Драконы и шрамы

      Пергамент с техникой безопасности был таким длинным, что Драко, во-первых, задолбался его читать, а во-вторых, снова ощутил желание смыться отсюда да поскорее. Все возможные последствия встречи с драконами в этом документе пугали его до нервного тика. Серьезно, почему вообще кто-то идет на это добровольно? Неужели у всех с родителями проблемы? Его легкую склонность к мазохизму хотя бы можно было оправдать…       Остальных, кажется, угроза быть съеденными, сожженными, проткнутыми, укушенными и разодранными в клочья острыми когтями совсем не пугала. Когда им подсунули пергамент с отказом от ответственности, Лиза его радостно подписала, Тимми тоже недолго думал (Драко засомневался, умеет ли тот вообще читать по-английски), сам Драко подписывать пергамент не спешил.       — Что значит, питомник не несет ответственности за мою жизнь?       — Это значит, что если ты решишь сунуться в вольер к змеезубу в одиночку, то сам идиот. Тебя, конечно, попытаются спасти… Но за результат никто поручиться не сможет, — ответил Уизли.       — Блеск! — Драко хлопнул рукой по столу.       Лиза и Тимми посмотрели на него снисходительно. Можно подумать, не у него единственного здесь возникали действительно мудрые вопросы. Это что, ему нужно было добровольно расписаться в приказе о собственной смерти?       — Малфой, — вздохнул Уизли. — Это просто формальность. Если ты будешь слушать своего куратора — то есть, меня, — ничего с тобой не случится.       Драко стиснул зубы и подтащил к себе треклятый пергамент с согласием. Поставил на нем размашистую подпись и мысленно попрощался со своей жизнью. Мама, папа, не ждите сына назад…       После долгого и нудного повторения правил питомника (которые, по сути, сводились к одному — лучше любоваться драконами на расстоянии), всех троих позвали на обед. Драко, конечно, не рассчитывал на хогвартские столы, ломящиеся от блюд, но был несколько обескуражен, увидев, что все собрались на улице вокруг большого кострища.       — Вы едите… здесь?       — Есть большой стол в палатке, — Уизли махнул рукой в сторону палатки с табличкой «Кухня». — Но там обычно никто не ест: душно внутри, да и места мало. А здесь воздуха больше, и все могут собраться вместе.       Драко фыркнул. Он бы, конечно, с превеликой радостью отобедал один на кухне, чем остался здесь, среди этих дикарей. Но жизненный опыт подсказывал ему, что стоит влиться в коллектив, иначе дальше будет тяжело.       — Ты, Малфой, не жди, что тебя покормят, — усмехнулся Уизли. — Самому надо себя обслужить.       Нет, ну до чего неприятный тип! Драко стиснул зубы и смерил клятого Уизли максимально презрительным взглядом. Тот стараний не заметил — уже вовсю хохотал с тем самым красавчиком в форме, на которого Драко успел положить глаз. Кажется, его звали Мартин. Какова была вероятность, что красавчику Мартину тоже нравились мужчины? Для обеда он переоделся — натянул свободную футболку, которая преступным образом скрывала все мускулы. Но Драко все равно поймал себя на том, что бесстыдно пялится.       — Драко, приходи к нам! — повернувшись на голос, он увидел Лизу и Тимми. Те уже заняли место за небольшим столиком. И сидели — вот ужас! — на бревне. — Я и для тебя еды принесла, — продолжила Лиза.       Драко нехотя побрел к ребятам. Сидеть с ними за одним столом не хотелось, но зато еда уже ждала его там. Нужно влиться в коллектив, напомнил он себе. Но на бревно садиться не стал — трансфигурировал себе стул из деревяшки. Тот получился красивым, с резной спинкой, не чета облезлым бревнам.       Правда, смотрелся рядом с кострищем очень странно. Драко и сам был как этот стул — одиночка среди неотесанных бревен.       — Сосиски просто обалденные! — сказала Лиза, едва Драко сел рядом с ними. — Я обычно их не ем. Мне больше нравится растительная пища. Не то чтобы я прям вообще не ем мяса, ну, знаешь, по настроению… Иногда прям хочется мясного пирога. У меня мамуля его так готовит, просто пальчики оближешь! Но эти сосиски — просто бомба!..       Драко откусил от одной, мечтая запихать ее Лизе в рот. До чего болтливая девчонка! Томми, слава Мерлину, отмалчивался.       Но сосиски и правда были вкусными. Драко обычно такую еду не ел: в Меноре почти всегда готовили домовики и только те блюда, что одобряла Нарцисса, друзья его тоже предпочитали пользоваться услугами эльфов, и даже если случалось собираться на барбекю, то жарили там не плебейские сосиски, а настоящее мясо. Но в этих сосисках точно был какой-то волшебный ингредиент. Едва Драко доел свою порцию, как захотел взять еще.       Он взял тарелку и подошел к маггрилю, который жарил сосиски. Те еще не приготовились, но Драко решил, что подождет здесь — хватило с него болтовни Лизы.       — Вкусно, да? — спросил Уизли.       Он тоже подошел со своей тарелкой. Но это же не значило, что им нужно заводить светскую беседу! Драко не придумал, чего бы ему такого язвительного ответить, и просто кивнул.       — На самом деле, на обычном — не магическом — еда получается еще вкуснее. Но людей много, поэтому, чтобы сэкономить время, пользуемся им.       — Что, Чарли, опять ноешь про маггловский гриль? — встрял в разговор Джек и хлопнул Уизли по плечу. — Нашел свободные уши, — обратился он к Драко.       Чарли ухмыльнулся.       — Лучше вот что скажи, — продолжил Джек. — Я заметил, что у Флока когти сломаны на одной лапе. И прихрамывает он. Неужто этот негодяй опять пытался удрать во время кормежки? Ты смотри, если он…       Хорошо было стоять вот так у маггриля, вдыхать аромат сосисок, чувствовать прохладу чар и слушать чужую болтовню (Лизина была не в счёт!). Даже Уизли, как ни странно, не пытался над ним пошутить. Наоборот, когда тот говорил с Джеком, периодически поворачивался и к Драко и говорил что-то вроде: “Представляешь?” Или: “Так все и было!” И будто даже включал его в разговор.       Странным он был. Не похожим на других Уизли. От него не исходила агрессия по умолчанию, он показывал клыки только в ответ, и это в общении с рыжими нищебродами было для Драко в новинку. Впрочем, казалось, что для Чарли Уизли существовали только его драконы, а все остальные — друзья, враги, стажеры — не имели значения.       Драко решил написать письмо матери. Наверняка его еще не хватились — решили, что он снова сбежал к Панси от серьезных разговоров. Может, завтра мама бы написала ему примирительное письмо и пообещала приготовить на завтрак лимонные пирожные — ох, как Драко их любил! Но теперь на завтрак его ждали только жаренные на гриле сосиски, а вместо мягкой кровати с пуховым одеялом была жесткая койка в палатке. После обеда Драко написал короткое письмо и попросил не волноваться: раз его не сожрал Темный Лорд, то и драконы небось не сожрут. Сам же Драко таким оптимизмом преисполнен не был.       Второй день в питомнике оказался суматошным, но простым. Все вокруг что-то рассказывали, объясняли, знакомились — Драко и половины имен не смог запомнить, — показывали местность, пугали страшилками о сбежавших стажерах. Что было приятно — на Драко никто косо не смотрел. Здесь трудились волшебники из разных стран, и они то ли не знали о метке, спрятанной длинным рукавом, то ли предпочитали ее не замечать.       Драко даже позволил себе расслабиться под конец дня, когда все работники и стажеры вновь собрались вместе, но теперь на ужин. Джек разливал всем обжигающую настойку, маггриль снова жарил сосиски (другой еды пока не было, но завтра кто-нибудь обязательно слетает в магазин), драконологи рассказывали истории из жизни, а Лиза и Тимми слушали их с жадностью и восхищением. Завтра Драко обязательно столкнется с неприятными и сложными делами, но пока он был как будто бы рад, что все-таки сбежал из-под родительской опеки в жаркую и далекую страну.

* * *

      Чарли любил ранние подъемы. Воздух не был раскален до предела, солнце лениво ползло по небу и продирало сонные глаза, еще не готовое слепить и обжигать. У кострища не собиралась шумная толпа. Над лагерем стояла такая непривычная тишина.       Чарли взял все необходимое и отправился к душевым. Еще один плюс ранних подъемов — никого, кто бы мылся рядом. На душевых владельцы питомника тоже решили сэкономить: под них отвели отдельную просторную палатку с маленькими перегородками, на крыше которой стояли огромные бутыли — вода в них пополнялась сама собой. Солнце нагревало воду, из-за чего она всегда была приятной температуры. С утра даже немного прохладной — самое то, чтобы взбодриться и приготовиться к новому дню. Чарли вошел внутрь и с удивлением понял, что находится в душевых не один. Еще одна ранняя пташка решила насладиться одиночеством и прохладной водой? Что ж, он не будет мешать.       Чарли открутил вентиль и встал под струю воды. Сегодня просыпаться было тяжелее, чем обычно, всему виной настойка Джека. Зря Чарли вчера набрался, теперь вот голова тяжелая, а ему еще Малфоя обучать. Станет ли тот его слушаться? Ведь на Чарли лежала ответственность за сохранность этого идиота. Если ему в голову взбредет доказать, что он и сам со всем справится, — жди беды.       Понежившись под прохладными струями дольше обычного, Чарли выключил воду и повязал на бедрах полотенце. Он вышел в небольшую комнатку с зеркалами и умывальниками и вздрогнул от неожиданности. Перед зеркалом стоял Малфой и чистил зубы — тоже в полотенце, обернутым вокруг бедер. Чарли, как и в прошлый раз, засмотрелся на его шрам: грубый, некрасивый, пересекающий грудь. Он совершенно не подходил аккуратному Малфою. Кто наградил его таким?       — Мать твою, Уизли! — зашипел Малфой, едва не подавившись зубной пастой. — Какого хрена ты подкрадываешься из-за спины?       — Не знал, что ты здесь, — бросил Чарли и подошел к соседнему умывальнику.       Некоторое время они молча чистили зубы. Чарли ловил на себе взгляды Малфоя, но каждый раз тот спешно отворачивался. Смешной.       — Надеюсь, сегодня не будет никакой бумажной волокиты, — заявил Малфой, закончив чистить зубы.       Чарли сплюнул пасту в раковину, вытер рот ладонью и повернулся к нему.       — Думаешь, готов к драконам? — насмешливо спросил он.       Малфой, кажется, готов не был — бравада его выглядела обычной маской. Чарли повидал таких, храбрых поначалу и трусивших, когда открывалась дверь вольера. К драконам нужно было идти с искренним желанием, а не с жаждой что-то доказать. Эти существа не терпели неискренности, чуяли ложь за версту.       — Пойдем со мной, посмотришь за кормежкой, — решил Чарли.       Он, как куратор, не мог допустить, чтобы Малфой взаимодействовал с драконами и боялся их. Нужно было позволить им привыкнуть друг к другу.       Уже потом, на кормежке, Чарли подумал, что Флок и Малфой были удивительным образом похожи: оба капризные и всегда недовольные, предпочитали нападать первыми, потому что не могли доверять. И если в этом Чарли был прав, то работать с Малфоем нужно будет, как с драконом: шаг за шагом, постепенно, медленно приручая. Это был вызов, а вызовы Чарли любил.       — Ты что, прямо в вольер к нему пойдешь? — недоверчиво спросил Малфой.       — Мне нужно посмотреть, что у Флока с когтями, — пояснил Чарли, надевая перчатки.       Флок уже несколько раз порывался сбежать из вольера. И пускай марокканские змеезубы были куда менее агрессивны, чем их перуанские собратья, но все же могли потревожить поселения, что находились не так уж далеко от питомника. Вольеры у драконов были просторными, но свободолюбивым существам явно хотелось на волю. Чарли надеялся, что со временем им будет позволено летать по Сахаре — пески эти змеезубы просто обожали.       Малфой проводил Чарли странным взглядом. Неужели переживал? Наверное, не хотел быть свидетелем жестокого убийства волшебника. Чарли усмехнулся. Пускай Флок был парнем с характером и подпускал к себе не каждого драконолога, одному из них он все-таки доверял. Чарли, пусть с трудом, но все-таки удалось убедить дракона, что никакого вреда он не причинит.       Чарли левитировал куски мяса тибо в вольер и сам зашел внутрь. Дверь закрылась, и защитное заклинание опутало пространство невидимой паутиной.       Флок, услышав шум, тотчас прилетел с другого конца вольера. Он недовольно пыхтел и дымил, как Хогвартс-Экспресс, всем видом показывая, что на общение не настроен.       — Я принес тебе поесть, — сказал Чарли и отлевитировал мясо поодаль от себя.       От еды Флок отказываться не стал. Он в считанные секунды подлетел к мясу и впился в него зубами. Чарли же осторожно подкрался к урчащему дракону и попытался осмотреть лапу так, не подходя еще ближе. Когти действительно были сточены, но проблема была не только в этом. Как Джек и говорил, Флок немного прихрамывал — едва заметно! — но от опытных глаз драконолога это не укрылось.       Чарли подошел еще ближе и аккуратно подцепил рукой огромную лапу Флока. Дракон тут же недовольно рыкнул, но вскоре снова принялся за еду. Медленно и осторожно обследуя лапу, Чарли нащупал занозу. Но стоило только до нее дотронуться, как Флок тут же откинул его хвостом на добрых несколько футов.       — Уизли, мать твою! — крикнул за вольером Малфой.       Чарли вскочил на ноги. Ну да, никто не говорил, что с Флоком будет просто. Вот только если не подкрасться к нему во время еды, то другой возможности проверить его лапу просто не будет. Даже несмотря на то, что Чарли он подпускал к себе охотнее всего.       — Ну же, малыш, — ласково сказал Чарли. — Поешь, пока я посмотрю твою лапку.       «Малыш» несогласно зарычал. Чарли поднял вверх обе руки, демонстрируя свою безоружность.       — Я просто посмотрю, что тебе мешает. Хорошо?       Флок выпустил тонкую струйку дыма и попятился назад. Мясо, кажется, совсем перестало его волновать. Чарли сделал несколько шагов вперед, продолжая уговаривать строптивого дракона:       — Ну же, Флок. Я хочу тебе помочь. Ты же хочешь, чтобы тебе не было больно, правда? Ты даже не заметишь, что я вытащу эту занозу. Она же крошечная. Как зубочистка для тебя.       Чарли подходил ближе. Флок выглядел недовольным, но пятиться перестал. Чарли достал из чехла палочку и левитировал к себе кусок мяса.       — Держи, малыш, — Чарли протянул руку с мясом.       Флок повел носом и, почуяв запах, немного приблизился. Чарли тоже сделал маленький шажок навстречу. Они постепенно приближались друг другу на жалкие дюймы, пока Флок, наконец, не разинул огромную пасть прямо у Чарли над головой — оттуда пахнуло тухлятиной. И прежде чем клыки сомкнулись на руке, кусок мяса отправился прямо дракону в глотку. Тот сразу же довольно заурчал.       Чарли левитировал еще несколько кусков мяса, а сам подобрался к лапе. Флок следил за ним одним глазом, ясно давая понять: одно неверное движение — и тебе не поздоровится. Чарли надеялся, что задобренный дракон не отправит его в полет хвостом, а потому снова пробрался к покалеченной лапе. Он аккуратно дотянулся до занозы и потянул ее на себя. Флок тут же перестал жевать и насторожился.       — Я вытащу ее, и больше не будет болеть, — Чарли нежно погладил дракона.       Тот прищурился и вновь повернулся к еде.       Чарли подцепил занозу и резко дернул — заноза осталась в его руке. Но Флок тотчас зарычал и выпустил огонь, слегка задев этим пламенем и Чарли. Тот зашипел от боли и отскочил в сторону.       — Тише! — крикнул он. — Спокойно, я закончил.       Но Флок продолжал бесноваться, сжигая все вокруг себя. Чарли в два шага оказался у выхода из вольера, выскочил наружу и захлопнул за собой дверь. Там, в вольере, Флок продолжал ругаться на варварские методы лечения и полыхать огнем. А ведь Чарли еще хотел намазать лапу мазью…       Ладно. Может, на вечерней кормежке удастся.       — Уизли, ты рехнулся? — Малфой возник будто бы из ниоткуда. — А как же техника безопасности, правила эти ваши идиотские? Там черным по белому было написано — не лезть к драконам во время кормежки!       Чарли усмехнулся, осматривая обожженную ногу. Досталось ему неслабо, но он и не такие травмы получал. Еще и спина болела после того, как Флок ударил по ней хвостом… Повезло, что слабо ударил.       — Ты, Малфой, только что видел, как делать нельзя, — сказал Чарли. — Наглядное, так сказать, пособие. А теперь я — в медпункт, ты — на завтрак.       И Чарли похромал в сторону лагеря.