Не буди лихо — целуй его тихо

Было пасмурно и душно. Лес готовился к дождю, а Ваня готовился к новому семестру. Они с Духом лежали под яблонями у дома — Дух клятвенно обещал не мешать, но каждые пять минут отвлекал и требовал внимания. Иногда он очень походил на наглого кота, у Вани такой остался в Москве. Тот тоже ласку себе выцарапывал с воем — попробуй только внимание не уделить. С другой стороны, Ваня Духа понимал. Им редко удавалось проводить вместе дни напролет: ведь лес нельзя было оставлять без присмотра, а деду требовалась помощь. Вот и сегодня Ване было необходимо поучиться, а Дух уговорил его позаниматься на природе. Нужно ли говорить, что затея эта была неудачной с самого начала? Ваня честно пытался читать нудные конспекты, запоминать даты и фамилии, но в голове крутился один вопрос, который давно его беспокоил. — Скажи, — повернулся он к Духу, — а вампиров и правда не существует? Тот с закрытыми глазами лежал на траве. Можно было подумать, что он спит, но слабая улыбка выдавала — Дух все слышал. Но отвечать не спешил. И когда Ваня уже решил, что ответа не получит — такое случалось, когда он спрашивал что-то, чего людям не следовало знать, — все же сказал: — Упыри на севере обитают, но людей почти не трогают. Они животинку всякую любят, вот ею и питаются. — Так и знал! — Ваня хлопнул себя по ноге. — А дед все говорил, что не существует их… — Почему тебя так интересуют упыри? Дух хитро улыбался, глядя на Ваню. — Просто в мировой культуре популярны и оборотни, и вампиры. Сколько про них книжек, фильмов, игр… Ну не могло быть такого, чтобы только оборотни существовали на самом деле! Дух засмеялся. — А кто из них тебе больше по нраву? — спросил он. Ваня задумался. Вспомнились «Сумерки», которые он смотрел с мамой втайне от своих друзей. Фильм, конечно, дурацкий. Но посмотрел его Ваня от начала и до конца. — Вампиры, — решил он. — Они бледные и красивые, сильные и быстрые, а еще у каждого есть какая-то своя способность. — Тебе надо взглянуть на истинных упырей, — засмеялся Дух. — Ни красоты, ни силы, ни ума. Несчастные создания. Он положил голову Ване на колени, спихнув на траву тетрадь. Следом полетел учебник. Черт с этой учебой, решил Ваня, успеется еще. И зарылся пальцами в мягкие зеленые волосы. Ваня мог подолгу пропускать длинные пряди меж пальцев, трогать цветы и листья. Дух при этом словно становился котом — довольно урчал и ластился, подставляя голову. И сердце каждый раз щемило от того, как же хорошо. Ваня решил остаться у деда до конца лета. Тот уже справлялся сам, но и маме так было спокойнее, и Ваня не возражал. Сейчас ему даже думать не хотелось, что будет, когда придется уезжать в Москву. Одна его часть хотела увезти Духа с собой. Упаковать в чемодан, провезти через города, чтобы никогда-никогда не расставаться. Чтобы у него дома всегда был его Дух — невыносимо прекрасный, с дерзкой ухмылкой, прохладными руками и поцелуями в уголки губ. Но другая часть понимала, что такого, как Дух, невозможно приручить. Ты можешь восхищаться красотой звезд, можешь любоваться закатами, но не сумеешь закупорить их в стеклянный шар, чтобы смотреть на это богатство, когда только вздумается. Все, что остается — быть рядом, когда это возможно, и хранить в памяти самые теплые моменты. Цветы, растущие в саду, всегда будут красивее и долговечней тех, что срезаны и поставлены в вазу. — Ты бы убрал свои бумажки, пока дождь их не замочил, — пробормотал Дух, прищурив глаза. — Да когда там этот дождь еще начнется… Ваня ленился: вставать ему совершенно не хотелось. Дух лежал так близко, можно было наслаждаться моментом и не думать, что лето когда-нибудь закончится, и на смену ему придет пасмурная осень. — Сейчас, — улыбнулся Дух. И не успел Ваня возразить, как на нос ему упало несколько капель. И правда дождь! Он вскочил на ноги, сгреб в кучу все учебные материалы, которые ему так и не пригодились, и побежал домой. Когда Ваня вышел обратно, Дух стоял прямо под теплыми каплями, подняв лицо к небу и зажмурив глаза. Ваня залюбовался. Он перепрыгнул пару ступенек и в два шага оказался возле Духа. Дождь становился сильней. Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга: как капли стекают по лицам, как пробуждаются улыбки, как блестят от счастья глаза. А потом Дух притянул Ваню к себе, и начал целовать его мокрое лицо. Легкими поцелуями-бабочками он покрывал скулы, щеки и нос. А Ваня все ждал — когда же коснется губ? И вертелся, чтобы поцеловать самому. А Дух смеялся и продолжал эти мучения, целовал лоб, и снова щеки, и место за ушком. И потом, наконец, поцеловал его так, как ему нравилось больше всего: долго, чувственно, глубоко. Ваня жмурился от дождя, от счастья и переполняющих его чувств. Дух улыбался в поцелуй. И было хорошо.