Prejudice

Она влекла его к себе больше, чем ему того хотелось бы.

Джейн Остин «Гордость и предубеждение»

Тед Тонкс слукавил бы, сказав, что никогда не относился к кому-либо с предубеждением. По своей натуре он был вполне дружелюбным и приветливым; ему даже удалось снискать уважение среди некоторых слизеринцев, несмотря на маглорождённое происхождение. Тед приятельствовал со многими однокурсниками. Никто и не удивился, когда на пятом курсе парень получил значок старосты: кто, как не он, терпеливый, ответственный и отзывчивый? Все на курсе относились к Теду с симпатией или, по крайней мере, нейтрально. Кроме Андромеды Блэк, которая, казалось, его терпеть не могла. Впрочем, это было взаимно. Высокомерная, всегда необычайно серьёзная… Тед не помнил, видел ли хоть раз за эти годы улыбку на её лице. Она общалась лишь с сёстрами и несколькими такими же спесивыми слизеринцами; хотя Тед видел её пару-тройку раз и в компании озорных братьев Пруэтт, учившихся на Гриффиндоре. Андромеда никогда не говорила с ним. Лишь одаривала надменным взглядом, который Тонкс считал отличительной чертой рода Блэк. Так делала и её старшая сестрица Беллатриса, которую не побаивались только призраки: они ведь уже умерли. Сёстры были похожи, но Тед всегда замечал, что Андромеда другая. Она отбрасывала непослушные волосы назад тем же жестом, что и Беллатриса. Но в ней не было её жестокости, слепого поклонения всему тёмному. А в похожих больших глазах плескалась не кипучая лава, а тихий ручей. Андромеда держалась так же аристократично и гордо, как Нарцисса. Но она не обладала светским обаянием младшей сестры, будучи, скорее, отчуждённой. И Андромеда уж точно не разделяла семейные убеждения. Никто не мог упрекнуть её в колкостях, адресованных маглорождённым и полукровкам; всякий раз, когда девушка невольно становилась свидетельницей издевательств, она спешила удалиться. Ходили слухи (Тед полагал, вполне обоснованные), что Андромеда серьёзно ссорилась со старшей сестрой после её выходок. Иногда, бросив взгляд на стол Слизерина, Тед видел возле удручённой Андромеды, опиравшей голову на изящные руки, Нарциссу, которая с весьма обеспокоенным видом поглаживала сестру по спине, что-то приговаривая. Однако Теду сейчас было не до сплетен: близились СОВ. Он предпочёл уйти с головой в учёбу, отказавшись даже от привычных походов в Хогсмид с друзьями. Пуффендуец сидел в библиотеке, склонившись над очередным увесистым томом по истории магии. Он старательно конспектировал прочитанное, беспрестанно что-то зачёркивал в своём пергаменте, совершенствуя уже написанное. Когда Тед услышал чей-то тихий плач, ему показалось, что он просто сошёл с ума от всех этих великанских войн. Парень встряхнул головой — всхлипы не прекратились. Тонкс поднялся с места и заглянул за стеллаж. Никого. Он прошёл вглубь библиотеки — всхлипы стали громче. Заглянув за очередной стеллаж, Тед увидел содрогавшуюся от рыданий девушку, сидевшую к нему спиной. Собранные в аккуратный пучок каштановые волосы открывали вид на белую тонкую шею и на изумрудно-зелёные края мантии. Теда тотчас же кольнула догадка — он хотел удалиться, но в эту же секунду слизеринка повернулась к нему. — Тонкс? — она изумлённо подняла чёрные прямые брови. Разглядев за пеленой слёз парня и убедившись, что это точно он, девушка тут же принялась спешно вытирать покрасневшие глаза тыльной стороной ладони. — Я услышал всхлипы и забеспокоился, — попытался объясниться Тед. — Думал, это кто-то из младшекурсников. Андромеда только испытующе смотрела на него затуманенными глазами. — Может, тебе нужна помощь? — неуверенно спросил парень. — Ты серьёзно? — усмехнулась Блэк, поглядев на него как на сумасшедшего. — Ну… нет так нет, — вздохнул Тед, сам желавший поскорее уйти. — Стой! Знаешь, Тонкс, ты всё-таки можешь кое с чем мне помочь…

***

«Я не верю, что согласился на эту авантюру», — днём позже думал Тед, расхаживая по спальне туда-сюда. С самого утра его не оставляли мысли об их с Андромедой договорённости. За завтраком он даже смотреть боялся на стол Слизерина, чувствуя на себе её быстрые, но пронзительные взгляды. На заклинаниях он чуть было не провалил зачёт по Отбрасывающим чарам, зарядив подушкой прямо в профессора Флитвика, за что был осмеян сокурсниками. Не покинули Теда навязчивые мысли и на зельеварении. Андромеда лукаво подмигнула ему с целью напомнить о затеянном, отчего Тонкс чуть не выронил дюжину чрезвычайно важных склянок. До конца занятия Слизнорт не спускал с него глаз. Только после обеда Теду удалось выдохнуть: оставался последний урок — уход за магическими существами, на котором парень рассчитывал перевести дыхание и в конце концов собраться с мыслями. Но занятие пролетело так незаметно, что Тед волей-неволей поплёлся в спальню, чтобы хоть там побыть наедине с собой. «Ночью. Астрономическая башня. Чем я только думал?!», — всё сокрушался Тонкс, плюхаясь на кровать. Он не мог и представить, что ему когда-нибудь придётся делать ночную вылазку вместе с заносчивой Андромедой Блэк. Они ведь совершенно разные. Тед — простой парень из семьи маглов, а она имеет знатное происхождение, влиятельную семью в волшебном мире, о котором он узнал только пять лет назад. Студенты Пуффендуя и Слизерина — да что у них вообще может быть общего? И наверняка у неё есть наречённый. Последняя мысль почему-то взбесила Теда. Он повернулся на бок, надеясь хотя бы немного поспать. Попытка успехом не увенчалась. Стоило Теду закрыть глаза, как тут же начинали проноситься картинки с Андромедой. Первый курс. Девочка со слегка волнистыми волосами, стоявшая слева от Теда, чинно идёт к Распределяющей шляпе. Водрузив её на себя слегка дрожащими руками, она пытается не выдать волнение, поджимая губы. — Слизерин! Услышав вердикт, она нервно (так показалось Теду) усмехается и важно шагает к столу Слизерина. Второй курс. Тед после ужина направляется в гостиную Пуффендуя, листая список дополнительных предметов, из которых предстоит выбрать те, что он будет изучать на третьем курсе. Из мыслей его вырывают голоса, эхом разлетающиеся по коридору. — Меда, что за вздор?! Блэк и магловедение? Это же смешно! — Белла, я не понимаю… Тед заглядывает за угол и видит двух сестёр. Андромеда стоит, стыдливо опустив голову. Беллатриса прожигает младшую сестру взглядом, полным недовольства. — Что на это, — она вырвала из рук Андромеды пергамент, — скажут мать и отец?! — Но… — Никаких но, Меда! Пора перерасти эти глупости. Беллатриса кладёт руку на плечо сестры. Та, не поднимая головы, сдавленно говорит: — Хорошо, Белла. Я выберу другой предмет. — Вот и славно, — одобрительно улыбается старшая, мягко подталкивая понурившуюся девочку в сторону слизеринских подземелий. А вот Андромеда Блэк (уже третьекурсница) сидит за партой одна. Со скучающим видом она листает «Стандартную книгу заклинаний». Теду прекрасно виден её профиль, будто бы изваянный в античные времена. Девушка непринуждённо отбрасывает мешающие волосы назад, открывая взору серьги гоблинской работы с опалами. «Наверное, фамильные», — думает Тед, возвращаясь к чтению. В паб «Три метлы» четверокурсница Андромеда заходит со старшей сестрой. Беллатриса выглядит не так грозно, как обычно, и улыбается. Тед видит: сёстры идут рука об руку, Андромеда что-то увлечённо рассказывает. «Они близки», — подытоживает Тонкс, глядя на Андромеду, принимающую в руки кружку сливочного пива от старшей сестры. — Поспишь здесь, — возмущённо пробормотал Тед в подушку. «И с чего это вдруг я стал так много о ней думать?», — начал размышлять Тед, на этот раз перевернувшись на спину и смотря в потолок. «Может, не такая уж она и заносчивая?», — парень невольно улыбнулся своим мыслям, всё же погрузившись в дремоту. Тед проснулся за пятнадцать минут до назначенной встречи. Он пропустил ужин, поэтому не удержался от посещения кухни, где добрые домовые эльфы накормили его досыта, вдобавок нагрузив его шоколадными эклерами, парочку которых Тонкс взял с собой. — Неужели! — услышал Тед гневный шёпот на подходе к Астрономической башне. — Тебе повезло, что я не только пунктуальна, но и терпелива. Андромеда вышла из тени, сбросив капюшон и встряхнув головой. Её шелковистые волосы волнами легли на плечи. — Я очень рада, что ты всё же пришёл, — уже вполголоса и более приветливо сказала она. — Если честно, думала, что ты сдашь назад в последний момент. — Ты меня недооцениваешь, — фыркнул Тед, всё же приятно поражённый переменой спутницы в лучшую сторону по отношению к нему. Он с несвойственной для себя галантностью пропустил слизеринку вперёд. Поравнявшись с ней на винтовой лестнице, Тед спросил: — Так зачем тебе, собственно, понадобилось сюда прийти во внеурочное время? — Эдвард, ты обещал, что не будешь задавать лишних вопросов, — сухо отрезала она. Но тут же повернула голову к нему и добавила: — Хочу подумать. — А почему бы не сделать это у себя в гостиной, например? — Тонкс, ты не думал, что у меня могут быть на это свои причины? — Ладно, — парень примирительно поднял руки вверх, — не моё дело, понял. Воцарилось молчание. Тед, преодолевая очередную сотню ступенек, думал о том, что же вынудило эту любительницу подумать взять именно его с собой. Ну что, разве не нашлось бы сопровождающего под стать ей? Зачем ей пуффендуйский староста? — Кстати, а ты знаешь, что я вполне могу оштрафовать тебя очков так на пятьдесят? Ведь вообще-то сегодня моя очередь патрулировать коридоры. — А ты знаешь, Эдвард, что я могу невербально наложить на тебя Эверте Статум? — И не боишься ещё пятидесяти штрафных очков? — Нет, Эдвард. Я боюсь только своей матушки, — весёлым, как ей показалось, голосом проговорила Андромеда, грустно улыбнувшись, — она ведь закатила бы скандал, узнав о том, что я здесь не с Лестрейнджем или Эйвери, а с тобой. Она легонько толкнула его в бок, но Тед даже не улыбнулся. «Птица в золотой клетке», — только и подумал он, вздохнув. Спустя ещё несколько минут они добрались до цели. Холодный осенний ветер заставил Теда поёжиться и глубже укутаться в мантию. — Просто потрясающе! — воскликнула Андромеда, обернувшись вокруг себя. Её мантия развевалась на ветру. Тед улыбнулся этой картине. — Эдвард, взгляни! — девушка уже стояла рядом с телескопом, приглашающим жестом указывая на него. Небо и впрямь было прекрасным. Безоблачное, усеянное мерцавшими звёздами, оно казалось бесконечным. «Как глаза Андромеды», — пришло сравнение в голову Теда. Он почувствовал, что ночная прохлада обожгла покрасневшие щёки. Он оторвался от телескопа и перевёл взгляд на неё, завороженно глядевшую на звёзды. В свете луны, овладевшей ночным полотном, профиль Андромеды словно приобрёл молочно-белое сияние. Каштановые волосы в темноте ночи стали чёрными; этот разительный контраст заставил Теда залюбоваться. Что-то блеснуло у девушки на щеке. «Слеза», — догадался Тонкс. Он подошёл ближе и осторожным движением смахнул её. Андромеда вздрогнула. — Прости меня, Эдвард, — промямлила она. — Зови меня Тед, — улыбнулся в ответ на извинения Тонкс. Через пару минут оба сидели плечом к плечу, изучая небо. Каждый думал о своём, не решаясь заговорить снова, боясь нарушить установившуюся атмосферу умиротворения, блаженного спокойствия. Андромеда отметила то, с каким терпением отнёсся к ней Тед. Она уже не стыдилась того, что второй раз дала волю слезам в его присутствии; он казался ей близким. С Тонксом было спокойно. Она и позабыла о ссорах с Беллой, которые выбили её из колеи. Меда всё никак не могла смириться с тем, что её сестра всерьёз решилась влиться в ряды последователей Тёмного Лорда. Девушка могла стерпеть даже приверженность культу чистой крови, но не это. Она всё пыталась переубедить Беллу, но тем самым лишь породила в ней недоверие. — Прости, я обещался не задавать больше вопросов, — предварительно прокашлявшись, начал Тед, — но мне интересно вот что: ты плакала из-за Беллатрисы, верно? — Да, — с нарочитым пренебрежением отозвалась Андромеда. — Значит, слухи верны, — отстранённо изрёк Тонкс. — Ты её любишь, я знаю. — Люблю, вот только она не упускает возможности сделать мне больно. Вряд ли теперь будет по-старому. Она изменилась. Девушка посуровела и нахмурилась, повернувшись к Теду. — Давай не будем о ней. И вообще о моей семье. Лучше расскажи о своей. — Вряд ли тебе будут интересны маглы. Она искренне рассмеялась. — Ты ошибаешься: мне будет интересна всякая семья, где нет глупых предрассудков. Тед протянул девушке эклеры и принялся рассказывать ей о своей семье. Андромеда с неподдельным интересом смотрела на парня, временами кивая. Она то и дело задавала уточняющие вопросы, на которые он не всегда мог моментально дать ответ, над чем слизеринка посмеивалась. Тонкс был очень мил и неловок; когда она взяла его под руку, спускаясь по лестнице, староста тут же споткнулся и точно бы сломал себе шею, если бы Меда не удержала его. Но она была безмерно благодарна ему за время, проведённое вместе. Блэк поймала себя на мысли, что парень ей симпатичен. Простой, добрый, забавный… Ей претили напыщенные гордецы, которых то и дело пророчили ей в мужья. Андромеда, выросшая в чопорной атмосфере бесконечных раутов, впервые не чувствовала себя заложницей семейных идеалов. — Ты не представляешь, как я тебе благодарна, Эдвард… Прости, Тед, я пока не привыкла, — тут же поправила себя девушка. — Ничего страшного, Дромеда, — заверил он её. «Дромеда? Это мило звучит», — отметила про себя слизеринка. — Что ж, спокойной ночи, Тед, — не слишком твёрдо сказала Меда, вертя серебряное кольцо на указательном пальце. — Спокойной ночи. Зови меня «подумать» почаще, — ответил Тед и снова чуть не распластался по полу на ровном месте. — Обязательно, если ты начнёшь смотреть под ноги! — смеялась Андромеда, натягивая капюшон.