не обращали на неё внимание, потихоньку выбралась из казармы. Дойдя до заветной комнаты, она вошла и заперла за собой дверь. Здесь никого не было. В печи догорали угольки и девушка поспешно принялась разжигать их, подкидывая небольшие брёвнышки и выпуская струйки воздуха изо рта. Рядом стояло несколько вёдер с водой и большая керамическая ванна. Чугунный котёл тоже был полон. Когда огонь разгорелся, Варя прикрыла заслонку и стала ждать, пока вода нагреется. Только здесь она могла позволить себе снять корсет. Расстегнув последний крючок, девушка с ощущением неземного блаженства несколько раз вдохнула тёплый воздух, наполнявший пространство. В эти редкие минуты Варя вспоминала о том, что она молодая женщина, очень красивая и чувственная. Вопреки воспитанию монашеского целомудрия, она не пугалась всех тех приятных ощущений, которые испытывает обнаженное женское тело, прикасаясь к шелковой простыне или погружаясь в тёплую воду. Удобно устроившись в ванне и игриво запрокинув ножки на ее дальний край, Варя даже позволила себе издать тихий стон. *** - Я победил! Ха-ха! - Пусти! Мама, спасите! Иван и Варя с криками и хохотом катались по полу. Брат давно уже демонстрировал своей сестре успехи рукопашного боя. И в какой-то момент ей захотелось принять участие в схватке. - Больно же, Вань! - Ну а ты как хотела? Это ж схватка, - брат обнял девочку за плечо. - Не грусти, я буду тебя учить. Научишься драться, сама себе сможешь жениха выбрать. А тех, кто будут настаивать, угостишь смачным кулаком. Давай, вставай! Варе понравилась эта идея. И совсем скоро она на себе испытала, как можно победить более сильного противника, учитывая распределение веса. Чаще она брала соперника измором, так и не начиная наносить удары. В такие моменты Ване просто становилось скучно и они прекращали бой. *** - Ребята, подходите! Проведём спарринг, - Астафьев жестом пригласил на ковёр Петра и Сержа. Варя внимательно наблюдала, как парни из разных весовых категорий пытаются уравнять свои возможности и сыграть на слабостях противника. Серж уклонялся, Пьер пытался применить грубую силу настолько, насколько позволяли правила. В итоге он, естественно, победил, как это всегда бывало. - Серж, повнимательнее, - ротный что-то пометил у себя в журнале. - Да как? Он такой здоровенный? - Используй свои преимущества, - с издёвкой проговорил Пьер, понимая, что никаких особых преимуществ у товарища нет, а точнее он даже не стремится их развивать. - Вань выходи… - начал было ротный. - Вы позволите поприсутствовать, Семён Иванович? Все повернулись на голос. В дверном проеме, слегка перенося вес тела на правую ногу стоял подполковник. - Как скажете, Ваше Бродие, - выговорил Астафьев, от волнения теряя буквы в длинных словах. Рота приветственно вытянулась по стойке смирно. - Не обращайте на меня внимание, продолжайте, - спокойно проговорил Моркони, тяжело усаживаясь на скамью. Легче сказать. Не обращать внимание на князя было трудновато. Но спустя несколько минут ребята все же попытались принять непринужденный вид. - Ваня, идём. И ты Николай, - Астафьев жестом подозвал ребят. - вставайте сюда. И, начали! Некоторое время ребята просто топтались друг перед другом, не решаясь начать схватку. Сейчас Варя судорожно вспоминала все, чему учил ее брат. Она была на полголовы ниже противника и недоумевала, какое преимущество можно из этого получить. Николай сделал первый замах. Девушка увернулась. Потихоньку ее глаза начали загораться азартом. Она попробовала нанести удар - противник так же ловко увернулся. Не дав ей выпрямиться, Николай обхватил ее руками и попробовал завалить, но девушка ловко извернулась, приняв доминирующее положение. Теперь она удерживала торс парня в крепкой хватке. Доли секунды понадобились ей для того, чтобы определить точку опоры и совершить бросок. Готово! Противник повержен. - Дружище! Я не хотел! - промямлила Варя, пребывая в шоке от того, на что оказалась способна. Она подала руку товарищу. - Хотел-хотел, я видел, - проговорил со смехом Пьер. Коля встал и дружелюбно похлопал Варю по плечу. Он не обижался, ему было все равно. Единственное, чего он хотел - поскорее вернуться в казарму и приступить к обеду. - Молодец, Иван, делаешь успехи, - ротный одарил подопечного лучезарной улыбкой. Поглощенные эмоциями кадеты не сразу заметили, что место, которое еще недавно занимал Мор опустело.