A Peaceful Afterlife

Вэгги ворвалась в главный офис. Чарли следовала за ней по пятам. Она прислонилась к стене, и Чарли медленно закрыла за ней дверь, стараясь не хлопнуть ею. Вэгги закатила глаза. Всякий раз, когда она была раздражена, Чарли прилагала все усилия, чтобы успокоить ее; она даже точно знала, с чего начать эту маленькую беседу. - “О'кей, так... что все это значит?” — О'кей, — сказала Чарли, повернувшись с натянутой улыбкой на лице. — Что все это значит? — Именно то, что прозвучало, — спокойно сказала Вэгги. — Вэгги, это было несправедливо, бесчувственно, неуместно и очень непрофессионально! — сказала Чарли. — Этот человек… — Этот монстр! — вмешалась Вэгги. — Он убийца, Чарли! Убийца! Наемный убийца! Он… — Он наш клиент! — прервала ее Чарли, указывая на Вэгги, а затем на себя, прежде чем обвести руками комнату вокруг них. — Это реабилитационная клиника в аду! Кого, по-твоему, мы должны реабилитировать?! Вэгги всплеснула руками. — Проституток! Наркоманов! Воров! Буквально любого, кроме того, кто убивает ради удовольствия! Как, черт возьми, мы собираемся реабилитировать того, кто убьет нас в ту же секунду, как ему захочется?! — Может быть, для начала, не оскорбляя его в лицо! — сказала Чарли. — Может быть, проявив хоть каплю веры в меня! В этот отель! — Ч–Чарли! Никто в Аду или где-либо еще не верит в тебя больше, чем я! Ты хоть представляешь, как усердно я работаю, чтобы помочь тебе с этим?! — И ты все еще думаешь, что я не смогу это сделать! Ты думаешь, я не слышала, как он признался, что он серийный убийца, что он Клин? Конечно, я знаю, что он опасен, я же не дура! Но он наш клиент, он хочет двигаться дальше, хочет уйти. Это значит, что он хочет быть лучше! — Так ли это? — Вэгги наклонилась к ней. — Неужели это правда? Конечно, он хочет уйти, но откуда ты знаешь, что он действительно хочет стать лучше? Откуда ты вообще знаешь, что он может стать лучше? Чарли сделала паузу, нахмурив брови. — Потому что я должна. Потому что я верю, что каждый, кто входит в эти двери, хочет стать лучше. Потому что я верю, что в каждом здесь, внизу, есть что-то хорошее. Если бы я не верила в это от всего сердца, я была бы именно такой, какой меня все считают: глупой, избалованной, наивной принцессой, которая сошла с ума! Так что, да, я верю, что он хочет стать лучше, я верю, что он может стать лучше, и я знаю, что мы можем ему помочь. Не я, "мы", мы! Она схватила руку Вэгги, крепко сжав ее обеими руками. — Ты мне нужна, Вэгги. Мне нужно, чтобы ты была со мной. Мне нужно, чтобы ты была той, кем я не могу быть, мне нужен твой скептицизм, мне нужен твой реализм, ты мне нужна. Но мне нужно, чтобы ты работала со мной. Я знаю, ты думаешь, что ты права, и я знаю, что ты просто делаешь то, что считаешь правильным, но если ты действительно хочешь мне помочь, тогда мне нужно, чтобы ты доверяла мне! Ты мне доверяешь? Вэгги встретилась с ней взглядом. — Чарли, конечно, я тебе доверяю! Если кто-то и может провернуть все это дело, так это ты. Прости, я знаю, что не была такой полезной или... профессиональной, какой могла бы быть, просто... просто… — Просто что, Вэгги? — настаивала Чарли, вмешиваясь. — Ты должна сказать мне! Вэгги на мгновение остановилась, прежде чем обхватить рукой шею Чарли сзади и притянуть ее к себе, прижимаясь губами к ее губам в страстном поцелуе. Плечи Чарли на мгновение напряглись, прежде чем обмякнуть, ее рука неуверенно потянулась вверх и легла на бедро Вэгги. Ее губы были мягкими, теплыми, вкус ее был легким и нежным, сладким во рту. Между ними прошло тепло, понимание, они зажглись, как замкнутый контур. Потекла волна страсти и энергии, когда они соединились на этом новом, интимном уровне. Они прервали поцелуй. Вэгги мечтательно вздохнула, глядя из-под полуприкрытых век в глаза Чарли. — Подумала, что лучше я покажу тебе. Чарли уставилась на нее с явным удивлением на лице. — Вэгги? Глаз Вэгги в ужасе распахнулся. Что она наделала?! Она отступила назад, прижав руку ко рту. — О, Боже мой! Я... прости, я просто, я подумала… Чарли в мгновение ока оказалась на ней, затянув ее в другом, более глубоком поцелуе. Чарли подалась вперед, прижимая Вэгги спиной к столу. Вэгги пискнула от удивления, прежде чем это знакомое тепло, этот ток прошел между ними, растопив ее сопротивление и удивление, как лед летним днем. Вэгги поддалась его давлению, ее страсти, прижавшись задом к столу, когда Чарли склонилась над ней, ее руки скользнули вверх по спине Чарли, цепляясь за нее. Их губы раскрылись, и их языки встретились, исследуя, лаская, играя. Чарли прервала поцелуй и улыбнулась. — Я просто была удивлена. Теперь ты знаешь, что я чувствую. — Ч-Чарли, — пробормотала Вэгги, все еще не оправившаяся от порыва. — Я… — Шшш… — сказала она, откидываясь назад. — Доверься мне. — Ха, — проворчал Хаск, стоя в дверном проеме. — Могли бы повесить табличку на дверь или что-то в этом роде. Вэгги и Чарли отскочили друг от друга, словно наэлектризованные. Чарли запнулась и поправила свою рубашку. — Я... мы просто… — Что, черт возьми, с тобой не так?! — прорычала Вэгги. — Стучать надо, придурок! Хаск фыркнул и вошел бочком, за ним последовали Козлята. — Я подумал, что ты устраиваешь собрание персонала. Хотя, судя по всему, "персонал" - это последнее, о чем вы думали. Чарли поправила галстук и фыркнула, здоровый румянец выделил красные пятна на ее щеках. — Вэгги права, тебе следовало постучать. — Потому что вы двое собирались трахнуться в общественном офисе? — сказал Хаск, ухмыляясь. — Ты права. Как невнимательно с моей стороны. Чарли неловко откашлялась, а Вэгги закрыла лицо руками. — Почему ты решил, что у нас собрание? Хаск пожал плечами. — Считай это интуицией. Просто наш дружелюбный сосед серийный убийца только что взорвал мой завтрак у меня перед носом. — Так вот что это за дрянь у тебя в меху? Хаск утвердительно хмыкнул и стряхнул с груди кусок яичницы. — Подумал, что вы двое поссоритесь из-за того, обуздывать его или нет. Также подумал, что, как персонал, возможно, я и Козлята должны быть частью этого разговора. В конце концов, мы тоже в опасности. Чарли вздохнула и кивнула. — Ты права, я должна была позвать тебя – на собрание! Не то что бы... это должно было быть собрание, мы просто… — Плевать, — фыркнул Хаск, отмахиваясь от нее. — Давай сузим круг поисков, хорошо? То, что у нас на руках, - это опасный сверхсильный психопат, не испытывающий особого отвращения к убийствам и нанесению увечий. Он признался, что даже наслаждается этим. Он хладнокровный наемный убийца мафии, и ему, похоже, все равно, кого он убивает или кого убивают, пока он в безопасности, несмотря на то, что он болтал под кайфом. Что еще хуже, теперь он стал мишенью банды опасных сверхсильных психопатов, которые убьют всех, кто когда-либо видел этого ублюдка, чтобы сохранить в секрете свое секретное оружие. Я ничего не упустил? Чарли открыла рот, чтобы возразить, но остановилась и кивнула в знак поражения. — Да. Да, это... в значительной степени так. — Кроме того, он высокомерный, женоненавистнический мудак! — добавила Вэгги. — Ты говоришь так, как будто это плохо, Чика, — засмеялся Хаск. — Ты несправедлива! — воскликнула Чарли. — Он не так уж плох! — Назови хоть что-нибудь хорошее в нем! — сказала Вэгги, скрестив руки на груди. — Она может назвать кое-что, — усмехнулся Хаск, указывая на свой живот. — Тьфу! Спасибо тебе! — сказала Вэгги. — Мне чуть не пришлось накинуть на него полотенце, чтобы Чарли смогла связать слова воедино. Это было все равно, что размахивать молочной косточкой перед голодной собакой! Чарли резко ахнула, оскорбленная. — Что? Я... нет! — Да ладно, Чак. Даже я пялился. Раззл держал на животе стиральную доску и скреб по ней копытами, соблазнительно виляя бровями. У Даззла на голове оказалась копна, примерно напоминающая волосы Чарли, он упал в обморок и издал пронзительное блеяние. Чарли попыталась обидеться, но в итоге невольно рассмеялась. — Хорошо, хорошо… даже не самая приятная его черта, раз уж мы заговорили об этом… — Расскажи мне об этом, — сказал Хаск, посмеиваясь. — Ты вообще видела, как выставила себя полной задницей? — Мы можем сосредоточиться?! — воскликнула Вэгги. — Чарли! Да, он горячий. Я поняла. Я лесбиянка, а не слепая! Но даже Хаск согласен с тем, что мы не можем держать его здесь! Я понимаю, что ты хочешь помочь ему, и я знаю, что придет время, когда нам придется спасать таких людей, как он. Но конкретно он не может здесь оставаться! Он представляет опасность для всех в отеле, как для него самого, так и для его друзей. Он должен уйти! — Ну, ну, Вэгги, — сказал Хаск, похлопывая Чарли по плечу. — Не заставляй меня говорить это. — Что?! — Да, что? — растерянно переспросила Чарли. Хаск закатил глаза и вздохнул. — Он - это он, а его приятели - это те, кто они есть, именно поэтому мы не можем его отпустить. Подумайте об этом! Их босс вернулся и хочет избавиться от скваттеров на своей территории, которые появились за три года. Мы выгоним его, и он снова станет мистером Клином, а это означает смерти тысяч, десятков тысяч людей. Война банд, не похожая ни на одну из тех, что мы видели за последние десятилетия, и он станет правой рукой худшего урода по эту сторону! Если мы его отпустим, то с таким же успехом можем сами перерезать им глотки. — Хорошо, я не подумала об этом… — Вэгги вздохнула и скрестила руки на груди, глядя на Раззла и Даззла. — А как насчет вас двоих? Есть мысли? Раззл громко рыгнул, а Даззл похлопал себя по животу, облизывая губы. — Поняла, — Вэгги закатила глаза и покачала головой. — Хорошо, он остается. Итак, что теперь? — То, что мы собирались сделать, глупышка! Мы поможем ему! — Она протянула руку и взяла Вэгги за руку, притягивая ее к себе. — Вместе. Вэгги улыбнулась и обняла Чарли, крепко прижимая ее к себе. Хаск закатил глаза и усмехнулся. — Гребаный ад... *** Зеленые бронированные перчатки схватили за горло импа, прежде чем разорвать его туловище пополам, как тетрадку. Его измельченные останки выпустили поток светящихся гранул. Он развернулся и разрядил оба ствола в другого ревущего демона, превратив его тело в дергающийся комок крови. — Сдохниии! — засмеялся Энджел, контроллер в его руках щелкнул, когда он развернулся. — Классно! — Я думал, что это будет другая игра, — сказал Кира, вздрогнув, когда персонаж игрока оторвал рог и ударил им его владельца. — Вот так выглядят игры там, наверху, в наши дни? Что случилось с братьями Марио? — Один перерезал себе горло, когда брился, а другой упал в шахту лифта, — сказал Энджел, не отрывая взгляда от экрана. — На несколько пуль. Ужасный несчастный случай. Грустно, правда. — Что? — Ты спросил меня о братьях Марио. Ходили слухи, что это сделали крысы, но оказалось, что это был Рик Джузеппе. Жаль, что с ними произошли такие ужасные несчастные случаи, они готовили хорошие канноли. — Ха, — пробормотал Кира, наблюдая за разворачивающимся на экране ужасом, высокие звуки выстрелов подчеркивались ужасным хрустом мяса и хрящей. — Ты можешь себе представить, если бы этот парень появился здесь? — Я бы трахнул его, — ответил Энджел. — На своих похоронах. — Сможет ли он убить нас? Я имею в виду, он может рвать этих говнюков, но они все... мясистые. Кира задумчиво постучал себя по подбородку. — Он наделен силой Серафима, верно? Вот почему он может получать здоровье и боеприпасы, убивая. — Где это было сказано? — В Кодексе. — Тьфу! Что ж, их Серафимы - это не наши Серафимы! — Пустые слова. — Говорит парень, который правда читал кодикс в Doom! — Кодекс. — Отвали! Кира усмехнулся и похлопал Энджела по плечу. — Не волнуйся, если он когда–нибудь появится здесь, я защищу тебя - смотри, сфера берсерка! — Я вижу, — сказал Энджел, облизывая губы. — Приготовься к настоящему дерьму! Последовала длинная череда ужасающих звуков. Кира поморщился и неловко поерзал. — Знаешь что, неважно. Ты сам за себя. — Ха! — Энджел усмехнулся. — Почувствовал это, не так ли? Кира зашипел сквозь зубы и покачал головой. — Не только, это просто... навевает плохие воспоминания. — О? — Энджел приподнял бровь и посмотрел на него. — Тогда, когда ты превращал людей в пыль для Большого Босса? Ты видел некоторое дерьмо, да? Кира кивнул, указывая на экран. — Боевой стиль Холи Дайвера на самом деле не так уж сильно отличается от стиля этого джентльмена. Как и результаты, на самом деле. Энджел остановил игру и повернулся к Кире. — Он действительно пугает тебя, не так ли? — Он бы напугал и тебя, если бы ты знал его получше, — сказал Кира, глядя на свою здоровую руку. — Ну… — сказал Энджел, устраиваясь поудобнее. — Почему бы тебе не просветить меня? Скажи мне, почему он так сильно тебя пугает. — Все началось тогда, когда мы впервые встретились, — сказал Кира со вздохом. — Или, скорее, когда я впервые попал в Ад… Руки. Эти ужасные, отвратительные руки. Они разорвали его на части, его и его стенд, Killer Queen. Осколки передавались обратно через толпу, он мог видеть, как куски и кусочки сбрасывались, терялись, пока другие все еще были собраны вместе. Все они разделялись и уносились в другое место, место за гранью его понимания. Он увидел, как основная масса собирается в длинную линию, на одном конце которой была его голова, а на другом - горящее, кричащее кольцо света. Его куски передавались руками и отправлялись в него, как уголь в котел какого-то адского парохода. Он подходил все ближе, и ближе, и ближе, теперь он чувствовал жар на своем лице, слышал, как его кусочки потрескивают и шипят, проходя через пасть. Он заскулил и замотал головой, жалко шевеля обрубком шеи, тщетно пытаясь вырваться. Ему удалось взвизгнуть от ужаса, когда его голова, наконец, была брошена в ревущий портал. Его голова пролетела сквозь слепящую пустоту, жар опалил волосы на его голове и сделал кожу черной. Его тлеющая, шипящая голова падала все ниже, прежде чем с глухим стуком упасть в лужу вязкого, расплавленного света. Он медленно погрузился в густую, обжигающую жидкость, языки пламени поползли вверх по его лицу. Полностью погрузившись в воду, он почувствовал, как плоть на его лице тает и отслаивается, глаза пузырятся в глазницах и испаряются. Ужасная жгучая агония вырвала из него высокий звук, превосходящий все, что он когда-либо мог себе представить, исходящее от человеческого существа. Расплавленная субстанция хлынула в его открытый, кричащий рот, жар изнутри встретился с жаром снаружи. Он почувствовал, что тает и растекается в свете. Последние остатки его старого тела исчезли в свете. Полное уничтожение. ("Да, эта часть - отстой, не так ли?") ("Тсс!") Его сознание растеклось по всеохватывающей расплавленной массе, поглощенное болью и ужасом, бестелесная масса безумных мыслей и воспоминаний. Инстинкты взяли верх, его разум метался без конечностей, бился без тела, отчаянно пытаясь убежать. На пике своего отчаяния он снова почувствовал что-то, помимо боли. Что-то двигалось в густой жидкой среде, и оно двигалось, когда он этого хотел: это была какая-то конечность. Он ухватился за это ощущение с жалким, животным отчаянием, сосредоточив всю свою огромную силу воли исключительно на этом новом ощущении. Что-то росло, сливалось, образуя грубое подобие формы, что-то твердое, сотворенное из жидкого огня. Руки, ноги, тело, голова, все было странным и незнакомым; но он каким-то образом знал, что это тело было проявлено его волей, его отчаянием, его инстинктами, и это было его спасением. Он вобрал себя в эту форму, втиснувшись в нее, как в костюм, который был на несколько размеров меньше. Тело билось и билось, его панические бешеные движения постепенно становились все более и более контролируемыми и обдуманными, по мере того как его душа вселялась в эту странную новую плоть. Он дрыгал ногами и греб руками, успокоенный ощущением густой жидкости, растекающейся по его телу: он двигался. Вверх! Вверх! Плыви вверх! Он был вынужден плыть. У него не было возможности узнать, в какой стороне был верх, но, тем не менее, он знал. Его темп ускорился, когда он подобрался ближе, и ближе, побуждаемый какой-то силой глубоко в центре его души. Он вынырнул на поверхность и попытался сделать первый вдох, казалось, за многие годы, но его легкие и горло были до краев заполнены густой расплавленной жидкостью. Он почувствовал, что его тянет вверх из бассейна. Кровь прилила к голове, как будто он висел вниз головой. Он вышел и упал вниз, ослепленный толстой пленкой вещества, все еще прилипшей к его телу. Совершенно дезориентированный, он кувыркнулся в воздухе. Он вспомнил, что парашютисты во время прыжков стараются сделать своими конечностями как можно более симметричный крест, чтобы контролировать свое движение. Кувыркание прекратилось, и ему удалось перевернуться на живот, ревущий ветер пронесся над ним, сдирая липкую пленку с его тела вязкими ручейками. Он впервые открыл свои новые глаза и попытался ахнуть: он стремительно несся по небу в сотнях метров над огромным городом. Город раскинулся во всех направлениях, его зловещее красное зарево мерцало на горизонте, отбрасываемое бездонным, беззвездным небом. Он посмотрел вниз. Его глаза расширились по мере того, как городской пейзаж становился все ближе и ближе. Сектор, район, квартал, улица и, наконец, одинокая машина во главе того, что казалось караваном. Он зажмурился и приготовился к удару. Боль взорвалась в мгновение ока, поглотив все его тело. Разорванная плоть, раздробленные кости, смятый металл и визг тормозов. Его изуродованное тело было выброшено из разрушенного капота лимузина. Он корчился на земле и давился, светящаяся жидкость сочилась из его ран. В ту же секунду, как жидкость коснулась воздуха, она испарилась мерцающим облаком, не оставив после себя никаких следов травмы. Кости срослись, и суставы встали на место. Несколько секунд спустя он был полностью исцелен. — Какого ХЕРА! — проревел чей-то голос. — Смотри, куда падаешь, придурок! Новорожденный демон перекатился на четвереньки, глядя на машину затуманенным, растерянным взглядом; по обе стороны от машины стояли отвратительно деформированные монстры. Один из них был высоким черным человеком-собакой, одетым в какой-то нелепо перекошенный костюм, в то время как другой казался металлическим Ангелом Ада с двигателем V8 вместо головы. — Топ Гир, ты понял? — сказал Человек-Собака, глядя на разрушенный капот. "Топ Гир" кивнул головой в сторону двигателя. — Да, ничего особенного. Скажи начальнику, Анубис. Анубис ухмыльнулся, обнажив полный рот клыков. — Да, да. Эй, ХОЛИ ДАЙВЕР, это займет всего минуту! Он направился к нему, вытаскивая из ножен на спине длинный скимитар. — Чувак, я не знаю, как ты развлекался раньше. Может, ты выпрыгивал из окна голым, как любовник, но ты приземлился не на ту машину! Он открыл рот, чтобы заговорить, и поток светящейся желтой жидкости хлынул на тротуар. Он согнулся пополам, и его вырвало, казалось бы, бесконечным количеством этого вещества, опорожнив желудок и легкие. — О-хо! Новичок! Видишь это, Топ Гир? У нас тут свежеиспеченный демон! — Анубис встал над ним, приставил клинок к подбородку демона-пантеры и поднял его взгляд, чтобы встретиться с ним. — Как тебя зовут, Киска? — ...Клр-кл-ин… — булькнул он, глядя на ухмыляющегося пса. — Клин? — Анубис усмехнулся. — Что за имя такое "Клин"? — Мистер Клин оставил на этом капоте гребаную грязь! — зарычал Топ Гир, положив руки на покореженный металл. Он засветился, и сталь застонала и потрескала, медленно возвращаясь к своей прежней форме. — Придется отвезти его в мойку! — Слышал это? — сказал Анубис. — Босс теперь опоздает в оперу. Он не может появиться с твоим дерьмом по всему капоту, что скажут другие Боссы? Ничего личного, но я собираюсь дать тебе небольшую пощечину, — он поднял свой меч над головой, глядя сверху вниз на обнаженного демона-пантеру. — Надеюсь, тебе понравилось пребывание в Аду, мистер Клин! — Вообще-то, я Кира, — он протянул руку и схватил Анубиса за лодыжку правой рукой. — Что за–?! — Анубис хрюкнул, прежде чем на мгновение ужасно раздуться. Огонь и дым вырвались из его разрушающегося тела, а затем он исчез, его меч с грохотом упал на землю. Топ Гир вытаращил глаза, когда Кира медленно поднялся на ноги, с ужасом глядя на свои новые руки. Кира протянул руку и ощупал свое лицо, нос, мех, зубы. Он вытащил прядь своих светлых волос и осмотрел ее с выражением явного отвращения на лице. Еще два демона выскочили из лимузина и бросились на него, обнажив копья и мечи. Кира сделал шаг в сторону и нанес одному серию ударов по голове сбоку, превратив ее в облако запекшейся крови. Другой резко остановился на пятках, широко раскрыв глаза. Кира двинулся на перепуганного демона, который поднял дрожащими руками копье. Кира протянул руку и ткнул в наконечник копья. Демон закричал и забился в конвульсиях, когда его тело сотрясла разрушительная сила, оранжевые цветы энергии появились по всему его телу, оставляя за собой серые пятна тлеющего пепла. Копье выпало из его рук, когда они превратились в пыль и унеслись ветром. Его крики агонии стихли, поскольку все больше и больше его тела разрушалось. В конце концов они прекратились, когда его колени испарились, и он повалился вперед, рассыпавшись в кучу пыли, прежде чем исчезнуть полностью. Кира подошел к забрызганному кровью лимузину. Топ Гир в ужасе заикнулся и попятился, широко раскрыв глаза и дрожа поршнями. Кира осмотрел себя в зеркало со стороны пассажира: розовая пантера со светлыми волосами? Почему у чего-то, покрытого мехом, должны быть волосы? Это несоответствие вызывало у него беспокойство. Где он был? Что это было за место? Движение краем глаза привлекло его внимание. Он увернулся от удара демона с черепообразным лицом и развевающимися каштановыми волосами. Левая рука демона заканчивалась на запястье, без кисти, но когда его удар промахнулся и полоснул по боковому зеркалу, раздался странный басовый звук, и зеркало просто перестало существовать. - "Он стирает пространство!" - подумал Кира. - "Прямо как Окуясу!" ("Кто?") ("Тихо".) Демон-Череп сжал правую руку в кулак, сжал так сильно, что хрустнули костяшки пальцев. Он сжимал все сильнее и сильнее, пока его правая рука не сжалась сама по себе с низким жужжащим звуком, образовав пустоту на конце запястья. Он снова ударил, и Кира запрыгнул на крышу машины. Пустотные руки демона без особых усилий проделали в двери длинные порезы. Он огляделся с крыши и увидел длинную вереницу остановившихся машин, настоящую армию демонов, которые теперь приближались к лимузину, все вооруженные каким-то оружием. Кира поднял левую руку и приготовил Sheer Heart Attack, когда все демоны остановились как вкопанные. На их отвратительных лицах ясно читались благоговение и ужас. Кира почувствовал, как стальная крыша позади него прогнулась, когда на нее опустился огромный вес. Он начал поворачиваться, ну вдруг его тело внезапно согнулось до тошноты знакомым образом, как будто под силой тысячи одновременных ударов. Его отбросило назад по воздуху с огромной скоростью, за ним в воздухе тянулась кровь из дюжины разрывов. Он увидел огромную фигуру, стоящую на крыше, где он стоял мгновение назад, с вытянутым кулаком. Ужас и ярость вспыхнули в нем, когда он летел по воздуху; этого не могло быть! Это не мог быть он! Фигура мигнула и исчезла, в то же время бронированный кулак размером с баскетбольный мяч врезался в его ребра со скоростью пули, сокрушая их полностью. Он впечатался в соседнюю машину с достаточной силой, чтобы раздавить ее, как алюминиевую банку, и отбросить на тротуар. Внутри обломков из металла и стекла Кира едва цеплялся за сознание, его зрение потемнело, когда массивные руки разорвали искореженную сталь на части, как бумагу. В следующее мгновение Кира обнаружил, что катится по тротуару перед лимузином, его тело представляло собой кричащую мозаику агонии, поскольку ушибы, рваные раны и раздробленные кости пели свою собственную песню боли. Он перевернулся на спину и уставился на массивного демона. Он был огромен, по меньшей мере десяти футов ростом, его выпуклое мускулистое тело отливало платиной, покрытое полированной золотой броней с зубчатыми наплечниками. На его нагруднике было рельефное нефритово-зеленое сердце. Его голову венчала дикая грива блестящих золотых волос, которые ниспадали на плечи и спускались до середины спины. Его лицо было лицом неестественно красивого мужчины с алебастровой кожей и красными шестеренчатыми зрачками. Из его щек торчали металлические шарнирные трубки, которые обвивались вокруг его плеч и соединялись с ними сзади; когда он подошел ближе, Кира услышал равномерное механическое шипение воздуха, которое было его дыханием. — Э-это ты? — зашипел Кира, сгусток крови брызнул из его рта, когда он заговорил. — Дж-Джотаро Куджо?! ("Серьезно, кто?") ("Парень, который избил меня несколько раз! А теперь тихо!") Демон остановился, его дыхание участилось. — ...Что ты сказал? Кира воспользовался моментом и использовал последние силы, чтобы вызвать Sheer Heart Attack. Автоматическая бомба теперь проявилась в виде маленькой синей черепашки-скелета, но Кира не был привередливым. Он взревел и бросился на своего врага. Гигантский демон ухмыльнулся и глянул на приближающуюся бомбу. Она замерла в воздухе, застыв в крошечном изолированном пузыре остановленного времени. Кира ахнул, даже Джотаро не смог бы этого сделать! — Ты посылаешь игрушки, чтобы победить меня, ХОЛИ ДАЙВЕРА? — ХОЛИ ДАЙВЕР рассмеялся, отведя оба кулака назад, прежде чем обрушить яростный шквал ударов на маленькую черепашку. Его брови нахмурились, когда избиение продолжилось. Он усилил свой обстрел, пиная замершее существо руками и ногами. В конце концов его ухмылка превратилась в хмурый взгляд, и он прервал атаку, обнаружив, что Sheer Heart Attack немного ухудшился. — Хм... впечатляет. Правильно ли я предполагаю, что это тоже какое-то стирающее оружие, подобное тому, которое ты использовал раньше на Анубисе и другой пешке? Кира не ответил. ХОЛИ ДАЙВЕР поднял руку, и в ней появился метательный нож. Он с огромной силой вонзил сверкающий клинок в Sheer Heart Attack. Потусторонний металл пробил его панцирь, но не более того. На руке Киры появился небольшой порез. — Интересно, твоя связь с этим Стендом слаба, но его мощность выдающаяся. Скажи мне, какова его дальность действия? Кира ничего не сказал. — Хм, — ХОЛИ ДАЙВЕР взмахнул запястьем, и нож просвистел в воздухе, остановившись всего в сантиметре от левого глаза Киры. — Из-за тебя я опоздал на оперу и потерял одного из моих лучших убийц. Назови мне хоть одну вескую причину, по которой я не должен тратить следующие несколько лет на то, чтобы убивать тебя. У Киры не было никаких сомнений в том, что ХОЛИ ДАЙВЕР имел в виду ровно то, что сказал. Это было существо гигантского терпения и жестокости. Если он действительно оказался в Аду, то неизвестно, какие ужасы его ожидали. — Убей меня, и ты опоздаешь в оперу и потеряешь ассасина, — Кира стиснул зубы и заставил себя улыбнуться. — Считай это моим резюме. ХОЛИ ДАЙВЕР на мгновение поднял глаза на Киру, прежде чем улыбнуться и рассмеяться. — Хо-хо! Не прошло и пяти минут в Аду, как ты напал на его будущего короля, убил его солдат и потребовал работу. Какая смелость! Очень хорошо, резюме принято. Как тебя зовут? — Йошикаге Кира. ХОЛИ ДАЙВЕР прищурился. — Ты случайно не родственник Йошихиро Киры, не так ли? — Он мой отец. — Гравитация! Это было предопределено, мой друг! — ХОЛИ ДАЙВЕР хлопнул в ладоши со звуком, похожим на раскат грома, и усмехнулся. — При жизни твой отец был моим агентом. Без сомнения, он попал в тебя одной из моих стрел. Как уместно, что я при жизни предоставил ему средства обеспечить меня могущественным воином, который помог бы мне после смерти. Этого было достаточно, чтобы привлечь его внимание. — ...Что? В следующее мгновение они уже были в его машине. Кира был одет в щеголеватый костюм от Валентино, его раны были промыты и перевязаны, ребра и другие сломанные кости вправлены и на них наложены шины, по его венам текло сладкое тепло опиума. Он вздохнул и откинулся на мягкие сиденья лимузина, только тогда заметив напиток в своей руке; скотч, судя по запаху, односолодовый, вероятно, очень дорогой. ХОЛИ ДАЙВЕР сидел напротив него, занимая целый диван на четверых. Его прихвостень с черепообразным лицом уставился на Киру с другого конца салона. Его руки, снова видимые, были аккуратно сложены на коленях. — Итак, — сказал ХОЛИ ДАЙВЕР, отпивая из своего стакана. — Тебе нравится опера... мистер Клин? — И с этого момента моя жизнь принадлежала ему, — сказал Кира. — Я жил в роскоши. Неустанно работал над тем, чтобы его враги исчезали, страх был безудержным, а его книги - сбалансированными. Но в этом не было ни покоя, ни спокойствия. Каждый захваченный район, каждый завоеванный район, каждая уничтоженная банда - их всегда становилось больше. Все больше и больше. Я хотел мирной жизни, свободной от конфликтов и стрессов, но Холи Дайвер хотел лишь постоянной борьбы и кровопролития, больше возможностей доминировать и разрушать. Дни, последовавшие за Чисткой 16-го, были самыми близкими к счастью, пока я не приехал сюда. Энджел вздрогнул, холодный озноб пробежал по его спине. — Твою мать. Этот парень весьма устрашающий. Как он делает все это дерьмо? — Его сила на Земле заключалась в том, чтобы останавливать время и двигаться в нем. Насколько я понимаю, его демоническая форма позволяет ему полностью контролировать время в определенном радиусе. — Да, хорошо, но как… — Единственное, что я знаю, это то, что единственная причина, по которой он еще не напал на это место, это из–за… В комнату отдыха бодрой пружинистой походкой вошла Чарли. Энджел возобновил игру. — Всем доброго утра! Извиняюсь за то, что было раньше, у нас возникли некоторые философские разногласия, но теперь все в порядке! — ...Нее. — Как дела – о… о, боже мой, что ты делаешь? — сказала Чарли, когда Энджел оторвал челюсть Рыцарю Ада и швырнул ее через экран. Кира посмотрел на нее, выражение его лица было бесстрастным. — Караю Ад. — Да, — сказал Энджел, ухмыляясь, когда бензопила зарычала над толстым слоем мульчированной ткани. — Я не помню, чтобы покупала это, — сказала Чарли, изо всех сил стараясь не смотреть на экран. — С каких это пор у нас есть игровая консоль? — Я не знаю, — Энджел пожал плечами. — Она просто появилась на кофейном столике, верно, Киллер? Кира кивнул. — Да, была вспышка красного света, и вот оно. Немного странно, если честно. Чарли ахнула, ее глаза расширились. — Правда? — Пф, нет, — усмехнулся Энджел. Кира одарил ее кривой улыбкой. — Раззл и Даззл купили ее на днях. — О, — сказала Чарли, несколько смущенная. — ...Хорошо, выключай. Пришло время для терапии! Сегодня мы собираемся попробовать обменяться хобби! — Это очень полезно! — сказал Энджел, ухмыляясь. — Кажется, я нашел свой новый героин! — Хм, — Кира хмыкнул в знак согласия, из телевизора донесся глухой влажный хруст. — Однажды я убил такого же сопляка, как этот. Ну, как "убил", маленький засранец не остался мертвым. Чарли протянула руку и выключила консоль, несмотря на их протесты. — Я не думаю, что эта игра хороша для вас обоих. А теперь пойдемте, у меня целый день расписан! *** Шаги эхом отдавались по темной лестнице. Мягкий свет последовательно расположенных канделябров отбрасывал длинные тени на тесаный камень стен старого замка. Он поднимался по лестнице медленно и осторожно, стараясь, чтобы его отчетливые, неторопливые шаги выдавали его приближение. Он встал перед искусно украшенной дверью из красного дерева. Приблизившись, высокий рогатый демон с черепом вместо лица на мгновение остановился, прислушиваясь. С другой стороны послышался голос, в нем слышались высокие сердитые нотки разъяренной женщины. Его господин принимал гостя. Если внимательно прислушаться, то по ее знакомому голосу можно идентифицировать ее как могущественного и влиятельного медиамагната. — Я знаю, что ты окружаешь себя людьми низкого сорта, но постарайся держать своих собак на поводке! — кричала Кэти Киллджой. — Скажи им, чтобы они прекратили нападать на мои съемочные группы! Они поставили под угрозу два комплекта очень дорогого оборудования! — Следи за своим тоном, карга! — произнес столь же пронзительный, но знакомый голос: ведьма Боадицея. — Мой господин ХОЛИ ДАЙВЕР великодушно даровал тебе аудиенцию. Покажи свою благодарность и перестань тратить его время на твои мелкие глупости! — Заткнись, ты, пресмыкающаяся ведьма! — зарычала Кэти. — И ты! Я обещала тебе первоклассное освещение, а ты обещал мне рейтинги! Я не смогу выполнить свою часть сделки, если твои наемные мерзавцы будут продолжать ломать мои камеры! Он ничего не мог с собой поделать. У этой гарпии хватило наглости обращаться к его господину с таким легкомыслием, с таким неуважением! Его рука коснулась дверной ручки, прежде чем он опомнился. То, что ХОЛИ ДАЙВЕР еще не пронзил ее сердце ангельским клинком, наводило на мысль, что он не обиделся на ее отвратительный этикет. Он подождет. Не успел он и глазом моргнуть, как оказался в тронном зале, стоя рядом с Киллджой, которая вздрогнула и отпрянула. — Ты еще кто?! Его хозяин сидел на своем троне; он сделал жест, подзывая его. — У тебя есть новости, Кроссроадс? — Да, мой господин, — сказал он, протискиваясь мимо Киллджой. — Мистер Клин был окончательно обнаружен. Вам будет интересно узнать, что его видели в компании Наследницы. — Мистер Клин? — Кэти ахнула, на ее лице была гримаса ужаса, но в глазах горел возбужденный, хищный блеск. — Он настоящий? Какая сенсация! Если бы вы могли устроить нам интервью– — Мисс Киллджой, это деликатный вопрос, — небрежно сказал ХОЛИ ДАЙВЕР, помахав ей на прощание. — Если вы нас извините. — О, нет, ты не… — На полуслове она исчезла, куда - он не знал, да и ему было все равно. — Наконец-то! — сказала Боадицея, облако извивающегося серебристого дыма в форме изможденной молодой женщины. — Непочтительная маленькая сучка! Мне было бы так приятно увидеть ее сломленной и униженной перед вами за такую дерзость! — Мне нравится ее напористость, ее целеустремленность. Она существо с большими амбициями и волей. Я уважаю это, — сказал ХОЛИ ДАЙВЕР, посмеиваясь. — Кроме того, кто лучше нее возвестит о моем прибытии? Да будет известно, что никто из нас не должен причинять вред или позволять причинять вред какому-либо оборудованию или связанному с ним персоналу Канала 666. — Будет сделано, мой господин, — Боадицея преклонила колени и повернулась к Кроссроадсу. — Где мои четыре лейтенанта? Разве они не должны давать свои отчеты лично? Кроссроадс перевел взгляд с нее на ХОЛИ ДАЙВЕРА. — Вопреки приказу, они столкнулись с мистером Клином, чтобы задержать его и доставить к вам. Последовала пауза. Дыхание ХОЛИ ДАЙВЕРА участилось, ускорилось, прежде чем вернуться к своему обычному ритму, подобному часам. — Кто выжил? — Все они, мой господин, — сказал Кроссроадс. — На самом деле, они утверждают, что серьезно ранили его и были бы победителями, если бы– — Разве это может считаться победой, если я того не требовал? — зарычал ХОЛИ ДАЙВЕР. — Я приказал им найти его. Сообщить о его местонахождении. Начать диалог, если это возможно. Ничего больше! Если они выиграют битву, которую я не одобрял, можно ли это назвать победой?! — Нет, мой господин, — сказал Кроссроадс, кланяясь. — Это будет нарушением субординации. — А они проиграли! Неповиновение и поражение! Два оскорбления моей репутации! Этот дурак... — Сын выдержит любые трудности ради одобрения своего отца, — рассудительно сказала Боадицея. — Воспользуется любым шансом, воспользуется любой возможностью, рискнет самой жизнью, если это возвысит его в глазах отца. — Если отец достоин, — проворчал ХОЛИ ДАЙВЕР. — Статус? — Баг Буги и Год Гивен без сознания и прикованы к постели, Покер Фейс и Муншайн в сознании, но выведены из строя. Врачи оценивают полное выздоровление в четыре дня, мой господин. — Но остается вопрос о том, что делать с мистером Клином, — сказала Боадицея. — Само собой разумеется, что он не желает возвращаться к вашей славной службе, мой господин. — Только за это бесчестие он должен стать показательным примером, — прорычал Кроссроадс. — Воистину! Мой господин, пожалуйста, позвольте мне послать моего сына, чтобы он избавился от этого болтающегося конца! — Мистер Клин не стал бы беспокоиться из-за этого нескромного шута! Пожалуйста, мой господин, пошлите меня. Ни у кого другого на вашей службе нет ни единого шанса, особенно теперь, когда он знает, что мы за ним охотимся. ХОЛИ ДАЙВЕР поднял руку, заставив их замолчать. — С ним разберутся со временем. А мы пока подождем.