Драконы и шрамы

      Этим ранним утром, находясь на Мерлином забытой поляне, Драко запретил себе думать о том, чтобы повернуть назад. Свою точку невозврата он прошел, теперь поворачивать назад было бы, по меньшей мере, глупо. Отец, если прознает про несбывшиеся планы, скажет свое веское: «Я так и знал». Припечатает приговором: мол, бестолочь ты, сын, даже из дома сбежать не можешь. Мать порадуется, но снова начнет заводить разговоры про будущее. А Драко про будущее не хотел. Про погоду, природу, курс галлеона к фунту стерлинга — пожалуйста. А про будущее — ни за какие коврижки. Драко бы порадоваться, что живым остался да насладиться жизнью без Темного Лорда, живущего в соседней комнате. Но нет, все ждали от него решений. Здесь и сейчас.       Драко мог решить, чем он будет завтракать и какой галстук наденет на скромный прием в честь дня рождения Панси. Вот такой уровень сложности его устраивал. Что-то похлеще — нет уж, увольте. Давление родителей привело к тому, что Драко психанул. Увидел в Косом переулке рекламу летней стажировки в питомнике с драконами, подал заявку тайком от родителей и, покидав в рюкзак совершенно неподходящую для таких подвигов одежду, одним ранним утром аппарировал к месту встречи с любителями огромных и дышащих огнем животных. Таких оказалось двое: к Драко присоединилась рыжая девчонка, которая училась на Хаффлпафе курса на три младше самого Драко, и француз из Шарамбатона, их имена он позабыл в тот же момент. Девчонка не понравилась ему из-за цвета волос — нищенский рыжий! А француз напоминал о поместье Малфоев во Франции, которое родители неделю назад продали из-за долгов. И это незадолго до дня рождения Драко! Отличный подарочек. Он-то надеялся сбежать туда от родительской опеки, а теперь сбегать было некуда.       И к чему это его привело? Теперь Драко Малфой стоял посреди поля с французом и рыжей и даже не представлял, куда их занесет порт-ключ в виде погнутой вешалки.       — Ну, с Мерлином! — радостно сказала рыжая.       Драко едва успел ухватиться за порт-ключ. А потом воронка засосала их троих и выплюнула прямо посреди пустыни. Сплошной песок на мили вокруг — и больше ничего. Приземлился Драко не слишком удачно: наглотался песка и потерял ботинок. Французу тоже не повезло. Он ругался, смешно картавя, и вытряхивал из обуви песчинки. Рыжая же стояла на своих двоих и с любопытством оглядывала зыбучие пески.       Драко нахмурился.       — Порт-ключ был неисправным? — спросил он.       — Почему? — удивилась рыжая.       — Потому что мы посреди пустыни, — раздраженно ответил Драко.       Общаться с людьми ему не нравилось. С животными, впрочем, тоже. Но те хотя бы оставляли надежды на разумность.       — Все правильно, — встрял француз, который скинул оба ботинка и теперь стоял босой — ну и варварство! — и с подвернутыми до колен штанами. — Ты что, не знал, где мы будем обучаться драконоводству?       — Все я знал, — Драко смерил его презрительным взглядом. — В Марокко. Это разве не Италия?       Рыжая и француз переглянулись и как по команде прыснули. Драко подавил желание насыпать им песка в глаза. Вместо этого он огляделся по сторонам, выискивая хоть какие-нибудь ориентиры кроме долбанных гор из песка. Будто бы из ниоткуда на горизонте появились две фигуры с метлами в руках. Волшебники, догадался Драко. Вряд ли кому-нибудь пришло бы в голову убираться в пустыне…       Чем ближе к ним троим подходили волшебники, чем лучше становились видны их лица, тем сильнее портилось настроение Драко. Блестяще! Он проведет лето с одним из Уизелов. Это точно был какой-то из старших сыновей ненавистной семейки, Драко даже сумел вспомнить его имя — Чарли.       — Приветствую, господа и дама! — радостно пробасил мужчина средних лет. — Меня зовут Джек Коллинс, я заведующий в питомнике.       — Лиза Томпсон, — представилась рыжая.       — Томми Шафран, — представился француз.       Драко решил, что все-таки постарается запомнить имена этих идиотов — врагов нужно было знать в лицо.       — Драко Малфой, — сказал он. — Мистер Коллинс…       — Просто Джек! — перебил тот. — Давайте без церемоний. Мы здесь все как одна большая семья.       Драко легко мог согласиться с Просто Джеком — он терпеть не мог каждого второго своего родственника, все они были странными людьми. С таким отношением к родне, легко было назвать компанию незнакомых людей и Уизела — семьей.       — Джек, — исправился Драко, — мы ведь не будем работать в пустыне, верно?       — Наш заповедник находится в саванне неподалеку, но там стоит антиаппарационное поле. Поэтому придется лететь на метлах, — Джек поднял выше свою метлу. — Но не переживай, в пустыне мы тоже обязательно поработаем.       Драко мгновенно скис. Ему совсем не улыбалось проводить свое лето здесь. Даже дождливая Англия будет лучше, если уж Лазурного берега ему не видать.       — Послушай, Джек, — начал он. — Здесь есть порт-ключ, который отправит меня обратно? Я тут понял…       — …Что слабак и не потяну работу в пустыне? — закончил за него Уизли и ухмыльнулся.       Вот же сукин сын. Драко едва не вспыхнул на месте от негодования, а этот рыжий кретин смотрел на него насмешливым взглядом, сложив руки на груди.       — …Что забыл взять подходящую для этого места одежду, — выкрутился Драко.       И хотел было добавить, что кто с Темным Лордом в одном поместье живет, тот пустыни не боится, но решил, что юмора никто не оценит. Ему и самому-то было не смешно.       — Не переживай, Малфой. Тебе дадут все необходимое, — Чарли Уизли ему подмигнул (и Драко во второй раз за день ощутил зудящее желание насыпать кому-то песка в глаза).       Так из-за попыток доказать родителям, что они ему не указ, а Уизли, что он не слабак, Драко остался в этом Мерлином забытом месте.       Жили здесь в палатках. В них, конечно, были все удобства, но забыть, что это палатка, не удавалось. С утра Драко еще раз оглядел скудное убранство его жилья на долгих два месяца и побрел переодеваться. Брюки и свитера пришлось убрать подальше — в джунглях и пустыне красоваться было не перед кем. Да и в ботинках, выданных Джеком, работать будет лучше, чем в его собственных.       А еще форма, которая выдавалась драконологом, была горячей, как пески Сахары. Драко тайком подсматривал за одним работником с драконами: высокий и мускулистый, в свободных штанах цвета хаки, заправленных в ботинки, он смотрелся восхитительно. Сверху у него была рубашка, подчеркивающая идеальное телосложение. Драко надеялся, что не пускает слюни слишком явно.       Сам Драко явно будет выглядеть не так восхитительно. Ему дали целую кучу одежды, и он вознамерился надеть на себя каждый предмет, который потенциально защитит его от встречи с драконом или другим агрессивным существом: и жилет, и перчатки, и даже панаму с сеткой на пол-лица.       — Готов? — услышал он голос за спиной и обернулся.       Это был Чарли Уизли. Ну разумеется. Кто еще мог так беспардонно вломиться в чужую палатку, если не этот дикарь?       — Какого черта ты тут забыл? Выметайся.       Драко даже не успел переодеться до конца. Так и стоял в штанах и ботинках и с рубахой в руках. Он не стыдился своего тела, но ненавидел, когда глазели на его шрам. А Чарли Уизли этим и занимался. Пялился. Спасибо Поттеру, это уродство теперь навсегда останется с Драко. Будто у него мало напоминаний о прошлых ошибках.       — Я теперь твой наставник, — ответил Уизли. — Решил проверить, как ты здесь устроился.       — Мне не нужен надсмотрщик, — огрызнулся Драко. Жаль, палочка была далеко. Так хотелось запустить в эту рыжую морду чем-нибудь неприятным… — Поэтому убирайся из моей палатки.       Уизли же, казалось, совсем не задели эти слова.       — Тебе нужен наставник, потому что без него тебя сожрут или сожгут, — отозвался он. — Меня назначил Джек. Или принимай правила игры или возвращайся домой.       Вернуться домой… Работать с Уизли не хотелось. С этим рыжим отродьем Драко и не общался никогда, только видел его несколько раз на крупных мероприятиях, вроде Чемпионата по квиддичу. А еще тот однажды приезжал в Хогвартс со своими драконами. Но он был Уизелом, а это говорило о многом. Например, о ненависти к Драко Малфою. Эта ненависть, пожалуй, была у рыжих в крови.       — Малфой? — Драко посмотрел на Уизли. — Мне некогда с тобой нянчиться.       Нет, он не мог позорно удрать. Не сейчас.       — Переоденусь и выйду, — сказал Драко. — А теперь — убирайся из моей палатки.

* * *

      Чарли не слишком любил Малый Африканский питомник. Сердце его, конечно же, было отдано Румынскому — сколько лет он проработал там, сколько вырастил румынских длиннорогов. Заповедник Валлийских зелёных драконов тоже был для Чарли особенным местом. Там он дважды чуть не лишился жизни: в первый раз сорвался со скалы, а во второй — подошел к валлийскому зеленому дракону, пока тот поедал овец, слишком близко. По правилам техники безопасности подходить к драконам, когда те трапезничают, строго настрого запрещено. Но у его любимицы Герберы было повреждено крыло, и Чарли хотел незаметно его подлатать. Что ж… После этого инцидента подлатать пришлось и самого Чарли.       Однако в Малом Африканском питомнике несколько лет назад вывели новый вид — марокканский змеезуб. Как и его родственник из Перу, этот змеезуб был небольшого размера — всего до пятнадцати футов — и обладал невероятной скоростью. Но самое главное, после контакта с ним не было зарегистрировано ни одного случая драконьей оспы. Этот дракон прекрасно подходил для того, чтобы обучать на нем начинающих драконологов. Но все-таки требовал присмотра опытных работников, а потому Чарли последние три года провел на этом жарком материке.       Теперь Чарли работал не только с драконами, но и с людьми. Не сказать чтобы ему это очень нравилось, но доплачивали хорошо. В Африканском питомнике в принципе платили лучше, чем в Румынском. Еще бы — работать в такой жаре, где охлаждающие чары едва спасают, не каждый решится. Но у Чарли была цель. Еще несколько лет, думал он, а потом можно будет купить себе домик в Румынии и перебраться туда окончательно.       О домике в Румынии пришлось напомнить себе и этим утром, когда Чарли огорошили новостью о Малфое. Мол, вы же знакомы с ним уже, ты его курировать и будешь. Малфоя, черт бы его побрал! Чарли, конечно, на самом деле вовсе не был с ним знаком. Но был наслышан. Его братья много всякого рассказывали, и ядом при этом плевались, как саламандра плюется огнем. Скользкая и трусливая натура не вызывала желания сотрудничать. Чарли привык к честной драконьей агрессии.       Домик в Румынии, напомнил он себе, выходя из палатки Малфоя. Уютный, высоко в горах, где нет людей, а есть только чистый воздух и свобода…       — Я готов, — донесся до Чарли недовольный голос Малфоя.       Он обернулся и тут же расхохотался от увиденного. Малфой обмазался кремом от загара так плотно, что был похож на торт. На голову он натянул панаму с плотной сеткой спереди, рубаху заправил в штаны, а поверх нее надел огнеупорную жилетку. На самом деле, по технике безопасности все драконологи должны были выглядеть именно так. Но работать в таком обмундировании было не слишком удобно, поэтому многие позволяли себе вольности (а потом щеголяли с шрамами и ожогами, как Чарли). Вот только именно на Малфое эта униформа смотрелась так смешно, что Чарли не мог перестать хохотать. Это было абсолютно непрофессионально и неэтично с его стороны. Если Малфой нажалуется Джеку, то Чарли сделают выговор. Но даже понимание этого не могло остановить дикий хохот. В конце концов, Чарли привык работать с драконами, не с людьми.       — Закончил? — сухо спросил Малфой, когда Чарли пришел в себя и утер выступившие слезы.       Чарли прокашлялся и сделал серьезное лицо. Н-да, некрасиво получилось.       — Извини, Малфой.       Тот посмотрел недоверчиво, будто не поверил, что Чарли имел в виду именно это. Сложно им будет, ох сложно. Впрочем, трудности Чарли не пугали никогда.       — Марокканские змеезубы выведены в неволе, поэтому и содержатся они исключительно в вольерах, — рассказывал Чарли, пока они шли к питомнику. — Это не слишком агрессивный и легко обучаемый вид, но характер у него непростой. В вольеры самостоятельно не заходить, одному не кормить, героя-укротителя из себя не строить. Все ясно?       — Угу, — буркнул Малфой. Помолчал немного и спросил: — А почему ты без жилета?       Чарли уже и забыл, когда их надевал. Говорят, что в Шведском заповеднике давно уже придумали форму, которая не стесняет движения и оберегает от ожогов. Там вообще все было сделано для комфорта и продумано до мелочей. Но стоило такое обмундирование несметных денег, ни у Румынского, ни у Малого Африканского таких не было. Вот и мучились с этим неудобным старьем.       — Жилет сковывает движения, — Чарли пожал плечами. — Марокканский змеезуб очень быстрый, с ним каждая секунда на счету. Рубаха эта тоже сделана из специального материала, оберегает от сильных повреждений. А в жилете ты становишься неповоротливым, и взаимодействовать с драконами сложно. Я уже наловчился, но ты будь паинькой, не снимай все это добро. Так и мне, и тебе спокойнее будет.       Малфой проворчал себе что-то под нос и надулся. Выглядел он сейчас прямо как Рон, когда Фред и Джордж разыгрывали его перед всей семьей. Мысль о Фреде больно уколола сердце, и Чарли отмахнулся от этих мыслей. Не сейчас.       С Малфоем Чарли не общался до этого момента, и наверное потому злиться на него всерьез не получалось. Обиженный на весь мир, тот напоминал маленькую грозовую тучку, а вовсе не врага британских волшебников. И зачем только сюда приехал? И правда…       — Зачем ты сюда приехал? — спросил Чарли, когда они вошли на территорию питомника. — Не знал, что ты интересуешься драконами. Слышал, ты не слишком ладишь с магическими существами.       Про Малфоя и Клювокрыла он узнал от своих братьев. Рон в красках пересказал ему всю историю, постоянно порываясь отправить Малфою письмо с гноем бубонтюбера. А Фред и Джордж хотя и смеялись над Ронни, который только грозиться и мог, но Малфоя поносили только так.       Малфой же, после напоминания об этом школьном инциденте, вспыхнул и огрызнулся:       — Не твое дело.       Чарли только пожал плечами.       И правда, не его. Его дело — следить, чтобы Малфоя здесь не сожрали и не поджарили, получить за это кругленькую сумму и стать на шаг ближе к собственному дому.       Солнце палило нещадно. В питомнике дышалось полегче — кое-где были установлены охлаждающие чары, а еще тут и там стояли фонтанчики с чистой холодной водой, и легкий ветер иногда доносил приятные брызги. Чарли уже привык к этой погоде. Кожа его давно покрылась бронзой, а волосы выгорели. Малфою же, этой бледной поганке, здесь придется туго.       Чарли остановился у вольера и повернулся к Малфою.       — Это Флок, — представил он марокканского змеезуба. — Мы будем работать с ним.       Малфой замер у вольера и вытращился на дракона во все глаза. Да, многие волшебники реагировали именно так. Все-таки редко кому удавалось посмотреть на драконов вблизи, поухаживать за ними. Вид этих прекрасных существ восхищал и пугал, уж Чарли знал, как никто другой, какое впечатление они производят. Малфой сделал шаг вперед, как вдруг Флок угрожающе зарычал. Его ноздри расширились, а из пасти тонкой струйкой повалил дым. Малфой отскочил назад, как ошпаренный.       — Тише, тише, — Чарли и сам не знал, кого именно он успокаивает. Он повернулся к Малфою. — Флок тебя пока не знает. Ему нужно время. Сегодня кормить его будем вместе, а пока пойдем, расскажу тебе о технике безопасности.       — Не такой уж он и страшный, этот марокканский змеезуб, — фыркнул Малфой, как только они отошли от вольеров.       Чарли едва сдержал смех. Да, ему точно придется непросто, зато весело. Надо будет потом обрадовать Ронни историями про Малфоя, который чуть не наделал в штаны, потому что малыш змеезуб на него зарычал.       Н-да, похоже, роль наставника Чарли не подходила совсем.