A Peaceful Afterlife

Вэгги сидела в своем кабинете, подсчитывая расходы отеля в электронной таблице на компьютере; это заведение обанкротилось бы через день, если бы не использовало ресурсы Королевской семьи Ада. Она принюхалась. В воздухе раздавался совершенно чудесный запах: запах ужина. Раззл и Даззл готовили неплохую еду, но они всегда были рады попробовать новый рецепт, что Вэгги очень уважала. У нее заурчало в животе. Сегодня она пропустила обед. Тогда это показалось хорошей идеей, но теперь ей казалось, что она переваривает заживо саму себя. Она встала и глубоко вдохнула, пытаясь определить запах. Вэгги последовала за своим носом по коридору в столовую. Звуки измельчения и перемешивания становились громче по мере того, как она подходила ближе. — ...мне, как так резать? — произнес знакомый голос. Что Чарли делала на кухне? — Конечно, — сказал гораздо более низкий мужской голос. Он. — Это проще, чем ты думаешь. Вэгги заглянула на кухню и увидела, как Раззл и Даззл хлопочут у плиты, поджаривая на смазанной маслом сковороде мелко нарезанную курицу и замешивая в кастрюле какую-то желтоватую субстанцию. Чарли стояла перед разделочной доской, на которой лежала очищенная, разрезанная пополам морковь, с ножом в руке. Кира стоял позади нее, склонившись над ее плечом. — Теперь я покажу тебе, какие движения лучше использовать, — сказал он, протянув руку и накрыв ею руку Чарли; глаза Вэгги сузились. Другой рукой он положил ее ладонь на морковь, направляя пальцы. — Эти пальцы согни вот так, чтобы не порезаться. Теперь сделай вот это плавное движение локтем и запястьем. Это важно, потому что так пища не прилипнет к лезвию. Нож никогда не отрывай от доски, просто тяни его назад и вверх, а при резке толкай вниз и вперед. Назад и вверх, вниз и вперед, — Он провел ее через несколько разрезов. — Вот, видишь? А теперь попробуй ты. Вэгги вздохнула с облегчением, когда он отпустил ее и попятился назад. Почему? Чарли могла позаботиться о себе, и гораздо лучше, чем можно было ожидать. К тому же не похоже, что он действительно мог ее убить. Почему же она так беспокоилась, когда он был рядом с ней? Чарли медленно и внимательно повторила процесс измельчения. Вскоре она уже быстро нарезала морковь одну за другой. Она посмотрела на Киру с улыбкой на лице. — Кажется, я поняла! Она казалась такой... счастливой. Причем не просто обычной счастливой Чарли. Вэгги заметила, как ее кулак сжался, а ногти впились в ладонь. — Браво! Ты станешь быстрее, если будешь больше тренироваться, — сказал Кира, взяв разделочную доску и бросив нарезанную кубиками морковь в кипящую кастрюлю. — Теперь нарежь лук. Раззл, цыпленок, похоже, почти готов, его можно подавать. Даззл, как там ру? Даззл попробовал желтый соус деревянной ложкой и одобрительно кивнул. — Бе-е-е. — Хорошо, смешайте все вместе и оставьте тушиться, затем помогите Чарли нарезать осьминога, лук и имбирь. Я займусь тестом. Он взял миску и лопатку, взмахом лопатки запустил в воздух ближайшее яйцо, быстро и без усилий поставил миску под падающим яйцом, поймав его чуть выше краем лопатки. Яйцо раскололось и выплеснуло белок и желток в миску, в то время как скорлупа осталась на лопатке, и Кира выбросил ее в корзину для мусора. Он взял второе яйцо и разбил его о столешницу, расколов его лопаткой над миской поменьше. Яичный белок просочился через решетку в меньшую миску, в то время как желток остался и был отправлен в миску для смешивания. Небольшой взрыв аплодисментов привлек его внимание к другой стороне кухни. Чарли, Раззл и Даззл стояли в ряд и хлопали. Кира на мгновение смутился, прежде чем сделать поклон. — Ты определенно чувствуешь себя лучше, — сказала Чарли. — Есть какие-нибудь идеи, что это было? — Есть одна, — сказал он ровным голосом, взбивая яйца. — Но, как ты сказала, здесь души превыше тела. Думай об этом как о преобладании разума над материей. — Что ж, я рада, что ты чувствуешь себя лучше, — сказала она, нарезая зеленый лук. — Итак, я подумала, что завтра мы втроем могли бы провести упражнение по обмену навыками, где мы научим друг друга нашим более конструктивным увлечениям. — Звучит очень интересно, — сказал Кира, взбивая яйца и добавляя муку и другие ингредиенты. — Я надеюсь, ты не возражаешь, если я спрошу зачем. Чарли покачала головой. — О, конечно, нет! Видишь ли, скука - главная причина рецидива. В большинстве случаев наркотики или, э, другие удовольствия являются результатом скуки или ощущения, что чего-то не хватает. Я считаю, что конструктивное хобби и умственная стимуляция помогут противостоять желанию рецидива. — Очаровательно, — сказал Кира, когда "динь" привлек его внимание к духовке. Его уши навострились, и он надел прихватку. — О! Плита разогрелась. Всем приготовиться. Четверка собралась вокруг духовки. Кира смотрел на всех с решимостью и напряженностью футбольного тренера на крупной игре. — Хорошо. Как только я достану противень, я частично заполню его тестом, затем каждый из вас добавит свои ингредиенты, понятно? — Да, шеф, — сказала Чарли, безуспешно пытаясь выглядеть такой же серьезной, как он. Кира кивнул и открыл духовку, вытаскивая противень из духовки. Вэгги наблюдала, как он разливает тесто по маленьким полусферическим формочкам на противне. - "Ха. Мне всегда было интересно, для чего нужна эта штука." Кира нетерпеливо помахал остальной троице. — Сейчас, сейчас! Давайте! — Бе-е-е. — сказал Даззл, щедро посыпая формы зеленым луком. — Осьминог! — драматично воскликнула Чарли, бросив кусочки мяса осьминога в шипящее тесто. — Бееее~! — сказал Раззл, повторяя манеру Чарли, и бросил тертый имбирь и кусочки темпуры. Кира вылил еще одну изрядную порцию теста поверх формочек, наполнив их до краев. — А теперь нам просто нужно подождать. — Где ты научился готовить это, Кира? — спросила Чарли, взволнованно наблюдая за тестом. — Когда я был мальчиком, мне нравилось, когда в Морио, моем родном городе, проходили фестивали. Я любил их, потому что там были разные блюда, интересные представления и все такое. Моей любимой закуской был осьминог такояки. Мой отец видел, как он радовали меня, поэтому он научился его готовить, и научил меня всем хитростям и особым рецептам. Я делаю такояки только время от времени, но это успокаивает меня, напоминает мне о времени, когда я мог поговорить со своими родителями. — У тебя были хорошие с ними отношения, Кира? Кира посмотрела на нее и медленно кивнул. — Они не знали, как мне помочь, поэтому они… помогали мне… с моей привычкой. Я полагаю, ты можешь назвать это "соучастием". — О..., — сказала Чарли, постукивая пальцами. — Ну, эм, эм... О, оно готово? — Почти, — сказал Кира, лукаво улыбнувшись. — Вот, это моя любимая часть. Он вытащил палочку для еды, зацепил край шипящей массы, вытащил из формы оболочку приготовленного теста и накрыл ею еще сырой кусок теста, образовав подрумяненную сферу. — И вуаля! Нам просто нужно дать им попечься, а пока приготовим салат. Чарли посмотрела на Раззла и Даззла. — Мы так многому учимся! Ну же, давайте возьмем овощи! Кира принялся переворачивать остальные шары с безмятежным выражением лица. Он моргнул и посмотрел вверх и через плечо, и эти холодные, кроваво-красные глаза встретились с глазами Вэгги. Мгновение они смотрели друг на друга, оценивая друг друга. Кира впился в нее взглядом, чувствуя ее враждебность, его шерсть встала дыбом. — Кира! — крикнула Чарли, держа в руках огромную редиску дайкон. — Что мне делать с этой штукой? — Ах, — Кира бросил на нее последний ядовитый взгляд, прежде чем одарить Чарли безмятежной улыбкой. — Ну, это немного сложно. Смотри, ближе к стеблю находится материал для салата, остальной корень следует оставить на потом, он немного крепковат. Вэгги оторвалась от кухни и, кипя от ярости, зашагала по столовой. Она была раздражена, взвинчена. Ей нужно было побыть где-нибудь в другом месте. — Привет, Вэгги! — крикнула Чарли из кухни. Вэгги медленно обернулась; конечно же, там была Чарли, улыбающаяся и машущая рукой, но позади нее был он, с его ровным, ледяным выражением лица. — ...Привет. — Ужин почти готов! — гордо провозгласила она. — Мистер Кира учит нас готовить! — Отлично, — сказала она ровным голосом. — Я не голодна. Хаск завернул за угол. — Боже мой! Что так вкусно пахнет?! — У нас с Хаском есть дело, которым нужно заняться, — сказала Вэгги, хватая Хаска за воротник. — Пошли. — Но!– — ...ни слова, — прорычала Вэгги, таща Хаска за собой. — Пошли. *** — Почему мы вообще здесь? — проворчал Хаск, пнув кусок пенопласта. — Стервятники уже прихватили все самое вкусное! — Мы здесь не для того, чтобы красть мусор мертвецов, — Вэгги закатила глаза. — Мы здесь, чтобы выяснить, почему они умерли. Хаск вскинул руки, оглядывая обломки. — ...Почему? — Потому что двадцать человек, непосредственно связанных с нашим клиентом, таинственным образом умерли как раз перед тем, как он постучал в нашу дверь, — проворчала Вэгги, поднимая большую цементную плиту. — Тел нет, никто не взял на себя ответственность. — Да, это сужает круг подозреваемых, — проворчал Хаск. — Все здесь так или иначе связаны с убийством. Вэгги копалась в обломках, перекидывая через плечо обугленные пожитки. — И он признался, что был серийным убийцей, убивал девушек, отнимал у них руки… Я не знаю, как она может выносить разговоры с ним... — Она была бы паршивым спасителем, если бы ее отпугнуло небольшое расчленение, — сказал Хаск, задумчиво почесывая подбородок. Его глаза загорелись, а по лицу поползла злобная ухмылка. — Тем не менее, он произвел на нее сильное впечатление, не так ли? — ...Что? — Эй, да ладно, ты должна была заметить, что она в нем души не чает. И не похоже, что ты можешь винить ее; он красив, хорошо одевается, вежлив, обаятелен, умеет готовить, умеет убираться, и, самое главное, он с радостью согласится на помощь, если у нее заболит голова, — сказал Хаск, ухмыляясь, наклоняясь к ней через плечо. — Честно говоря, он идеальный мужчина. Вэгги хмуро посмотрела на него и вернулась к изучению обломков. — Он кровожадный психопат. — Ты так говоришь, как будто это не чертовски сексуально! Это обаяние плохого мальчика. Что еще хуже, он пришел к ней прямо с улицы, похлопал своими большими кошачьими глазами и сказал: "Я был плохим мальчиком, но я хочу быть хорошим. Не могла бы ты, пожалуйста, помочь мне стать лучше?' Я удивлен, что она тут же не бросилась к нему в объятия! — Заткнись! — с отвращением сказала Вэгги. — Ты ревнуешь! — Я не такая! Это неправда! — Перестань, Вэгги! Признай это! Тебе невыносимо видеть, как твоя принцесса строит глазки буквальному убийце женщин! — Да, я не могу! — прорычала Вэгги, развернувшись и ткнув в него пальцем. — Когда я была жива, мы каждый день, каждый гребаный день слышали об исчезновении девушек! О, мы говорили, что они просто ушли, что они пошли дальше, но мы знали. Мы все знали, что произошло, и мы все знали, что никому больше не было дела! На каждой работе, на каждом концерте у меня в голове всегда звучал тихий голосок, говорящий: "Это тот самый? Это он?" И угадай, что? Однажды так и было. — Что ты... — рот Хаска отвис, глаза расширились. — ...Ох. — Если Чарли хочет попытаться искупить cabrón mamahuevo, это прекрасно, это ее дело. Но поверь мне, я собираюсь тщательно изучить прошлое этого говнюка, потому что я устала позволять таким монстрам, как он, причинять боль или убивать людей, которые мне небезразличны! — Верно, верно, — тихо сказал Хаск. — Э-э... извини. Вэгги зашагала к обломкам. — Возвращайся к работе. Хаск посмотрел вниз, на землю, и увидел кружку. Он поднял ее и стер с нее сажу, на ней было написано: "Я люблю кофе так же, как женщин; густой, сладкий и и обжигает мои колени". — Хе-хе! Неплохо. Приглушенный шум привлек его внимание Он был совсем рядом и звучал как голос. Он огляделся в поисках его источника, вращая ушами. Шум раздался снова, теперь немного громче. Казалось, он доносился из ямы в земле. Яма была неглубокой и выглядела так, как будто ее вырыли, из нее выходила тонкая струйка дыма. Хаск сунул кружку в карман, подошел ближе, опустился на колени и сунул руку в яму, разгребая таинственно дымящуюся грязь. Деревянная рука вырвалась из земли, и до него донесся приглушенный крик. — Вэгги! — позвал он. — Вэгги, иди сюда! Вэгги подбежала и посмотрела на раскачивающуюся ветку. — Что это? — О, я занялся садоводством, и это принесло большие дивиденды, — Хаск невозмутимо потянул за руку. — На что, черт возьми, это похоже?! Помоги мне вытащить! Хаск и Вэгги схватили его за руку и потянули. Из грязи показалось тело. Оно вырвалось из земли, и они уронили его. Вэгги ахнула от удивления и в ужасе отступила назад; на земле лежал сильно искалеченный демон-марионетка. Его левая рука и плечо просто исчезли, гротескный кратер в его теле все еще светился и потрескивал от какой-то разрушительной энергии, тлея, как старый уголек. Его левая нога висела на сухожилии на бедре, а лицо было разнесено вдребезги, за исключением боковой части головы. — Уф... — пробормотал он, его оставшаяся рука слабо ковыряла землю. — Гххх… Ааа... Вэгги рванулась вперед, но Хаск успел схватить ее и оттащить назад. — Не прикасайся к нему! Ты не знаешь, что с ним случилось! — Он ранен! — сказала она, вырываясь. — Ему нужна помощь! — Если он еще не умер, с ним все будет в порядке, — сказал Хаск. — С тобой все будет в порядке, верно? — Бляяяяяяять, как больно! — булькнул демон-марионетка. — СУКА! ААХАХАООООУ! — Да, с ним все в порядке. Вэгги отмахнулась от лап Хаска, свирепо на него глядя. — Что, мать твою, произошло?! Хаск пожал плечами, указывая на кукольного демона. — Черт, Вэг, спроси его, а не меня! Вэгги неуверенно посмотрела на марионетку. — Эй... ты… да, ты не в порядке, да. Можешь ли ты рассказать мне, что здесь произошло? — У тебя есть героин? — Спросил искалеченный демон, его тон был разговорным и деловым. — Мне не хватает кусков моего тела, и это довольно больно. — Э–э-э... — ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЭТО БОЛЬНО! ААААААХГГГ, ПОЖАЛУЙСТА, УБЕЙТЕ МЕНЯ! Вэгги закатила глаза и вытащила свое копье, проведя острием по его обнаженной шее. — Хорошо. — Подожди! — зашипел он, его глаза расширились от ужаса. — Не надо! Пожалуйста, я сделаю все, что угодно! — Расскажи нам, что здесь произошло, — сказала Вэгги, указывая на обломки. — От начала до конца. — Я искал всякое дерьмо на продажу! — Сказал он, и слезы хлынули из его оставшегося глаза. — Просто мусор, который люди могут купить, да? Какой-то ублюдок, похожий на карточную колоду, подбросил монетку, и следующее, что я помню, - я оказался в комнате с кучей жутких мертвых чудаков! — О, понятно, — сказал Хаск с приветливой улыбкой на лице. — Он обдолбался. Брови Вэгги нахмурились, и она наклонилась ближе. — Что произошло после этого? — По-моему, там была какая-то встреча? Все собрались вокруг этого парня, розового кота, но потом все начали взрываться, и там была черепаха, и она могла говорить! Она сказала "Сюда смотри", типа что? — Этого достаточно, — сказал Хаск, скрестив руки на груди. — Он просто какой-то наркоман, которого сожгли... и похоронили. — Парень-розовый кот? — надавила Вэгги. — Ты видел его? — Не напрямую? Вокруг него была куча людей, — сказал он, прежде чем добавить, — Но он тот, кто убил их всех. Он запер их всех в комнате со своей черепахой-убийцей. — Черепаха-убийца? — спросила Вэгги. — Что ты имеешь в виду? — Он рехнулся, Вэгги, — сказал Хаск. — У него крыша поехала. Демон-марионетка покачал головой, стиснув зубы. — Пошел ты, чувак! Я просто занимался своими делами, когда наткнулся на этих придурков! Этот ублюдок, похожий на геккона, сделал это со мной! — Подожди, — Хаск опустился на колени рядом с Вэгги. — Геккон? Демон-геккон сделал это с тобой? Он был самодовольным ублюдком в костюме в стиле карточной колоды? — Да! — сказала марионетка, глядя на Хаска. — Придурок подбросил монетку, и вот я здесь! — У него была компания, верно? — сказал Хаск, нахмурившись. — Подозрительно выглядящий парень-рыба и тощий урод с лицом жука? — Да! — марионетка заплакала. — И демон-крот. Парень помоложе. Он был лидером банды. Он вырыл ту яму, в которую я упал, да? — Черт, — прошипел Хаск. — Пизда рулям. — Что? — сказала Вэгги, переводя взгляд с Хаска на марионетку-наркомана и обратно. — Что не так? Хаск покачал головой и схватил марионетку за подбородок. — Та комната из прошлого, кто там был? Как они выглядели? Ты можешь вспомнить какое-нибудь имя? Демон-марионетка на мгновение напрягся и сказал. — Куча мертвых людей. Они говорили так, как будто уже умерли, жутко, правда? Это было жутко, чувак, и с ними был этот парень-кот. Йоши - как-то так, по-моему, его называли. Он покончил с этим дерьмом и вышел за дверь. Потом люди начали взрываться. Я был у двери, и эта штука ударила меня и... тьфу... Вэгги посмотрела на Хаска, который хмуро уставился куда-то вдаль. — Что случилось? — Может быть, ничего, — сказал Хаск, встал и пошел назад. — А может быть, какое-нибудь реально плохое дерьмо. Нам с тобой нужно задать пару вопросов. Давай немного поболтаем с парнем твоей девушки, согласна? В любом случае, мне чертовски нужно выпить. — Почему единственный человек на моей стороне - гребаный алкаш? — вздохнула Вэгги. — Слушай, мужик, у тебя есть дурь? Мне реально больно. ...Хорошо, нет? ...Ну же, чувак... — Вэгги и Хаск покинули только что разрушенную стоянку; демон-марионетка вздохнул и уткнулся лицом в обломки. — Я просто хотел сраную кружку... *** Энджел Даст напевал себе под нос, одеваясь к ужину. Он улыбнулся, поправляя пушок на груди, и заправил новый галстук спереди в топ с глубоким вырезом, создающим впечатление декольте на груди. Энджел потер шелк между пальцами, любуясь рисунком в виде черепа и ромбов. Он немного прихорашивался перед зеркалом, когда в его окно влетела красная бомба, прокатилась по полу и с шипением запала остановилась у его ног. — Черри! — радостно воскликнул Энджел, поднял бомбу и начал читать беспорядочные каракули на ее боку: 'Поул Кац 1 час. Нам нужно поговорить.' — Пффф! У меня есть телефон, Черри! Он открыл окно и выбросил ее обратно, после чего та приземлилась в кузов пикапа, проносившегося мимо. Энджел вернулся к зеркалу и принялся наносить макияж, когда еще одна бомба разбила его второе окно. На нем было написано: "Лично, сука!" — О, да ладно тебе! — Энджел посмотрел на первое окно. — Это ведь было открыто! Еще одна бомба влетела в третье и последнее окно. Грубо нарисованная рука переворачивала птицу, нарисованную на боку. Энджел закатил глаза и вздохнул, взял вторую, написал на боку фиолетовой помадой "До скорого" и выбросил обратно в окно. Он потушил фитиль третьей и сунул в сумочку. Никогда не знаешь, когда может пригодиться бомба. Энджел спустился в столовую, где что-то вкусно пахло. Конечно, Кира, Чарли и Козлята уже были там, о чем-то болтая. — О, привет, Энджел! — сказала Чарли, обведя руками стол. — Угощайся! Энджел взял несколько странных жареных шариков, какой-то салат и тарелку сливочно-желтый суп. — Что это такое? — Осьминог такояки, салат из нарезанного дайкона и японский крем-суп, — сказал Кира. — Такочтоки? — Энджел с сомнением посмотрел на шарики из теста, прежде чем пожать плечами. — Неважно, разве я когда-нибудь говорил "нет" шарам во рту? Он отправил одну в рот и, прожевав, широко раскрыл глаза. — Боже мой! — Я знаю, верно? — сказала Чарли, с гордым выражением лица полируя ногти о лацкан пиджака. — Я хочу, чтобы ты знал, на этот раз мы помогли тебе! — Очень признателен. Энджел запихнул в рот еще три и причмокнул губами. — Ммм, чем больше рук, тем лучше, а, Киска? К удивлению Чарли, Кира просто ухмыльнулся и многозначительно потеребил свой галстук. — Осторожно, не подавись. Энджел сделал паузу, прежде чем ухмыльнуться и посмотреть на него. — Ай-яй-яй! Приятно слышать тебя расслабленного! Держу пари, ты к чему-то приложился этим утром! Немного postumi, или это был palle blu, а? — О, я в порядке, — сказал Кира, отправляя шарик в рот. — Не слишком ли туго завязан этот галстук? У тебя хрипловатый голос. — Горло немного болит, но это хорошая боль. — Хорошо, что происходит? — вмешалась Чарли. — Прошлой ночью мы тусовались на крыше, — беззаботно сказал Энджел. — Обычные мужские штучки. — Да, просто знакомились друг с другом, — сказал Кира. Чарли посмотрела на Энджела, который дьявольски улыбался, поигрывая ставшим очень знакомым галстуком. — Так вот откуда у тебя этот галстук? — Все в порядке, Чарли. Он сам попросил его. — Да, я это сделал, — сказал Энджел, подмигнув. — Ну и я ему дал. — Да, ты это сделал! Чарли подозрительно посмотрела на них обоих, уверенная, что они чего-то не договаривают, но смягчилась и сказала: — Ну, хорошо. Я рада, что вы двое ладите, это сделает то, что я запланировала на завтра, намного проще! Видите ли, скука – основной фактор рецидива, поэтому мы собираемся... — Плевать. Слушай, как насчет того, чтобы удивить меня. Я хотел сообщить тебе, что сегодня вечером я ухожу, мне нужно поговорить кое с кем из моих приятелей. — Нет. Энджел удивленно моргнул. — Что значит "нет"? Чарли скрестила руки на груди. — Я имею в виду, в последний раз, когда ты встречался с приятелями, тебя втянули в бандитскую войну. Я знаю, что не могу держать тебя здесь, но я также не могу мириться с тем, что ты попадаешь в ситуацию сильного искушения, пока находишься на моем попечении. Я не буду мешать тебе уйти, но если ты это сделаешь, я буду считать это расторжением нашего контракта. Энджел уставился на нее, прежде чем усмехнуться, одарив ее острой улыбкой. — Ха! У Чак выросли яйца! Хорошо, а что, если бы у меня был сопровождающий? Например, Злюка или Ворчун? Чарли покачала головой. — Вэгги и Хаск сейчас заняты... на самом деле, я не уверена, что они задумали. В любом случае, я не знаю, когда они вернутся. — Хммм, а это место действительно кажется светлее… счастливее, — сказал Энджел Даст, отправив в рот еще один вкусный маленький шарик из теста. — Что насчет него? Кира оглянулся через его плечо, чтобы посмотреть, не стоит ли кто-нибудь позади него. — Прошу прощения? — Кира? — сказала Чарли. — Да, он будет моим, э-э, какеготам... — Энджел щелкнул пальцами, размышляя. — Спонсором! Да, такой же грешник в реабилитационном центре, уберегающий меня от неприятностей. Его стиль отличается от моего, так что для него это будет то, что ты бы назвала "средой с низким уровнем соблазнов". Он удерживает меня от наркотиков, я удерживаю его от того, чтобы отрубать людям руки. Как тебе? Чарли на мгновение замолчала, обдумывая это. — Это... не такая уж плохая идея. Я бы предпочла, чтобы ты не ходил, но если тебе придется, будет лучше, если ты пойдешь не один, — она повернулась к Кире. — Кира, ты хочешь быть спонсором Энджела и сопроводить его в стрип-клуб? — Эй, кто сказал, что это будет стрип-клуб? — сказал Энджел, защищаясь. — Энджел, пожалуйста, мы говорим про тебя, — сказала она и повернулась обратно к Кире. — Не стесняйся сказать "нет", если тебе неудобно. Кира сделал паузу, глядя на Энджела, который набивал рот такояки и пил суп, словно пинту пива. — Полагаю, смена обстановки не повредит. Энджел громко рыгнул. — Отлично! Накинь что-нибудь стильное, Багира, мы сделаем наши члены влажными! — Я непременно пожалею об этом решении.