Имя твое - проклятие

Пять лет спустя попадания Зиновьева в ад, ночь в ночь, Дитер разбудил его. Узник сразу понял, что затевается, и лишь спросил: - Я уже сюда не вернусь? - Нет. - Можно попрощаться? - Можно. Надев свое изношенное тряпье, Зиновьев подошел к поднявшемуся Троцкому. Тот удивленно смотрел на соседа, будто не понимая, что происходит. Еще больше он удивился, когда Зиновьев стиснул его в объятиях и с теплой улыбкой сказал: - Не раскисайте тут, Лев Давыдович! Может, все еще сложится не так уж плохо… Демон был поражен не меньше Троцкого, но сохранял неприступный вид. - Уже пора, - поторопил он узника. - Да-да, конечно, Дитер… Взъерошив рукой волосы, Зиновьев в последний раз с улыбкой обернулся к соседу и вышел из барака. - Ведите, - чуть шутливо сказал он. - Что-то ты не очень расстроен, - заметил немец, подделываясь под его тон. - Знаете, Дитер… - Узник тихонечко усмехнулся. – Я так долго боялся этого момента, что устал. Устал бояться. - Жаль. Я так хотел услышать твои последние мольбы. - Как неловко Вас разочаровывать! Дитер не выдержал и улыбнулся. Невозможно было оставаться равнодушным к этому игривому тону. - Ты лишаешь меня большого удовольствия, - усмехнулся он. - Прошу прощения. А как меня убьют? - Я все скажу на месте. - Хорошо, Дитер. Они дошли до «мясных подвалов». Зиновьев с интересом огляделся по сторонам. - И что же дальше? – деловито поинтересовался он. - Раз ты знаешь, на что идут тела после решения судьбы, то я сразу перейду к сути. Твое тело будет съедено. - А что произойдет с моей душой? Она погибнет? - Душа может либо исчезнуть, либо возродиться к жизни в новом теле. В зависимости от вины узника мы даем ему соответствующий напиток. – Дитер протянул Зиновьеву пузырек. Узник осторожно приоткрыл его, подогнал к себе рукой запах. - А это какой? – усмехнулся он. - Я не знаю, - простодушно развел руками демон. – Я взял наугад. - Решили дать мне шанс? - Похоже на то. Зиновьев улыбнулся. - Вы очень добры ко мне, Дитер. Спасибо за все. Немец удивленно было повернулся к нему, требуя объяснений, но узник уже залпом выпил содержимое пузырька. - Какая дрянь! Прощайте, Дитер… И с этими словами Зиновьев безжизненно рухнул на землю. Дитер взял из его руки пустой пузырек и задумчиво рассмотрел его. Демон солгал: содержимое было ему хорошо известно. Затем, улыбнувшись, он поставил пузырек на отдельную полку при шкафчике и отнес тело в подвал. «Уверен, - думал немец, возвращаясь, - одного узника Краснов мне точно простит…»