В следующий раз повезет

      В баре «Непростительное» было непростительно много людей. Джинни проторчала у барной стойки добрых двадцать минут, чтобы молоденький бармен налил ей зелёной Авады.       — Всех убивает с одного бокала! — подмигнул он.       Джинни только усмехнулась в ответ — она пила уже второй. И где только таких слабаков берут? Джинни, может, и за третьим вернётся. Протиснувшись сквозь толпу к столику, где сидели гарпии, она умостилась на подлокотник кресла — все остальные места уже были заняты.       — Как мы надрали задницы «Татсхилл Торнадос»! Где уж там торнадо? Так, слабый ветерок. То ли дело — гарпии! — это Гвеног говорила очередной тост. Их капитанша, когда выпивала, всегда преисполнялась воинственности похлеще, чем на поле. А сейчас в ней уже было два Ступефая… Крепкий коктейль, после такого не каждый устоит. — Их вратарь — просто решето!       — Джинни, а как ты Малфоя обломала, — Тереза, загонщица, похлопала её по плечу. — Этот павлин только финт решил сделать, как ты его подрезала. Вот умора!       Девчонки шумно засмеялись. Джинни улыбнулась — да, сегодня она была в ударе. Малфой любил покривляться на публику, наверняка только для того и в квиддич пошёл. Впрочем, стоило признать, что играл он неплохо. Просто с командой ему не повезло.       — Пойдем танцевать! — прокричала Тереза в ухо Джинни.       И откуда только силы? Джинни выложилась на игре по полной, хотя та и закончилась преступно быстро. Джинни бы вечно смотрела, как Джозеф Бланк пропускал квоффл за квоффлом, или как игроки «Торнадоса» с трудом уворачивались от бладжеров, но у каждого удовольствия был свой предел. Унижение "голубых" — цвет формы, не ориентации! — закончилось на тридцать второй минуте матча.       — Пойдём, — кивнула Джинни.       Авада мягко согревала её изнутри и мгновенно била в голову. Впереди ждали законные выходные. Джинни было хорошо! Она танцевала, плавно двигаясь под музыку и качая бедрами в такт. Танцевать ей нравилось: можно было отдаться ритму, забыть обо всех проблемах, двигаться так, словно ее никто не видит. Вдруг чья-то рука коснулась ее плеча.       Это был Малфой. В толпе Джинни разлядела и других из «Торнадоса». Все, как один, были с недовольными хмурыми лицами. Джинни ухмыльнулась.       — Ну, не вешай нос, — прокричала она.       Малфой подошёл ближе, наклонился к её уху. От него пахло мылом, даже волосы были всё ещё влажными после душа. Джинни так и представила, как весь «Торнадос» выпускает пар под ледяными струями воды.       — В следующий раз, Уизли, мы от вас мокрого места не оставим, — прошипел он.       Джинни рассмеялась и проговорила ему на ухо:       — В прошлый раз ты говорил то же самое, Малфой.       Она обожала их стычки после игры. Малфой был таким забавным, когда злился! А алкоголь приятно дурманил голову, и хотелось раствориться в быстрых музыкальных ритмах, хотелось, чтобы музыка снесла её своей волной. Малфой же стоял истуканом и хмурился, глядя на хаотичные движения Джинни.       — Ну же! — она легонько толкнула его в плечо, а потом провела рукой ниже, до самой ладони.       Малфой наблюдал за ней, но ничего не говорил. Джинни повернулась к нему спиной, покачиваясь в такт музыке. Яркий свет стробоскопов слепил глаза, и она закрыла их, отдаваясь другим чувствам. Запахи. Ароматы духов, сладость коктейлей, свежесть мыла. Звуки. Бешеный ритм и сердце, что билось в такт. Вкус. Горечь алкоголя на языке. Ощущения. Руки на её теле — настойчивые, но нежные. Малфой прижал её к себе — его руки блуждали по телу: руки, плечи, талия. Он заходил чуть дальше, чем стоило бы позволять, но Джинни слишком нравилось ощущение сильных рук на теле. Футболка немного задралась, и прохладные пальцы мазнули по коже, касаясь рёбер — так сладко, на грани с щекоткой. Джинни откинула голову назад, на его плечо. Они двигались в одном ритме — Малфой управлял ею, положив руку на бедро. Другую он сжал на талии. Сильно, но хотелось ещё сильней.       — Была охотницей, стала добычей, — прошептал ей на ухо Малфой.       Джинни подавила смешок. Как и на квиддичном поле, Малфой снова легко попадался на ее финты, думая, что ведет игру. Как же приятно было потом опускать его с небес на землю.       Он опустил руку ниже и огладил бедро Джинни, слегка задрав юбку. Танцпол был переполнен — вряд ли кто-то обратит внимание на очередную парочку обжимающихся волшебников, но из-за людей вокруг все ощущалось ярче. Малфой повел рукой выше, огладил внутреннюю часть бедра, и Джинни подалась навстречу этим прикосновениям. Надеялась, что он коснется ее выше.       Но Малфой лишь дразнил. Другой рукой он отвел ее волосы в сторону и легко коснулся губами шеи. По коже Джинни пробежали мурашки. Чертов Малфой! Хотелось встряхнуть его и заставить перейти к игре. Кому нужна долгая разминка? Он продолжал целовать ее шею, едва касаясь пальцами бедер. Джинни подалась назад — да, Малфой определенно хотел большего. Упирающийся ей в поясницу член был весьма красноречив. Джинни встала на цыпочки и немного потерлась о выпуклость в его штанах задницей, выбивая из Малфоя гортанный стон.       Его пальцы сжались на бедре Джинни. Сильно, как она и хотела. Длинные пальцы вновь задрали юбку и коснулись ее через ткань уже намокших трусиков. Малфой вновь дразнился: трогал ее медленно, легко. Джинни сама перехватила его ладонь, отодвинула ею трусики и дотронулась до клитора.       — Сильнее, — прошептала она, но голос ее потонул в грохоте музыки.       Джинни не была уверена, что Малфой позаботился о дезиллюминационных чарах. Значит, любой посетитель «Непростительного» мог увидеть, как тот залез пальцами ей в трусы. Но на эти мелочи было наплевать.       Музыка словно стала громче, отдавалась в груди, и Малфой ускорялся вместе с бешеным рваным ритмом. Он на мгновение прервался и поднес свои пальцы ко рту Джинни — та понятливо приоткрыла рот и пососала их, чувствуя вкус собственной смазки. Все это распаляло ее сильнее. Она снова встала на цыпочки и вжалась в член Малфоя, двигаясь вверх-вниз. В ответ он прикусил ее за шею — наверняка останутся следы.       Малфой вытащил пальцы из ее рта и снова забрался под юбку, коснулся набухшего клитора и сразу набрал быстрый темп. Джинни простонала, радуясь, что за громкой музыкой никто ее не услышит. Было так сладко, так жарко, так хорошо! Она подняла руку и притянула Малфоя ближе, впиваясь губами в его губы. Целоваться так было жутко неудобно, но Джинни чувствовала, как ее возбуждение достигает своего предела. Ей хотелось впиться в Малфоя, вцепиться, вплавиться, только бы он, наконец, закончил эту сладкую муку.       Его чудесные — ох, волшебные! — пальцы кружили по клитору, и спустя несколько мгновений Джинни откинулась на его плечо и задрожала от нахлынувшего волной оргазма. Едва открыв глаза, она увидела, что ее команда собирается покинуть клуб, Тереза оглядела танцпол — наверное, в поисках Джинни, — а потом прошептала что-то на ухо Гвен. Та пожала плечами.       В послеоргазменной неге хотелось лечь на ближайший диванчик, расслабиться и предвкушать долгие выходные перед очередными квиддичными сборами. Что ж, пора домой! Этот матч она запишет на свой счет.       Джинни легко выскользнула из объятий Малфой и чмокнула его в щеку. Раскрасневшийся, взъерошенный, даже жалко было оставлять его вот так.       — Уизли! А как же…       — В следующий раз повезет! — хитро улыбнулась она.       И поспешила догнать гарпий.