Рожок ванильного мороженого

      Кларк дожевывала вафельный рожок, бережно поправляя локоны пшеничных волос, которые так настойчиво лезли ей в рот вместе с лакомством. Сегодня был долгожданный выходной, поэтому мисс Гриффин, учитель младших классов, решила урвать этот шанс и наконец выйти на улицу, пройтись по зелёным улочкам весеннего Сиднея.       Остаться в постели Кларк не решилась. Высиживать драгоценные свободные деньки в той пустой квартире, которая с каждым возвращением навевала ей чувство одиночества и тоску по родному дому, где мама надоедала историями очередного пациента, где отец, при жизни, пёк любимые блины, рассказывая о скоплении звёзд над их крышей, попивая кофе с привкусом ирисок...       Впрочем, смерть отца была единственной веской причиной, по которой Гриффин решилась оставить жизнь в Мельбурне позади и уехать подальше от родного города, матери, которая вдвойне начала давить на дочь учёбой в медицинском, и друзей детства.       За это время Кларк встретила Финна Коллинза, который не смог по достоинству оценить натуру девушки, бросив Гриффин ради её более весёлой подруги Рейвен, с которой она навсегда оборвала связь. Потом Кларк попыталась начать отношения с братом её хорошей подруги – Бэллами. Но они оказались слишком разными и, вместе с потенциальным партнёром, Кларк лишилась соседки.       Так девушка и осталась одна. Без друзей, без парня и кого-то, с кем можно было бы разделить рожок ванильного мороженого в выходной день. Впрочем, это не было такой уж трагедией. Большую часть своей жизни, Кларк даже не замечает этого, сидя над тетрадями учеников, загрузив себя выдумками новых сценариев очередных уроков для маленьких сорванцов.       Да, Кларк определённо нравилась её работа. Работа с детьми. Она любит детей и хотела бы когда-нибудь найти того человека, с которым могла бы завести «полноценную семью», как любит выражаться Эбигейл Гриффин в редких телефонных разговорах.       Единственное, что её не устраивало – плохие дети. Нет, даже не так. Девушка никогда не делила своих учеников на плохих и хороших, умных и глупых, и так далее. Просто есть у неё такие подопечные, к которым Кларк приходилось обращаться с бóльшим самоконтролем, чем к остальным.       Вот, например, Эйден Кэри. Тринадцатилетний мальчишка с буйным нравом и нереальной неусидчивостью. Нет, серьёзно, терпеть вечные подколы в виде разрисованной доски, намеленного стула и жуков в тумбе – очень сложно. Ещё и его родители были настолько заняты, что не могли прийти ни на один вызов к классному руководителю, то есть к Кларк. Вы не подумайте, Гриффин сотни раз вызванивала на номер матери мальчишки, но та никогда не брала трубку. И это жутко выводило, потому что Кларк никак не могла найти подход к ребёнку или хотя бы успокоить его.       Дошагивая к пешеходному переходу уже без остатка ванильного стаканчика в руке, Кларк, расслабившись, вздохнула, но тут же выпрямила спину, никогда не забывая строгого голоса матери, который через всю детскую площадку кричал ей о правиле ровной осанки.       Она почти шагнула вперёд, когда загорелся зелёный свет, но откуда ни возьмись, из-за поворота, вылетел громоздкий, синий грузовик. И Кларк не знает, что бы случилось, если бы она не заметила краем глаза светлую макушку со стороны её правой руки, которая так рьяно рвалась вперёд, навстречу к мчащемуся автомобилю.       Кларк схватила мальчика за верх футболки, оттянув подальше от края дороги, совсем не ощущая бешено колотящегося сердца, потому что в ту секунду, когда её нога убралась с асфальта дороги, по месту, где Кларк стояла пару секунд назад, проехали массивные чёрные колёса, которые могли передавить все пальцы на её бедной ноге и мальчика, которого она до сих пор крепко держала за шиворот футболки.       Когда Кларк наконец вздохнула, то опустила голову вниз, встретившись с перепуганными чистыми голубыми глазами её буйного ученика. Эйден растерянно бегал взглядом, осматривал лицо своей учительницы и даже не брыкался, требуя свободы.       — Спасибо... — Кларк поджала губы и коротко кивнула, не в состоянии что-либо сказать.       Чёрная футболка ребёнка была выпущена из хвата Гриффин лишь тогда, когда к мальчишке подбежала запыхавшаяся, не менее испуганная девушка.       — Эйден, ты в порядке? — тут же обеспокоенно начала шатенка, вертя парнишку во все стороны, осматривая на наличие повреждений.       Когда она удостоверилась, что с ребёнком всё в порядке, девушка строго нахмурила брови, пытаясь словить стыдливо отведённые голубые глаза.       — Я же просила тебя не уходить далеко.       Наблюдая за этой картиной, Кларк даже стало немного неловко, но вернуться обратно к переходу и дождаться зелёного света Гриффин так и не решилась. Она тихо наблюдала за тем, как её ученика отчитывала незнакомая ей девушка, от голоса которой каждый раз колени начинало трясти. А может, это адреналин потихоньку уходил из её крови.       Когда шатенка едва ли не обречённо вздохнула, она встала с коленей, отряхнула чёрные брюки и посмотрела на Кларк таким жгучим взглядом, что девушке показалось, будто воздух прекратил поступать в её лёгкие.       Пухлые губы пытались что-то донести до Кларк, но Гриффин видела лишь настойчивые зелёные глаза. Но когда на красивом лице появилась хитрая улыбка, Кларк вздрогнула, пытаясь скрыть стремительно алеющие щеки, потому что, очевидно, её поймали с поличным.       — Что, простите? — хрипло проговорила девушка, замечая неведомый ей огонёк в глазах незнакомки.       — Хотела сказать спасибо, что спасли Эйдена. Кто знает, что стало бы с этим сорванцом, если бы не Вы, — в этот раз Кларк услышала каждое слово, произнесённое прекрасной незнакомкой. Её нежный голос был таким, словно патока стекала по ушам Гриффин, и Кларк до этого не знала, что можно влюбиться в голос.       — Ну что Вы, я не могла допустить, чтобы с ним что-то случилось, это моя работа, — Кларк едва слышно вздохнула, не замечая, как мальчик скучающе раскачивался на ступнях взад-вперёд.       В этот момент незнакомка слегка нахмурилась, но не убрала той завораживающей дьявольской улыбки с лица.       — Вы знакомы? — медленно спросила шатенка, чётко выговаривая каждое слово.       Кларк даже напряглась от тона, которым был задан вопрос. Даже Эйден прекратил валять дурака и во все глаза начал наблюдать за взрослыми.       — Меня зовут Кларк Гриффин, я классный руководитель Эйдена. А вы...?       Сначала незнакомка побледнела, потом побагровела. Казалось, даже кожа её ушей и шеи имела настойчивый красный оттенок. Шатенка откашлялась, стала ещё прямее, чем прежде, хотя до этого Кларк думала, что это невозможно, и та тихо ответила.       — Я мама Эйдена, Александра Кэри, — и вот теперь Гриффин сполна могла понять реакцию бедной Александры.       Кларк уже второй год обучает детей искусству в частной школе Сиднея и терпит нападки со стороны Эйдена, но, по неизвестным ей причинам, ни разу не видела хоть кого-то из его родственников. И вот теперь перед ней стояла нереально горячая девушка с ярко-зелёными, завораживающими глазами и нахальной улыбкой, с шёлковыми на вид волосами и строгими чертами лица.       От Александры перехватывало дух.       Вздохнув, Кларк медленно моргнула, а после улыбнулась мило, но немного раздражённо, слегка сморщив нос. Она скрестила руки на груди и заговорила куда увереннее, чем минуту назад:       — Что ж, приятно, наконец, познакомиться, мисс Кэри. Давно хотелось с Вами встретиться, жаль вот, кажется, Вы не разделяете моего рвения, — тон Кларк был обвиняющим, но было видно, как сильно хрипотца в её голосе нравилась девушке.       Александра вздохнула и тихо посмеялась, нежно сжимая плечо сына.       — Если бы я знала, что у Эйдена такие красивые учителя – заглядывала бы почаще.       «Она что, флиртует со мной?» — щеки Кларк густо покраснели, и ей тут же захотелось спрятаться. Но то, как хитро улыбалась Александра, как её глаза блеснули от интереса, будто спрашивая, поймёт ли Кларк. Гриффин это дико нравилось.       — Тогда научите Эйдена банальным правилам поведения в социуме и, может, тогда Вы чаще будете видеть его красивых учителей, — Кларк почему-то сразу захотелось отвесить себе подзатыльник, потому что то, как довольно, напомню, мать её ученика растянула уголки губ, словно кот, добравшийся до желанных сливок, ужасно смутило бедную Гриффин.       Эйден уже и вовсе не обращал внимания на взрослых, даже не оглянулся на собственное имя. Мальчик заинтересовано рассматривал окружающих и высокие деревья на той стороне дороги. Кларк это было только на руку, потому что она была уверена, что даже тринадцатилетний мальчишка мог понять её намёки.       — Что ж, мисс Гриффин, — шатенка так ярко выделила её фамилию, что Кларк пришлось подавить окатившую её тело дрожь. — Мне очень жаль, что мы познакомились с Вами подобным образом. — Александра хищно улыбнулась, сверкнув глазами сначала на выпавшую из-за уха светлую прядку, а после обратно в небесные глаза. — Как Вы смотрите на ужин?       Кларк застыла, ошеломленная подобной прямолинейностью. Она не думала, что мать её ученика решится так открыто пригласить её на свидание. Тем более её. Потому что, по мнению Гриффин, на фоне Кларк, Александра выглядела, как богиня, сошедшая с небес. И мисс Кэри – мисс, потому что на её безымянном пальце не было кольца – явно была не из лиги Кларк, точнее наоборот, в своих любимых синих джинсах и лёгкой рубашке Кларк выглядела смешно, потому что костюм на Александре не только выглядел дорогим, но и был таковым и, скорее всего, стоил больше, чем весь гардероб Гриффин.       Поэтому Кларк правда не могла понять, как они могли прийти к подобному. Но не то чтобы она была против, наоборот, только за. Правда, подобная непрофессиональность могла вылиться девушке увольнением, но ничего особо страшного она в этом не видела.       Кларк и не знала, что всё это время не дышала. Поэтому, тяжело вздохнув, Гриффин всё же заправила чёртову прядку за ухо и неловко замотала головой.       — Это «нет»? — огорченно проговорила шатенка, замечая, как щеки Кларк становились всё более красными с каждой секундой.       — Что? Нет... то есть, да. Точнее, я с удовольствием.       Гриффин зажмурила глаза, еле сдерживаясь, чтобы не отвесить себе подзатыльник за столь глупое поведение, потому что в тот момент она почувствовала себя подростком в пубертате.       Александра тоже еле сдерживалась, чтобы не выпустить и малейшего смешка, потому что её правда забавляла неловкость Кларк и сложившаяся ситуация в целом.       — Тогда, — бархатный голос заставил Кларк снова открыть глаза, и именно тогда она встретилась с довольной улыбкой на лице собеседницы, которая начала жутко выводить её из себя. — Что на счёт того, чтобы Вы дали мне свой номер, и я не смела бы Вас задерживать ни на минуту дольше?       Стоит ли говорить, что Кларк вовсе не была против, чтобы Александра её «задержала»?       Кларк вздохнула и соскребла последнюю долю уверенности, надеясь, что её голос не будет дрожать, как у какого-нибудь девственника, которого впервые пригласили на свидание.       — Что ж, в таком случае, Вам стоит открыть свою почту и постараться, чтобы добыть мой номер, — и в этот момент глаза Кэри засветились ещё сильнее. Было видно, как сильно девушку забавляла и заводила эта игра.       — Тогда ждите моего сообщения, — она наклонилась немного ниже, оказавшись прямиком перед лицом Кларк, чтобы её шёпот точно дошёл до собеседницы, и в этот момент Кларк почувствовала, как её сердце издало последний удар перед тем, как стать настолько сумасшедшим, чтобы Гриффин не была полностью уверена, что Александра не слышит его биение.       — Я буду ждать, — уверила девушку Кларк, ощущая предвкушение от предстоящего свидания.       Поэтому после случайной встречи, всё воскресенье Кларк провела в томительном ожидании, подскакивая от каждого нового сообщения. Большинство из этих сообщений были из учительского чата или твитты школьных знакомых, с которыми девушка общалась, зачастую лишь поздравлениями.       И вот, когда Гриффин наконец сумела сосредоточиться на завтрашнем задании для класса Эйдена, когда стрелки перевалили за полночь, Кларк в очередной раз медленно потянулась за телефоном, подавляя яркое чувство надежды. И девушка едва ли не свалилась с дивана, когда в сотый раз перечитала письмо на почте: От @lexa_kerry. : Здравствуйте, Кларк. Простите, что беспокою так поздно, но я надеюсь, что Вы всё ещё заинтересованы в встрече. Пятница, ресторан «Ковчег», 18:00. Буду ждать с нетерпением.       Кларк ещё раз протерла глаза, чтобы полностью удостовериться, что она не сошла с ума в этом чертовом ожидании, и сейчас ей это не мерещится.       Она не думала, что Александра напишет ей так скоро, да и что в целом напишет, но прямо сейчас Гриффин было слишком сложно сдержать себя, чтобы не подпрыгнуть на месте и не усесться обратно на диван с довольной улыбкой. Правда теперь перед девушкой встала новая проблема – пять дней ожидания.       Мисс Кэри, похоже, пытается свести её с ума окончательно.

×××

      Дни тянулись неутомимо долго, и Гриффин чувствовала, как терпение покидало её все быстрее с каждым прожитым днём.       Кларк просто сидела на уроке рисования, пока дети выводили завитушки на листе A4, чтобы позже показать любимому учителю, насколько они гениальны. Она молча смотрела в одну точку за окном, думая, что никогда в жизни не ощущала такого предвкушения. Ни разу. Особенно по отношению к свиданию.       Сейчас ей было странно думать о том, что Александра Кэри завладела всеми её мыслями за одну короткую встречу. Нет, правда, эти глаза и уверенная улыбка: Кларк еле удерживала собственную фантазию, чтобы не начать размышлять, где ещё могут побывать пухлые губы. Пухлые губы матери её ученика.       От мысли, что девушка собирается пойти на свидание с родителем собственного ученика, Кларк скривилась и едва сдержала себя, чтобы не застонать. Вымученно и громко. Серьёзно, о чем подумает родительский комитет, если узнает об этом? Что скажет сам Эйден, если у мисс Гриффин, его классного руководителя, и его матери завяжутся романтические отношения?       Кларк зажмурила глаза с такой силой, что увидела звезды по ту сторону век. Шикарно, не прошло и пяти дней, как Кларк начала думать о том, что у неё и Александры может что-то получиться.       Прозвенел звонок, и у учительского стола столпилась стая предвкушающих оценки младшеклассников. Кларк едва не взвизгнула, когда поняла, что её окружили ученики, но Гриффин сдержала доброе лицо и принялась рассматривать один рисунок за другим, не перебивая забавных историй идей «картины» малышки Мэдди.       Кларк поставила каждому ребёнку по пятёрке и собрала вещи в небольшой чёрный рюкзак, закинула его на плечо и решила, что продолжит внутреннюю борьбу дома. А лучше вообще никогда.       И вот, настал тот самый вечер. Ресторан «Ковчег» был нейтральной территорией для обеих: достаточно изыскан, но не слишком, средние цены и приятная атмосфера. Всё это казалось идеальным для первого свидания.       Кларк надела чёрное платье чуть выше колен с открытыми плечами и достаточно провокационным декольте, которое идеально выделяло грудь девушки. Гриффин решилась собрать светлые волосы в элегантный пучок, открывая шею и ключицы.       Кларк вышла из такси, решив оставить свой старенький Форд Мондео на платной стоянке её дома, и поправила низ платья прежде, чем войти в ухоженное здание. На улице не было темно, но фонари всё равно освещали каждый уголок Сиднея. И Кларк вошла в идеально отполированные, стеклянные двери, тут же окунувшись в атмосферу, царившую в «Ковчеге»: приятная музыка, тихие разговоры и лёгкий смех, приветливые улыбки персонала и... И Александра Кэри, терпеливо ожидающая её за дальним столиком. Кларк даже удивилась, когда сумела найти её среди высоких растений и разделяющих столики стен. Хотя, чего уж врать, как только Кларк вошла в двери ресторана, её глаза начали сканировать светлое помещение.       Прежде чем подойти к терпеливому мужчине с большой книгой в руке, Гриффин снова разгладила отсутствующие на платье складки и нервно выдохнула, надевая на лицо обворожительную, как она всегда считала, улыбку.       Девушка уверенным шагом прошла к стойке приветствия гостей, иными словами к ресепшену, ловя на себе приветливую улыбку менеджера.       — Добрый вечер мисс, у Вас забронированный столик? — Кларк заметила, как глаза мужчины метнулись к её руке без кольца и как улыбка на его лице стала шире, отчего девушка успела смутиться, но вспомнила ради чего, а точнее – кого, она сегодня пришла в этот ресторан.       — Да, столик на имя мисс Александры Кэри, — Гриффин поджала губы, чувствуя лёгкое волнение, когда менеджер, бейдж которого был скрыт за толстой тетрадью, начал быстро читать имена на листе, а после кивнул, протянув руку в сторону столика, за которым Александра продолжала рассматривать что-то в своём телефоне.       — Спасибо, — мужчина лишь кивнул ей, тут же принимаясь за пару, которая все это время время стояла за её спиной, мигом теряя появившийся интерес.       Кларк мягкой поступью направилась к сегодняшней спутнице, проклиная неудобные шпильки на туфлях, которые так потрясающе смотрелись с этим платьем. Гриффин застыла у столика, не решаясь даже поприветствовать Кэри, потому что то, как пухлые губы выгнулись в довольной улыбке, как телефон был отложен, а зелёные глаза изучающе прошлись по сегодняшнему образу учительницы младших классов, то, какой недобрый огонёк сверкнул в этих манящих глазах – Кларк стало невыносимо жарко, захотелось кричать, а ноги предательски начало подкашивать.       — Добрый вечер, — тихо прервала молчание между ними Гриффин, пытаясь не отвести небесные глаза, в которых так отчётливо читалось смущение.       Александра улыбнулась еще шире и встала с места, чтобы выдвинуть стул для Кларк.       В этот вечер выбор мисс Кэри пал на тёмно-зеленый бархатный костюм с чёрной блузкой. Она деловито поправила часы на запястье и загребла распущенные волосы назад так, что Кларк просто не смогла не проследить за шелковистыми прядками, ниспадающими по крепким плечам. Гриффин даже не заметила, как испустила невольный мечтательный вздох, который никоим образом не мог остаться незамеченным.       — Выглядите захватывающе, — её тон томный, нежный и необычно низкий, так что тихое «спасибо», едва слышное за музыкой заднего плана, звучало еще более робко.             Кларк заняла своё место за столом, после чего Александра вернулась на своё, подзывая торопливого официанта. Темноволосый парнишка с маленьким блокнотом в руке и именем «Монти» на рабочем бейдже широко улыбнулся, делая самое сосредоточенное лицо из всех, которые Кларк пришлось повидать за свою жизнь.       Они заказали еды и какое-то дорогое вино, вновь погрузившись в неловкое молчание. Как минимум, Кларк точно было неловко, чего уж не сказать о Кэри, которая с обыденным выражением лица рассматривала стены сзади Кларк – хотя, скорее её глаза чаще находились на красивой шее спутницы, чем на хорошей копии картины какого-то знаменитого художника.       — Александра, Вы... — первой тишину вновь решила прервать Кларк, но на этот раз её голос был немного увереннее. Правда, девушке не дали договорить: Александра мягко прервала её, скользнув пальцами по нежной кожей ладони.       — Кларк, давай перейдем на «ты»? — Гриффин зачарованно кивнула, боясь даже вздохнуть, лишь бы не терять тепло от желанного контакта. — И еще, зови меня Лекса. Александра – так меня называют только родители.       Лекса забавно поморщилась, отчего Кларк просто не смогла сдержать тихого смешка. Шатенка удовлетворённо улыбнулась на реакцию Гриффин и заметно расслабилась, нехотя убирая пальцы с руки спутницы. Кларк лишь смущённо забрала выпавший уже не из такого идеального пучка локон волос, чувствуя себя глупой героиней какого-то сопливого романтического фильма для подростков.       — Хорошо, Лекса, — она как будто пробовала имя на вкус и было заметно, что Кларк нравилось. — Так как же так получилось, что за столько времени мы познакомились только сейчас?       Кэри улыбнулась той дьявольской улыбкой, которая так и не смогла исчезнуть из головы бедной Гриффин еще с первой встречи. Пухлые губы раскрылись, и Кларк хотела бы сосчитать, сколько раз за этот вечер остроумие Лексы вызывало у нее непроизвольный смех. Сколько раз они «случайно» касались друг друга, и эти касания казались самым правильным, что происходило в жизни Кларк.       Для Кларк это был идеальный вечер в компании идеальной девушки. Как и следующий, и следующий, и десятки других. Как и тот день, когда Лекса спросила, не хочет ли Кларк стать её девушкой, переехать к ним с Эйденом, потому что это именно то, чего бы она так хотела. День их свадьбы. И как тот день, когда через ужасно долгие пять лет, в день школьного выпускного, Эйден назвал Кларк своей мамой. Когда Кларк поняла, что та судьбоносная встреча – лучшее, что случилось с ней в жизни.